Gingerbread Houses

      Лекса игнорировала свой телефон, который лежал на подставке на беговой дорожке перед ней. Она была более чем уверена, что это ещё одно сообщение от Кларк. Но после первого сообщения «Извини меня», она перестала их читать, даже не смотрела на чертов экран телефона. На звонке Grounders был совсем другой рингтон, так что она бы точно узнала бы, что в кофейне проблема. Она продолжала потеть и выматывать себя, после того как потягала железо и побегала на беговой дорожке, но на самом деле ей так и не стало легче, так что она нацепила купальник и плавала до тех пор, пока не подумала, что вот-вот пойдёт на дно камнем, если останется в воде еще на пару минут.       Она долго стояла под душем, все мысли, которые она старалась игнорировать, всё равно прорывались в голову. Не то, чтобы она не понимала, что каминг аут может был жёстким – боже, она точно знала об этом. Её родители не были самыми радушными людьми в мире или же поддерживающими её. Её мама была детективом, а отец – копом, и они ни о чём не догадывались, пока она не решилась открыться им. Но она сказала им, и она привела Костию, чтобы та встретилась с ними. И представила Костию как свою чертову девушку, а не как «подругу».       Она была чертовски уверена, что она и Кларк были не просто друзьями. Они говорили друг другу, что хотят быть вместе, и чёртовы друзья Кларк называли Лексу – девушкой Кларк. И Кларк сама сказала, за минуту до того, как пришла её мать, что у неё самая лучшая девушка в мире. Ты не называешь девушку своей девушкой, а потом не смотря ни на кого представляешь её своей матери как подругу. Кто, блять, так делает? И это после секса со своей девушкой. Она реально этого не понимает. Из всего, что рассказала Кларк, Лекса поняла, что всё общение Кларк и её матери вращается вокруг отца девушки, который погиб. Она никогда не упоминала, знает ли её мама о том, что Кларк – би.       Кларк на самом деле рассказала ей о своём отце, который умер. Он погиб из-за несчастного случая, когда они с женой и ещё двумя друзьями семьи лазили по горам – с одним из них Эббигейл сейчас встречается. Долгое время мама Кларк позволяла ей верить, что в этом инциденте виноват Телониус Джаха, но, оказывается, это была ошибка Эббигейл. Не то, чтобы в смерти отца Кларк была виновата её мать, но её ошибка стала причиной несчастного случая. Когда Кларк открыла, что Рейвен узнала это до неё и её попросили не говорить это ей, и то, что именно её мать и попросила Рейвен не рассказывать так же, как и попросила не рассказывать это и её друга детства – Уэллса, их отношения прекратились. Кларк уличила Финна во лжи, который был пойман как раз в тот момент, когда изменял ей с Рейвен – её лучшей подругой, которая была ей почти что как сестра. Она была зла на них обоих, и ей было больно. Кларк отказывалась видеть свою мать, а от Уэллса она закрылась почти на шесть месяцев. С Рейвен всё почему-то было по-другому. Кларк поняла лояльность Рейвен к её матери, после всего того, что Эббигейл сделала для Рейвен, и Кларк знала, что её подруга ненавидела обманывать и вспомнила, что Рейвен несколько раз порывалась ей всё рассказать. Конечно, всё это ничего не объясняло, почему Кларк не рассказала своей матери о том, что она – би, или почему она желает делать вид, что Лекса для неё не больше, чем подруга.       Лекса почувствовала приступ вины, потому что она знала, что ей тоже надо рассказать одну историю Кларк, но она никак не могла так просто ей открыться, как это обычно делала её девушка. Хотя открыться своей матери для Кларк насчёт своей сексуальной ориентации тоже довольно-таки серьёзный шаг. Гррр, она знала, что она ведёт себя не правильно, но Кларк её просто раздавила. Она любила эту глупую девчонку, хотя и обещала себе больше не влюбляться и только дружить. Но это так же ранило её.       