Прощальный подарок

По­меще­ние бы­ло на­пол­не­но ед­ким ды­мом де­шевых си­гарет и за­паха­ми креп­кой вы­пив­ки. За круг­лы­ми по­тер­ты­ми де­ревян­ны­ми сто­лами без ска­тер­тей ле­ниво раз­ва­лились по­сети­тели раз­ных воз­растов. Не­кото­рые муж­чи­ны юти­ли на ко­ленях мо­лодых де­вушек, оде­тых в лег­кие вы­зыва­ющие на­ряды, прив­ле­ка­ющие вни­мание, не­кото­рые сжи­мали паль­ца­ми тол­стые си­гары или ста­каны с бур­бо­ном, вис­ки и по­доб­ны­ми вы­соког­ра­дус­ны­ми на­пит­ка­ми. В ко­неч­ном ито­ге, все по­сети­тели бы­ли до­воль­ны. Все, кро­ме од­но­го. В за­ле сто­ял по­лум­рак, и толь­ко сце­на бы­ла яр­ко ос­ве­щена. На ней ко­поши­лись мо­лодые лю­ди, нас­тра­ива­ющие инс­тру­мен­ты. Они пос­то­ян­но бро­сали взгля­ды на вход, слов­но жда­ли ко­го-то. И этот кто-то яв­но опаз­ды­вал. Кас­ти­эль си­дел, об­ло­котив­шись на бар­ную стой­ку, и со ску­ча­ющим ви­дом по­тяги­вал ян­тарную жид­кость из ста­кана. Ему все боль­ше ка­залось, что вре­мя, про­веден­ное здесь, пот­ра­чено зря. Пос­то­ян­но под­ми­гива­ющая да­ма в ужас­но без­вкус­ном зе­леном платье, си­дящая че­рез два сту­ла от не­го, бы­ла яв­но в не сов­сем трез­вом сос­то­янии и зас­тавля­ла за­каты­вать гла­за от раз­дра­жения. Гром­кое про­тив­ное хи­хиканье рас­путных де­виц, си­дящих на ко­ленях сво­их уха­жеров на од­ну ночь, дей­ство­вало на нер­вы. От ду­хоты, воз­никшей из-за си­гарет­но­го ды­ма, го­лова на­чина­ла неп­ри­ят­но ныть. В кон­це кон­цов, Кас­ти­эль ре­шил сва­лить из это­го скуч­но­го до скре­жета зу­бов мес­та и по­тянул­ся к ко­шель­ку, спря­тан­но­му во внут­реннем кар­ма­не клет­ча­того пид­жа­ка. Хо­телось рас­пла­тить­ся и уб­рать­ся от­сю­да как мож­но быс­трее. Но звук от­кры­ва­ющей­ся две­ри прив­лек его вни­мание, и муж­чи­на обер­нулся: на по­роге сто­ял мо­лодой свет­ло­воло­сый па­рень с си­гаре­той во рту. Одет он был в по­тер­тые тем­ные джин­сы, под­верну­тые сни­зу, и аб­со­лют­но прос­тую, од­но­тон­ную, чер­ную фут­болку, по­верх ко­торой кра­сова­лась ко­жаная кур­тка. Па­рень нап­ра­вил­ся к сце­не, не прек­ра­щая ку­рить, и Но­вак с ин­те­ресом про­водил пар­ня взгля­дом. Дос­тигнув сво­ей це­ли, нез­на­комец бро­сил бы­чок пря­мо под но­ги и по­тушил его нос­ком бо­тин­ка. Кас­ти­эль ус­лы­шал, как сза­ди вы­ругал­ся бар­мен: ка­жет­ся, он то­же это за­метил. Поз­до­ровав­шись со все­ми учас­тни­ками сво­ей, по-ви­димо­му, груп­пы, свет­ло­воло­сый взял про­тяну­тую из рук од­но­го из пар­ней ги­тару, не слу­шая его при­чита­ний об опоз­да­нии, и по­дошел к мик­ро­фону. «Это уже ин­те­рес­но», - по­думал Кас­ти­эль, все же вы­тас­ки­вая па­ру ку­пюр из ко­шель­ка, но уже не для то­го, что­бы рас­пла­тить­ся и уй­ти, а для то­го, что­бы за­казать еще то­го жут­ко­го пой­ла, что пред­ла­га­ют в этом до оду­ри стран­ном за­веде­нии, и пе­реб­рать­ся бли­же к сце­не. Он сел за са­мый ближ­ний к сце­не сто­лик, ко­торый, как ни стран­но, по­чему-то ока­зал­ся сво­боден, и ус­тро­ил­ся нас­толь­ко удоб­но, нас­коль­ко это поз­во­лял ста­рый де­ревян­ный стул. За­кинув но­гу на но­гу, муж­чи­на под­нял го­лову и ог­ля­дел пар­ня бо­лее прис­таль­ным взгля­дом: во­лосы уло­жены бри­оли­ном, трех­днев­ная ще­тина на ли­це и выг­ля­дыва­ющая из-под неб­режно на­детой фут­болки та­ту­иров­ка ка­кой-то над­пи­си под пра­вой клю­чицей. Бун­тарь. Па­рень бе­зо вся­кого ин­те­реса ог­ля­дел а­уди­торию, но, за­метив на се­бе столь прис­таль­ный взгляд, ед­ва за­мет­но нах­му­рил бро­ви. А Кас­ти­эль прос­то скло­нил го­лову на­бок и на­халь­но улыб­нулся пар­ню, вер­тя бо­кал с ал­ко­голем в ру­ках. К чер­ту все, се­год­ня его пос­ледний день в этом го­роде, и ка­кая раз­ни­ца, что он бу­дет де­лать, ес­ли на­зав­тра от не­го ос­та­нут­ся лишь вос­по­мина­ния кол­лег и зна­комых и воп­рос о его от­сутс­твии, на ко­торый так и не най­дут оп­ре­делен­но­го от­ве­та? К то­му же за пос­ледний час в ба­ре бы­ло ску­рено столь­ко си­гар, что нав­ряд ли из-за об­ра­зовав­ше­гося смо­га кто-то раз­гля­дел бы за­ин­те­ресо­ван­ный взгляд Кас­ти­эля. А да­же ес­ли и так, ко­личес­тво вы­пито­го ал­ко­голя прос­то не поз­во­лило бы ни­кому под­нять­ся с мес­та, что­бы что-то вы­яс­нять. Свет­ло­воло­сый же па­рень, ни­как не от­ре­аги­ровав на дей­ствия ша­тена, лишь по­дошел бли­же к мик­ро­фону и ух­ва­тил­ся за ги­тару по­удоб­нее. Пер­вый ак­корд сле­тел с его инс­тру­мен­та, и сле­дом за ним ос­таль­ные учас­тни­ки груп­пы на­чали иг­рать свои пар­тии, но Но­ваку бы­ло все рав­но, ибо его вни­мание бы­ло при­кова­но лишь к пар­ню у мик­ро­фона в се­реди­не сце­ны. Ког­да пер­вые сло­ва сор­ва­лись с его губ, муж­чи­на чуть не по­пер­хнул­ся той шту­кой в ста­кане, что