Шанс, подаренный Судьбой

«Зеленый феникс горит, пожираемый черным пламенем…»

      Я растормошил Джинни через пятнадцать минут после того, как проснулся сам. Для меня до сих пор остается загадкой, почему мой кашель не разбудил ее. Она вскочила мгновенно, как только увидела кровь на подушке.       — Драко, что случилось? — она придвинулась ближе и, взяв краешек одеяла, вытерла кровь с моего рта.       — Я не знаю, — ответил я и перед глазами у меня все поплыло. Схватив Уизли за руку, я попытался восстановить утерянное равновесие. — Но мне нужна помощь. Срочно       — Тебе нужно к мадам Помфри, — в глазах Джинни я видел беспокойство. Как странно, эта девчонка держится лучше меня. Я в это время был просто в ужасе.       — Во-первых, — снова кашляю. — Я не дойду сам, и ты меня вряд ли донесешь. Во-вторых, не думаю, что она сможет мне помочь. И в-третьих, мне нужно в библиотеку, я обязан кое с кем поговорить.       Пару дней назад я нашел в запретной секции одну книгу, которая может стать мне полезной. Ее название состоит всего лишь из одного слова — «Судьба». Возможно, я найду в книге заклинание призыва, или что-то похожее. Мне кажется, сейчас помощи можно ждать только от Судьбы.       — Думаешь, до мадам Помфри я тебя не донесу, а до библиотеки донесу? С кем ты должен поговорить?       — Это долгая история, — отмахнулся я. Комната вокруг меня уже танцевала вальс на полную катушку, а моя кожа из бледной превратилась в мертвенно-белую. Пытаюсь размышлять, пока мой мозг совсем не отключился. У меня огромная потеря крови. Кровью просто так не кашляют, значит, где-то внутри меня рана. Мне нужно срочно восстановить красную жидкость в своем организме и… ежики очень милые, смотришь на них и умил… Стоп. Какие к Мерлину ежики?! Мне нужна кровь и заживляющее. — Джинни, я потерял много крови, мне нужно кровевостанавливающее. И, если есть, заживляющее. Беги к мадам Помфри.       Джинни тут же вскочила с кровати, и направилась к выходу, но остановилась. Точно, она не сможет бежать в платье, а, значит, ей придется заглянуть в гостиную Гриффиндора, которая находится в другом конце замка. Ну уж нет, так я точно сконаю. Достаю палочку из кармана и, пытаясь не ошибиться, произношу заклинание. Через секунду на Уизли уже не платье, а топ и джинсы. Эм, получилось немного откровенно для ее возраста. Кинув на меня сердитый взгляд, Джинни выскочила из Выручай-комнаты. Через минуту я вырубился.

