Три выстрела

Казалось, его затянула какая-то трясина. Он боролся с ней, не давая утянуть себя на самое дно. С каждым разом сил становилось все меньше и меньше и хотелось только одного — расслабиться и отдаться этой поглощающей тьме. Но как только он расслаблял мышцы и его тянуло вниз, он слышал чей-то голос, настойчиво зовущий. Этот голос заставлял бороться снова. И так каждый раз. Снова и снова. Снова и снова. Снова и… Вивьен с большим усилием открыл глаза. Рядом что-то монотонно пикало. Голова была тяжелая и кружилась, его слегка подташнивало. Сознание казалось вязким. В глаза будто что-то налили, и он не мог нормально видеть. Вдруг прямо перед ним возникло чье-то лицо. Вивьен медленно моргал, силясь убрать эту ужасную пелену с глаз. Кто-то мягко гладил его по голове. Прикосновения казались такими необычными — он так хорошо чувствовал даже шершавость подушечек пальцев того, кто к нему прикасался. Будто касались голой кожи. Наконец пелена спала и Вивьен узнал Доминика. Он показался омеге немного повзрослевшим, но усталым и изнуренным. Правда, его счастливая улыбка и сияющие теплотой и любовью глаза словно скрывали всю эту усталость. — С возвращением, — мягко сказал парень. С возвращением… Вивьен похлопал глазами и осмотрелся. Аппараты, провода, палата… Он очень плохо помнил, что было до этого. Будто все воспоминания смыло и остались лишь частицы — выстрелы, взрыв. Слезы Доминика, его мольбы и что-то еще… Я тебя… Доминик снял кислородную маску с Вивьена и нагнулся над ним. Эти искрящиеся темные глаза… Раньше был такой блеск, только когда он смотрел на Фенри. Хотя не такой сильный, как сейчас. Улыбка не сходила с лица парня, делая его еще прекраснее, чем он есть. — Доминик… — прошептал Вивьен. Голос у него был неприятный — хриплый и каркающий. Имя парня вышло некрасивым, но он этого словно не замечал, лишь шире улыбнулся. — Ты меня спас. Даже заказчика убил — мужчина в костюме сером, если помнишь. Ты молодец. Кстати, скоро будет месяц, как мне восемнадцать. Вивьен улыбнулся — губы потрескались и рот, казалось, порвется. В груди заболело, но эту боль врачу не унять. Он вспомнил, как альфа хотел сделать предложение любимому после того, как ему исполнится восемнадцать. — Вы сделали предложение тому омеге? — спросил Вивьен, с трудом не запинаясь через каждое слово. Легкую дрожь в голосе не удалось сдержать. — Вот-вот собираюсь… — прошептал парень и вдруг, чуть приподняв Вивьена, отступил немного назад. Доминик полез в карман, стал на одно колено. Вивьен с замершим сердцем наблюдал. Альфа достал небольшую коробочку. — Вивьен Шай, — торжественно проговорил Доминик. Омеге показалось, что в этой комнате дышать нечем, — я тебя люблю. Мое сердце отдано тебе, моему прекрасному холодному рыцарю и защитнику с пистолетом и метательными ножами. Ты был моей стеной, спас от смерти, несмотря на то, что ценой моей жизни могла быть твоя. Но теперь мой черед быть для тебя рыцарем, защитником и стеной. Навеки. Ты выйдешь за меня? Ему это послышалось. Это сон. Бред. Он все еще не вышел из комы. Сознание играло с ним дурную шутку. — Вивьен, это не сон, — словно прочитав его мысли, сказал Доминик. — Доминик… Вы… Ты что? Я ведь… Не могу. Я ведь… Альфа недовольно скривился. Встав, он достал телефон, и приставил его к уху омеги. Достав еще один, Доминик набрал кого-то и стал ждать. Мобильник рядом с Вивьеном зазвонил, и альфа нажал на нем кнопку принятия вызова. — Алло, Вивьен? Привет! — воскликнул парень и выжидающе посмотрел на омегу. — Привет, — неуверенно произнес Вивьен. Что это за игры? — Это Доминик, помнишь меня? — Я не понимаю… — Помнишь меня? — повторил Доминик. — Помню. — Так вот. Ты мне говорил, тот омега, который не согласится за меня выйти — дурак. И ты все решишь. Настал этот момент. Уговоришь этого дурака? Он хочет мне сказать, что не может выйти за меня из-за разницы в возрасте. А я скажу — мне плевать. Из-за прошлых плохих поступков — мне плевать на прошлое. Из-за прорвы мужчин и абортов — мне плевать, я его прощаю. Из-за протеста отца — плевать я хотел на эти протесты. Вивьен нервно сглотнул. Он не верил, что это происходит на самом деле. Омега тяжело поднял руку и коснулся Доминика. Живой, настоящий… Сердце застучало быстрее, аппарат рядом даже запищал. В груди разлилось тепло, которое он никогда еще за все свои тридцать с лишним лет не ощущал. — Уговорю, я же обещал, — Вивьен, немного подождав, взял телефон и сбросил его на пол. — Дурак согласен. Доминик рассмеялся и нагнулся к губам омеги, украдкой натягивая кольцо на его палец. Отгремели три выстрела — магазин остался пуст. Три выстрела, решивших всю жизнь.