здесь на­зыва­ют вис­ки. Па­рень пел с зак­ры­тыми гла­зами, пе­реби­рая стру­ны длин­ны­ми тон­ки­ми паль­ца­ми, пол­ностью рас­тво­ря­ясь в му­зыке, и его го­лос с хри­пот­цой был не­веро­ятен. Это­му го­лосу хо­телось под­дать­ся, под не­го хо­телось де­лать не­сураз­ные ве­щи, ко­торые лю­ди оп­ре­делен­но осу­дили бы. Но ка­кая к чер­ту раз­ни­ца, что они ду­ма­ют, ког­да ты слы­шишь толь­ко цеп­ля­ющие ду­шу ак­корды и Его низ­кий тембр. Кас­ти­эль от­крыл гла­за, по­нимая, что дей­стви­тель­но на се­кун­ду под­дался оча­рова­нию му­зыки, и за­метил, что па­рень смот­рел на не­го. Пел и, не от­ры­ва­ясь, про­жига­л взгля­дом, слиш­ком вни­матель­ным, что­бы ду­мать, что он слу­чай­ный. И он по­нял. По­нял, что по­пал­ся. Что же. Это бы­ло не слиш­ком слож­но, ибо кра­сотой пар­нишка яв­но об­де­лен не был: мо­лодое вес­нушча­тое ли­цо, вздер­ну­тый нос, пол­ные гу­бы и яр­кие зе­леные гла­за. Строй­ное, в ме­ру на­качен­ное те­ло и взгляд. Взгляд, от ко­торо­го ко­жа ис­крит­ся элек­три­чес­твом. И как бы ни хо­телось лю­бовать­ся этим пар­нем еще, но ра­зум, пусть и из­би­тый не­дур­ной пор­ци­ей ал­ко­голя, кри­чал о том, что нуж­но уби­рать­ся от­сю­да. Что он за­шел слиш­ком да­леко в сво­ем стрем­ле­нии быть сво­бод­ным се­год­ня. Что слиш­ком близ­ка та чер­та, пе­рес­ту­пив ко­торую он мо­жет ли­шить­ся жиз­ни. Кас­ти­эль рез­ко под­нялся, но сра­зу же упал об­ратно на стул, осоз­на­вая, что пе­реб­рал: го­лова кру­жилась по ка­кой-то ве­домой толь­ко ей ор­би­те, от­че­го ори­ен­та­ция в прос­транс­тве да­валась муж­чи­не с ог­ромным тру­дом. Он сде­лал еще од­ну по­пыт­ку, на этот раз чуть мед­леннее, без рез­ких дви­жений, и пос­ледний раз взгля­нул на сце­ну. Мо­лодой со­лист все еще наб­лю­дал за ним, но Но­вак не мог да­же пред­по­ложить, о чем тот ду­ма­ет, так как на ли­це пар­ня не бы­ло ни еди­ной эмо­ции. Та­кое ощу­щение, что его го­лос пе­реда­вал их все. Муж­чи­на с тру­дом от­влек­ся от сво­их мыс­лей и, соб­равшись с ду­хом, пос­пе­шил уй­ти из за­веде­ния, ста­ра­ясь по пу­ти к вы­ходу не вре­зать­ся в чу­жие сто­лы. Ока­зав­шись на ули­це, он пер­вым де­лом втя­нул но­сом прох­ладный сен­тябрь­ский воз­дух, про­гоняя хмель из го­ловы и дым из лег­ких, и за­пах­нул свой пид­жак, ежась от сы­рос­ти ноч­но­го го­рода. Ни­кого поб­ли­зос­ти не наб­лю­далось, и Кас­ти­эль опер­ся о сте­ну ба­ра, вос­ста­нав­ли­вая уте­рян­ную спо­соб­ность нор­маль­но дви­гать­ся. Па­ру ми­нут спус­тя он от­ле­пил­ся от нее и, ог­ля­дыва­ясь по сто­ронам, за­шагал в сто­рону до­ма. Нес­коль­ко раз ему ка­залось, что он слы­шал чьи-то ша­ги, но, обо­рачи­ва­ясь на­зад, не за­мечал ни­кого и про­дол­жал ид­ти, спи­сывая это на не ушед­ший из кро­ви ал­ко­голь. Дой­дя до мно­гок­вартир­ных до­мов, Кас­ти­эль чет­ко ус­лы­шал, что за ним кто-то идет. Муж­чи­на тут же неп­ро­из­воль­но нап­рягся, ища в кар­ма­нах что-ни­будь ос­трое или хо­тя бы что-то, чем мож­но не­надол­го от­влечь вни­мание. Но, не най­дя ни­чего, за­пани­ковал и ус­ко­рил шаг. То же са­мое сде­лал че­ловек, иду­щий по­зади. Но­вак за­шагал еще быс­трее, но ал­ко­голь, все еще гу­ля­ющий по его ве­нам и не да­ющий трез­во оце­нить все ва­ри­ан­ты по­веде­ния, сде­лал свое де­ло: муж­чи­на спот­кнул­ся на ров­ном мес­те, а ког­да по­пытал­ся под­нять­ся, был схва­чен за ши­ворот и от­та­щен в бли­жай­шую тем­ную под­во­рот­ню. Он уже пе­реб­рал в уме все ва­ри­ан­ты сво­ей кон­чи­ны, ког­да его с си­лой при­пер­ли к сы­рой кир­пичной сте­не, и умо­лял Бо­га, что­бы тот дал ему воз­можность дол­го не му­чить­ся пе­ред смертью. - По­жалуй­ста, у ме­ня ни­чего нет, - за­тара­торил Кас­ти­эль. – Лишь па­ра дол­ла­ров в кар­ма­не. Мо­жете заб­рать их. Это все, что ос­та­лось. Гос­по­ди… Его все­го тряс­ло, ды­хание сби­лось, а к гор­лу под­ка­тил ком. Но вмес­то ожи­да­емо­го но­жа в жи­вот он по­чувс­тво­вал, как чу­жая ру­ка опус­ти­лась на его грудь, сжи­мая пид­жак. И в сле­ду­ющий мо­мент ус­лы­шал хрип­лый смех. - А мне ка­залось, ты был бо­лее сме­лым, тог­да, в ба­ре. О. Этот. Го­лос. Те­перь Но­вак уз­на­ет его вез­де. - Как… Ты сле­дил за мной? - муж­чи­на удив­ленно рас­пахнул заж­му­рен­ные ра­нее гла­за. - Нем­но­го. - Но за­чем? На не­кото­рое вре­мя по­вис­ла ти­шина, но па­рень, слов­но опом­нившись, от­ве­тил: - Ты с та­ким вни­мани­ем смот­рел на ме­ня в ба­ре, что я по­думал, буд­то ты за­ин­те­ресо­вал­ся. Муж­чи­на сглот­нул. - Ты очень хо­рошо пел. Сно­ва пос­лы­шал­ся смех. Это проз­ву­чало бы ужас­но глу­по, но Кас­ти­эль и нер­вни­чал, и нас­лаждал­ся теп­лом чу­жого те­ла од­новре­мен­но. И все же страх, скре­бущий из­нутри, был силь­нее, а сер­дце в бе­шеном тем­пе би­лось из­нутри о