...15...
Столица Фиора — Крокус. Где-то на окраине города. 17:57
— Что будем с ней делать? — прозвучал логичный вопрос от Эвергин, которая присела на колени, не заботясь за вид своего любимого платья, и положила голову Виккири к себе на ноги. Громовержцы озадачено переглянулись и уставились на своего предводителя. — Как что? Отнесем пока в гостиницу и попросим эту старую ведьму, чтобы она посмотрела раны девчонки, — невозмутимо ответил Лексус и, подойдя к напарнице, поднял Мэми на руки. — Пиздец, она легкая, — не сдержавшись, Дреер тихо удивился. — Ты уверен, что стоит ей помогать? — поинтересовался Фрид. — Стоит, — ответил за командира Бикслоу. Все удивленно на него взглянули. — Ты что-то видишь? — Эвергин поднялась на ноги и отряхнула свое платье от пыли. — Вижу, — утвердительно кивнул маг душ. Конечно, он видел. Сейчас, когда ее тело расслабленно и не защищено никакими заклинаниями, он видел ее насквозь. Он никогда не видел столько боли. Бикслоу видел половину темной души, а половину светлой; видел, как темнота постепенно захватывала тонкую душу девушки. — Даже не просите, я не расскажу вам. Это только ее душа, и я уже жалею, что заглянул в нее. Просто давайте поможем ей, — предложил он. — Но она же чуть не убила Хартфилию! — воскликнул Джастин. — Но не убила же! — не менее громко ответила Эвергин и злобно уставилась на Фрида. — Эй-эй, ребят, полегче, — Бикслоу встал между друзей. — Что вы так раскричались. Вам что, так тяжело помочь ей. Мы все из светлых гильдий и должны помогать друг другу. — Помогать — да, но не спасать убийц… — Фрид! — строго проговорил Лексус. Его очень удивила реакция друга на такую безобидную помощь. Фрид всегда его слушался, а тут решил перечить. Очень на него не похоже. — Что ты ломаешься, как девка на сеновале? — хмуро поинтересовался Дреер. — Не нравится она мне, — Джастин угрюмо посмотрел на бледную «саблезубую», которую держал предводитель. — А мы тебе и не предлагаем с ней встречаться, — весело отозвался Бикслоу. Они с Эвергин уже начали собирать все конфеты с дороги и складывать в рюкзак. Они прекрасно помнили, как сегодня девушка не хотела расставаться с ними, и не могли бросить всю эту вкуснятину здесь. Но так как Виккири потеряла сознание, заклинание с искривлением пространства тоже спало, поэтому все в рюкзак не убралось. — Да вы что, не видели? Она убила тех магов! — Фрид все не отступал. — Успокойся, Фрид! — Лексус встряхнул напарника, одной рукой придерживая девушку. — Еще неизвестно кто на кого напал, может, она просто защищалась! — А может, добровольно убила людей. — Ты хочешь ее бросить здесь умирать? И ты еще называешь себя волшебником светлой гильдии? «Хвоста феи»? Приди в себя, Фрид! — гаркнул убийца драконов. — Да хватит вам собачиться, — Эвергин не стерпела и грозно сверкнула глазами из-под очков. — Она проснется, и мы все узнаем. — Если, конечно, она захочет с нами говорить, — Бикслоу горько улыбнулся. — Мы все собрали, — он продемонстрировал сладости, которые держал в руках, а Эвергин набитый рюкзак. — Пошлите уже в гостиницу. Чем раньше мы придем, тем раньше обработаем раны, тем раньше она проснется, чем раньше она проснется, тем раньше мы все узнаем, — Бикслоу развернулся по направлению к гостинице. — Там сейчас никого не должно быть, вся гильдия празднует, — Эва пристроилась рядом с ним. Лексус еще раз неодобрительно взглянул на Джастина, последовал за напарниками. Сам Фрид не мог понять поступка своих друзей. Она же убийца, враг «Хвоста феи». А они добровольно помогают ей. Обреченно покачав головой и в ярости стиснув зубы, Джастин поплелся за друзьями.***