***

      От Выручай-комнаты до кабинета мадам Помфри десять минут быстрого бега, накинем еще пять минут на движущиеся лестницы, и того — пятнадцать минут в одну сторону. То есть, Джинни должна вернуться за пол часа. И это, если мадам Помфри отдаст снадобья без разговоров. А если начнет допытываться, то Уизли и часа не хватит.       В безлюдной части замка у Джинни проблем не возникло, но, как только она вернулась в основной коридор — началось. Складывается впечатление, что ее пытались отвлечь специально, чтобы она опоздала ко мне. Но не тут-то было. Уизли всегда руководствуется правилом: «Вижу цель — не вижу препятствий».       Джинни может с легкостью посылать надоедливых парней и отвлекать внимание девушек. Но есть один человек, которого она не может проигнорировать. И нет, это не Гарри Поттер. Это Гермиона.       — Джинни, нам нужно поговорить, есть минутка? — Грейнджер остановила Уизли за пару шагов до цели.       — Только если быстро.       — Это насчет Драко… и Рона.       — О, это что-то новенькое, — улыбнулась Джинни, пытаясь не показывать своих нервов. — Раньше ты их имена в одном предложении не ставила. Это насчет вчерашней драки?       — Ну, дракой это назвать нельзя, но, все же. Джи, Рон совершенно не сожалеет об инциденте и обещает набить Малфою морду при первой же встрече.       — Почему я не удивлена?       — И еще, где ты пропадала всю ночь? Мы тебя обыскались.       Толика правды никогда не бывает лишней, поэтому Уизли в двух словах рассказывает Гермионе о нашей ночной прогулке, не упоминая совместную ночевку и мое предсмертное состояние. Грейнджер нахмурилась.       — Так вы действительно встречаетесь?       — Эм, — Джинни замялась. Она даже не думала об этом, ведь наша общение скорее потребность, чем прихоть. — Нет, мы просто друзья.       — Друзья? Ты и Малфой? — Гермиона изогнула бровь. — Погоди, я правильно расслышала?       — Да-да, — отмахнулась Джинни. — Прости, я спешу.       С этими словами Джи отвернулась и уже было вернулась к старому курсу, но тут Грейнджер схватила ее за руку.       — Погоди, ответь мне на один вопрос: почему? — я почти уверен, что в этот момент Уизли считает в голове минуты, и прогноз ей не особо нравится. Чем дольше она болтает с Гермионой, тем меньше шансов у нее застать меня живым. — Я действительно очень хочу знать.       — Хорошо, — вздохнув, промолвила Джи. — Он оказался рядом, когда мне было плохо и, вместо того, чтобы посмеяться надо мной, как он делал обычно, поддержал. Он поступил по-человечески, понимаешь? — Грейнджер коротко кивнула. — Вот и все. Я просто увидела в нем человека.       С этими словами Джинни заскочила в медкабинет. Ей еще предстоял трудный разговор с мадам Помфри.       — Дайте, пожалуйста, одно заживляющее и одно кровевостанавливающее.       — Причина?       — Нужно заживить рану и возобновить потерянную кровь.       — Покажите рану.       — Поранилась не я, а мой друг.       — Приведите ко мне его, я сама осмотрю и выпишу.       — Он не дойдет.       — Тогда мы пойдем к нему.       — Вы не дойдете. То есть, не найдете.       — Ваш этот друг вообще существует?       — Пока да, но если я не потороплюсь, то скоро ответ будет отрицательным.       — Ну, и что вы предлагаете?       — Отдать мне флакончики и отпустить с миром.       — Думаете, это так просто? Я даже не уверена, что вы будете использовать их по назначению.       — И что теперь?       — Я должна удостовериться, что вы не врете.       — Пока вы будете проверять меня на саморобном «детекторе лжи» мой лучший друг истечет кровью.       — Это займет всего пару минут.       — Как знаете, но его смерть будет на вашей совести.       Мадам Помфри картинно вздохнула, открыла шкаф, выудила из него два флакончика, один с красной, другой с синей жидкостью и протянула Джи.       — Держи, но последствия будут уже на твоей совести.       — Спасибо, — улыбнулась Уизли и бегом рванула к Выручай-комнате. Теперь ей просто не было дела до учеников, которые хотели поговорить с ней.       За это время я уже пару раз приходил в сознание и отключался опять. Сил не было даже для того, чтобы просто сесть.