реб­ра, слов­но ди­кий зверь о же­лез­ные прутья клет­ки. - Ты ду­ма­ешь, я иди­от? Ду­ма­ешь, не по­нял, что зна­чит твой взгляд? В тем­но­те пар­ня бы­ло поч­ти не вид­но, но Но­вак был уве­рен, что тот скло­нил го­лову вбок, то ли ожи­дая от­ве­та, то ли со­бира­ясь про­дол­жить. - Я сле­дил за то­бой. Ты не смот­рел на мо­их дру­зей или на ко­го-то еще в за­ле по­мимо ме­ня. А та улыб­ка… Раз­ве муж­чи­на дол­жен так улы­бать­ся муж­чи­не? Но­вак за­та­ил ды­хание, ког­да по­чувс­тво­вал, как ли­цо пар­ня приб­ли­зилось к его собс­твен­но­му. От не­го пах­ло си­гаре­тами, оде­коло­ном и де­шевой вы­пив­кой. - Как твое имя? – спро­сил он. - Кас­ти­эль, - от­ве­тил Но­вак и тот­час заж­му­рил гла­за, шум­но вы­дыхая. Ка­кого чер­та он сейчас назвал свое имя? - Что ж, Кас­ти­эль, - про­тянул па­рень, - не бо­ишь­ся, что я те­бя ко­пам сдам? Черт. Черт. Черт. - Твое де­ло, - вы­дох­нул муж­чи­на, сжи­мая ос­ла­бев­шие ку­лаки и чувс­твуя, как пид­жак ста­новит­ся сы­рым из-за кон­такта с пол­ной ве­чер­ней вла­ги кир­пичной сте­ной. – Твое де­ло, как ты пос­ту­пишь. Но толь­ко что те­бе са­мому от это­го бу­дет? - Что прав­да, то прав­да, - отоз­вался па­рень. И Кас­ти­элю по­каза­лось, что в го­лосе его прос­коль­зну­ла не­уве­рен­ность. – Я Дин. - Что? – ту­по пе­рес­про­сил Но­вак. Но вмес­то от­ве­та го­рячие гу­бы кос­ну­лись его собс­твен­ных. Муж­чи­на опе­шил, но, как толь­ко свет­ло­воло­сый от­пря­нул от не­го, не по­чувс­тво­вав от­ве­та, Кас­ти­эль по­ложил ру­ку на за­тылок пар­ня и, при­тянув его об­ратно, по­цело­вал. Черт возь­ми, это бы­ло не­веро­ят­но. Нес­коль­ко ми­нут на­зад Но­вак ду­мал, что пар­нишка выс­ле­дил его, что­бы сдать по­лиции, а сей­час они са­мозаб­венно це­лу­ют­ся в чер­то­вой под­во­рот­не. Ли­бо он слиш­ком на­пил­ся, и все это гал­лю­цина­ции, ли­бо судь­ба пре­под­несла ему не­ожи­дан­ный и при­ят­ный по­дарок в ви­де при­жима­юще­го его к сте­не Ди­на. Но ду­мать об этом даль­ше ему не поз­во­лили, по­тому как про­вор­ный язык юно­го му­зыкан­та уже сколь­знул в его рот. От­ско­чили они друг от дру­га, лишь ког­да сов­сем не­дале­ко про­еха­ла ма­шина. Кас­ти­эль мог с уве­рен­ностью ска­зать, что Дин, как и он сам, из­рядно за­пыхал­ся и воз­бу­дил­ся. И сер­дце его так же отбивало барабанный марш. - Где ты жи­вешь? – все еще тя­жело ды­ша, спро­сил Дин. - Сов­сем не­дале­ко. Че­рез па­ру квар­та­лов от­сю­да. Па­рень ото­шел от Кас­ти­эля и, за­сунув ру­ки в кар­ма­ны джин­сов, нег­ромко про­гово­рил, ог­ля­дыва­ясь че­рез пле­чо: - У ме­ня тач­ка не­дале­ко от ба­ра. Я схо­жу за ней и вер­нусь. Жди здесь. - А ес­ли я уй­ду? – еле слыш­но, спро­сил Но­вак. На са­мом де­ле он все еще не до кон­ца ве­рил в про­ис­хо­дящее, не толь­ко по­тому, что был пь­ян, но и по­тому, что Дин был слиш­ком кра­сив для все­го это­го аб­сурда. Па­рень, уже соб­равший­ся ухо­дить, ос­та­новил­ся и, рав­но­душ­но по­жав пле­чами, от­ве­тил: - Как хо­чешь, – и, вый­дя из те­ни зда­ний, за­шагал в нап­равле­нии ба­ра. Бук­валь­но че­рез де­сять ми­нут Кас­ти­эль уви­дел чер­ный Додж, подъ­ез­жа­ющий к под­во­рот­не. На во­дитель­ском мес­те си­дел Дин, и единс­твен­ное, что он сде­лал, ког­да ос­та­нови­лась ма­шина – взгля­нул на Но­вака, слов­но го­воря: «Ты мо­жешь ос­тать­ся здесь или сесть в ма­шину. Мне со­вер­шенно все рав­но». Но Кас­ти­эль, ко­неч­но, не со­бирал­ся ос­та­вать­ся. Упус­кать этот стран­ный, но вол­ну­ющий по­дарок судь­бы бы­ло бы со­вер­шенно не­разум­но. По­это­му, обой­дя ма­шину, он от­крыл двер­цу и, все же чуть по­коле­бав­шись, сел. Он слы­шал, как хмык­нул Дин. Но ка­кая сей­час раз­ни­ца, вер­но? - Ад­рес, – толь­ко и об­ро­нил па­рень, не по­вора­чива­ясь в сто­рону Кас­ти­эля, ког­да тот уже си­дел на пас­са­жир­ское си­дение.

***

Они еха­ли по ноч­но­му го­роду, не раз­го­вари­вая. Дин лишь ку­рил, стря­хивая пе­пел в от­кры­тое ок­но. И пусть ве­тер за­дувал в ма­шину, в са­лоне все рав­но сто­ял тя­желый за­пах си­гарет, дол­жно быть впи­тав­ший­ся в си­дения за все вре­мя вла­дения Ди­ном ав­то. Кас­ти­элю бы­ло хо­лод­но, он ку­тал­ся в свой тон­кий пид­жак, но не про­тес­то­вал. Все-та­ки ма­шина при­над­ле­жала не ему. И пе­речить Ди­ну – са­мая пос­ледняя вещь, ко­торой он сей­час хо­тел. Вско­ре Додж при­пар­ко­вал­ся у не­боль­шо­го од­но­этаж­но­го до­мика с нем­но­го по­косив­шей­ся кры­шей, но до­воль­но неп­ло­хо выг­ля­дяще­го в це­лом. Кас­ти­эль вы­шел из ма­шины и, не обо­рачи­ва­ясь, по­шел к вход­ной две­ри, зная, что Дин сле­ду­ет за ним. Стоя на крыль­це, муж­чи­на вы­удил клю­чи из кар­ма­на и, ког­да по­пытал­ся за­пих­нуть один из них в за­моч­ную сква­жину, по­нял, что ру­ки его ужас­но