Аккуратно неся девушку, Лексус подходил к гостинице. Он почти не слышал стука ее сердце и ее хриплое дыхание, поэтому шел достаточно быстро. Дреер сильно волновался за ее жизнь и удивлялся сам себе. Он совсем не знает ее. Что он творит? Он очень удивился, что Эвергин и Бисклоу не возражали, а спокойно даже с охотой поддержали его идею. Но его волновал Фрид. Что с ним происходит? Раньше он не реагировал так яростно на незнакомцев и убийц. Он всегда оставался невозмутимым и спокойно высказывал свое мнение. Сейчас же его как прорвало. «Надо будет с ним поговорить» — решил для себя Лексус. Зайдя в гостиницу, Громовержцы, не обращая внимания на заинтересованные взгляды персонала, двинулись на третий этаж, в номер Лексуса. Поднявшись, они прошли вдоль коридора и зашли в шикарный люкс, который Дреер лично себе заказывал. Бережно положив девушку на кровать, он уставился на свою команду. — Ну, что стоим? Эвергин, раздень ее и постарайся отмыть от грязи и крови, Бикслоу тебе поможет, а я пока схожу за этой ведьмой лесной, — распорядился он. — А я? — удивился Фрид. — А ты можешь идти в свой номер, мы и без тебя справимся, — небрежно ответил Дреер и вышел из номера в поисках Полюшки. Эвергин и Бисклоу быстренько побросали сладости в кресло и начали свою работу. Парень взял Мэми на руки и понес в ванну, девушка последовала за ним. Они ни слова не сказали шокированному магу письмен, оставляя его одного в комнате. Быстро набрав горячую ванну, Эвергин раздела девушку, попросив мага душа отвернуться. Она с трудом сдерживала возгласы удивления при виде искалеченного тела и ожога 205, но, когда посмотрела на рану на боку, тяжело вздохнула, сдерживая рвотные позывы. Пересилив себя, она сняла с нее одежду и положила в ванну, придерживая голову девушки. Мэми тяжело задышала, так как раны сильно зашипели, а затем она открыла глаза и резко подпрыгнула, выплеснув при этом половину воды, и выскочила оттуда, обессилено опускаясь на влажный кафель. Она зажмурила глаза и приложила правую руку, которая снова покраснела, а ожоги неприятно щипало, на рану на боку. — Бикслоу, выйди! — крикнула Эвергин, парень незамедлительно ее послушался. Мэми только сейчас обратила внимание на посторонних и сильно удивилась увидев незнакомых ей людей. Судя по метке на ключицах у девушки в зеленом платье — они маги из «Хвоста феи». Мэми спокойно смотрела на девушку, которая засуетилась и положила ей на плечи мягкое махровое полотенце белого цвета. — Как ты себя чувствуешь? — поинтересовалась Эва. Но не услышав ответа, снова заговорила. — Встать сможешь? Кири кивнула и резко поднялась. Но совсем забыла, что ее силы на исходе, и вновь отключилась. Эва ее удержала и позвала Бикслоу. Но вместо него в ванну зашел Лексус, который, увидев бессознательную Виккири, которую придерживала Эвергин, легко подхватил Мэми на руки и отнес в комнату, где с недовольным выражением лица ждала Полюшка. — Ну давайте рассказывайте во что на этот раз вляпались, — как только Лексус уложил Мэми на кровать, Полюшка обвела Громовержцев взглядом и задала интересующий вопрос. Рассказывать принялся Лексус, в то время как Полюшка уже принялась осматривать Мэми, даже не удосужившись ее одеть, поэтому парням пришлось отвернуться. — Я ничего не понимаю, как только вода дотронулась до ран, они начали шипеть и как будто растворяться в кислоте, ведь так не должно быть, — Эва объяснила ситуацию в ванной и то, что Виккири несколько минут была в сознании. Полюшка нахмурилась и попыталась целебным волшебством залечить раны, но Виккири неестественно выгнулась в спине, глаза открылись, но было видно, что девушка не в сознании. Раны, что начали потихоньку покрываться коркой, снова закровоточили, а сама Мэми пронзительно закричала, срывая свой голос. — Прекрати, старая карга! — Лексус пришел в ярость. Эва отошла от кровати и отвернулась, чтобы не видеть весь этот ужас. Бикслоу подошел к ней и положил руку на плечо, грустно смотря на Виккири. А Фрид шокировано отошел к стене и подпер ее. Полюшка не слушала Дреера, ей самой было тяжело слышать крики девушки и видеть ее муки, но она должна узнать, что так препятствует ее лечению. Не