***

      — Драко, очнись! — Джинни, склонившись надо мной, трясла за плечо, пытаясь привести в сознание. С третьей попытки у нее поучилось, и я открыл глаза. — Я принесла тебе все, что ты просил.       Ослабшими руками беру один флакон, но тут же упускаю его.       — Так дела не будет, — изрекает Джи, и, откупорив один из флаконов, начинает поить меня как маленького ребенка. Вкус у заживляющего зелья, конечно, отвратительный, но выбирать не приходится. А кровевостанавливающее зелье было на вкус как клубника, я до сих пор не знаю, почему. — Как ты себя чувствуешь? Можешь идти? — спросила Уизли, когда я все послушно выпил.       Мне стало намного лучше. Кожа приобрела свой натуральный оттенок, комната больше не танцевала вальс, а сознание было относительно ясным. Но вот на счет идти… я не был уверен, что смогу преодолеть такое расстояние. Встаю, опираясь на руку Джи, и пытаюсь удержать равновесие. Получается неплохо. Неожиданно начинаю кашлять. Снова кровь, но в меньшем количестве.       — Проведи меня в библиотеку, боюсь, без твоей помощи я не дойду, — Уизли кивнула и мы покинули Выручай-комнату. Путь в библиотеку занял в два раза больше обычного. Пару раз мне пришлось останавливаться и переводить дух. Предсмертная слабость еще не прошла окончательно. Как только мы оказались в библиотеку, я тут же направился к запретной секции. Оказалось, что допуск к ней спокойно распространяется на двоих людей.       Запретная секция, похоже, живет только по своим правилам, потому что в ней темно даже днем. На поиски нужного стеллажа уходит около получаса, а на поиски книги хватает и пяти минут, ведь кожаную позолоченную книгу тяжело не заметить. Вытаскиваю ее и сажусь за стол вместе с Джи.       — Твою мать, — вырывается у меня, когда я открываю первую страницу. Кто? Скажите мне, кто додумался написать название книги на человеческом языке, а все остальное — каракулями. — И какой это язык?       — Эм, не знаю, но, по-моему, здесь все понятно, — я посмотрел на Уизли как на прокаженную. Понятно кому? Мерлину? Так в его способностях я и не сомневался. — Смотри, — Джинни указала пальцем на слово, которое должно быть оглавлением. — Введение, — ее палец скользнул дальше, переместившись на первую строку первого абзаца. — Дорогой феникс, я рад, что ты решил (а) прочитать эту книгу. Здесь пойдет речь о Судьбе. О ней ходит много легенд, начиная от самых безобидных, где эта девушка помогает людям исправлять их ошибки, вплоть до самых кровавых, в которых она специально изменяет жизненный путь человека, чтобы насытиться его кровью. Сразу отмечу, что все они — выдумки на пустом месте. Достоверных сведений о Судьбе нет. Те, кто хотя бы раз видели ее, предпочитают молчать об этом.       Я завороженно слушал Джи. Как она умудрялась разбирать слова в этих каракулях?       — Можешь не читать в слух. Найди мне что-то о призыве Судьбы, — Уизли странно покосилась на меня, но все же принялась искать, и через пару минут нужный абзац был найден.       — О заклинании призыва Судьбы, как и о ней самой, ходит много легенд. Я не буду их все описывать здесь, так как вам это ни к чему. Я расскажу о самом простом способе. Нужно просто позвать ее, и если она захочет, она придет. Все. Больше здесь ничего не написано.       Повисает тишина. Я обдумываю прочитанное. Мои мысли прерывает жгучий кашель, настолько сильный, что мешает дышать. Через минуту он проходит и я, отдышавшись, кричу на всю библиотеку:       — Судьба! Мне нужна твоя помощь! — Джинни посмотрела на меня, как на идиота, но мне уже все равно. Я должен встретиться с Судьбой. — Судьба!       — Не кричи так сильно, а то надорвешься, — мы с Уизли резко оборачиваемся. Она стоит сзади нас, никак не изменившаяся с нашей первой встречи. Она все еще выглядит как Гермиона. — Я уже здесь.       — Гермиона? — удивленно спрашивает Джи. — Как ты здесь оказалась?       — Меня зовут Судьба, но ты можешь звать меня Эш. А насчет тела… я принимаю облик идеала красоты определенного человека.       — Так твой идеал красоты — это Гермиона! Я так и знала! — радостно восклицает Джи, но я не разделяю ее радости.       — Зачем ты позвал меня?       — Ты же в курсе, зачем спрашивать?       — А ты смышленый, — Судьба улыбнулась. — И я отвечу на твой еще не заданный вопрос. Все дело во Времени. Оно терпеть не может, когда по нему путешествуют, поэтому оставляет след, кровавую рану в груди, на каждом, кто посмел выйти за рамки дозволенного. Переместившись на день-два назад и ничего особо не изменив, ты не подвергаешь себя опасности. Но ты… — Эш вздохнула и заправила волосы за уши. — Десять лет — это очень большой срок. Просто огромный. Время оставило в твоей груди рубец и, каждый раз, когда ты что-то меняешь, ты раздираешь его. Боюсь, Драко, ты умираешь.       Мое сердце пропустило удар. Шумно выдыхаю. Значит, я умираю. Это ужасно… Хотя, в принципе, я прожил и так больше, чем мне было отмеряно.       — Сколько?       — Если будешь принимать заживляющее и кровевостанавливающее регулярно, то максимум, что я могу тебе дать, это тринадцать лет, — хм, не так уж и мало. — Но, ты должен отказаться от спасения дорогих тебе людей.       — Ну уж нет, — твердо говорю я. — Быть на грани смерти мне не впервой. Тем более, есть люди, которые заслужили жизнь больше, чем я, так что…       Судьба улыбается, но как-то грустно. Поворачиваюсь, и встречаюсь взглядом с Джинни. В ее глазах я вижу боль и непередаваемую грусть. Беру ее за руку, мол, все будет хорошо.       — Я дам тебе кое-что, — Эш снимает с шеи кулон, подбрасывает его в воздух и один раз махает рукой. Кулон тут же оказывается у меня на шее. Он сделан из золота и похож на маленькую книжечку. — Когда захочешь открыть, просто скажи — «Откройся».       — Зачем он Драко? — спросила до этого молчавшая Джи.       — Он показывает точное количество времени, отведенное ему, — ответив на вопрос, Судьба повернулась ко мне. — Будь осторожен и не меняй ничего лишнего, хорошо? Тебе дорога каждая минута.       — Мы встретимся еще раз?       — Только позови, — улыбнулась Эш. — Ты должен еще кое-что знать: «Зеленый феникс горит, пожираемый черным пламенем».       Я не успел даже удивиться, когда Судьбы уже и след простыл. Это же слова мамы. Вот тебе и просто «бред сумасшедшей».       — Зеленый феникс… — протянула Джинни. — Да это же ты! Зеленый — потому что твой факультет Слизарин.       — А феникс — потому что я возродился из пепла, — продолжил я. — Пожираемый черным пламенем…       — Потому что ты умираешь, — закончила Джи. Ее плечи поникли, а голос становился все тише и тише, на глаза навернулись слезы.       — Эй, не плачь! — попытался я успокоить Уизли. — У меня впереди чуть меньше тринадцати лет. Мы еще успеем с тобой накуролесить.       Когда это не помогло, я придвинулся ближе, обняв Джинни за плечи. Она уткнулась носом ко мне в шею, стараясь успокоиться.       — Знаешь, я всю жизнь думала, что ты самовлюбленный придурок, — внезапно сказала Джи. — Тебе есть дело только до самого себя. А потом ты внезапно изменился. Сейчас я не совсем понимаю, что произошло, но, надеюсь, ты мне расскажешь. Ты стал другим и мы подружились. А потом я внезапно узнаю, что ты неизлечимо болен. Я чувствую себя ужасно, и даже не представляю, что чувствуешь ты.       — Я искренне надеюсь, что все исправлю, — говорю я. — Ты все еще хочешь услышать рассказ? — Уизли кивает. — Тогда начнем с…