тря­сут­ся. И это бы­ло вов­се не от хо­лода. Он вздох­нул и по­пытал­ся еще раз, но ни­чего не выш­ло, и тог­да силь­ные ру­ки отоб­ра­ли клю­чи и с лег­костью от­во­рили дверь. Зай­дя в дом, они не ста­ли вклю­чать свет, и ра­зува­лись в пол­ной ти­шине. - Где спаль­ня? – пря­мо спро­сил Дин. - Пря­мо и на­лево, - от­ве­тил Кас­ти­эль и про­водил взгля­дом уже уда­ля­ющу­юся фи­гуру пар­ня. Муж­чи­на чувс­тво­вал се­бя слег­ка не­ком­фор­тно. Он уже по­нял, что от Ди­на веж­ли­вос­ти ждать – все рав­но, что сне­га в се­реди­не ле­та, и по идее, ка­кая к чер­ту раз­ни­ца, но что-то зас­тавля­ло его нер­вни­чать как под­ростка на пер­вом сви­дании. В лю­бом слу­чае, пу­ти на­зад уже не бы­ло, по­это­му, зак­рыв дверь на ще­кол­ду, Но­вак от­пра­вил­ся в спаль­ню. И ед­ва муж­чи­на пе­рес­ту­пил по­рог ком­на­ты, как его сно­ва при­жали к сте­не. На этот раз удив­лять­ся он не стал, толь­ко на се­кун­ду в го­лове про­мель­кну­ла мысль: "От­ку­да же в пар­нишке столь­ко си­лы?" - Я уж по­думал, ты стру­сил, - про­шеп­тал Дин. - Ни за что, - так же ти­хо от­ве­тил Кас­ти­эль. В сле­ду­ющее мгно­вение Дин гру­бо по­цело­вал его, сжи­мая лац­ка­ны клет­ча­того пид­жа­ка и по­тира­ясь бед­ра­ми о бед­ра Но­вака. Муж­чи­на не­воль­но вы­дох­нул, и в сле­ду­ющий мо­мент по­чувс­тво­вал жар губ у се­бя на шее. Дин па­ру раз ши­роко про­вел язы­ком от ос­но­вания шеи до уха и при­кусил моч­ку, ло­вя сдав­ленный стон но­во­яв­ленно­го лю­бов­ни­ка. За­тем, вы­тащив зап­равлен­ную в шта­ны свет­лую ру­баш­ку, зад­рал ее и мед­ленно про­шел­ся прох­ладны­ми паль­ца­ми по бо­кам муж­чи­ны. Но­вак, не зная, ку­да деть свои ру­ки, по­ложил од­ну из них на пле­чо пар­ня, а дру­гую на шею, пос­ле че­го по­лучил ко­рот­кое ука­зание: - Во­лосы не тро­гай. Кив­нув, он по­тянул­ся, что­бы сно­ва по­цело­вать Ди­на, но тот был за­нят рас­сте­гива­ни­ем пу­говиц на ру­баш­ке Кас­ти­эля. Ру­ки его, по­хоже, не слу­шались, и каж­дый раз, ког­да пар­ню не уда­валось рас­стег­нуть оче­ред­ную пу­гови­цу, ти­хие ру­гатель­ства сле­тали с его губ. Это да­же нем­но­го за­бав­ля­ло. - Рви, - вы­дох­нул Кас­ти­эль. Дин под­нял го­лову, гля­дя на не­го из под рес­ниц, и хит­ро улыб­нулся. - Что? - Рви ру­баш­ку, Дин, - при­казал муж­чи­на. Пусть у не­го не так мно­го хо­рошей одеж­ды, но, ког­да ря­дом этот па­рень, в го­лове ос­та­ет­ся ми­нимум здра­вого смыс­ла. Это Но­вак уже за­метил. В сле­ду­ющее мгно­вение пос­лы­шал­ся звук рас­сы­па­ющих­ся по по­лу пу­говиц, а Дин пы­тал­ся стя­нуть с Кас­ти­эля ру­баш­ку вмес­те с пид­жа­ком. Ког­да они упа­ли на уз­кую кро­вать, па­рень все еще ос­та­вал­ся нес­пра­вед­ли­во оде­тым, в то вре­мя как на муж­чи­не кра­сова­лись лишь бе­лые ль­ня­ные тру­сы. Кас­ти­эль толь­ко сей­час за­метил, что Дин за вре­мя его раз­ду­мий в ко­ридо­ре за­наве­сил все што­ры в ком­на­те и за­жег од­ну из мас­ля­ных ламп, сто­ящих на тум­бочке воз­ле кро­вати. Шус­трый. - Ну, раз­де­нешь ме­ня… Кас? – с пош­лой улыб­кой про­шеп­тал па­рень, чем сно­ва вер­нул в ре­аль­ность Но­вака. - С ра­достью, – от­ве­тил муж­чи­на и пер­вым де­лом стя­нул с не­го ко­жан­ку. От­бро­сив кур­тку в сто­рону, Кас­ти­эль по­ложил ру­ки на бед­ра Ди­на, ко­торый си­дел у не­го на ко­ленях, с ин­те­ресом наб­лю­дая за дей­стви­ями муж­чи­ны. За­тем его ру­ки пе­ремес­ти­лись чуть вы­ше, к яв­но­му бу­гор­ку в рай­оне ши­рин­ки, и от лег­ко­го на­дав­ли­вания па­рень еле за­мет­но вздох­нул, слов­но не же­лая по­казы­вать свою сла­бость. Но Но­вак за­метил это и, улыб­нувшись, под­це­пил край чер­ной фут­болки и по­тянул ее на­верх, вы­нуж­дая Ди­на снять ее вов­се. То, что пред­ста­ло пе­ред Кас­ти­элем даль­ше, зас­та­вило его за­мереть на нес­коль­ко мгно­вений в вос­хи­щении: под­жа­рое те­ло, впа­лый жи­вот и креп­кие ру­ки. У муж­чи­ны ни­ког­да не бы­ло нас­толь­ко кра­сиво­го лю­бов­ни­ка, как Дин. Ка­залось, он все еще пь­яный си­дит в ба­ре, а это все­го лишь по­мут­не­ние рас­судка… Та­кое прек­расное по­мут­не­ние рас­судка. Но нет, вот он. Вот он, мо­лодой па­рень со свет­лы­ми, уло­жен­ны­ми бри­оли­ном, во­лоса­ми, зе­лены­ми гла­зами и еле за­мет­ны­ми при пло­хом ос­ве­щении вес­нушка­ми на ли­це и пле­чах. Толь­ко про­тяни ру­ку, и кос­нешь­ся его вос­хи­титель­ной ямоч­ки меж­ду клю­чица­ми. Кас­ти­эль пе­ревел взгляд пра­вее и за­метил ви­ти­ева­тую над­пись под пра­вой клю­чицей, а по­том, про­ведя паль­цем по тон­кой ко­же, про­читал вслух: - «Смерть преж­де бес­честия»*, - он ус­мехнул­ся. – Ты все же не­ис­пра­вимый бун­тарь, Дин. Муж­чи­на скло­нил­ся ни­же и по­цело­вал сна­чала пра­вый, а по­том ле­вый со­сок пар­ня, од­новре­мен­но с этим ог­ла­живая его бо­ка и спи­ну. А за­тем, не