Мандариновый остров

Месяца проходили сложно, тяжело. Постепенно Оливер учил Кристиана ходить и говорить, но тот почти не давался учебе. Он больше сидел и ковырялся палочками в песке, пока его папа был в лесу и собирал чего-нибудь поесть. Квин, в очередной раз насобирав фруктов, положил их на листы возле ребенка. Он сел рядом на колени и взял Криса на руки, тот только прижался к папе и посмотрел на него жалобным взглядом. Оливер поставил малыша ногами и пол и стал держать его за руки. — Давай, Крис, пора ходить. Олли смотрел на медленно передвигающиеся ножки, которые еще с неуклюжей опаской ступали на землю. Он отпустил руки и смотрел, как его чудо стало ходить самостоятельно. Кристиан упал и, захотев заплакать, посмотрел на папу, но Оливер только отрицательно помотал головой. Мальчик вздохнул и поднялся, опершись на руку отца. — Уже хорошо. Молодец. — Квин улыбнулся, обняв своего маленького альфу. — Люлю папу. — Кристиан сильнее прижался к отцу и стал тихо топать ногами. — Будем кушать, солнышко? — мальчик кивнул и Оливер, почистив манго, дал его сыну. Крис стал медленно и неуклюже есть, иногда роняя кусочки фрукта на специально подстеленный листочек. Оливер помогал альфе не обляпаться, но всегда следил, чтобы Кристиан пытался делать все сам, потому что случиться может всякое и, может быть, однажды Олли не вернется после охоты. И тогда Кристиан должен позаботиться о себе сам. — Ты должен надрать всем задницу, малыш. — он потрепал сына по черненьким волосам и тот с удивлением посмотрел вверх на отца большими карими глазами. По краешкам его губ стекал сок и капал на маленькие ножки, от чего он иногда вздрагивал. — Задницу. — повторил он и засмеялся. Мальчик снова стал есть и сосредоточил свое внимание на еде. После завтрака малыш снова взял палки и начал что-то чертить на песке. Это были какие-то закорючки, линии, кружки. Никто не понимал их значение, но Крис пытался хоть как-то занять себя и не мешать отцу. Оливер сидел и точил палки для лука. Его стрелы почти закончились, и вряд ли бы их хватило, чтобы поймать добычу на обед и ужин. Он взглянул на сына, и ему не нравилось, что тот всё время сидит в углу с палками. Олли решил взять Кристиана с собой на прогулку. — Малыш, пойдем, прогуляемся, — Квин присел на корточки рядом с сыном, ребёнок улыбнулся и не спеша поднялся, — сам пойдёшь? — удивился отец, Крис только кивнул и не большими шажками пошёл вперёд. Отец взял лук и тоже пошёл на вход из пещеры. Как только они вышли на улицу, у ребёнка широко раскрылись глаза от увиденного. Много белого песка, а подальше лазурная вода. Малыш раньше выходил из пещеры, но только вечером или ночью, когда отец был «дома». И ничего нельзя было разглядеть. Крис стоял и заворожено смотрел на всё, Оливер уже отошёл на небольшое расстояние и искал добычу. — Папа, папа, — ребёнок подбежал к отцу, улыбаясь до ушей, он очень сильно что-то хотел сказать, это было видно по его движениям, он не мог устоять на месте всё ходил вокруг отца, — папа, а почему ты раньше меня не брал с собой? Тут так красиво. — И опасно. Ты был ещё маленьким, — уклончиво ответил Олли продолжая выслеживать «обед». На ветку дерева присела птица. Она осмотрелась, помахала крыльями, устроилась поудобней, а потом закрыла глаза. — А кто это? — Кристиан широко распахнул глаза и наблюдал за животным. Странная вещица была серая с коричневым клювом, а хвост был белый. — Это птица, — Квин посмотрел на животное, оно было худое, для еды не подойдёт, сегодня этой птице повезло. — Пица, — задумчиво повторил ребёнок. — Нет, не пицца, а птица, там после «п» идёт «т», — Оливер потрепал сынишку по голове и засмеялся. Оливер подумал, как он соскучился за пиццой и облизнулся. Черт, попробует ли он еще ее хоть раз до того, как умрет? Может, он вообще не вспомнит ее вкуса через пару дней? Только здесь он начал ценить такие простые вещи, как пиццу. — Птица. Я понял. Птица, — радостно закричал Крис, лучезарно улыбнулся и обнял папу. От шума животное проснулось, оно поёжилось, увидело источник шума и быстро взлетело, улетая от этой маленькой семьи. — Пап, а она вернётся? — мальчик посмотрел на отца и ткнул пальцем в небо. — Возможно, — Оллли посмотрел вверх, — если ей тут понравилось, то возможно и вернётся, никто не знает. — Па, у нас в доме есть тараканчик. Я игрался с ним, но он куда-то исчез потом. Его звали Герцог. Он был такой милый. Я ему, наверное, понравился. И он мне. Очень! — Здорово, малыш. — Он тоже ушел? — Все уходят, солнышко. Когда-нибудь, но уходят или уезжают. - Оливер посмотрел на дерево. Никакой новой добычи не появлялось и он подумывал о том, чтобы вернуться. — Пап, а мы тоже уедем? — шепотом спросил он. — Не знаю, Крис, не знаю, — отец взял ребёнка за руку, — пошли домой.