***

      Утро воскресенья началось для меня и не плохо, и не хорошо. После пяти часов сна я был измотан как после двухчасовой пробежки. Заставив себя встать и одеться, я решил спуститься к завтраку. В Большом зале было относительно пусто. За столом учителей сидели только крестный и профессор МакГонагалл. Оглянувшись и, обнаружив за столом Гриффиндора Джинни, я решил подойти к ней. К счастью, ни «золотой троицы», ни братьев Уизли не было видно, поэтому мы смогли поговорить нормально.       — Доброе утро, — улыбнулась Джи, когда я подошел ближе. — Как себя чувствуешь?       — Будто бы я всю ночь вверх ногами на гипогрифе летал. Как там Рон? Все еще хочет набить мне морду?       — Не знаю, я стараюсь ему на глаза не попадаться. Что там с зельем? Ты работал всю ночь, верно?       — Почти. Пять часов сна я все-таки урвал.       — Как продвигается?       — Медленно. Основа зелья должна настаиваться пять часов. Потом тридцать минут ее нужно держать на огне, и лишь потом добавлять ингредиенты. Готовое зелье должно настаиваться двенадцать часов для усиления эффекта. Вот.       — И на какой же ты стадии?       — На первой, через час поставлю на огонь.       — Погоди, у тебя же через сорок минут Зельеварение.       — Ну, так я и буду им заниматься, только в Выручай-комнате.       — Мм, значит, ты прогуляешь урок. Я ведь могу и настучать на тебя, — Джи ехидно улыбнулась.       — Еще раз сделаешь такое выражение лица, я тебя за нос укушу, — детская угроза смотрелась как нельзя кстати в нашем разговоре. И Уизли, как и любой ребенок, не восприняла ее всерьез.       — Эй, — попыталась сделать возмущенный тон Джинни, потирая укушенный нос. — Драко Малфой, что вы себе позволяете?       И только я собрался что-то ответить, как укусили уже меня. Довольное выражение лица Джи надо было видеть.       — Знаешь, а я ведь могу и губу тебе прокусить, — сказал я первое, что пришло мне в голову.       — Только попробуй, — это единственное, что успела сказать Уизли, перед тем, как я схватил ее за руки и потянул на себя. Наверное, со стороны это выглядело как страстный поцелуй, но, на самом деле, это была жестокая битва. Последним моим выпадом был настоящий легкий поцелуй, после которого Джинни сдалась.       — Хорошо, сегодня ты победил. Но, если еще раз вздумаешь укусить меня, то я тебя уж точно закусаю и зацелую до смерти, — Джи шутливо пригрозила мне пальцем. Взглянув на учительский стол, я увидел удивленные глаза крестного и сведенные брови МакГонагалл. Хмыкнув, я встал и, захватив со стола Гриффиндора печенюшку, направился к своему. Но не успел я пройти и десяти шагов, как налетел на Рона Уизли. Твою мать!       — Хорек!       Я неосознанно сделал шаг вправо, тем самым спасая свою жизнь. Рука Уизли схватила воздух. Ввязываться в драку мне не хотелось, тем более в таком усталом состоянии, поэтому я, воспользовавшись секундным замешательством, почти бегом направился к своему столу.

