Идеальный Мир, Идеальная Тюрьма

Та ночь была поразительно холодной. Ветер пронизывал до костей, гнул ветви деревьев, сдувая с них листву. Шел мерзкий ледяной дождь, неприятной влагой оседая на густой челке Диппера, на синей жилетке, на голых ногах ниже шорт, оставляя на коже мурашки. Мальчик крепко спал и, наверное, видел уже двадцать пятый сон, не чувствуя ни легкого покачивания, ни того, что его несут куда-то холодные и странно заботливые руки демона снов. Билл холода не чувствовал. Его абсолютно не волновали капли дождя, оседающие на желтом фраке, волосах соломенного цвета и цилиндре. Его внимание полностью было захвачено мальчиком, спящим у него на руках. Демон ликовал. Он уже праздновал победу, ощущая непокорного мальчишку в своей власти. Пайнс так доверчиво прижимался щекой к его груди, что жар его тела ощущался даже через плотную ткань рубашки. Билл зашел в дом, ничем не отличающийся от остальных - такая же крыша, забор, газон, как и у других домиков квартала, расположенных на левой стороне дороги. Спиной открыл дверь и прошел в темный коридор, поднялся на второй этаж бесшумно, даже лестница не скрипнула под мягкой поступью. В длинном коридоре второго этажа было также темно, три двери из четырех были плотно закрыты. Сайфер уверенно прошел в открытую дверь и взгляду его предстала освещенная ночником детская. Две кровати, стоящие у противоположных стен, яркие плакаты и звездочки над одной, в которой неподвижно и спокойно спала девочка с длинными каштановыми волосами, и гораздо менее яркие плакаты с изображением ученых, приклеенные к стене листы с правилами и формулами для более легкого запоминания. Кровать под ними была пуста, но уже расстелена и готова принять в мягкие объятия своего хозяина. Демон аккуратно опустил мальчика на нее и, сняв с него жилетку, кроссовки и носки, которые сложил на стул рядом, накрыл Пайнса одеялом. Прежде чем выйти из комнаты, Сайфер снял с головы Диппера кепку и, в последний раз обернувшись, прикрыл за собой дверь. Над городом занимался рассвет. *** Диппер проснулся с сигналом будильника и несколько секунд смотрел в потолок. Было удивительно спокойно, лучи солнца освещали пространство между кроватями. Мальчик перевел взгляд на Мэйбл, которая лениво потянулась, протирая заспанные глаза. - Утра,- протянул Диппер, повернувшись к сестре. Девушка широко улыбнулась в ответ, сверкая ровными зубами. Диппер невольно вспомнил время, когда Мэйбл носила брекеты. Это было почти шесть лет назад. Жизнь Пайнсов была... Диппер не мог подобрать другого слова, кроме как "идеальна". Каждое утро они поднимались, ехали в школу на автобусе, знания давались Дипперу легко, учеба приносила удовольствие. После школы они возвращались домой, Мэйбл могла остаться в школе на танцы, но уже к шести она всегда была дома. Жизнь текла своим чередом. А сегодня был важный день. Последний день в старшей школе, получение безупречного аттестата, а дальше университет, работа, семья... Счастливая жизнь, в которой все идет по плану. Диппер был счастлив. Каждый день доставлял удовольствие, мелкие проблемы быстро решались и забывались. Жизнь обещала быть легкой. Пайнс сел на кровати, разминая затекшую за ночь шею. Мэйбл уже направилась в душ, поэтому спешить было некуда - сестра заперлась там надолго. Юноша выглянул в окно - солнце поднялось высоко над домами на правой стороне дороги, редкие машины проезжали мимо одинаково аккуратных домиков. Спокойная, почти что мертвая тишина стояла над микрорайоном. Даже птицы притихли и не нарушали этого удивительного покоя. - Мэйбл, ты скоро?- громко позвал Диппер, переводя взгляд на входную дверь. На ней на вешалках висели его костюм и вечернее платье сестры. Они выбирали их вместе: недлинное, чуть ниже колена, серое платье на тонких бретельках и черный костюм с белой рубашкой и бабочкой. Рядом с дверью стояли две пары черных туфель: женские и мужские. Вечер выпускников начинался только в пять часов, а это значило, что времени у близнецов было выше крыши. Мэйбл не спеша вышла из ванной, с иронией глядя на брата. - Ты что, торопишься куда-то?