Боль подскажет

      На следующий день Тэхёна доставили домой, а точнее туда, где всё это произошло. По просьбе матери, он не стал подавать заявление в полицию. Он просто замял это дело, как бы ужасно это ни звучало. Он обещал, и он сдержал своё обещание. Но при всём этом он начал считать себя ужасным сыном.       За это время мужчина, которого она защищала до последнего и так сильно любила, ни разу не появился. Либо он боялся Тэхёна, либо ушёл в запой, либо уехал из Сеула. На последний вариант Тэ рассчитывал больше всего, потому что, если он увидит его, то точно не сдержится. Каждый раз, когда он вспоминает его лицо, кулаки начинают самопроизвольно крепко сжиматься.       Чимин помог парню открыть входную дверь. Первым делом Тэ вошёл в дом и закрыл ту дверь в доме, которая вела в гостиную, потому что он сейчас совершенно не готов увидеть всё это, а потом и прокрутить в голове события того вечера.       - Может, мне помочь убрать тебе там? – тихо, практически не слышно спросил рыжий.       - Нет, я сам… - отрезал Тэ, а потом решил, что сказал это слишком резко. – Не сейчас, - добавил он, смотря в карие глаза друга.       Рыжий кивнул и осторожно прошёл на кухню, разложил кое-какие продукты в холодильник, а потом налил стакан воды, протянул его другу.       - Мне побыть с тобой, или ты хочешь остаться один? – предложил он как можно спокойнее.       Тэ медленно сделал глоток.       Чимин прекрасно понимал, что он не помощник сейчас, что толку от него совершенно нет, но, если бы Тэхён что-то попросил, он обязательно выполнил бы всё. Парень даже представить себе не мог, насколько сейчас тяжело брюнету, который изо всех сил старается оставаться обычным Тэхёном и не плакать у всех на глазах. Он держится, точнее, он пытается держаться.       - Нет, Чим, спасибо. Я справлюсь, всё хорошо. Ты и так очень много сделал для меня за эти дни, - ответил он, смотря в глаза рыжему. – Спасибо огромное ещё раз.       - Если что, то я всегда на связи. Днём и ночью, ты знаешь, - он снова крепко обнял Тэ, давая ему как раз то, чего не хватало – человеческого тепла.       - Я знаю, спасибо, - брюнет крепко прижал к себе парня и отпустил. - Ты парням ничего не рассказывал?       - Нет, ты должен сделать это сам, если, конечно, посчитаешь нужным. Я им сказал, что ты ходишь на физиотерапию и прочую ерунду, поэтому у тебя пока нет времени на учёбу.       - Спасибо, - в миллионный раз пробормотал Тэ. – Что бы я без тебя делал?       - Вот не знаю, - покачал задумчиво головой рыжий, а потом слегка улыбнулся. – Тэ, честное слово, я даже представить не могу, как тебе сейчас тяжело, но ты знай, что можешь рассчитывать и на меня и на парней.       - Я знаю, ЧимЧим, - кивнул головой брюнет, понимая, что ещё минута, и он заплачет.       - Я тогда пойду?       - Конечно, беги, у тебя там опять дома детский садик собрался.       - Не поверишь, я просто супер нянька и воспитатель в одном флаконе, - в шоке произнёс он, направляясь к двери. – Дети с меня вообще теперь не слазят!       - Ну, ты же такой обаяшка, кто ж устоит?!       - И не говори! – взмахнул руками парень, а потом обернулся, когда вышел из дома. – Я тебе точно не нужен? С тобой всё будет в порядке?       - Да, Чимин, иди уже, - закатил глаза Тэ.       - Всё, я ушёл!       Тэхён сходил в душ, смывая с себя запах больницы, лекарств и пациентов, одновременно молясь, чтобы всё, что произошло, тоже смылось из его мыслей, воспоминаний, головы, оставляя его хоть на секунду в покое, но нет. Даже вода была бессильна, хоть люди и говорят, что с водой всегда уходят все заботы и тревоги, что вода хранит их.       Парень переоделся в свежую одежду, потом постирал одежду Чимина, в которой ходил весь прошлый день, не считая похорон.       Сейчас он не хотел думать о том, что произошло, что было вчера, как всё это было. И он не уверен, что вообще когда-нибудь захочет поднимать эту тему.       Тэ медленно развесил всю мокрую, теперь уже чистую одежду, на улице за домом, где раньше его мама делала то же самое…       Казалось бы, всё осталось по-прежнему. Вещи лежали на своих местах, аккуратный садик, созданный его мамой, находился всё там же, цветы немного высохли, потому что их долго не поливали, но росли по-прежнему там, где их посадили, как и деревья. Высокие, большие, укрывающие собой в жуткую жару, которая бывала в Сеуле иногда. Небо всё такое же голубое, облака всё такие же нежные и белые. Но в душе огромная дыра и пустота, которая ещё не скоро заполнится…       Парень весь оставшийся день не мог найти себе места. Сперва он посидел на улице, под теми самыми деревьями, просто смотря на то, как прохладный ветерок шевелит зелёные листья, которые потихоньку начала трогать желтизна. Ближе к вечеру он поковырял в холодильнике и достал еду, которую так заботливо приготовила мама Чимина для него. Мама…       Тэ заставил практически силой себя поесть, хоть всё потрясающе вкусно и аппетитно выглядело, он не смог съесть много. Вместо этого он всё время пил воду, чтобы хоть чем-то заполнить желудок и заодно успокоиться.       