***

      Зельеварение я пропустил, ЗОТИ — тоже. Честно, я даже на обед не успел. И вот, когда живот уже вовсю распевал песни и начало тошнить от голода, пришла она.       — Я принесла тебе пиццу, — Джи зашла в Выручай-комнату, улыбаясь.       — Ты моя спасительница, — я улыбнулся, не отрываясь от помешивания зелья. — Поставь на стол. Что нового?       — Второе испытание назначено завтра на полдень. Ты успеваешь закончить?       Только я хотел ответить, что все почти готово, как мой котел с жутким треском взорвался и зелье, которое я готовил всю прошлую ночь, украсило стены Выручай-комнаты. К счастью, мой обед не пострадал, а вот Джинни…       — Нет, — выдохнул я и начал вытягивать липкую жижу из волос. — Не смотри на меня так.       — Как? — Джи сжала губы. — Так, будто бы из-за тебя я не успеваю на Трансфигурацию?       — Именно так. Хотя, почему ты не успеваешь? Еще как успеваешь! Всего одно заклинание и…       — И ничего, — Уизли резко прервала меня. — Хватит с меня твоих заклинаний. МакГонагалл еще с прошлого раза не оправилась.       — На этот раз все мирно, — я улыбнулся и, взмахнув палочкой, наложил очищающее заклинание. Джинни осталась довольна.       — Что теперь с зельем? — спросила Джи, подойдя ближе.       — С ним, дорогая моя, полная задница.       — Ты сдался?       — Нет, — я шумно выдохнул и откинул волосы назад. — Нет, Джи, я не сдался. Но мне нужна помощь. Я не настолько хорошо знаю зельеварение, как думал.       — Ты можешь позвать Судьбу. Или поговори с Гермионой, она должна в этом разбираться.       — Судьба не вариант, она не зельевар. А к Гермионе я подходить не хочу. Она слишком умная, чтобы безкорыстно помочь. Тем более мне, — последние слова я произнес с грустью в голосе и Джи это заметила. — Остается только один вариант.       — Какой?       — Крестный, — что ж, Драко, пора налаживать отношения с родственниками.

