Hell Holidays

— Где эти две пупырки? — возмущенно говорил Кори, метаясь по номеру. — Уж точно не мог предположить, что Джоська станет любить Персяна… — Чувак, я думаю, что они у Джима, — предположил Мик. — Наверняка трахаются! — заподозрил Сид, скрещивая руки на груди и внимательно всматриваясь в стену. Крис упал с дивана. Он громко загоготал, вытирая слезы. — Как ты себе это представляешь?! — взвыл он, стуча ногами по полу. — Джои-актив, — задумчиво произнес Шон. Парни все вместе легли, сложившись втрое. Кори воздержался от приступа смеха, его даже улыбка не посетила, и он сделал очень серьезное лицо, даже немного смутив друзей. — Ты чего? — спросил Крис. — Нам надо спасать Джосеньку! — ответил Тейлор. — Немедленно идем к ним! Мало ли что Джимбо в голову взбредет!

***

… Джеймс не отрывался от серо-голубых глаз Джои; лицо гитариста четко отражалось в широких и бездонных зрачках драммера. Рут погладил Джои по щеке, отчего тот закрыл глаза и улыбнулся. — Ах, мистер Гусеничка, — похотливо прошептал Джим, когда Джордисон приблизился и уткнулся в его мощную грудь. Джои обнял Персика, сильнее прижимаясь к нему и ощущая такое приятное тепло. Джеймс положил руку ему на талию, поглаживая напряженную спинку друга. Ударник посмотрел в глаза гитаристу, разглядывая самого себя: возбужденного, с невероятно пошлым взглядом; на заднем плане была дверь, закрытая, но ведь не на замок. Джои хотел предупредить Персю насчет этой детали, однако не успел, ведь его заткнули поцелуем… … И тут же дверь громко бабахнулась об стену. В комнату, словно спецназ, влетели парни. Джои на автомате отлетел в сторону, больно ударившись задницей о холодный пол. У Кори глаза чуть не выпали, когда он увидел стояк Джеймса, а заодно и у Джордисона. — Едрен батон!!! — завопил Тейлор. — Что тут, нахер, за секс-шоу?! — А ну-ка шу! — шикнул Джеймс не своим голосом, и от этого ребята отскочили чуть ли не за дверь, решив промолчать и не вступать в схватку с гитаристом. Персик опустился на пол, заботливо взял Джои на руки, при этом тихо и нежно спросив: «Не больно?». Мистер Гусеничка отрицательно закивал, обнимая своего защитника. Джимбо поцеловал крошку в лоб и прижал к себе, а затем обвел одногруппников, стоявших в испуге и шоке и не смевших даже моргнуть, взглядом, стреляющим чуть ли не копьями или ракетами. — Чувак, прости! — аккуратненько шепнул Кори, пятясь назад. Джеймс фыркнул, и все поняли, что лучше свалить и не нарываться. Парни упорхали. Джои покрепче обнял друга, ощущая себя в полнейшей безопасности. Персик чуть ли не полностью скрывал маленькое тельце драммера большими руками. Джо почувствовал себя крохотным котеночком, а Джима — мускулистым и огромным тигром. — Не бойся, все хорошо, — улыбнулся Рут. — А пошли погуляем? — предложил Джордисон. Персик чмокнул друга в губы и посадил к себе на спину. Джои обнял Джимбо за шею, мило уткнувшись лицом в его волосы. Они отправились на улицу. Снаружи было весьма тепло. Ребята веселились в холле и баре. Джим с Джо пошли к бассейну, чтобы отдохнуть и охладиться. Мистер Гусеничка скинул с себя одежду, оголив миленький животик, и прыгнул в воду. Раздался тихий всплеск, он был слышен только для гитариста. Сам Джеймс тоже разделся и залез в бассейн, сразу стиснув в объятиях любимого драммера. — Мой Гусеничка, — сказал Рут. — Мой Персичек, — ответил Джордисон. Они смотрели друг на друга, пока Джои не увидел лежащую на столике ковбойскую шляпу. Ударник отстранился от друга и выпрыгнул из воды, сразу схватив головной убор и накинув его на голове, при этом похотливо улыбнувшись. Он встал на бортике бассейна, красуясь перед всем отелем. — Ты мой маленький ковбойчик! — умилился Джимми. — Я хороший, плохой и злой*! — чмокнув губами и поправив стетсон, улыбнулся Джося. — Ты хороший, плохой и просто невероятно сексуальный! — облизнулся Рут, жадно съедая взглядом полуголого ковбойчика. Джои усмехнулся и положил стетсон обратно. Затем он прыгнул на руки Персику и обнял его. — Какой ты милый, — Джимбо погладил драммера по голове. — Твой мистер Гусеничка. Они оба рассмеялись, даже не заметив, как их фоткает Кори, стоя позади. Тейлор запечатлил обнимаюшихся и радующихся музыкантов очень удачно и довольно ухмыльнулся.