Лекса выключила душ и оделась, так и не взглянув на телефон, и направилась в Grounders, чтобы помочь всем в подготовке вечера для приглашённой группы. Будет хорошо, если она будет очень занята, и это поможет ей избежать мыслей о своей девушке – если она, конечно же, может называть Кларк своей девушкой. Возможно, мне лучше использовать слово «подруга», горько подумала Лекса. Её сердце болезненно сжималось, и она почувствовала острую потребность в том, чтобы написать Кларк. Но она подавила это в себе. ________________________________________       - Никогда больше не нанимай их, - вздохнула Аня, плюхаясь на диван, после того как убрала последний мусор за всеми.       - Ты издеваешься? Ты была тут только для того, чтобы послушать их. Ты даже сегодня не работала, - Индра толкнула локтём Аню.       - Ну, я помогала, - ухмыльнулась Аня.       - Ты должна снова их нанять, Лекс, сегодняшний вечер был просто потрясающим, - широко улыбнулся Линкольн. – Октавия так сильно хотела сегодня прийти, но у них же этот ужин с мамой Кларк. – У Линкольна и Октавии определённо что-то было, и Лекса была от этого в восторге. По крайней мере, обычно. Ей очень нравилось, что у Линкольна появился кто-то, с тех пор, как он только начал работать в Grounders. Насчёт Линкольна и Октавии было всё настолько очевидно.       - Ага, я знаю, - насупилась Лекса, и он получил от Ани яростный взгляд, потому что когда упомянул сегодня Кларк ещё раньше, в начале вечера, то уже тогда весь персонал понял, что это была очень плохой идеей.       - Что... ээээ... случилось, Лекс? – спросил Линкольн, игнорируя взгляд Ани. – Я хотел сказать, если ты хочешь об этом поговорить.       - Кларк – скрытая лесби. – прохладно сказала Индра, когда Лекса не ответила.       - Кларк? – Линкольн помотал головой, - да ни за что.       - Она отпрыгнула от меня как овечка, напоровшаяся на заграждение с электрическим током, как только вошла её мать, - Лекса встала, готовясь найти что-нибудь, чем можно было бы заняться, - и потом представила меня как свою подругу.       - Воуау, - Линкольн точно не был человеком слов, но Лекса, на самом деле, почувствовала, как он мило подвел итог всего, что произошло ранее.       - Сядь, Лекс, - потребовала Аня. – Ты двигаешься без остановки уже несколько часов.       - Я хочу пропылесосить и замесить тесто на завтра.       - Не позволяй девчонке лезть тебе под кожу, - нахмурилась Индра.       - Я и не позволяю, - огрызнулась Лекса. – Я просто влюблена в девчонку, которая оказалась скрытой лесби. Я не думаю, что кто-нибудь из вас знает, что такое любить человека, который не сможет рассказать людям, которые присутствуют в его жизни, что ты – его любовь, только из-за пола. Я опустошена. Я даже не злюсь на неё, не совсем. Это просто... – Лекса вздохнула, подбирая правильные слова, - изматывает.       - Ты вообще читала её сообщения? – спросила Аня, и Лекса пожала плечами.       - Прочитай их, прежде чем судить. Может быть, ты не правильно поняла всё.       - Навряд ли, - фыркнула Лекса, но поймала взгляд от Ани. – Отлично, окей, - она пошла в комнату для персонала и достала сотовый. Лекса вошла на кухню и прочитала все десять сообщений Кларк, начиная с самой первой извини меня. Кларк – Позволь мне всё объяснить, пожалуйста, Лекса. Кларк – Мне жаль, ты знаешь xxxxxxx [прим. пер. хх - поцелуйчик] Кларк – Лекса, пожалуйста, ответь мне. Ты даже не знаешь всей истории. Как ты можешь злиться на меня, если ты даже не выслушала меня? Кларк – Лекс, пожалуйста, ответь. Я приду, и мы поговорим. Мне плевать, если я пропущу этот ужин. Кларк – Я ненавижу, что ты не отвечаешь. Это ссора, Лекса, и ты тоже вроде как должна ссориться со мной, чтобы всё выяснить. Если, конечно, ты хочешь всё выяснить? Кларк – Потому что я хочу всё прояснить. Ты мне очень, очень нравишься. Кларк – Но, может быть, это действует лишь для меня, правда? Кларк – Слушай, мне очень жаль, окей, но это не из-за того, что ты всё неправильно поняла. Это, действительно, кажется нечестным. Кларк – Я, правда, не впечатлена, Лекса. Если ты именно так справляешься со всем, может быть, даже хорошо, что я выяснила это именно сейчас. Кларк – Я поняла тебя, четко и ясно. Увидимся как-нибудь.       - Вот дерьмо, - выругалась Лекса на свой характер, её глаза наполнились слезами. Ну, почему это не стало сюрпризом, что именно она стала тем, кто облажался – это её тенденция, потому что она полный отстой, когда дело доходит до конфликтов. Ох, она могла драться физически и несколько раз так и было, но вот словесно-эмоциональные драки она всегда избегала. Они пугали её до чёртиков. В течение нескольких секунд она стояла и пыталась контролировать своё дыхание, а затем набрала смс, несколько раз перепечатывая текст, прежде чем стукнуть по кнопке «отправить». Лекса – Когда я расстроена, я не очень хорошо себя веду. А я была расстроена. Но я очень, очень не хочу, чтобы всё закончилось. Позволь мне прийти к тебе и поговорить с тобой. Пожалуйста.       Она села и стала ждать, отчаянно надеясь, что Кларк ей ответит. Она не наслаждалась тем, как она сегодня пыталась зализать свои раны. Ожидание смс от кого-то, кто обычно сразу же тебе отвечает – самая ужасная вещь в мире. Она ждала где-то с полчаса, пока замешивала тесто для завтрашнего дня, а затем снова схватила телефон. Лекса – Извини меня. Я приду к тебе, чтобы увидеть тебя.       Она натянула пальто, сунула мобильный в карман и направилась на нижний этаж, в кофейню.       - Ребята, можете закрыть кофейню, когда будете уходить? – спросила она, почувствовав, как завибрировал её телефон. Она вытащила его: Кларк – Ok.       Это всё же было лучше, чем ничего.       - Конечно, удачи, - кивнула ей Аня. Лекса попыталась улыбнуться своим подчинённым.       - Спасибо, что сделали этот вечер таким крутым. Не задерживайтесь слишком надолго, - сказала она им и вышла, закрывая за собой дверь. Она через сильную метель пробиралась полтора квартала до здания Кларк. Она махнула Миллеру – швейцару, прежде чем ткнуть кнопку верхнего этажа лифта. Лекса нервно переминалась с ноги на ногу и закинула мятную конфетку в рот, потому что Кларк обожала мятное дыхание. Это было странным, потому что она являлась тем, кого расстроили, но она чувствовала себя так, что именно она и должна была извиняться за это. Она нажала на звонок и стала ждать. Она чуть не описалась, когда дверь ей открыла мама Кларк.       - Лекса, - кивнула она, её выражение лица было прохладным, глаза скользнули по Лексе. – Кларк сказала, что ты придёшь. Ты не думаешь, что сейчас немного поздновато?       - Я знаю, - у Лексы вообще не было никакой уверенности, что доктор Гриффин отойдёт в сторону и позволит ей войти. Кларк неуверенно встала с дивана.       - Ты можешь дать нам пару минут, мам? – спросила Кларк.       - Правда? – её мама пялилась на Кларк, пока та не кивнула. – Окей, если ты уверена в этом.       - Мам, я уверена, - Кларк многозначительно распахнула глаза, и доктор Гриффин, подняв руки в защиту, ушла по коридору в гостевую комнату.       - Кларк... – Лекса не знала, что сказать. Она начала стягивать с ног сапоги, но лицо Кларк стало жестким.       - Не беспокойся о том, чтобы разуться – ты не останешься, - её голос был твёрдым, и Лекса почувствовала тошноту.       - Кларк... – попыталась она снова, но Кларк подцепила костыли, которые стояли прислонёнными к двери.       - Ты сделала выводы о ситуации, даже не поговорив со мной. Ты ураганом вылетела из кофейни и отказывалась отвечать на мои сообщения. Ты пыталась сделать больно мне, просто потому что ты знаешь точно, что происходит, хотя это не так. Ты и понятия не имеешь. Ты просто кинула меня.       - Ну, ты достаточно ясно дала понять, что не хочешь, чтобы твоя мама узнала, что ты – би, и что я – твоя девушка, - характер Лексы проснулся из-за того, что паника охватила её тело.       - Ох, да, боже мой, Лекса, моя мама знает, что я – би, с тех пор, как в меня ударило половое созревание. Зная меня, ты правда думала, что я не рассказала бы об этом? Все мои друзья знают, и у меня никогда не было проблемы с этим, чтобы рассказать про свою ориентацию, - Кларк была в ярости, её голос был хриплым от гнева. Лекса застыла на несколько секунд, прежде чем позволила эмоциям взять над ней верх:       - Тогда что это было? Ты бы просто не смогла бы ещё быстрее от меня отскочить, а потом представила меня как свою подругу. Я думала, что мы с тобой были больше, чем друзья, - Лекса тоже была зла, хотя она не могла отрицать того страха, от понимания того, что всё идёт не так, как надо.       - Конечно, мы были больше, чем друзья, - зарычала Кларк, и слово «были» заставило живот Лексы неприятно сжаться. – Слушай, боже... я отодвинулась от тебя так, потому что я пообещала моей маме, что я некоторое время побуду одна, прежде чем снова начну с кем-нибудь встречаться после того, что случилось с Беллами.       - Что случилось с Беллами? – сузила глаза Лекса. Кларк никогда не упоминала инцидентов, связанных с Беллами.       - Я была очень зла, после всего, что случилось с Финном и того, что я обнаружила правду о смерти моего отца. Я знала, что моя мама будет раздавлена, если я пересплю с Беллами, потому что она знает, что между нами ничего подобного не было, и мы просто друзья. Я хотела, чтобы она была раздавленной, и хотела кого-то рядом с собой.       - Окей, - Лекса широко раскрыла глаза, потому что это ничего не объясняло.       - Моя мама сказала, что я постоянно веду его, и что у него есть чувства ко мне. Она была права, и я чуть не разрушила наши с ним отношения. Я пыталась уничтожить свою мать, но на самом деле я губила все отношения, что были в моей жизни. Беллами уехал в армию с разбитым сердцем, Октавия не разговаривала со мной, а с Рейвен у меня были общие проблемы с Финном. Так что, когда я поняла, что беременна, моя мама была единственным человеком, к которому я могла пойти.       - Что? – Лекса в шоке уставилась на Кларк.       - Ох, это всё довольно быстро закончилось. Я обнаружила это, а через неделю мне сделали аборт, но мама была довольно жестка со мной. Она сказала, что ей не нравится, кем я стала, и если я не буду осторожной, то я могу потерять всех в своей жизни, кто мне дорог. И она была права. Я пообещала ей, что никаких отношений у меня не будет, чтобы я могла разобраться со своим дерьмом в жизни. Я написала Беллами и рассказала ему всё, рассказала ему, что я люблю его, и мне жаль. Я поговорила с Октавией и Рейвен, уладила всё с Уэллсом, и стала нормально общаться с моей мамой. Я начала писать свою третью книгу и перестала спать с кем бы то ни было.       - Ты сказала, что Финн был твоим последним парнем?       - Да, так и было. Беллами был лишь тем, на ком я сорвала злость и боль. Это не является тем, чем бы я гордилась, но это случилось. Беллами простил меня, и я простила себя. У него даже появились отношения с одной из девушек в армии – Эко. Я не хотела быть такой беспечной с ним. Сейчас мы стали ещё ближе друг к другу. Он – мой лучший друг.       - Итак, а кто тогда мы? – неуверенно спросила Лекса.       - Боже, Лекса, когда я начала приходить в Grounders, чтобы поработать, ты была всего лишь милой девочкой, которая делала кофе. Мне нравилось, как ты на меня смотришь. Это заставляло чувствовать себя хорошо, но это было легко. Ты была милой девочкой, которая подавала кофе, и все дразнили меня, но я никогда не думала, что ты когда-нибудь можешь стать большим.       - Окей, - Лекса кивнула медленно.       - Затем ты начала со мной говорить, и я поняла, какая ты потрясающая. Каким-то образом разговоры с тобой заставляли чувствовать меня счастливой. Счастливой как в обычной жизни, так и счастливой самой с собой. Я начала искать поводы, чтобы видеться с тобой каждый день, и если тебя не было там, то я была очень разочарована. Я хотела, чтобы ты пригласила меня на свидание, это стало неким вызовом для меня: я могу увидеть, смогу ли я тебя убедить пригласить меня куда-нибудь, особенно после того как ты на самом деле начала флиртовать со мной.       - Так я для тебя была всего лишь вызовом? – Лекса почувствовала себя маленькой.       - Нет, - Кларк помотала головой, - ты стала больше, чем вызов. Я постоянно хотела видеть тебя. Ты меня так сильно привлекала, и ты была самой милой девушкой в мире, хотя у тебя и непробиваемый панцирь сверху. Я знала с нашего первого свидания, что я точно влюблюсь в тебя.       - Кларк, - прохрипела Лекса, и она потянулась к ней.       - Мы не закончили спорить, - твёрдо сказала Кларк. – Этот период жизни от того, как умер мой отец до того, как я потеряла ребенка, которого не хотела – был тяжёлым временем в моей жизни. У меня скопилось очень много вины. Это было ужасно – не хотеть ребёнка, а потом всё потерять, это заставляет чувствовать себя отвратительно. Моя дружба со всеми моими друзьями разваливалась, а с мамой её и вовсе не было. Я обещала ей и себе, что не буду встречаться до тех пор, пока я не разберусь с моими друзьями и с собой. Самое худшее было наладить отношения с моей мамой. Я пыталась сказать ей о тебе, и она предупредила меня. Но я не слушала ничего, Лекса. С самого первого свидания я была полностью в тебе, потому что я знала, что я снова стала собой. С тобой я могу быть самой собой даже больше, чем со всеми остальными друзьями. Они просто не видят меня полностью. Они счастливы за меня, но моя мама, как и многие мамы, пытается контролировать меня, говоря мне, что я ещё не готова к этому. Я думаю, что она просто хочет меня защитить. Так вот, почему я соврала ей и сказала, что мы просто подруги. И когда она вошла, и я знала, что веду себя как дебил, потому что, боже, да это же было очевидно, что мы с тобой больше, чем друзья, но я запаниковала.       - Так вот почему она так холодна со мной?       - Оу, когда моя мама в ярости, то она в ярости. Она была зла, что я соврала, и весь день использовала моё враньё, как причину того, что мне всё ещё нужно сконцентрироваться на себе. Я облажалась, Лекса. Но и ты тоже.       - Я знаю, я облажалась, и мне жаль, - Лекса уставилась себе под ноги.       - Я не уверена, что извинений будет достаточно. Ты просто кинула меня, даже не дождавшись объяснений.       - Ну, ты могла мне рассказать об этом до того, как всё случилось, тогда бы не случилось этого недопонимания, - она не кричала, но очень хотела защитить себя.       - А всё потому, что ты так хороша в открытии души, Лекса, - защищалась уже Кларк, и Лекса кивнула, принимая это.       - Я никогда не любила семью, Кларк. У меня никогда никого не было. Ты – первый человек, который стал важен для меня после Костии. Я была в старшей школе, когда я была с ней, и это длилось долгое время. Я не очень хорошо общаюсь с людьми, я тебе уже говорила об этом.       - Да, говорила, - кивнула Кларк.       - Извини, - Лекса сделала шаг к Кларк, отчаянно желая исправить всё. – Мне, правда, очень жаль. Я быстро сделала выводы и поэтому игнорировала тебя. Это было неправильно с моей стороны, но я чувствовала себя так, словно ты стыдишься меня. Я думала, что это значит, что я не нравлюсь тебе так же сильно, как и ты мне, и я просто... была опустошена.       - Лекса, у нас с тобой ссора, понимаешь?       - Да.       - Взрослые отношения включают в себя несогласия, и если ты хочешь взрослых отношений со мной, то ты должна приготовиться к тому, чтобы справляться с проблемами, а не сбегать от них.       - Я хочу быть с тобой больше, чем что-либо на свете, - Лекса протянула руку и положила её на бедро Кларк, сделав шаг вперёд.       - Тогда, когда мы ссоримся, ты должна оставаться и спорить.       - Я обещаю, - Лекса шагнула ещё ближе, её тело вдавилось в Кларк.       - Мне тоже жаль, - прошептала Кларк в шею девушки, и Лекса подняла её голову и нежно поцеловала в шею свою девушку. – Я должна была рассказать тебе о Беллами, и моей маме, и обо всём остальном.       - Мне не следовало делать поспешные выводы и не стоило сбегать.       - Окей, сейчас ты можешь снять свои сапоги, - шмыгнула носом Кларк, и Лекса медленно улыбнулась.       - Кларк, - она встала и стала смотреть в голубые глаза, идеальный нос, эти розовые губы, на идеальную форму лица – лица, которое она обожала. – Я люблю тебя.       - Я тоже люблю тебя, Лекса, - улыбнулась Кларк, и Лекса на секунду прикрыла глаза, чтобы осознать тот факт, что блондинка тоже её любит, а потом притянула девушку к себе и поцеловала. Пылкий поцелуй был полон приятных обещаний. – Ты не можешь целовать меня так, - простонала Кларк в поцелуй.       - Почему нет? Ты любишь меня, и я люблю тебя. Я думаю, если и есть самый лучший момент для секса, то он именно сейчас, - ухмыльнулась Лекса, руки свободно шарили по телу, пока не остановились на груди Кларк, а большие пальцы начали надавливать на центр груди так, что вскоре проступили очертания сосков.       - Лекса, - простонала Кларк, её ноги дрогнули. Лекса не теряя времени, подхватила её на руки и потащила на диван, где она аккуратно положила её на спину, прежде чем скинуть сапоги и лечь поверх Кларк, целуя с вновь возникшей страстью. Тело Лексы легко скользнуло между ног Кларк, она почувствовала, как тонкая ткань трусиков начала тереться о её джинсы. Кларк крепко обвила её тело ногами, но тут же потрясла головой, руки упёрлись в обнаженную талию Лексы.       - Почему нет? - пробурчала Лекса, - я хочу загладить вину, я обожаю секс с тобой. Я хочу быть голой. У меня, наконец-то, закончилось всё сегодня вечером, Кларк. Пожалуйста.       - Моя мама чуть дальше по коридору, Лекс, - зрачки Кларк были расширены, а трусики тёрлись о низ живота Лексы, простонав, она переместила свои руки на грудь Лексы, жадно накрыв её.       - Ты уже сказала ей?       - Да, - кивнула Кларк, - она знает, что я люблю тебя, - прошептала Кларк, и слова стали толчком к тому, что желание ещё с большей страстью разгорелось. Лекса начала жадно целовать Кларк, размеренно вдавливаясь в неё низом живота, и сдвигая топ в сторону. – Оу, боже, моя комната.       - Разве она не рядом с комнатой твоей мамы?       - Ванные – они между комнатами, плюс мы включим музыку.       - Она будет знать, что мы делаем.       - Плевать, - Кларк сдвинула чашечку лифчика Лексы вверх и притянула её вниз, прежде чем накрыть сосок своим ртом.       - Бля, - глухо простонала Лекса, прежде чем отодвинуться от Кларк и опустить блузку блондинки вниз, а затем подхватила её на руки и направилась в её комнату. К несчастью, доктор Гриффин выбрала именно этот момент, чтобы выйти из комнаты и встать, уставившись на Лексу, несущую её дочь, которая посасывала шею Лексы.       - Доктор Грифин, - Лекса была удивлена, что в её голосе был холод, - Кларк слишком устала, так что я отнесу её в кровать. Увидимся завтра утром.       - Эмм... зови меня Эбби, - мать Кларк слабо улыбнулась.       - Спокойной ночи, Эбби.       - Спокойной ночи, Лекса. Кларк, - Эбби уже вовсю ухмылялась.       - Спокойной, мам, - Кларк вцепилась в Лексу от смущения, но той было всё равно, она просто толкнула дверь комнаты Кларк, затем ногой резко пнула за собой и опустила Кларк на кровать. Она уставилась на эту богиню перед ней, а затем немедленно начала раздевать её: стянула чулки, юбку и трусики одним движением, прежде чем ввела в неё пальцы. Лекса упала на колени и всосала клитор Кларк в рот. Блондинка громко закричала, но Лекса даже не шелохнулась, чтобы включить музыку, потому что она пробовала Кларк на вкус, чувствовала её и любила эту прекрасную, восхитительную девушку. Она добавила третий палец в Кларк, стала сосать и трахать пальцами сильнее.       - Лекса, - Кларк извивалась на кровати, с трудом выдыхая её имя, прежде чем быстро кончить через несколько минут. Лекса смотрела на неё, лежащую на кровати, чувство любви и гордости росло в ней, прежде чем она сама разделась и легла между ног Кларк, позволяя всему идти так, как и должно. Особенно тогда, когда Лекса снова толкнулась бёдрами в Кларк, - ох, боже мой, это так хорошо, - похныкала Кларк, и затянула Лексу в страстный поцелуй, крепко обвив ногами, тем самым направляя Лексу. Как же брюнетка обожала, когда Кларк была под ней; обожала, как её кожа скользила по коже блондинки. Чувство жара Кларк напротив своего пьянило, их соки смешались, когда она стала сильнее и быстрее толкаться в Кларк. Её тело начало напрягаться, отвечая на то, как Кларк подталкивает её ногами, которые были на заднице Лексы, они небрежно целовались и кончили вместе, потные тела одновременно взорвались от оргазма.       - Твою ж мать, - прошептала Лекса, и Кларк ответила ей тем, что сильнее сжала её в своих объятиях.       - Ммммм, - промычала Кларк в грудь Лексы.       - Я люблю тебя.       - Лекса, пожалуйста, пожалуйста, мы можем провести Рождество вместе?       - Чёрт возьми, да, - она крепко обняла Кларк, обожая то чувство, когда блондинка водила кончиками пальцев по её татушкам.       - Моя мама и друзья тоже будут тут.       - Мне пофиг на всё, пока ты будешь рядом со мной, - честно ответила Лекса.       - Я так влюблена в тебя, Лекса, - Кларк поцеловала её.       - И я также люблю тебя, - пробормотала Лекса в поцелуй.