***

      Я дождался конца уроков, прежде чем отправиться в кабинет Зельеварения. Не смотря на то, что мне уже на деле исполнилось двадцать пять, я до сих пор немного побаиваюсь крестного. Человек с темным прошлым и все такое.       — Мне нужна помощь, — я зашел в кабинет Снейпа без стука и без любых других прелюдий. Все четко и по делу. Крестный оторвался от зелья и поднял на меня удивленный взгляд. И тут до меня дошло, что до этого я никогда не просил у него помощи. Да мы за последние четыре года толком и не говорили нормально. — Срочно.       — Что случилось? — его голос звучал холодно, но я прекрасно понимал, что он беспокоится.       — Нужно кое-что приготовить. Зелье. Ко второму туру Трех волшебников.       — Ты прекрасно справляешься с Зельеварением. Зачем тебе моя помощь?       — Ну, это слишком сложно для меня.       — Дай угадаю, хочешь насолить Поттеру, да? Чтобы он занял последнее место? — ухмыльнулся крестный.       — Почти, — я улыбнулся, предугадывая реакцию Снейпа на мое следующее предложение. — Хочу ему помочь. Первое место Поттеру определенно не помешает.       Нож, которым крестный резал ингредиенты, выпал у него из рук и с громким звяканьем ударился об пол.       — Помочь? Ты? Поттеру? Победить? — Снейп переспросил буквально каждое слово и от этого мне стало не по себе.       — Помочь. Я. Поттеру. Победить, — утвердительно повторил я, вторя манере разговора крестного. А потом с ухмылкой наблюдал, как Снейп выпучивает глаза.       — Что с тобой происходит? — неожиданно спросил профессор. — Ты не огрызаешься, водишься с Уизли и хочешь помочь Поттеру. Где твоя вечная ненависть ко всему и вся?       После этих слов я задумался. Раз уж я решил исправить ошибки прошлого-будущего, мне нужно иметь поддержку. А у меня ее нет. Конечно, всегда есть Джинни, но это не то, что мне нужно. Мне нужны люди, взрослые маги, которые готовы содействовать и — главное — достаточно смелы, чтобы выступить против Воландеморта, который вот-вот воскреснет. Крестный один из таких.       Он был на стороне Дамблдора в этой войне, играл двойного агента. И мне катастрофически нужен с ним союз, иначе все мои планы могут полететь в пропасть. Может быть, даже удастся спасти директора, хоть он мне со своей слащавостью и лимонными дольками никогда не нравился.       — Драко, ты еще здесь? — голос Снейпа вывел меня из раздумий. Я решился. Мне нужен еще один надежный человек.       — Слушай меня и не перебивай, — громко вздохнув, выпалил я. — Во время третьего этапа тура Трех Волшебников Воландеморт воскреснет, убьет Седрика Дигори и чуть не убьет Поттера. Грюм — это на самом деле Барти Крауч младший, который принял оборотное зелье и держит настоящего Грюма в своей хижине в чем-то на подобии подвала. Директор организует Орден Феникса для борьбы с безносым. В школу придет министерская сучка Амбридж, которая то и дело будет всех доставать.В министерстве, куда Поттер и кучка его друзей отправится за пророчеством, Беллатриса убьет Сириуса Блека. Дамблдор, разыскивая крестражи, подцепит какое-то неизлечимое проклятье и начнет умирать. Лекарства в прошлый раз не нашли. Вы вместе с директором придумываете план и ты, следуя ему, убиваешь Дамблдора, тем самым становясь «верным приспешником» безносого. Поттер, Уизли и Гермиона отправляются на поиски крестражей. Пожератели берут школу под свой контроль. Когда наши герои возвращаются в Хогвартс, его осаждает безносый. В Хогвартсе идет битва, в ходе которой умирает много хороших людей. Тебя, по приказу Воландеморта, убивает Нагайна. Когда все устаканилось (я просидел с неделю в Азкабане, ожидая суда) я поступил в магический университет. Потом влюбился в Гермиону, но, по-скольку она была уже обручена с Уизли, мне ничего не светило. Также я наладил отношения с семьей Уизли, Поттера и Гермионы. Через два года после окончания учебы мне звонит Джинни и, рыдая в трубку, говорит, что Герм сбил грузовик. Когда я стоял и почти молча страдал над ее могилой, пришла она — Судьба. Она выглядела как Гермиона. Эш сказала, что дает мне второй шанс — извинялась за смерть Грейнджер — и отправила сюда. Недавно мы с Джинни говорили с Судьбой. Эш сказала, что Время оставила во мне кровоточащую рану и сказала, что я умираю. Если я перестану менять ход истории, то проживу их спокойно. Я отказался, теперь я здесь.       Я шумно вдохнул и посмотрел на крестного. Он молчал около минуты, а потом промолвил:       — Как тебя угораздило влюбиться в Грейнджер?       — Это все, что ты уловил из рассказа? — оторопел я.       — Я уловил все, что нужно. И что теперь ты собираешься делать?       — Сделать Поттера стопроцентным победителем, спасти Седрика и заручиться твоей поддержкой — это ближайшие планы, остальные пока в разработке.       — Тебе нужна моя поддержка?       — Мне нужна любая поддержка, — я говорил быстрее, чем думал. — Я слишком сильно замахнулся сначала и теперь придется держать эту планку до конца. Я хочу собрать тех, кто может мне помочь и кому я доверяю. А я доверяю тебе.       — Отправь рецепт с зелья с совой, — после секундного замешательства сказал крестный. — Помогу, чем смогу.       Я улыбнулся и, поблагодарив, вышел из кабинета. Перспектива моего будущего стала потихоньку вырисовываться и приобретать форму. Но, все же, я не мог понять, почему Снейпа не удивило мое заявление о том, что я умираю. Пообщел себе подумать об этом позже.

