Три выстрела

С каждым днем глаза хотелось открывать все меньше и меньше. Вивьен бросил быстрый взгляд за окно — все также темно. Ложится, когда темно и встает точно также. Но это было для омеги привычкой, ведь срываться среди ночи, не спать и бодрствовать долгое время — часть его работы. Впервые он жалел, что выбрал эту работу. Точнее, не так: что согласился работать на эту семью, охранять Доминика. Каждый день теперь он видел этого мальчишку. Как тот улыбался, смеялся и смотрел влюбленными глазами — увы, к этому всему Вивьен не имел совершенно никакого отношения. Странно, почему это его так злит и расстраивает? Раньше Доминик хотя бы иногда общался с Вивьеном: рассказывал какие-то истории, заразительно смеялся. Теперь же мальчик все время общался с тем милым омегой Фенри. Он связывался с ним тайно, думая, что Вивьен этого не видит — ведь телохранитель отберет телефон, запретит даже переписываться со словами: «Вас могут выследить!». Омега подошел к своему зеркалу. Губы его кривились в странном подобии улыбки. Это была его работа — защищать Доминика. Хотя он не мог скрыть от себя, что испытывал облегчение, отбирая телефон. В голове всякий раз проносилась предательская мысль: «Зато ты больше не будешь общаться с ним». Но альфа продолжал, находил разные способы. Вивьен устал гоняться за ним. Выглядеть предателем в его глазах. Поправив костюм и затянув хвост, Вивьен вышел из своей комнаты. Он осторожно приоткрыл дверь в покои Доминика — альфа крепко спал. Вивьен рискнул подойти ближе к кровати парня. Он был так невинен и спокоен во сне, расслабленный… Омега протянул руку, дабы убрать упавшую на лицо Доминика прядь волос. — Мистер Шай, что вы делаете тут? Этот голос заставил омегу резко развернуться и убрать руку. В дверях стоял хмурый Честер Левойски. — Как — что? Работаю, естественно, — натянув маску невозмутимости, сказал Вивьен. Чуть было не попался. — Ясно. Работать — это хорошо, — прищурившись, проговорил Честер. — Собственно говоря, я чего приехал. Я нанял еще одного телохранителя. На всякий случай. Вивьен едва кивнул — шея, казалось, окаменела. Бывало, что его нанимали как дополнительного телохранителя. Наоборот же — никогда. — Я нанял из вашей конторы, так что знакомить не придется. Из-за спины Честера показался высокий и крупный мужчина — он был даже выше дверного проема. Как это знакомо… Вдруг новый телохранитель нагнулся и сердце Вивьена упало — нет, только не этот парень. Левойски кивнул и удалился. — Здравствуй, Шай. — Здравствуй, Эриксон. Полный яда и неприязни взгляд острых темных глаз. В голове вспыхнуло воспоминание… …- Спятил? Нет его больше. Нет. Уходи. Счастливая улыбка тут же погасла. Ему никогда не нравилось его лицо, он не был красивым — на один раз, как Вивьен и рассчитывал. Хотя улыбка его немного красила — теперь неимоверная злость и ярость испортила лицо альфы, перекосила. Брошенный букет поцарапал лицо. Казалось, он ударит еще и кулаком, да будет бить долго. Но ничего не было. Не будь ему так плохо, обязательно бы ответил этому мужлану тем же, но он уже успел убежать — Вивьену только оставалось смотреть на то, как альфа вниз по лестнице несется… Почти два года не прекращающихся стычек и конфликтов. Начальник разводил их по разным отделам и чуть ли не сам контролировал, дабы они не встречались, но они все равно случайно сталкивались. Легкое касание к своей руке заставило омегу вздрогнуть — он едва ли на схватился за пистолет. Но это был всего лишь Доминик. Его волосы были взъерошены, он выглядел сонным. Вивьен поймал себя на том, что его пробивает на улыбку, но он тут же взял себя в руки. — Что-то случилось? — голос Доминика был слегка охрипшим. Такое интересное звучание… Вивьен тут же закусил внутреннюю часть щеки. Нечего о таком думать. — Нет, все в порядке. Просто привезли вашего нового телохранителя. Пелена сна мгновенно слетела с альфы — лицо его посуровело, он так сильно сжал запястье Вивьена, что омега даже удивился, откуда в нем столько силы. — А ты? Это отец, да? — Успокойтесь, я тоже остаюсь. Меня никто не