Weirdo

Чживон провожает Хёнджу до лифта. Обещает нуне кофе и обед как появится время. Хёнджу легко клюёт Чживона в губы, придерживая рукой объёмистую сумку, чтобы случайно не ударить Чживона по бедру, поправляет тонким пальцем помаду и одним ровным, слитным, очень-очень женственным движением скрывается в стальной кабине. Чживон улавливает краем глаза движение в коридоре справа и на мгновение мажет взглядом по перекошенному лицу Чжину. Что ж. Хёнджу простая. Чживону с ней легче, чем с любой другой женщиной. Хёнджу много молчит, мало ест, может зависнуть с ними всеми в комнате для практики и подсказать что-нибудь полезное. Хёнджу не девушка — женщина с мыслями старухи и жизнеощущением ребенка. Чживона устраивают ненавязчивые отношения в первую очередь сексуального характера. Хёнджу умеет контролировать себя и не царапать напряжённую спину, пока Чживон складывает в голове числа, чтобы не кончить раньше времени. И ей нравится его татуировка. Хёнджу оказывается замечательной заменой Чжину. — Вы мальчишки странный народ, — делится Хёнджу с Чживоном. На белой чашке отпечаток её нюдовой помады, по предписанию диеты на подносе только рис и салаты, а у Чживона свободные двадцать минут. И прожигающий взгляд в спину. Чживон не оборачивается. — Все самые красивые оказываются геями. Чживот уточняет, имеет ли она что-то против и расслабленно смеется, с лёгким сердце утверждая «ну по крайней мере я не такой». Хёнджу хлопает длинными (искусственными) ресницами пару раз, глотает горький кофе и вздыхает. Смотрит Чживону за спину. — Ты меня, конечно, извини, Чживон-а, но ты, во-первых, не самый красивый, во-вторых, не очень натурал. Чживон доказывает ей, что она не права, вечером в туалете компании. У нуны действительно охуенная растяжка. А Чжину устраивает скандал. Чживон узнаёт постфактум, когда Хёнджу натягивает чёрное платье-карандаш, собрав волосы в тугой пучок, а Чживон пытается придумать, как успеть на репетицию. — Я не люблю конфликты. Особенно с низкоинтеллектуальными особями. Особенно, когда они старше меня. Хёнджу улетает в Бангкок на фотосессию, а Чживон в Японию. Она не берет трубку, а Чживон по пьяни пишет Чжину. Тот посылает в жопу. Чживон похабно шутит. Всё отматывается к началу отсчёта, а расписание снова сталкивает Чживона с Хёнджу в Корее. Когда они сталкиваются в коридоре компании, Чживон клюёт носом в свежий кофе и шаркает ногами, с переменным успехом подтягивая спортивные штаны сползающие с талии. Хёнджу же затягивает потуже гладкий высокий хвост, поправляет пальто на плечах и как обычно клюёт напомаженными губами. — Прости, Чживон-а. Нашёлся хороший спонсор, только ревнивый очень. Но тебе вряд ли будет скучно, правда? Чживон кивает: ему не больно и не обидно — они же просто трахались. Только взгляд Чжину утрачивает пламенеющую ярость и горькую злость. Возвращается высокомерное безразличие, в которое Чживон снова окунается с головой, захлёбываясь чужим ядом. Номер нуны Чживон не стирает, но Чжину делает это за него, пока Чживон отчаянно старается оставить на белой коже как можно больше болезненных отметин. Что ж.