Обычное утро, обычный вечер

Обычное утро, обычный вечер. У полковника Мустанга есть одна выработанная за долгие годы военной службы способность, которую он благословлял в будние дни и проклинал в выходные. Рой вне зависимости от обстоятельств просыпался в семь утра. Вот и сейчас Пламенный алхимик вышел из мира снов мгновенно, как по команде, и услышал под ухом знакомое сонное сопение. Полковник тут же открыл глаза и в недоумении уставился на мирно спящего рядом с ним Эдварда. Нет, в том факте, что он проснулся в обнимку с Элриком, не было ничего удивительного. Не впервой. Однако, насколько Мустанг помнил, он до трех ночи работал в штабе с документами и лег спать один. «Интересно, во сколько же он пришел?» — подумал Рой и попытался встать с дивана так, чтобы не разбудить спящего парня. Не получилось. Почувствовав, что Мустанг ускользает от него, Эд судорожно вцепился пальцами в рубашку полковника и распахнул глаза. — Доброе утро, — мужчина протянул руку, чтобы погладить Стального по щеке, но тот, отпустив ткань рубашки, отвернулся от начальника. — Доброе, — нехотя буркнул в ответ парень. — Насколько я помню, вчера вечером ты ушел домой, заявив, что не твое дело, как я буду разгребать бумаги и что я могу хоть сдохнуть на работе – ты не расстроишься. Так что же, позволь спросить, ты теперь делаешь в моем кабинете в семь утра, м? – с насмешкой спросил полковник, наблюдая, как лицо Эдварда заливается краской. — Да иди ты знаешь куда… — зло прошипел Элрик и сел на диван, окидывая взглядом пол в поисках ботинок. — Вот и вчера ты мне то же самое сказал, — с улыбкой кивнул полковник. Его ничуть не расстраивало такое отношение. Он прекрасно знал, насколько трудно бывает признаться самому себе в собственных слабостях. – Так что сегодня случилось? Соскучился? — Да нужен ты мне сто лет, — фыркнул Эд и, обнаружив, наконец, свои ботинки, принялся обуваться. Мустанг молча наблюдал за его действиями и размышлял. Почему же он терпит все выходки Стального? Почему так ждет его появления, обязательно сопровождающегося громкой руганью и криком? Почему с замиранием сердца ловит каждую его улыбку, каждый жест, слово? Тут два варианта: либо полковник окончательно сошел с ума, либо он действительно по уши влюбился в этого ершистого подростка с целым набором комплексов. Да, одно другого не лучше. Придя к такому выводу, Пламенный алхимик тяжело вздохнул, сгреб Элрика в охапку и усадил к себе на колени. Парень хотел было разразиться возмущенной тирадой, но, почувствовав на виске теплые губы, весь как-то сразу потух и послушно прильнул к мужчине. — И в кого ты у меня такой колючка, а? Ни в ежа, ни в ерша, ни в дикую кошку, — посетовал Рой, ласково поглаживая Стального по волосам. Эд молча теребил пуговку на полковничьей рубашке. — Ну, как спалось ночью? – спросил Мустанг. — Отвратительно. — А что так? — Плохо без тебя… — прошептал Эдвард так тихо, что Рой сначала подумал, что ему послышалось. Ох, каких душевных мук, каких внутренних страданий стоило Стальному это признание! Небольшая победа над собственным упрямством. — Прости. — Ничего, — вздохнул Элрик, продолжая терзать ни в чем неповинную пуговицу. – Рой, а сегодня ты тоже в штабе ночевать собираешься? — Не знаю, может быть. — Тогда я с тобой останусь. — Зачем? — С бумагами помогу. Мустанг отодвинулся и с интересом посмотрел на вмиг покрасневшего парня. Чтобы Стальной сам вызвался работать с документами? Да, для этого должна быть действительно серьезная причина. Ну да чем любовь не повод поступиться собственной гордостью, верно? Изо всех сил стараясь не улыбнуться и тем самым не смутить Эдварда еще больше, Рой серьезно кивнул. — Как хочешь. ~ОоОоОоО~ Пламенный положил последний отчет в стопку проверенных и с наслаждением потянулся, чувствуя, как ноют затекшие от долгого сидения мышцы. На часах всего десять. «Надо же, как быстро управился, » — удивился Мустанг и посмотрел на Эдварда. Тот безмятежно спал, положив голову на один из отчетов. Бессонная ночь дала о себе знать. — Помощник… Рой протянул руку и убрал длинную челку, закрывающую лицо Эда. Умиротворенность. Редкие минуты спокойствия. Пушистые ресницы чуть дрогнули, и Элрик открыл глаза. — Можно идти. Парень растерянно заморгал, медленно приходя в себя после сна. — Как… все уже?.. — Почти, один остался, — ответил Рой и принялся за тот отчет, который служил Стальному подушкой. Вскоре они уже идут по темной улице. Рядом, но как будто не вместе. Эд чуть позади с самым независимым видом, Мустанг тоже молчит. Тусклый свет фонарей с трудом и как-то неохотно разгоняет ночную мглу. Город спит. Они уже почти дошли до квартиры, когда Рой вдруг почувствовал, как робким котенком ему в руку тыкается теплая ладошка. Не оборачиваясь, Мустанг изо всех сил сжимает ее, будто боится, что Эд сейчас одумается и вырвется из сильной хватки мужских пальцев. Но нет, ночь все также молчит, а они идут вместе, рука в руке, чувствуя тепло друг друга. «А жизнь-то налаживается…» — подумал полковник и улыбнулся.