увольнял. Просто еще один телохранитель. Хватка Доминика ослабла и лицо расслабилось, хотя он все еще был немного хмур. Неужели он не хотел бы, чтобы омега уезжал? А, черт. Снова. Вивьен отметил про себя, что следует принять таблетки. Больно его плющит из-за любого внимания альфы. И невнимания тоже. Чертово воздержание к добру не приводит — глупые мысли и дурацкие догадки мучают сознание, мешают здраво мыслить. — Еще рано, спите. Доминик глянул на фигуру нового телохранителя и тихо присвистнул. — Высоченный… — тихо проговорил парень и лег обратно, натягивая одеяло чуть ли не на голову. Вивьен осторожно закрыл за собой дверь. Он ощущал на себе пристальный взгляд Эриксона. Раньше тут бы уже стоял шум и грохот за те несколько минут, что они находились в поле зрения друг друга. — Оставайся здесь, я пойду на улицу, — коротко бросил омега, запрокинув голову. Всегда раздражало, что приходилось в общении с ним стоять как дурак. Хотя само общение c этим человеком не привлекало омегу. — О, решил отдавать мне приказы, Шай? — надменно произнес Эриксон, прислонившись спиной к стене. Он вытянул свою длинную ногу, перекрывая Вивьену дорогу. Омега, сцепив зубы, кинул быстрый взгляд на перекрытый путь и пожал плечами. — Именно. Мое право. — Вивьен почувствовал, как от этих слов Эриксон напрягся. Он знал, что сейчас альфу вот-вот прорвет, как и обычно. Потому омега, переступив через ногу Эриксона, сказал: — Ты помни, что мы не на полигоне, не в офисе, а на работе. И раз уж так вышло и нас поставили вместе — надо отставить все эмоции. Поверь, я тоже не рад тебя видеть. Так что успокойся. Или тебе правила зачитать? — Шай, — процедил сквозь зубы Эриксон. Его огромные ладони сжались в кулаки, но Вивьен не шевельнулся, — иди уже. Омега едва удержался от ядовитой благодарности. На улице, став прямо под окном комнаты Доминика, Вивьен поёжился от утренней прохлады. Тогда тоже была такая погода… Вивьен упрямо тряхнул головой. Ему никогда не было мучительно стыдно за свой поступок. Яркий свет, бьющий в глаза, врачи… Омега задумался — чувствовал ли он вину? За последний раз — возможно. Ведь тогда омега поздно лег и он уже был достаточно большим. Говорят, даже умел чувствовать и слышать… Многие на работе знали. И Вивьену было плевать. Он представил, как этот его факт жизни узнает Доминик. Неясный страх сковал сердце. Омега быстро попытался отогнать от себя этот ужас — какая разница? Вивьен достал из кармана небольшую баночку таблеток. Они были отвратительными и омегу от этого препарата все время клонило в сон, голова становилась тяжелой. Но из двух зол выбирают меньшее, как говорится. Вивьен скривился, почувствовав вкус таблеток на языке. Быть вечно на нервах даже хуже. Через несколько минут стало даже как-то спокойно. Вивьен вдохнул полной грудью свежий и прохладный воздух. Вокруг была полная тишина и омеге только и оставалось, что смотреть на деревья в саду. Никогда особо он не интересовался красотами природы, но на удивление надолго завис. Очнулся он лишь тогда, когда услышал странный звук. Вивьен встрепенулся и отошел в сторону — окно открылось. Омега услышал голос Доминика — парень выглянул из окна. Телохранитель с раздражением понял, что альфа говорил со своим Фенри. Странно, как несмотря на таблетки он еще чувствует раздражение. Парень не видел Вивьена, что играло омеге на руку. Хватило пары секунд — и телефон оказался в руках омеги. Доминик с изумлением смотрел на свою руку, в которой еще мгновение назад лежало средство связи. Вивьен быстро отключил мобильник. Доминик наконец-то оклемался и с возмущением воскликнул: — Вивьен, ты чего? — Я запретил, не так ли? — положив телефон в карман, пожал плечами омега. Доминик фыркнул и начал закрывать окно, как вдруг пристально посмотрел на телохранителя. — С тобой все в порядке? — немного обеспокоенно спросил альфа. — Да, — кивнул Вивьен. — А что не так? — У тебя взгляд мутный. — Вам кажется. Доминик слегка нахмурился, но говорить ничего не стал и закрыл окно. Вивьен тяжело вздохнул — не следует знать мальчику о его проблемах.