дав ска­зать то­му и сло­ва, рез­ко оп­ро­кинул пар­ня на кро­вать, на­висая над ним, рас­стег­нул мол­нию на джин­сах и не­мед­ленно стя­нул их. И… Дин ос­тался го­лым. Чер­тов зас­ра­нец хо­дит без ниж­не­го белья. Кас­ти­эль ти­хо прос­то­нал и мыс­ленно поб­ла­года­рил судь­бу за этот прек­расный про­щаль­ный по­дарок. - Ну не­уже­ли, - быс­тро за­гово­рил Дин и по­тянул­ся к Кас­ти­элю, что­бы стя­нуть с не­го пос­ледний эле­мент одеж­ды. – Я уже всерь­ез по­думал, что ты се­рена­ду лю­бов­ную со­бира­ешь­ся ис­полнить. - В смыс­ле? - Я не ка­кая-то там дев­чонка, Кас. Не нуж­да­юсь в двух­ча­совых пред­ва­ритель­ных лас­ках и ми­лых сло­веч­ках. Выг­ля­дел па­рень до­воль­но стро­го в этот мо­мент, но муж­чи­на лишь ус­мехнул­ся про се­бя, мыс­ленно про­водя па­рал­лель меж­ду Ди­ном и ма­лень­ким ре­бен­ком, во­инс­твен­но от­ста­ива­ющим точ­ку зре­ния о сво­ей «взрос­лости». "Ох уж этот мя­теж­ный нрав", - по­думал Кас­ти­эль и с за­гадоч­ной улыб­кой по­тянул­ся к шее мо­лодо­го пар­ня, ос­тавляя на ней лег­кие не­весо­мые по­целуи. За­тем про­вел язы­ком от лож­бинки меж­ду клю­чица­ми до под­бо­род­ка и не­силь­но при­кусил его. Ру­ки в это вре­мя блуж­да­ли по пок­рывше­муся му­раш­ка­ми плос­ко­му жи­воту, час­то взды­мав­ше­муся от не­хит­рых ма­нипу­ляций муж­чи­ны. Рез­кий по­лувы­дох-по­лус­тон сор­вался с пол­ных губ Ди­на, ког­да Кас­ти­эль кос­нулся внут­ренней час­ти бед­ра пар­ня и чуть про­ведя мяг­ким не­навяз­чи­вым дви­жени­ем ру­ки вверх, кос­нулся воз­бужден­но­го чле­на. - Все еще не нра­вит­ся? – не­вин­но по­ин­те­ресо­вал­ся Но­вак, в ду­ше за­бав­ля­ясь тро­гатель­но­му ру­мян­цу, выс­ту­пив­ше­му на ще­ках по­теряв­ше­го на нес­коль­ко мгно­вений са­мо­об­ла­дание пар­ня. - Зат­кнись, - еле слыш­но про­бор­мо­тал тот и, взяв си­ту­ацию под свой кон­троль, сно­ва ока­зал­ся свер­ху, гру­бо це­луя Кас­ти­эля. Еще не­кото­рое вре­мя они ярос­тно тер­за­ли гу­бы друг дру­га, но все же ос­та­нови­лись, пе­рево­дя сбив­ше­еся к чер­тям ды­хание. - Я ду­маю… ох… ду­маю, нам нуж­но пе­рей­ти не­пос­редс­твен­но к де­лу, ес­ли ты хо­чешь ус­петь уй­ти не­заме­чен­ным, - с тру­дом про­шеп­тал Кас­ти­эль. Дин лишь кив­нул, сог­ла­ша­ясь, и отод­ви­нул­ся от муж­чи­ны, ког­да тот по­тянул­ся к ящи­ку в тум­бочке, что­бы дос­тать нев­зрач­ный тю­бик, по­хожий на крем для рук. - Как бы те­бе хо­телось… - на­чал бы­ло Но­вак, но тю­бик был бес­це­ремон­но вых­ва­чен из его рук. - Я свер­ху. - Как ска­жешь, - доб­ро­душ­но от­ве­тил муж­чи­на, под­ни­мая ру­ки в при­мири­тель­ном жес­те. Он улег­ся по­удоб­нее в кро­вати и, прик­рыв гла­за, рас­ста­вил но­ги, от­да­вая даль­ней­шее шефс­тво в ру­ки зе­леног­ла­зого пар­ня. Но, не по­чувс­тво­вав в сле­ду­ющие ми­нуты ни­чего, кро­ме сквоз­ня­ка на те­ле, муж­чи­на от­крыл гла­за и воз­зрил­ся на си­дяще­го пе­ред ним Ди­на, на ли­це ко­торо­го бы­ла лег­кая рас­те­рян­ность. - Дин, что… - Ни­чего. Нор­маль­но все, - ог­рызнул­ся па­рень и за­шеве­лил­ся. – Я прос­то… Вне­зап­ная до­гад­ка мель­кну­ла в го­лове Кас­ти­эля и тот, мед­ленно под­нявшись, ак­ку­рат­но заб­рал крем у нас­то­рожен­но­го пар­ня. Он от­кру­тил крыш­ку и, вы­давив нем­но­го на ру­ку, обод­ря­юще улыб­нулся. - Все нор­маль­но. Да­вай я сам, – и ввел в се­бя один па­лец. Со сто­роны пос­лы­шал­ся удив­ленный вздох, и муж­чи­на, под­няв взгляд, пос­мотрел на рас­тре­пан­но­го и воз­бужден­но­го пар­ня, си­дяще­го нап­ро­тив и жад­но рас­смат­ри­ва­юще­го про­ис­хо­дящее. Кас­ти­эль улыб­нулся, наб­лю­дая за ре­ак­ци­ей Ди­на, ко­торый че­рез не­кото­рое вре­мя за­мет­но рас­сла­бил­ся и нас­лаждал­ся пред­ста­вив­шей­ся ему кар­ти­ной. Но­вак мед­ленно рас­тя­гивал се­бя, еле слыш­но пос­та­нывая от дав­но за­бытых ощу­щений и теп­ла ря­дом с со­бой. Он про­вел столь­ко вре­мени один, что сей­час все ка­залось не бо­лее, чем сном. Прек­расным сном с прек­расным Ди­ном, ко­торый скло­нил­ся над ним и по­цело­вал в при­от­кры­тый от удо­воль­ствия рот. Но­вак за­мер на мгно­вение и рас­пахнул, как ока­залось, зак­ры­тые до это­го гла­за. Па­рень, на­вис­ший над ним, рас­смат­ри­вал его с боль­шим ин­те­ресом, слов­но си­лясь за­пом­нить каж­дую чер­ту ли­ца. Ко­неч­но, нав­ряд ли это бы­ло прав­дой, ибо зав­тра они ра­зой­дут­ся каж­дый сво­ей до­рогой и не встре­тят­ся боль­ше ни­ког­да, а про­ис­хо­дящее сей­час мо­лодой па­рень за­будет че­рез па­ру не­дель, най­дя се­бе но­вую пас­сию на раз, но… Но сей­час Кас­ти­элю бы­ло слиш­ком хо­рошо, что­бы за­думы­вать­ся о бли­жай­шем бу­дущем. Он лишь са­мозаб­венно под­да­вал­ся Ди­ну, це­луя его в от­вет. В сле­ду­ющее мгно­вение Дин мед­ленно от­вел ру­ку Кас­ти­эля, ко­торой тот