выдержав, блондин подошел к лекарке и схватил ее за руки, отталкивая. — Не видишь? Ей больно! — Я вижу, Дреер, — спокойно отозвалась Полюшка. — Но если мы будем сидеть и ничего не делать, то она умрет. С такими ранами даже Виккири не справится. Что-то блокирует ее регенерацию, и я должна была выяснить что, — она вырвала руки из хватки Дреера и уселась на стул рядом с кроватью. — Выяснила? — неожиданно прозвучал голос Фрида. — Нет, — Эдо-Грандина отрицательно покачала головой. — Принесите тряпки и тазик с водой, она вся вспотела, и оденьте ее во что-нибудь. А я сейчас приду, — Полюшка поднялась и вышла из номера. Эвергин быстро спохватилась, чем удивила всех, налила тазик воды и начала обтирать девушку. Для Эвы было не свойственно проявлять сострадание и заботу, тем более к девушке, ведь она первая фея. Она и сама не понимала почему так волнуется за Мэми, но остановиться не может. Закончив с обтиранием, она без разрешения Лексуса подошла к шкафу и взяла оттуда первую попавшую футболку. Они вместе с Бикслоу одели ее на Виккири, которая до сих пор хрипло дышала. Дреер устроился на кресле, а Фрид так и не отошел от стены. Через несколько минут в номер вошла Полюшка, неся чашку с чем-то дурнопахнующим. Лексус тут же скривился. — Я не знаю, что препятствует, потому не могу это устранить. Но вот это зелье на несколько часов заблокирует его, и она сможет немного восстановиться, и я тоже подлечу ее. Полюшка подошла к девушке и, придерживая ее голову, влила в нее жидкость. — Скоро она должна прийти в себя. Все это время следите за ее температурой тела и периодически обтирайте. Я загляну вечером, и придумайте, что будете говорить Макарычу, — и вышла.***
— Мам, а почему папа не приходит ко мне? — маленькая малышка внимательно смотрела на женщину своими гетерохромными глазами. Мико взглянула на дочь и слегка улыбнулась ей. — Он очень занят. У него много работы. — Мама, я хочу гулять, почему меня не пускают на улицу? — девочка попыталась взять мать за руку, но та с отвращением отдернула свою руку и потерла ее. — Не трогай только меня, — женщина поднялась с кровати малышки и вышла из ее комнаты. Фури было четыре года, мама так и не разрешала к себе прикасаться. Она до сих пор не чувствовала тепло родных рук. Только горничные помогали ей во всем, да и те были в медицинских перчатках. Она еще не знала, почему они так делают; почему мама, которую она любит всем сердцем, так поступает с ней; почему папа не хочет видеть ее. Малышка грустно опустила глаза на свои руки, пытаясь разглядеть на них грязь или еще что-то, но они были идеально чистыми. Но она все равно побежала в ванную и натирала до покраснения мылом, глотая соленые слезы и надеясь, что в следующий раз мама разрешит хоть пальцем ее ощутить. *** — Папа! Папочка! — Фури как раз шла из столовой в сопровождении двух горничных, которые не успели остановить малышку, и она побежала прямо навстречу к отцу. Он шел со стопкой каких-то бумаг, очень сосредоточено смотря в них. Услышав писклявый голос, который он ненавидит и вообще не хотел бы его когда-либо слышать, Фред ускорился. — Подожди, папа! — Не смей меня так называть, монстр! — мужчина сжал бумаги в руках и в ярости развернулся к дочери, которая встретившись со взглядом как у демона, стушевалась и остановилась в нескольких метрах от него. — У меня нет дочери! А у тебя нет отца! Я ненавижу тебя, ты загубила всю мою жизнь! Лучше бы ты вообще никогда не рождалась! — Фред закипал от злости, еще чуть-чуть и из его ушей пойдет пар. В глазах малышка увидела только презрение и злость. Она снова его разозлила, а он снова на нее накричал. Но почему? Она ведь просто позвала его; она просто хотела взглянуть на него; хотела, чтобы он хоть на минутку посмотрел на нее как на человека, как на свою дочь. Все ее воодушевление и счастье от встречи с отцом быстро улетучилось. — Не приближайся ко мне, — выплюнул