Любовь и Добро - навсегда

Дамблдор внимательно смотрел на девушку и улыбался в бороду. Дав Алисе подумать о своем, директор Хогвардса тихо продолжил их беседу. – Эллис, можно я задам тебе один вопрос? – Конечно, профессор, — она посмотрела на мага. – Скажи, а ты говорила кому–нибудь, кроме Николаса и меня, о своих чувствах? Если да, то кому? – Говорила, еще в школе я рассказала профессору Тепловскому, директору школы, в которой училась, о моих чувствах к Тому. — Я давно знаю Илью, он сильный и мудрый маг, — Дамблдор задумался. — А еще… — девушка замялась, — я призналась Тому в моей Любви. – Давно? – директор Хогвардса, казалось, смотрит в никуда, задумавшись. – Первый раз это случилось после школы, когда в родовом британском имении Гром я открыла приют «Грозы» для маленьких обездоленных волшебников. Тогда же в первый раз он сказал, что ему не нужна любовь. Спустя два года Том пришел на Рождественский бал графа Стандфорда, мужа моей тетки Эммы. У нас состоялся весьма оригинальный разговор. Лорд Волдеморт заявил мне снова, что не верит в любовь, что она ему не нужна. А потом… это случилось чуть больше полугода назад. Я только поступила в Академию, конец лета был достаточно дождливым. Я зашла в небольшой ресторанчик, знаете, такое недорогое заведение, где волшебники обычно собираются обсудить новости, почитать газеты, выпить чарку, другую. Он сидел в дальнем углу, от него только отошли двое Пожирателей, нелюдимый, как всегда в глазах – ненависть. Я не удержалась, присела за его стол, и… – память унесла Алису в прошлое, она продолжала рассказывать Дамблдору, заново переживая свое последнее свидание с Темным Лордом… … Алиса подошла к столику, за которым одиноко сидел мужчина, чья змеиная улыбка и красные глаза пугали и отталкивали, не смотря на привлекательную и даже красивую внешность. Он недовольно взглянул на девушку. – Я могу присесть? – не дожидаясь ответа, Алиса присела напротив мужчины. Колдун молчал, в его планы явно не входила беседа с девчонкой. – Том, несмотря ни на что, я все так же люблю Вас. – Графиня, однажды мы обсудили с тобой это, — прошипел Темный лорд. – Но ты либо очень глупая девчонка с Севера, – Том недовольно повел плечами, – либо все-таки решила принять мое предложение. Если нет – убирайся. Я не расположен сегодня с тобой общаться. – И не подумаю, — Алиса смотрела прямо в глаза любимого. — Мне было всего одиннадцать, когда я влюбилась в твои глаза, — Алиса перешла на «ты». — Можешь прятать ото всех ту боль, которой переполнено твое сердце. Можешь называть себя Темным Лордом и пытаться покорить мир, сея Зло и Смерть, но обмануть влюбленную женщину не возможно. – Эллис, убирайся, пока я не убил тебя, – зло зашипел Лорд. – Ну–ну, Том, ты плохо знаком с правилами защиты от темных сил? Все запретные заклинания теряют убийственную силу перед любящим сердцем. А для других заклинаний я просто–напросто Северянка, присягнувшая Свету, Добру и Любви. – Чего тебе надо от меня? Хочешь присоединиться к Пожирателям Смерти? Или шпионишь? – ухмыльнувшись, он подозрительно посмотрел на Алису. – Никогда. Я просто люблю тебя. На стенах Школы, где я училась, высечено: «Любовь и Добро – навсегда!» Я просто пытаюсь тебе сказать, что люблю, что готова помочь тебе спасти душу, – после этих слов Том зло рассмеялся: – Ты не просто глупая, ты – сумасшедшая. Я же тебе уже объяснял: не нужно мне все это! Спасать душу Волдеморта! Да! Такого, кроме тебя, мне еще никто не предлагал. Я даже не буду пытаться убить тебя, сумасшедшая девчонка, влюбленная в меня! Такое надо сохранить для музея. Слушай меня, Эллис, когда я покорю мир, то помещу тебя в музей победы Темного Лорда. Вот потешатся все, когда увидят ту, которая полюбила меня! – Смейся, Том, смейся. Даже то, что ты, Наследник Слизерина и Слая, стал на путь убийств и беспредела не лишает тебя прав на Любовь и Спасение души. – Заткнись, глупая! – Том выпрямился, взмахнул волшебной палочкой, тихо прошипев заклинание, и исчез… … Алиса грустно смотрела на огонь в камине. Дамблдор улыбался. – Вот так я призналась очередной раз ему в Любви, а он просто сбежал от меня, – Алиса вздохнула. – Теперь я понимаю, что, поклявшись в любви к нему, я этим… — Алиса замолчала. – Это подействовала усиленная Магия Любви, которая уничтожала его Злость. Моя Любовь, овладевшая в тот момент Томом, убивала злобу и ненависть в нем, давая душе возможность вздохнуть. Но он воспринял