рас­тя­гивал се­бя в сто­рону и са­мос­то­ятель­но ввел три паль­ца в уже раз­ра­ботан­ный вход. Муж­чи­на под ним ах­нул, неп­ро­из­воль­но за­кусы­вая ниж­нюю гу­бу и улы­ба­ясь. Несмот­ря на жес­ткий на­пор юно­го му­зыкан­та бук­валь­но пол­ча­са на­зад, сей­час он был уди­витель­но ак­ку­ратен и ста­рал­ся ни­ко­им об­ра­зом не сде­лать Кас­ти­элю боль­но. За­тем, взяв в сво­бод­ную ру­ку член Но­вака, па­рень про­вел по не­му сни­зу-вверх па­ру раз на про­бу, вза­мен по­лучая хрип­лый стон, сор­вавший­ся с губ тем­но­воло­сого муж­чи­ны, рас­плас­танно­го на кро­вати. - Дин… ох… я же так ско­ро… по­годи, - быс­тро за­шеп­тал Кас­ти­эль, ос­та­нав­ли­вая пар­ня. – Ты уже мо­жешь. Да­вай. Ког­да Дин во­шел в не­го, Кас­ти­эль гром­ко вы­ругал­ся, цеп­ля­ясь тон­ки­ми паль­ца­ми за пред­плечья пар­ня. Слиш­ком мно­го вре­мени прош­ло с мо­мен­та его пос­ледней бли­зос­ти с кем-то, и сей­час он чувс­тво­вал се­бя нас­толь­ко хо­рошо, что бы­ло пле­вать со­вер­шенно на все: на со­седей, ко­торые пос­то­ян­но по­доз­ре­вали его в чем-то; на лю­дей, ко­торые ни­ког­да не пой­мут его вы­бор, и на всю ту лжи­вую жизнь, ко­торая про­ис­хо­дила вне сте­н это­го до­ма. Все бы­ло аб­со­лют­но не­важ­но, но то, что про­ис­хо­дило сей­час, ка­залось нас­толь­ко пра­виль­ным и бе­зуко­риз­ненно вер­ным, что прос­то го­лова шла кру­гом. По­ложив од­ну ру­ку на спин­ку кро­вати, а дру­гой схва­тив­шись за пле­чо Но­вака, па­рень ме­тодич­но дви­гал бед­ра­ми, на­сажи­вая муж­чи­ну на се­бя. Дин был бе­зум­но прив­ле­катель­ным и, дол­жно быть, по­корил сво­ей кра­сотой не­мало лю­дей. Кас­ти­эль не был ис­клю­чени­ем, и он с удо­воль­стви­ем от­ме­чал, как па­рень нас­лаждал­ся про­цес­сом и как от зе­леной ра­дуж­ки в его гла­зах ос­та­лось лишь тон­кое ко­леч­ко, в то вре­мя как чер­ный зра­чок уве­личил­ся поч­ти в два ра­за. Сжи­мая ру­ками бо­ка и яго­дицы Ди­на, скром­ный по на­туре Но­вак без­застен­чи­во сто­нал под му­зыкан­том, вы­гиба­ясь от удо­воль­ствия и по­рой шеп­ча вся­кие бес­смыс­ленные фра­зы ему на ухо. Он те­рял­ся в ощу­щени­ях и плыл от то­го, как Дин, сжи­мая его уже мок­рые у ос­но­вания во­лосы, от­во­дил го­лову в сто­рону и ос­тавлял по­целуи-уку­сы на его пле­чах и шее. За­бывал ды­шать, ког­да мо­золис­тая от струн ги­тары ру­ка пар­ня лас­ка­ла его член. И да­же па­ру раз сры­вал­ся на крик, ког­да му­зыкант рез­ко вхо­дил в не­го под пра­виль­ным уг­лом, за­девая прос­та­ту. Пос­ле осо­бо глу­боко­го про­ник­но­вения, Кас­ти­эль гром­ко и про­тяж­но прос­то­нал имя лю­бов­ни­ка, и Дин, рык­нув, зад­ви­гал­ся быс­трее, ярос­тно втра­хивая муж­чи­ну в мат­рас. Чувс­твуя, что уже вот-вот кон­чит, Но­вак опус­тил ру­ку на свой член и на­чал дро­чить се­бе. Но, за­метив это, Дин от­пихнул его ру­ку, за­меняя ее сво­ей, с си­лой про­водя паль­ца­ми по ство­лу. Об­вив шею пар­ня ру­ками, Кас­ти­эль час­то за­дышал, смот­ря на то, как го­лов­ка его чле­на то по­яв­ля­ет­ся, то быс­тро ис­че­за­ет за край­ней плотью в ла­дони Дина. Мно­го вре­мени не пот­ре­бова­лось и, вздрог­нув всем те­лом, муж­чи­на кон­чил, пач­кая свой жи­вот и ру­ку Ди­на спер­мой. Пе­ред гла­зами пля­сали бе­лые пят­на, а в ушах сто­ял гул, но сквозь нак­ры­ва­ющий его ор­газм он все же кив­нул пар­ню, что­бы тот про­дол­жал. Дин же сно­ва зад­ви­гал­ся, но уже сби­ва­ясь с пос­тавлен­но­го ран­нее рит­ма, ды­ша рва­но и нег­лу­боко. Он скло­нил­ся над Кас­ти­элем и, по­ложив од­ну ла­донь ему на ще­ку, по­цело­вал то­го дро­жащи­ми от воз­бужде­ния гу­бами. Нем­но­го ото­шед­ший, но все еще пре­быва­ющий в пос­торгаз­менной не­ге Но­вак мут­ным взгля­дом сле­дил за вы­раже­ни­ем ли­ца юно­ши. То, как он сна­чала заж­му­рил гла­за и нап­ря­жен­но нах­му­рил бро­ви, то, как под­ра­гива­ли его длин­ные свет­лые рес­ни­цы, и его сби­тое ды­хание, и пот на ко­же, блес­тя­щий в блед­ном све­те лам­пы – все это де­лало его слиш­ком не­ре­аль­ным сей­час. Он был та­ким кра­сивым и пле­нитель­ным. Буд­то с дру­гой пла­неты. Гу­бы Ди­на дви­гались, слов­но он пы­тал­ся что-то ска­зать, но с них не сле­тало ни сло­ва. Он лишь от­ча­ян­но хва­тал ими воз­дух, не по­нимая, как за­вора­жива­ет это зре­лище муж­чи­ну под ним. А за­тем, в один мо­мент он рез­ко по­дал­ся впе­ред, ка­са­ясь лба Кас­ти­эля сво­им, за­мирая, и вы­соко прос­то­нал ему в рот, кон­чая внут­ри муж­чи­ны. Черт. Это по­ис­ти­не са­мое прек­расное, что слы­шал Но­вак за всю свою жизнь. Он бы слу­шал эти сто­ны веч­но, будь у не­го та­кая воз­можность. "Но, к со­жале­нию, не в этой жиз­ни", - по­думал Кас­ти­эль и креп­ко при­жал к се­бе по­ка что не соп­ро­тив­ля­юще­гося пар­ня, нас­лажда­ясь пос­ледни­ми мгно­вени­ями их бли­зос­ти.