он и отправился в свой кабинет. К Фури подбежали горничные и попросили пройти в свою комнату. Кири в прострации последовала за ними. Она потянула за платье одной из них, но та тоже, как ошпаренная, отскочила от нее и со страхом посмотрела на девочку. «Что со мной не так?» — все время задавалась она этим вопросом. Она хоть и знала много для своих лет, в нее каждый день вдалбливали знания. Но этого она так и не понимает. Ее детский разум отказывается думать в этом направлении. *** — Почему меня не пускают на улицу? — девочка внимательно посмотрела на горничную, которая каждый день стояла около двери и наблюдала за Фури, временами меняясь с другими. Виккири сидела на подоконнике одного из немногих окон в своей комнате, надеясь, что она когда-нибудь кожей почувствует все явления природы. — Госпожа, вам строго запрещено выходить из комнаты, — без эмоций ответила девушка. — Почему? — девочка грустно перевела взгляд на окно. Там занимался закат, а она даже не может ощутить порывы ветра и прикоснуться к траве. — Вас могут увидеть, и тогда у вашего отца будут проблемы. — Отца, — тихо повторила Фури. — А я хочу на улицу! — закапризничала девочка. — Почему сейчас я не могу выйти?! Хотя бы на пару минут! — Виккири обернулась на горничную, не сдерживая свою магическую силу. Большие вихри темной магии начали кружится вокруг девочки. Четки не смогли сдержать такие порывы магии. Лицо Фури было искривлено в гримасе боли, губы сжаты в тонкую линию, а разные глаза засветились от переполнения сил. Окна разбились от темной энергии, и в помещение ворвался ураган. Горничная начала звать на помощь. Сразу же прибежали все рабочие, а также мать девочки. В ее глазах застыл ужас. И это ее ребенок; это его она родила; она породила монстра на свет. От таких мыслей она осела на пол. Девочка, заметив мать, счастливо улыбнулась и поубавила силу. Она подбежала к матери и обняла ее. — Мамочка, ты пришла, я так рада… Но договорить она не успела. Женщина оттолкнула дочь от себя, та грохнулась на пол, больно ударившись спиной. Виккири ошарашенно смотрела на мать. — Ты не моя дочь, — твердо проговорила Мико. — Ты чудовище, Фури! Не будь я бесплодна, ты бы не жила сейчас! Я бы собственными руками тебя убила! Все презирают нас! Все из-за тебя! — у Мико началась истерика, она начала обвинять дочь во всех смертных грехах, во всех своих не удачах, и в том что Фред разлюбил ее. Фури прикусила губу. Даже мать и та ненавидит ее. А Фури думала, что она любит ее. Получается ее никто не любит. От обиды у нее навернулись слезы на глаза, а магия снова начала сочиться из ее тела. Темное волшебство заставило Мико замолчать и со страхом отступить. — Прости меня, доченька, я очень-очень люблю тебя, — залепетала женщина. — Правда? — девочка с надеждой посмотрела на мать. — Конечно, — Мико подошла к дочери и дала ей пощечину. — Быстро свяжите ее и принести успокоительное, — отдала приказ Женевская. — Нет!!! Виккири начала вырываться. На такие крики пришел сам хозяин дома. Фред влетел в комнату и уставился на свою жену. — Что вы так раскричались? — Дорогой, она снова не сдерживает свою силу, — Мико ласково обратилась к мужу, подойдя к нему и нежно обнимая. — Так успокой ее! — мужчина оттолкнул жену, но не рассчитал сил, и она сначала наступила на стекло разбившегося окна, а затем выпала на улицу. Мужчина с ужасом в глазах подбежал к окну и увидел тело своей жены, которое лежало в луже крови и было неестественно выгнуто. Он сжал кулаки и перевел взгляд на дочь. Та уже поняла, что ее мать умерла, и это папа сбросил ее в окно. — Ты! Ты во всем виновата! — Фред яростно тыкал пальцем в дочь. — Из-за тебя умерла она! Моя любимая Мико, — мужчина прикрыл лицо руками, пытаясь сдержать слезы. — Ты убила ее, Фури. Это было ударом для девочки. Она ведь всего лишь хотела выйти на улицу. Она не хотела смерти мамы. Она любила ее. Она убила ее. — