Плачь, Стэнфорд Пайнс

Здесь очень тихо.

Плачь, Стэнфорд Пайнс. Кричи, вырывайся, зови кого угодно - ничто не поможет тебе. Твои оковы будут сжиматься все больше и больше, пока в конце концов не сожмутся так, что перед глазами поплывут разноцветные красочные пятна, а на шее останутся сине-фиолетовые синяки. Ничто не спасет тебя. Никто тебе не поможет. Трать свои силы, истощайся, обессиленно падай на колени. Ты здесь один. Совсем один. Разве не этого ты хотел все это время? Одиночества и тишины. Борись, Стэнфорд Пайнс. Твои попытки вырваться все больше уничтожают тебя. Ты слабеешь, кости ломит, в легких мало места для воздуха. Такая клетка слишком мала для тебя. Нужна свобода, нужен простор, тебе хочется бежать. Только бежать тебе некуда. Подумай сам - ты отвернулся от всех, отказался от любой помощи и заперся в себе. Сам закрыл себя в тяжелой кровавой клетке своего тела. Ты думал, что так будет проще? Оградиться? Забыться? Так забывайся, Стэнфорд Пайнс. Забывай все, что было. Отбрасывай любые мысли и воспоминания, не думай ни о чем. Ведь ты сам так хотел доказать, что ты достаточно готов к тому, чтобы быть одиноким. Ты сам выбрал этот путь, и ты должен дойти до его конца. И никто тебе в этом не поможет. Ты теперь сам для себя поддержка. Смиряйся, Стэнфорд Пайнс. Смиряйся с тем, что ты беспомощен. С тем, что чтобы ты сейчас ни делал, ты все так же останешься пойманным в ловушку и заключенным в призрачные кандалы. Смиряйся, что никто не поможет тебе. А кто должен? Ты оградился, ты прогнал всех, кто любил тебя, ты решил, что тебе никто не нужен. Ты думаешь, что после всего содеянного хоть кто-то откликнется на твой зов о помощи? Ты так умен и при этом так наивен, Стэнфорд Пайнс. В твоей голове хранятся тайны мироздания, ты видел то, что другим видеть не дано, ты покорял пространство и время, но ты так легкомысленно решил, что едва ты вернешься назад, к истокам, все наладится. Ничто не забывается просто так. Все боли и обиды, все оскорбления и раны - все остается. Просто на них закрывают глаза. Сдавайся, Стэнфорд Пайнс. Осознай, что ты никому не нужен. Точно так же, как когда-то никто не нужен был тебе. Иронично, не правда ли? Ты так многое потерял, Стэнфорд, но на все закрывал глаза. Но найти это теперь не так уж и просто. Признай, что ты проиграл. Скажи громко вслух, что ты признаешь свое поражение. Что ты оказался не таким сильным и терпеливым, чтобы выиграть эту битву. Ты слаб и жалок. На что ты способен, кроме подсчета в уме больших чисел и построения сложных машин? Падай на пол, Стэнфорд Пайнс. Хватайся за лицо своими шестипалыми руками. Дыши так глубоко, как только ты можешь. И молись, молись, молись за свое прощение. Но здесь, вдали от привычной реальности, в сырой каменной комнате с тяжелыми горячими цепями, даже Господь не услышит тебя. Умирай, Стэнфорд Пайнс. Позволь боли захватить твои разум и душу. Почувствуй ее красоту, почувствуй привкус металла во рту. Осознай, что ты умираешь в одиночестве, и никто не будет оплакивать тебя здесь. Ты так хотел уйти из жизни достойно. Получить признание и любовь окружающих, открыть нечто невероятное, надеть на голову лавровый венок победителя и потом умереть, окруженный почестями и признательностью со всех сторон. Чувствуешь ли ты, Стэнфорд Пайнс, как сильно отличается реальность от твоих фантазий? Чувствуешь, как рушится весь твой внутренний мир, под осколками которого теперь твоя гордость? Чувствуешь ли ты, с каким хрустом ломается твое себялюбие? Чувствуй это. Услышь свои тихие стоны, вызванные сильной болью в местах, где твое тело сжимают магические оковы. Завораживающе, не правда ли? Плачь, Стэнфорд Пайнс. Ты ничего не можешь больше делать. И ни на что другое ты сейчас не способен. Возможно, твой плач смягчит острую боль в душе, а может быть тебе будет только хуже от него. Но пока ты закрываешь лицо ладонями, цепляясь грязными ногтями за старую кожу, ты можешь успеть попросить прощения. Сказать это в пустоту, но поверить, что твое сдавленное "прости" кто-нибудь услышит. Поверь в это, глупый старик. Потому что сейчас это все, что ты можешь. Плачь, Стэнфорд Пайнс. Осталось совсем немного до твоего "красивого" конца.