Он ощущал, что больше не может плакать, что он больше не хочет забиваться в угол, что у него просто не осталось на это сил, после нескольких дней, проведённых в больнице. Но ладони всё ещё предательски тряслись, а внутри всё ещё очень больно.       Ближе к ночи он лёг в свою постель, пытаясь уснуть…       Маленький мальчик увидел из окна, как его мама уже практически подошла к их дому, в руках у неё была красивая синяя машина, о которой он так давно мечтал. Сердце сразу забилось, он с огромной скоростью выбежал ей на встречу.       - Мама, мама! – закричал весело он.       - Привет, Тэхён-а! – она улыбнулась мальчику, присаживаясь на колени перед ним.       - Это ты мне купила? – вопрос прямо в лоб.       - Я её купила своему любимому сыночку, который меня должен вот-вот поцеловать в щёку, чтобы заслужить её, - усмехнулась она, подставляя щёку.       Мальчик, долго не думая, тепло и нежно поцеловал маму, широко улыбаясь.       - Держи, только играй аккуратно, хорошо? – женщина передала ему в руки машинку.       - Хорошо, - ответил он, сразу же сбегая от неё за дом, где было много свободного пространства, чтобы поиграть в своё удовольствие.       Спустя несколько часов всевозможных игр, которые только мог мальчик выдумать, он понял, что устал и на сегодня, наверно, хватит. Уставший, вспотевший и с красным лицом он вбежал в дом, чтобы позвать маму, но запнулся на полуслове, когда увидел, как отец бьёт его маму ладонью по щеке. Женщина хватается за больное место, слёзы начинают литься из её глаз. Сердце мальчика сжимается, он испуганно смотрит на это всё.       - Откуда у тебя лишние деньги, чтобы покупать ему игрушки?! – кричит, как ненормальный, мужчина и бьёт женщину ладонью по голове.       Она падает на колени, становясь ещё более беззащитной, чем была несколько секунд назад. Мужчина снова поднимает руку, замахивается, как мальчик чувствует потребность в том, чтобы спрятать маму от него. Он быстро добегает, встаёт перед женщиной и разводит свои крохотные руки в сторону.       - Не трогай мою маму!!! – кричит он так громко, как только может, а в следующую секунду ощущает жгучую боль, распространяющуюся по всему лицу. Мальчика отбрасывает в сторону, как тряпичную игрушку, он больно бьётся головой о холодный пол и проваливается в темноту…       Тэхён резко открывает глаза, понимая, что ему нечем дышать. Он спрыгивает с кровати и бежит на улицу, моментами ощущая, как ноги подкашиваются, сознание то уходит, то появляется. Несколько раз он во что-то сильно врезается, но ему нужно на воздух, жизненно необходимо.       Уже на улице он понимает, что стоит на коленях и упирается ладонями в слегка влажную землю. Прохладный воздух обжигает лёгкие, ветерок обдувает мокрое лицо, пытаясь успокоить. Ему кажется, как будто где-то рядом с ним что-то сверкает, а потом вдалеке гремит гром, оглушая на несколько секунд. Во рту у Тэ пересохло, дыхание сбилось, но постепенно приходит в норму. Со лба стекают капельки пота и падают куда-то в траву. Сердце бьётся с огромной скоростью в груди и никак не хочет успокоиться. Всё тело начинает трясти.       Парень медленно сжимает кулаки, заставляя себя прийти в себя, собраться, хоть как-то успокоиться. Он понимает, что ему нужна разрядка, что ему нужно что-то с этим сделать. С этим чувством в груди, которое так сильно колет, жжёт, болит. Чувство, которое не отпускает его ни на секунду. Как же ему больно. Ему нужен кто-то рядом, чтобы это чувство исчезло хотя бы немного. Чтобы стало легче. Слёзы начинают течь по щекам в тот самый момент, когда он ощущает, что на его горячую спину падают первые капли дождя. Даже они не помогают, даже от них не становится легче, ни слёзы, ни капли.       Он собрал все свои силы, смахнул слёзы с щёк и встал на ноги, зашёл в дом, надел на себя какую-то толстовку с капюшоном и вышел из дома, резким движением запирая дверь на ключ. Он медленно дошёл до остановки и сел в нужный автобус, который очень кстати оказался пустым.       Парень не мог думать ни о чём, в голове пусто. Он просто смотрел в мокрое от дождя окно, на освещённый, яркий Сеул и ехал.       На нужной остановке он вышел прямо под проливной дождь и пошёл туда, где ему должно было стать хоть немного легче. Туда, где ему, может быть, помогут, дадут сил.       Ватные, тяжёлые ноги сами вели его, он, казалось бы, вообще потерял ориентир в пространстве.       Дождь тем временем продолжал лить с такой силой, с какой раньше никогда не лил. Практически стеной, практически застилая глаза. Вся одежда уже насквозь мокрая, тяжёлая, прилипла к горячей коже. Мокрые волосы свисали из-под капюшона, как и дождь, закрывая обзор глазам. Парень почувствовал, что слёзы снова вырываются наружу и просто дал им волю. Всё равно никто не видит. Всё равно всем плевать.       Напротив нужного ему дома он остановился, вытер с лица дождь и слёзы и присмотрелся к окнам. В одном из них горел свет, а потом промелькнула высокая тень и тут же вернулась обратно.