Белая тюрьма

Время летело незаметно. Слово за словом - двое шиноби становились немного ближе друг к другу. Дейдара даже начал забывать о пережитой боли и страданиях рядом с мальчишкой. Наруто невольно заставлял его теплеть и открываться. Рядом с ним Дей чувствовал себя вновь живым. Не орудием для убийств, не художником, оставившим все чувства ради искусства, а собой настоящим - тем маленьким и наивным ребенком, которым был когда-то давно. Непередаваемое ощущение радости, отдающее болью, пронзающее закрытое сердце. За то недолгое время проведенное с Наруто, он вновь испытал эмоции, что давно покинули его. Вновь научился улыбаться. Дейдара будто снова начал дышать, поднявшись со дна океана отчаяния. Первый глоток воздуха - самый болезненный и желанный, второй дается чуть легче, за ним и третий, и вот длинноволосый блондин уже смеется вместе с бывшим врагом, звонко так от души. Неужели один простой мальчишка может изменить его? Вернуть радость и надежду? Возможно. А тем временем с его плеч будто сняли груз предательства, вины. Поняли и простили, приняли таким какой он есть. Наруто Узумаки и правда невероятен. - Эй, ты меня слушаешь? - веселый, с небольшой хрипотцой голос. За ним последовал толчок в плечо. Дейдара поднял взгляд. - Прости, задумался, - он бегло провел глазами по лицу Наруто, сидевшего рядом с ним, на черной ткани плаща. Из него получилась отличная подстилка, на которой свободно умещалось два человека. Она была мягче и удобнее чем белые полы. Хоть где-то пригодился этот балахон - обычно он лишь мешал Дейдаре, ненавидевшему просторную одежду. - Так вот, я говорю, Старик-извращенец, не хочу я идти на горячие источники... - продолжил Наруто, но тут же был перебит. - Джирайя? Старик-извращенец? - Дейдара трясся от смеха, он еле сдерживался, чтобы не покатится по полу. Его проняло еще с Бабули Цунаде. Он много слышал о саннинах от Орочимару, поэтому эти прозвища были для него убийственными. Особенно смешно было то, что они идеально подходили им. - «Интересно, он и Орочимару дал бы прозвище, не будь они врагами? Что-то вроде земноводного, или земляного червяка, нет, лучше ш-шанин... Или великий белый.. не смей (трогать мои препараты жалкий смертный)... Эх... Не силен я в названиях». - Да, - засмеялся Наруто, - Он еще тот извращенец, он заставлял меня читать эти книги. - Бедняга, - сочувственно произнес Дейдара, в душе посмеиваясь над возникшим образом мальчишки, краснеющего и плюющегося на каждой строчке. - А может и ты что нибудь расскажешь? - сказал Наруто, подпирая щеку рукой, - А то все я, да я... - Да мне особо нечего, - мальчишка и правда выложил уже, наверно, все забавные истории, которые у него были, в то время как Дейдара молчал и подкалывал его в некоторых местах. Он так же подметил, что при этом Наруто не выложил ничего лишнего или секретного - беседа ради беседы, без смысловой нагрузки. - Разве что могу сказать пару слов о Сасори. У нас был вечный спор о искусстве. Он считал, что это вечность, ну а я, что мгновение. А ты как считаешь? Дейдара посмотрел на Наруто, ожидая ответа. Лисенок явно призадумался: - Ну... Эмм... А что если вы оба правы? - В смысле? - выгнул бровь Трискути. - Ну... У каждого свое понимание искусства и свой взгляд на жизнь. А настоящее искусство получится тогда, когда художники с разными мнениями смогут понять друг друга. - Интересный подход, - заметил Дейдара. Впервые о таком слышал. Обычно люди давали однозначный ответ... Блондин не так прост, как кажется на первый взгляд. У него особое мировозрение. Он замечает то, что в упор не видят другие - даже самые умные люди. Радуется чему-то простому, находит лазейки в прописных истинах, и даже из данного извлекает что-то новое. Разговаривать с ним было очень интересно. - И все? - спросил Наруто, он явно хотел услышать больше. - Ну я еще могу рассказать о своем приемном отце и сестренке, но... - Рассказывай! - перебил его лисенок на полуслове. - Хорошо, - вздохнул Дейдара. Вспоминать о родных было больно, но так хотелось поделиться этим с Наруто, - Моего приемного отца звали Кай, он был поваром в своей собственной закусочной... - Раменная?! - воскликнул Наруто истекая слюнками. - Нет, но и рамен там тоже был. - Обожаю рамен... - мечтательно произнес лисенок, с таким блаженным лицом, что Дейдара просто не смог не прыснуть. Но быстро успокоился и продолжил: - Я часто помогал ему на кухне вместе с сестренкой - Намико. Она была очень похожа на тебя... Особенно характером. Каждый месяц мы все отправлялись в горы за специями для кухни... Во время одного такого похода мы решили напугать Кая. Мы набрали веток и пошли к палатке, где он спал, и начали шаркать ими по ткани. А потом слышим наверху храп. Задрали головы, а там на ветке сосны висит на ногах Кай. Он оказывается заснул на вечерней зарядке. Высоко так висит, сидим думаем: как достать? Решили, что я заберусь наверх и стряхну его, а Намика одеялом поймает. Привязали два конца одеяла к дереву, другие она держала. Я забежал по стволу, а Кай сонный меня за ногу схватил, и полетел я вниз на одеяло. Намико от тяжести его выпустила, и я в него, как в кокон закатался и на суку повис. Намико смеется, я ни туда ни сюда. А потом она втыкает мне в волосы пару веток, слышу "бабочкоризуйся куколка"! От ее смеха просыпается Кай, прыгает вниз, смотрит на нас, и говорит с придыханием и восторгом: "Сынок я знал и верил, что ты сможешь стать бабочкой, ты как старался, ел по две-три порции, опустошал холодильник, прыгал с лестниц, говорил, что сможешь летать и, наконец смог таки окуклиться" - а главное драматично так, слезу выдавил. Весь вечер потом подкалывали, про мое "невероятное" превращение... Наруто покатился по полу, закрывая лицо руками. - «Неужто и впрямь так смешно? Мне вот не кажется... Ну и ладно,» - подумал Дейдара, разглядывая бьющего кулаком по полу лисенка. Сейчас на нем не было оранжевой куртки, он снял ее незадолго до этого. Лишь одна сетчатая майка покрывала его стройное юношеское тело. Дейдара невольно засматривался на красивые изгибы спины, рук. Особенно привлекал внимание ежик волос - очень хотелось потрепать Наруто по голове. Раньше взгляд на мальчишку подобных желаний не вызывал. Очень хотелось почувствовать тепло его тела, заглянуть в глаза и... Так, стоп! Что за симптомы такие? Конечно, Наруто за несколько дней смог стать ему намного ближе, чем кто-либо, за последние несколько лет. Буквально спас его умирающую душу. Дейдара был бы рад стать его другом, да хоть бы и братом, лишь бы остаться с ним, не потерять вновь обретенное счастье. Но навязчивое ощущение чего-то неуловимого и странного засело глубоко в его сердце. То, как он стал смотреть на Наруто, странные порывы, когда хочется обнять лисенка, прижать к себе, быть с ним еще ближе... Такого Дейдара еще никогда не испытывал. Непонимание собственных желаний слегка пугало. Он уже давно понял, что Наруто изменил его своими словами, дал веру и надежду, что не хочет возвращаться к прежней жизни. Дей лучше предаст Акацуки и уйдет с ним, подарившим ему второй шанс. Он знал, что по себе, какие узы возникают между семьей и друзьями, но все это было не то. Не теми узами он хотел связать себя с Наруто. Иначе он бы никогда не смотрел бы так странно в его глаза, не одергивал себя, потянувшись к золотистым волосам, не отводил взгляд от приоткрытых губ. Дейдара мог бы поверить, что он купился на сладкие речи Наруто, что мальчик смог стать ему другом, человеком, что пробил брешь в окаменевшем сердце преступника, но не как не это... Наруто не мог стать возлюбленным Дейдары. Не мог он - этот глупый мальчишка, который спас его лишь по своей наивной прихоти, полюбиться ему так сильно. Не мог Наруто быть его первой любовью. Просто недопустимо...