это как попытку убить его. – Да, Алиса, ты чуть было не убила Волдеморта, — Дамблдор говорил медленно, растягивая слова. — А ведь Том слишком часто забывает о силе Добра и Любви, поверив своей якобы безграничной силе. – Профессор, я люблю его, люблю и хочу спасти, а не убить! – Алиса с мольбой в глазах смотрела на директора Хогвардса. — Поцелуй Огня связывает намертво души двух людей, давая возможность спасти падшую. Вот я и решила, рискнув собой, спасти его. – Поэтому Фламель и прислал тебя ко мне за легендой? – Дамблдор прищурился, глядя поверх очков. – Мне нужен рецепт Вина Поцелуя. Гордость Тома не позволит ему испугаться влюбленной девочки. Он выпьет Вино и поцелует меня. Я уверенна. – Значит, леди, Вы хотите воспользоваться приворотом? – Нет. Я хочу спасти душу любимого. Профессор Фламель рассказал мне, что настоящая Любовь неподвластна проклятию Поцелуя Огня. И только такой Любви Поцелуй Огня отдаст всю свою силу. Мистер Дамблдор, я поклялась в своей Любви к Тому. Если мне нужно присягнуть в этом еще раз, я готова, чем бы мне это ни грозило. Альбус внимательно изучал отчаянную влюбленную в абсолютное зло девушку, красивую, нежную. Но такую сильную своей любовью. – Что ж, Эллис, слушай меня внимательно. Вино Поцелуя сварить не просто. На это уйдет не один день. Тебе придется отдавать много времени приготовлению Вина: и днем, и ночью ты будешь его заложницей. Ведьмы и темные колдуньи варят Вино заранее, а потом, найдя жертву, пытаются приворожить ее. Твоя задача сложней. – Почему? Я готова отдать не год и не два спасению души Тома Рэиддла. Лорду Волдеморту пора кануть в Лету. – Не во времени дело. Ведьмы не кладут в это Вино двух ингредиентов, во-первых, потому что не любят жертву и не всегда знают, кто ею станет, а во-вторых, они даже в мыслях не допускают, что такие компоненты нужны. – Сэр, если я Вас правильно поняла – это кровь того, кто варит Вино и кровь того, кому его варят? Кровные Узы? – Абсолютно точно. Эти два компонента добавляются непосредственно перед употреблением. – Зная часть общеизвестную легенды, касающуюся смерти сварившего Вино, Том с удовольствием поцелует меня, даже связавшись со мной этими узами. – Ты уверена? – Абсолютно. – Эллис, есть еще одно в легенде. Это обстоятельство касается настоящего Поцелуя, не приворота, а идущего от сердца Поцелуя Огня. Это может остановить любую ведьму, не говоря уж о тебе. – Что же может остановить меня? – У тебя родится ребенок. Дитя унаследует от тебя и от отца всю волшебную мощь и силу. Не знаю, добрым волшебником ребенок родится или злым. Ведь отец его … – А мать – северянка, я буду с детства воспитывать малыша на правилах Добра и Любви. Злыми не рождаются, ими становятся от безысходности, от отсутствия Любви, заботы и Добра. – А если узнает о ребенке Том? Кто–кто, а он захочет воспитать наследника в лучших традициях Лорда Волдеморта. – Значит, он не узнает об этом ребенке. Во спасение души Тома и жизни младенца. И если мне придется отречься от своих магических сил, уйти навсегда в мир людей, не рассказывать малышу о его мире волшебства и магии… – Откуда ты узнала о праве отречения? – Дамблдор удивленно смотрел на Алису. – Простите, сэр, о каком праве? – теперь удивилась Алиса. – О праве отречения, — Дамблдор был задумчив. — Так делали когда-то добрые волшебницы, если у них рождались дети от черных магов. Чтобы спасти детей, они уходили в мир магглов, отрекаясь от магических способностей. Но это было еще в Древности. Не помню случаев Отречения в наши дни. Хотя, кажется, что-то было… – Я не знала об этом. Наверное, сердце подсказало. – Эллис, волшебные перья Хогвардса и Чудотворья все равно впишут имя этого ребенка в списки маленьких волшебников. Нам придется собраться вчетвером: ты, я, Тепловский и Фламель. Мы должны сначала подумать, как обезопасить ребенка и тебя от последствий поцелуя и Отречения. – Я готова на все. – Тогда я напишу Николасу и Илье. Думаю, завтра вечером здесь будет принято решение. – Спасибо профессор, Тома надо остановить и … спасти его душу. – Ты постоянно думаешь о нем, – Дамблдор улыбнулся в усы. – Том Риддл не подозревает, как сильно ты его любишь. Эта Любовь спасет не одну жизнь, верь мне, дитя. Алиса грустно улыбнулась и покинула кабинет директора. Альбус откинулся на спинку кресла и задумался о том, как мало все-таки маги знают о любви и ее силе, о возможностях, даруемых этим бесконечно волшебным чувством.