- спросила она, устраивая ободок на голове и поправляя воротничок рубашки. - Нет, но это не значит, что ты можешь сидеть в ванной до самого выпускного,- улыбнулся парень, протискиваясь мимо сестры в ванную. Девушка картинно закатила глаза и, прежде чем Диппер успел закрыть дверь, вышла в коридор. Диппер посмотрел на себя в зеркало, откидывая с лица лезущую в глаза челку. Он чувствовал себя так, словно готов был свернуть горы. Невероятная бодрость и легкость оставляли разум ясным и свежим настолько, что Диппер почти пожалел, что все экзамены уже сданы, а поступление осталось страшным воспоминанием. С этими мыслями он залез под душ. Теплые капли приятно били по чуть загорелой коже, оседал на стекло душевой кабины и зеркало пар, мысли текли спокойно и неспешно. И Диппер был уверен, что он может провести так весь день. Пайнс вылез из под душа только когда вода, текущая по покрасневшей коже, начала неприятно бить по ней, вызывая легкий дискомфорт. Завернувшись в полотенце, он вышел из ванной. Парень пытался вспомнить, что ему снилось, но, как это бывало почти всегда, не смог поймать эту мысль за хвост. Впрочем, его это не особо расстраивало. Подойдя к шкафу, Диппер выудил оттуда спортивные штаны и футболку и, одевшись, спустился вниз. Мэйбл уже сидела за столом и смотрела, как мама выливает на сковородку яйца. Женская половина семьи Пайнс практически синхронно повернула головы в сторону спустившегося по лестнице мальчишки и, улыбнувшись ему, Мэйбл завела непринужденный разговор. Отец сидел за столом и дочитывал газету, которую не успел дочитать вчера. - Доброе утро!- поприветствовал всех Диппер, наливая сок в любимый стакан. Мама снова повернулась к нему, умиленно улыбаясь. Ну, по крайней мере, так охарактеризовал ее улыбку сам Диппер. - Доброе,- протянул задумчиво отец, на секунду опуская газету. Мэйбл тихонько хихикнула, переводя взгляд на сосредоточенного мужчину. - Ох, дети, сегодня такой важный день!- высокий голос матери ворвался в размышления Пайнса, заставив его смущенно улыбнуться,- так быстро время пролетело, как одна минута! Диппер, я надеюсь, ты еще не успел помять костюм? - Нет, мам,- закатил глаза мальчик, садясь за стол. - Удивительно,- по-доброму съязвила женщина, ставя перед сыном и дочерью тарелки с завтраком,- Мэйбл, давай скорее, нам еще в салон ехать. Девушка кивнула и принялась за завтрак. Диппер на весь день был предоставлен самому себе, поэтому быстро расправившись с завтраком, он направился в комнату. Этот потрясающий и погожий летний день он собирался провести, уткнувшись носом в компьютер и книги. До пяти оставалось почти шесть часов. *** Мэйбл носилась по комнате в одной туфле, пытаясь одновременно влезть во вторую и найти сережки. Диппер смотрел на ее метания с какой-то отстраненной нежностью, но ни помочь в поисках, ни выйти и подождать ее внизу, он не хотел. Наконец туфля оказалась на ноге девушки, сережки с негромким щелчком закреплены в ушах, а это значило, что можно уже наконец выдвигаться. На город опускались серые сумерки. Было темно и сухо, Диппер вышел во двор и остановился на асфальтированной дорожке в ожидании машины. Как только отец вывел ее из гаража, подростки тут же устроились на заднем сидении. Мэйбл, которая невероятно нервничала из-за выпускного бала, беспокойно вертелась рядом, а Диппер, спокойный как слон, лишь снисходительно косил на нее взгляд. Бал прошел весело. Дипперу было хорошо, одноклассница, которая давным-давно пыталась привлечь его внимание, не давала ему покоя весь вечер, но честно говоря, даже это было довольно весело. Он даже пригласил ее на танец, чисто из вежливости, но девушка была невероятно довольна. Однако ушел Диппер с бала, когда он был в самом разгаре. Бывшие, теперь уже, одноклассники как раз занялись подливанием в безалкогольные напитки виски, и музыка сменилась на более медленную. Мэйбл решила остаться там, и, хотя Диппер немного побаивался оставлять ее с полупьяными одноклассниками, он все же решил дать сестре повеселиться, а сам направился домой пешком. Ночь была теплой, так что идти по пустынным городским улицам было хорошо и приятно. Ночной ветерок обдул лицо юноши, как только он вышел из школы. Руки он заложил в карманы, наблюдая за тем, как бывшие школьники заходят в здание и выходят из него. Было даже немного жаль покидать это место, понимая, что в следующем году одноклассники уже не будут трепать тебе нервы бесконечными просьбами списать домашнее задание или контрольную… Хотя нет, не жаль. И вдруг взгляд Диппера зацепился за что-то странное. В толпе черных костюмов, серых, темно-синих и черных платьев мелькнул неожиданно желтый цвет. Он был настолько ярким, что Пайнс не сразу понял, что это спина чьего-то фрака. В этот момент на краю сознание мелькнуло странное чувство – создалось