***

      Крестный обещал приготовить зелье к завтрашнему утру и у меня резко поднялось настроение. Захотелось выпить. Конечно, не коньяка или чего похожего, но от пива я бы не отказался. Поэтому я пошел искать Джинни, чтобы она составила мне компанию при вылазке в Хогсмид. Тайный ход туда я приблизительно помнил.       Уизли сидела вместе со своим братом, Поттером и Гермионой за обеденным столом Гриффиндора, но чуть поодаль. Троица что-то бурно обсуждала, поэтому меня они даже не заметили.       — Я хочу выпить, — прошептал ей буквально на ухо.       — И чем я могу тебе помочь? — улыбнувшись, шепотом спросила Джинни.       — Я запланировал преждевременную вылазку в Хогсмид. Пойдем со мной.       — Тебе дадут срок за спаивание несовершеннолетних.       — От одного пива тебе ничего не будет, — я ухмыльнулся, схватил Джи за руку и буквально вытащил из-за стола.       — Я не сказала, что я иду.       — Как-будто у тебя есть выбор, любовь моя, — я шутливо поклонился и протянул Уизли руку. — Давай, сегодня я плачу.       Джинни улыбнулась и я, восприняв это как согласие, потянул ее к выходу. Никто из троицы не обратил на нас внимание, лишь Гермиона сопроводила нас не читаемым взглядом.       За две кружки пива пришлось платить в два раза больше, потому что упрямая тетушка очень чтит законы и моральные принципы. К счастью ее сын относится к этому намного проще. В баре я рассказал Джи о моих дальнейших планах.       Для начала я решил заключить мир с ее братьями-близнецами и втянуть их в свою игру. Воландеморт как-никак воскреснет через месяц, а мне нужно не только не пустить на кладбище Седрика, так еще и вывести на чистую воду Грюма-Крауча. Ну и спасти Поттера нужно не забыть. В общем, нас с Джи слишком мало для всей этой махинации.       Когда Турнир официально завершится, я хочу завести новых союзников: Дурмстранг и Шармбатон. Говорить я планирую не с представителями школ, а с Виктором Крамом и Флер Делакур. Мне кажется, они имею большее влияние, чем все учителя вместе взятые. Думаю, они согласятся сотрудничать. Не смотря на то, что войны Англии им чужды, думаю у меня получится убедить их, что безносый на Великобритании не остановиться, а пойдет дальше. Какой идиот откажется останавливать врага на чужой территории, не ставя по удар свою?       Когда часы пробили девять я, кинув угрюмый взгляд на опустевший стакан, взял Джинни за руку и вышел из бара.