***

Вивьену казалось — еще мгновение и его голова упадет прямо на столик. Он посмотрел на себя в зеркало и скривился. Буквально через пятнадцать минут им выходить, а он как выглядел полуживым, так и выглядит. Это очень досадно. Вивьен вяло поправил прическу — эти несколько дней казались ему адом. Омега никогда не отличался слабостью и боязливостью перед проблемами и сложностями. Он не воспринимал их как испытание или еще что, скорее, как должное — решал, подходя к проблемам с холодным умом и расчетливостью. Несмотря на все препятствия. Вивьен не был гордецом, но он мог похвалиться умением выстоять перед невзгодами. В последнее время его уверенность трещала по швам. Эриксон будто с цепи сорвался и пытался высказаться за все те минуты, часы и дни, когда они не виделись. Вивьен привык ему отвечать и не только словами — теперь же его действия были значительно ограничены правилами приличия и поведения. А иногда даже слова. Впрочем, один раз ему удалось заткнуть Эриксона. Они как раз втроем были в саду: Вивьен метал ножи, Доминик следил издалека, а Эриксон ходил рядом и продолжал травить омеге душу. Вивьен держался как мог и попросту игнорировал альфу, но когда тот заикнулся о Доминике, нож пролетел буквально в миллиметре от лица Эриксона. Тот ошеломленно застыл, а Вивьен покосился на парня — он был удивлен. — Рука соскользнула, прошу прощения. Не очень хорошо себя чувствую сегодня… Доминик тогда только кивнул. Позже он, скорее, констатировал факт, что между ним и Эриксоном явный конфликт. Вивьен тогда промолчал. Доминик допытываться не стал, за что ему спасибо. Хотя, казалось, он слегка был обижен. Но омега четко придерживался принципа не раскрывать свою личность и биографию клиенту — это чревато ненужным привязанностям. — Шай, быстрее давай! Вивьен благополучно пропустил момент, когда Эриксон открыл дверь. Альфа нагнулся и вошел в комнату — от одного его присутствия комната стала казаться еще теснее. — Тебя стучаться не учили? Вдруг я тут голый? — Вивьен положил расческу на столик и стал снова закрашивать синяки под глазами. — То-то я тебя таким не видел, — хмыкнул Эриксон и добавил: — И снизу, и сверху, и сбоку. И во всех позах, Шай. И не один я, между прочим. Этим знанием могут похвастаться чуть ли не все работники конторы. Нечем, конечно, гордиться… — Рот закрой! — рявкнул омега и покосился на открытую дверь. Его временные апартаменты были сразу после комнаты Доминика и парень мог все слышать… Подобные комментарии о связях Вивьена были чуть ли не любимыми у альфы и омега научился игнорировать их, даже когда он говорил такое при большом количестве людей. Сейчас же он чувствовал себя отвратительно от одной лишь мысли, что Доминик это услышит. Хотелось врезать нахальному Эриксону. — Я заметил, — вкрадчиво начал альфа, — что тебя ужасно клинит в последнее время. Знаешь, когда этот старик Левойски пришел и стал расспрашивать про тебя, я удивился. Но теперь-то догадываюсь, в чем дело. Неужели дело в мальчике, извращенец? — Эриксон… — Вивьен тяжело встал со стула. Альфа смотрел с вызовом. — Представь, как он разочаруется в тебе, — продолжил мужчина, не обращая внимания на предостережение омеги. — Насколько я знаю, он от тебя был в восхищении. Такой сильный, красивый, необычный, серьезный и чистый Вивьен, — мальчик не стеснялся в выражениях! — а тут всплывет, что ты такой грязный и гадкий. Узнает, чья кровь на твоих руках… — Послушай меня, ты!.. — проговорил Вивьен, едва сдерживая гнев. Но вдруг раздался топот и в комнату заглянул Доминик. В своем официальном костюме с иголочки, аккуратно причесанный и счастливый он выглядел слишком хорошо — Вивьен с трудом заставил себя перестать глазеть на него. — Что вы тут делаете? Идемте! — поторопил их Доминик. Эриксон, бросив насмешливый взгляд на омегу, вышел. Вивьен последний раз взглянул на себя в зеркало, проверил, надежно ли спрятан пистолет и последовал примеру громилы. Когда они сели в машину, Вивьен чувствовал, как неотрывно на него смотрит Эриксон. «Представь, как он разочаруется в тебе…» — эхом отдавался в голове голос альфы. Нет, Доминик никогда не узнает. Никогда.