ощущение, что этот фрак он уже где-то видел. Где-то сбоку, не уловив, что именно это было. Пайнс не успел ничего понять, а его тело уже само собой бросилось за ярким неизвестным. Больше всего он боялся, что тот вот-вот скроется в толпе, что Диппер потеряет его из виду. Но незнакомец шел не спеша, уверено лавируя в толпе людей, и юноше пришлось тоже сбавить темп, чтобы не обогнать того, кого он, можно сказать, преследовал. Человек в желтом словно специально искал место, где скопилось много народа. Дипперу становилось все тяжелее и тяжелее не терять его из виду. Спасал ситуацию только яркий фрак, который в серой массе выпускников был очень хорошо заметен. Возникло непреодолимое желание схватить незнакомца за полу этого раздражающего фрака. Этот человек был слишком ярким, слишком необычным, не вписывающимся в идеальную картинку. Но в тот момент, когда Диппер уже протянул руку, чтобы попытаться ухватить незнакомца за руку, тот неожиданно свернул за здание школы, ускользнув прямо из-под пальцев парня. И, заглянув за угол, Пайнс еще несколько секунд стоял на месте, не в состоянии сдвинуться или хотя бы моргнуть. Человек в желтом пропал. Он словно провалился сквозь землю, хотя Диппер точно знал – ни дверей, ни окон, до которых можно легко и быстро добраться, в этой части стены не было. Музыка неожиданно стала тише, и Диппер, абсолютно сбитый с толку, все-таки отправился домой. Было уже совсем темно, фонари, которые должны были гореть, почему-то в эту ночь решили устроить себе выходной, поэтому путь до дома оказался несколько труднее, чем хотелось бы. Парень подошел к дому по левой стороне улицы, через час с небольшим. К этому моменту он уже немного пришел в себя после странного порыва, согласившись с самим собой, что это, скорее всего, был один из выпускников или сопровождающих, который просто решил выделиться из толпы. Что ж, Диппер мог ему только поаплодировать. Дверь поддалась не с первого раза. Дрожащие пальцы никак не попадали ключом в замочную скважину, но, когда им это все же удалось, Диппер вошел в прихожую, аккуратно положил на тумбочку ключи и снял ботинки, стараясь делать все как можно тише, чтобы не разбудить родителей. Распустив бабочку, юноша прошел на темную кухню, но не успел он включить свет, как новая странность привела его в замешательство и совсем немного напугала: родители сидели на кухне в полной темноте. Но не это показалось Пайнсу странным, а то, что мама сидела за столом, держа в одной руке и на весу кружку с кофе, а другой придерживала страницу книги, чтобы не потерять, и улыбалась. И все было бы нормально, если бы Диппер не помнил совершенно точно, что именно в таком положении он видел ее, когда уходил из дома. Сердце парня гулко ухнуло и тело пробила мелкая дрожь. Стало немного не по себе. Желание включить свет стало просто невыносимым, и Пайнс поспешил щелкнуть выключателем. - Мам, пап, я дома,- аккуратно позвал он, замечая, как с включенным светом все сразу приходит в норму. Мама тут же перелистнула страницу, негромко смеясь, и отхлебнула из кружки, отец открыл холодильник и внимательно всмотрелся в него. Услышав голос сына, оба повернулись к входной двери и женщина радостно улыбнулась, поднимаясь с места. - Диппер, ты уже вернулся? А я думала, до утра вас ждать придется,- воскликнула она, целуя сына в щеку,- бал прошел удачно? Аттестат покажешь? - Д-да, конечно, вот,- неуверенно ответил Диппер, протягивая маме аттестат,- я пожалуй пойду спать, ладно? - Конечно, спокойной ночи, дорогой,- ответила женщина, уже полностью поглощенная изучением документа. Диппер поднялся в комнату, пытаясь понять, что конкретно он только что видел. Размышлял он над этим довольно долго, но, в конце концов, смог и эту странность списать на бурное воображение и незамеченную раньше за родителями привычку пить кофе и перекусывать по ночам. К тому же мама вполне могла поднять папу посреди ночи, чтобы дождаться не вернувшихся еще детей. Не горящий свет списал на перепады в напряжении, несмотря на то, что сам лично включил его, а то, что мама пыталась читать в полной темноте, подчеркнуло то, что большинство странностей Мэйбл у нее наследственные. Во всем этом, по мнению Диппера, не было ничего странного. Как и в незнакомце в желтом фраке. Убедив себя в этом еще пару раз, Диппер отправился в ванную комнату и, быстро приняв душ, завалился спать. Несмотря на небольшие странности, жизнь все еще была прекрасна и безоблачна.