***

      «О Мерлин, как же холодно!» — эта мысль не покидала меня с того самого момента, как я вышел на улицу. Кутаясь в теплую мантию, я не мог понять, кому пришло в голову устраивать второй тур в такой холод. Можно запросто себе что-нибудь отморозить.       И еще я не мог понять, почему вчера температура поднималась за двадцать, а сегодня упала до нуля. Мне даже кажется, что профессора приложили к этому руку.       Крестный закончил зелье к пяти часам утра, поэтому и разбудил меня примерно тогда же. Так что я налягал на кофе, чтобы хоть как-то открыть глаза. На трибуне, где, по идее, должны расположиться зрители гуляло торнадо. Холодное торнадо. Я бы не удивился, если бы мне в голову шибанула глыба льда.       Я стоял недалеко от трибуны, держал в руках две чашки кофе и высматривал Джи. Именно она должна была передать Поттеру зелье. От старого врага Гарри помощи не примет, а вот от сестры лучшего друга — легко. Тем более, как я понял, Джинни решила сказать, будто она нашла этот флакончик рядом со своей кроватью. На нем была прикреплена записка СРОЧНО передать Поттеру.       Под крышкой, если Гарри все же решиться его открыть, а он решиться, его будет ждать небольшое анонимное письмо. В нем я попросил нашего Золотого мальчика выпить зелье и не геройствовать во время Тура. Оставшихся спасут и без него.       К одинадцати я приговорил четыре чашки кофе и было собрался выпить и пятую, когда ее выхватила Уизли.       — Ну как? — спросил я, зевая. Холод на меня действовал лучше снотворного. — Отдала?       — Ага, слушай, а зачем тебе остатки зелья. Тоже собрался нырять?       — Хочу понять, как Снейп его приготовил. Джи, тебе не холодно?       — Немного. Наложи на свою мантию утепляющее заклинание и прекрати стучать зубами.       — Уже наложил два. Мне кажется, моя одежда хочет, чтоб я замерз насмерть.       Джи было хотела что-то сказать, но ее перебили пролетевшие рядом близнецы, что-то кричащие о «четверо нырнут, но все ли выплывут?» и принимающие ставки. Уизли закатила глаза.       — Придурки, — вздохнула Джи. — Ты прав, становится все холоднее. Как давно ты здесь?       — С восьми утра.       — Что ты здесь делал с восьми утра?       — В большинстве своем спал и пил кофе. Сегодняшнее утро, ты же знаешь, началось для меня слишком рано. Так что пойдем сядем где-то скраю и я немного попробую поспать.       Второй тур начался чуть раньше полдня. Поттер, как я отметил, все-таки воспользовался моим подарком. Он пришел первым, вытащив одного только Рона. Флер, как и в прошлый раз, не доплыла. Крам и Седрик вынырнули одновременно, а кто какое место занял я так и не уловил.       После оглашения результатов, Дамблдор попросил Макгонагал достать со дна сестренку Флер. Дальше произошло то, чего я совсем не ожидал.       Вода взбунтовалась, магические потоки отбросили профессора на пару ярдов назад и она сильно ударилась головой о землю. На рекой поднялся вихрь. Я вскочил, еще до конца не понимая, что происходит. В голове вертелась только одна мысль: «Если я не вмешаюсь, девочка умрет». Я был уверен в этом больше, чем на сто процентов.       Соскакиваю с трибуны настолько резко, что пугаю людей внизу. Подбегаю к краю платформы и буквально ощущаю магию, проходящую через меня. И снова мысль из ниоткуда: «Она меня не тронет. Я и так ходячий труп». Мне что-то кричат, Дамблдор кодует, но все тщетно. Вихрь не исчезает, а становиться только сильнее. Судьбу звать бесполезно — она не вмешается. У нее нет таких обширных прав, а значит…       Дрожащая рука нащупывает флакон в кармане мантии. В детстве я достаточно хорошо плавал, и я искренне надеялся, что навыки не забываются. Сбросив наспех мантию и ботинки, я выпил залпом остатки зелья и прыгнул в воду. В первые секунды я потерял контроль над своим телом. Ноги сводила судорга, глаза отказывались видеть, а чутье из-за зелья отбило совсем. Но потом у меня получилось взять себя в руки и я поплыл. Делать это в одежде было крайне тяжело, но я надеялся на мои когда-то сильные руки.       Внутри вода казалась спокойной, но когда я поднял голову, то понял, что вихрь никуда не делся. А еще магические потоки усилились. Я их буквально чуял. Они пахли… я не знаю, смертью?       Где-то вдалеке я увидел силует девочки. Когда подплыл ближе и увидел узел, который искренне надеялся развязать руками, я полез за палочкой и осознал, что она была в матии. Я беззвучно выругался. «Сосредоточься, Драко», — сказал я себе. «Беспалочковая магия, помнишь?»       И я вспомнил. После десятка попыток у меня все же получилось разорвать узел. Схватив девочку за плечи, я со всей силы толкнул ее вверх и она поплыла. Когда до поверхности оставалась половина пути, я понял, что задыхаюсь. Зелье закончилось, черт.       Собрав волю в кулак, я попытался плыть быстрее, все время оглядываясь на наличие русалок. Но их как след простыл. Когда я вынырнул, сестренка Флер испугано оглядывалась, иногда перебирая руками. Вихрь над нами пару раз плюнул искрами, потом потихоньку начал утихать, а после и исчез совсем. Повисла гробовая тишина.       — Поплыли, к берегу — я нарушил тишину первым, обратившись к девочке. — Мне слегка холодно.