***

- Сколь­ко те­бе? Во­сем­надцать? Де­вят­надцать? - Двад­цать один, – бур­кнул Дин, на се­кун­ду от­во­рачи­ва­ясь от от­кры­того ок­на, ве­дуще­го в сад, что­бы раз­дра­жен­но оки­нуть взгля­дом ус­тро­ив­ше­гося в пос­те­ли муж­чи­ну. Не стес­ня­ясь сво­ей на­готы, па­рень сто­ял око­ло рас­пахну­того ок­на, за­тяги­ва­ясь уже вто­рой си­гаре­той под­ряд. Он мед­ленно вды­хал в се­бя ед­кий дым, поз­во­ляя то­му без­на­казан­но осе­дать в сво­их лег­ких. За­тем так же мед­ленно вы­дыхал его, вы­пус­кая из гру­ди и лю­бу­ясь сот­во­рен­ны­ми вет­ром за­вора­жива­ющи­ми за­вит­ка­ми, пос­те­пен­но рас­се­ива­ющи­мися в ноч­ном воз­ду­хе. - Неп­ло­хой дом, - об­ро­нил Дин. - Да. Я здесь все детс­тво про­вел, по­ка в кол­ледж не у­ехал. - А по­чему вер­нулся? - чуть по­вер­нув го­лову впра­во, спро­сил па­рень. - Ро­дите­ли по­гиб­ли при ог­рабле­нии бан­ка, - нах­му­рив­шись от нах­лы­нув­ших неп­ри­ят­ных вос­по­мина­ний, от­ве­тил муж­чи­на, - и тог­да он пе­решел к нам с сес­трой в нас­ледс­тво. Она сна­чала хо­тела про­дать его, но я не поз­во­лил. Не по­лучи­лось от­дать са­мое цен­ное, что от ро­дите­лей ос­та­лось. Вмес­то от­ве­та па­рень лишь кив­нул, сно­ва за­тяги­ва­ясь. - А твои где? - Мои что? - Твои ро­дите­ли, Дин. Па­рень за­мер на не­кото­рое вре­мя, слов­но спо­ря сам с со­бой, де­лить­ся ли сво­ей лич­ной жизнью, но по­том лишь по­жал пле­чами, от­ве­тив: - Не знаю. Я ушел из до­ма. - По­чему? - Не­важ­но. Но­вак сел на кро­вати, под­би­рая оде­яло и ук­ры­вая им за­мер­зшие но­ги. По­ка поз­во­ляло вре­мя, он наб­лю­дал за Ди­ном. Па­рень, воз­можно, и был гру­бым и рез­ким, но что-то в его по­веде­нии на­води­ло Кас­ти­эля на мысль, что вся эта на­пус­кная бра­вада - все­го лишь об­ра­зовав­ша­яся не от са­мой хо­рошей жиз­ни мас­ка. Эмо­ци­ональ­ная бро­ня. Что под ней кро­ет­ся что-то слиш­ком лич­ное, че­го Дин ни­кому по­казы­вать не хо­тел. В прин­ци­пе, де­ло-то его. Кас­ти­эль – ник­то для Ди­на и тре­бовать ка­ких-то сек­ре­тов не со­бирал­ся. Но один воп­рос все же вер­телся на язы­ке. - Ты не го­ворил, что это у те­бя в пер­вый раз. Дин нап­рягся, стис­ки­вая си­гаре­ту в ру­ке, и ог­рызнул­ся: - Я не девс­твен­ник. - Охот­но ве­рю, что ты не девс­твен­ник, Дин. Толь­ко вот с муж­чи­ной у те­бя се­год­ня бы­ло впер­вые. Или я оши­ба­юсь? - Ты… нет, - вы­дох­нул па­рень, не обо­рачи­ва­ясь. – Но я не го­мик. В смыс­ле, сей­час глу­по уже от­ри­цать, что ме­ня прив­ле­ка­ют и муж­чи­ны, но сплю я с де­вуш­ка­ми. - И с че­го тог­да ре­шил­ся… - Те­бе ли не знать, что за та­кие ве­щи бы­ва­ет, Кас! – прер­вал не­закон­ченный воп­рос Кас­ти­эля Дин. – А ты во мне ды­ру про­жигал в ба­ре, ни­как не ина­че. Я и по­думал: «Чем черт не шу­тит?» - бы­ла не бы­ла. И че­рез па­ру мгно­вений до­бавил: - На­де­юсь, что ус­ми­рил твое лю­бопытс­тво на дан­ную те­му. Прош­ло еще ка­кое-то вре­мя. В ком­на­те бы­ло ти­хо, и ни­чего, кро­ме ше­лес­та де­ревь­ев и ти­канья не­боль­шо­го бу­диль­ни­ка на прик­ро­ват­ной тум­бочке, слыш­но не бы­ло. Кас­ти­эль на­тянул шта­ны и, под­хва­тив с по­ла свой пид­жак, по­дошел к Ди­ну, на­киды­вая его на пле­чи пар­ня. Тот, по­хоже, не ожи­дая это­го, дер­нулся и вы­ронил не­доку­рен­ную си­гаре­ту на ко­вер. - Черт, – про­шипел он, быс­тро нак­ло­ня­ясь и под­хва­тывая ее. - Ни­чего, - спо­кой­но от­ве­тил Кас­ти­эль. – Нав­ряд ли его ос­та­вят. Дай мне то­же од­ну. - В смыс­ле? – спро­сил Дин, про­тяги­вая муж­чи­не пач­ку с си­гаре­тами и спич­ки. Упав­шую на пол си­гаре­ту он выб­ро­сил в ок­но, и пос­ле то­го, как Но­вак вер­нул ему пач­ку, за­курил но­вую. - Я пе­ре­ез­жаю в Нью-Й­орк, а моя сес­тра Ан­на про­даст этот дом сра­зу пос­ле мо­его от­бы­тия. Она вро­де и по­купа­телей уже по­дыс­ка­ла, - про­гово­рил Кас­ти­эль. И, сде­лав пер­вую за­тяж­ку, прик­рыл гла­за. - Ох, как же дав­но я это­го не де­лал. - Ты же го­ворил, что не мо­жешь от­дать ко­му-то дом ро­дите­лей, - раз­вернув­шись ли­цом к муж­чи­не, на­пом­нил па­рень. - Да, - сог­ла­сил­ся Но­вак, вы­пус­кая горь­ко­ватый дым изо рта. – Но, к со­жале­нию, об­сто­ятель­ства вы­нуж­да­ют по­рой пос­ту­пать так, как ты со­вер­шенно то­го не же­ла­ешь. - Что за об­сто­ятель­ства? – по­ин­те­ресо­вал­ся Дин. - Те­бе дей­стви­тель­но ин­те­рес­но? – воп­ро­сом на воп­рос от­ве­тил Кас­ти­эль. Па­рень лишь по­жал пле­чами и по­тушил оку­рок о внеш­нюю часть по­докон­ни­ка, сно­ва по­вора­чива­ясь к со­бесед­ни­ку. Но­вак по-доб­ро­му ус­мехнул­ся и, пос­ле­довав при­меру Ди­на, про­дол­жил: - Моя мать бы­ла учи­телем в мес­тной шко­ле. Она бы­ла од­ним из луч­ших пре­пода­вате­лей в го­роде, и я ре­шил пой­ти по ее сто­пам. По­это­му всю свою жизнь я пос­вя­тил обу­чению де­тей. Мне это дей­стви­тель­но нра­вилось и нра­вит­ся. Но не всем так ве­зет, как те­бе, Дин. Я не мо­гу стро­ить от­но­шения с жен­щи­ной в си­лу сво­ей при­роды, а к трид­ца­ти го­дам все «нор­маль­ные» муж­чи­ны дол­жны иметь пол­но­цен­ные семьи, ес­ли и не с ку­чей, то хо­тя бы с од­ним ре­бен­ком… - Те­бе трид­цать? – удив­ленно пе­рес­про­сил Дин. - Двад­цать де­вять, ес­ли быть точ­ным. Но суть от это­го не ме­ня­ет­ся. - Я бы боль­ше двад­ца­ти пя­ти те­бе не дал. Кас­ти­эль за­дум­чи­во улыб­нулся, ог­ля­дывая уже за­пус­те­лый сад с по­косив­шимся за­бор­чи­ком и не­боль­шой ста­рой теп­ли­цей, где его по­кой­ная ма­туш­ка вы­ращи­вала ово­щи, часть ко­торых про­дава­ла со­седям, а часть ос­тавля­ла для семьи. А ма­лень­кие Кас­ти­эль и Ан­на по­мога­ли по­лоть ей гряд­ки и го­товить са­мые вкус­ные на све­те обе­ды, ко­торые пос­ле тя­желой ра­боты так нах­ва­ливал отец. И толь­ко ма­ма зна­ла о нас­то­ящем Кас­ти­эле. Зна­ла его осо­бен­ность и бе­рег­ла его от всех жес­то­кос­тей су­ровой ре­алии. И ког­да ее не ста­ло, весь мир поп­росту рух­нул, ос­тавляя Кас­ти­эля на­еди­не с его внут­ренни­ми де­мона­ми. Сей­час все это ка­залось та­ким да­леким, слов­но прош­ло уже с пол­ве­ка, хо­тя на де­ле все­го семь лет, но он ни­ког­да не за­будет ее лас­ко­вых слов о его «уни­каль­нос­ти» и «не­похо­жес­ти» на дру­гих маль­чи­ков… - На­день шта­ны, Дин. Прос­ту­дишь­ся, - ос­во­бож­да­ясь от нах­лы­нув­ших вос­по­мина­ний, про­гово­рил Кас­ти­эль, зак­ры­вая ок­но. - И все же, - на­тяги­вая джин­сы на уз­кие бед­ра, неб­режно бро­сил па­рень. – Ты не за­кон­чил. Он при­сел на кро­вать, рас­смат­ри­вая спи­ну за­дер­ги­вав­ше­го што­ры муж­чи­ны. - А что тут за­кан­чи­вать? Как-то раз пос­ле оче­ред­ной пла­нер­ки ди­рек­тор ос­та­вил ме­ня в ка­бине­те и рас­ска­зал, что хо­дят слу­хи, мол, я го­мик, так как в та­ком воз­расте и в хо­лос­тя­ках. В до­вер­ше­ние это­му ник­то ни ра­зу де­вуш­ки со мной не за­мечал, - Но­вак вздох­нул и при­сел ря­дом с Ди­ном. - К то­му же го­да пол­то­ра на­зад я имел не­ос­то­рож­ность встре­чать­ся с од­ним че­лове­ком и нас­толь­ко ув­лекся, что за­был обо всех ме­рах пре­дос­то­рож­ности. Нас за­метил ка­кой-то пь­яни­ца, но тог­да воп­рос уда­лось за­мять, по­тому что все спи­сали на его не­адек­ватность. Но ди­рек­тор это всколь­зь упо­мянул, и тог­да я по­нял, что нуж­но у­ез­жать. Дин с ми­нуту свер­лил свои ру­ки не­чита­емым взгля­дом, слов­но со­бира­ясь что-то ска­зать, но, ког­да под­нял го­лову, об­ро­нил: - По­чему имен­но Нью-Й­орк? - Это боль­шой го­род, Дин. Там лег­ко за­терять­ся, - от­ве­тил муж­чи­на. – Да и врать лю­дям о сво­ей «по­гиб­шей лю­бимей­шей же­не» и пе­ре­ез­де в свя­зи с ее смертью нам­но­го про­ще, чем от­си­живать­ся здесь и ждать не­из­вес­тно че­го. - Вер­но, - вы­дох­нул Дин. – Что ж… ког­да твой по­езд? - Че­рез семь ча­сов.

***

- Спа­сибо, что под­вез. - Без проб­лем. Они сто­яли на пер­ро­не в ожи­дании по­ез­да. Вок­руг них ца­рила бе­шеная су­ета: кто-то слез­но про­щал­ся с род­ны­ми, кто-то, на­обо­рот, со счас­тли­вым виз­гом по­висал у ко­го-то на шее. Кто-то кри­чал, что он по­терял свой ба­гаж, а кто-то ис­кал по­теряв­шихся в тол­пе родс­твен­ни­ков. Дин же до­кури­вал уже пя­тую си­гаре­ту за пос­ледние двад­цать ми­нут, и Кас­ти­эль всерь­ез ду­мал, что сто­ящие за ни­ми да­моч­ки ско­ро начнут па­дать в об­мо­рок от на­пол­ненно­го ды­мом воз­ду­ха. Но пос­коль­ку на ли­це пар­ня не бы­ло ни кап­ли рас­ка­яния, ста­нови­лось по­нят­но, что пле­вал он на все это. Он лишь про­дол­жал ме­тодич­но втя­гивать в се­бя ни­коти­новый яд. Че­рез пять ми­нут по­дошел наз­на­чен­ный по­езд, и па­рень, выб­ро­сив оче­ред­ной оку­рок под но­ги, уг­рю­мо по­ин­те­ресо­вал­ся: - Твой? - Мой, – от­ве­тил Кас­ти­эль. - Что ж, тог­да… про­щай? – па­рень про­тянул ру­ку яв­но удив­ленно­му Но­ваку и пос­ле ко­рот­ко­го ру­копо­жатия уб­рал ее в кар­ман джин­сов. - Я на­де­юсь, ва­ша груп­па все-та­ки при­едет по­корять «Боль­шое яб­ло­ко», и мы ког­да-ни­будь встре­тим­ся. Дин хрип­ло рас­сме­ял­ся, яв­но за­бав­ля­емый та­ким по­зитив­ным нас­тро­ем Кас­ти­эля. - Пос­мотрим, - ус­мехнул­ся он.

***

Кас­ти­эль си­дел на сво­ем пред­пи­сан­ном би­летом мес­те и наб­лю­дал, как с каж­дым дви­жени­ем ко­лес он от­да­лял­ся от сво­его род­но­го го­рода, по­дарив­ше­го ему та­кое ог­ромное ко­личес­тво вос­по­мина­ний. Они все бы­ли раз­ные и при­носи­ли со­вер­шенно раз­ные чувс­тва. Но од­но из этих вос­по­мина­ний про­дол­жа­ло про­вожать сво­ими зе­лены­ми гла­зами уда­ля­ющий­ся от пер­ро­на по­езд. Дин был слож­ным, Кас­ти­эль не от­ри­цал это­го. Но ду­ша у это­го па­рень­ка бы­ла чис­тая, нес­мотря на всю ту хва­леную дер­зость и по­каз­ное на­халь­ство, ко­торым он прик­ры­вал­ся. И пусть в эту ночь юный му­зыкант так пол­ностью и не от­крыл­ся муж­чи­не, Кас­ти­эль бу­дет ве­рить, что ког­да-ни­будь ко­му-ни­будь он поз­во­лит заг­ля­нуть в свою ду­шу. А еще… он не стал го­ворить это Ди­ну лич­но, что­бы ни­ко­им об­ра­зом не сму­тить пар­ня, но… Но­вак все же за­метил, как мо­лодой па­рень, сделав вид, что споткнулся, «не­замет­но» смах­нул его фо­тог­ра­фию в ма­лень­кой рам­ке со сто­ла, пря­ча се­бе в кар­ман. Ну что же. Ес­ли им и суж­де­но встре­тить­ся вновь, то пусть Дин пом­нит, как выг­ля­дит муж­чи­на, с ко­торым он од­нажды про­вел ночь, что­бы при воз­можнос­ти в ог­ромном по­токе лю­дей за­цепить­ся взгля­дом за зна­комые чер­ты ли­ца. Воз­можно, они пос­ле это­го сра­зу ра­зой­дут­ся. Ско­рее все­го, так и бу­дет, ведь муж­чи­не и муж­чи­не нель­зя быть вмес­те. А мо­жет, они ста­ли бы хо­роши­ми друзь­ями. А мо­жет... Ша­тен печально ус­мехнул­ся, в пос­ледний раз улав­ли­вая взгля­дом свет­лую ма­куш­ку Ди­на, обор­вав се­бя на по­лумыс­ли. Ес­ли же нет, ес­ли они ни­ког­да боль­ше не встре­тят­ся - то так то­му и быть. Пусть эта фо­тог­ра­фия ста­нет пар­ню про­щаль­ным по­дар­ком от Кас­ти­эля, ко­торо­го Дин по­разил в са­мое сер­дце сна­чала сво­им го­лосом, а по­том и всем сво­им су­щес­твом. *Ти­пич­ная та­ту­иров­ка Мо­ряка Джер­ри, во­шед­шая в клас­си­чес­кий ви­зу­аль­ный ряд аме­рикан­ской куль­ту­ры.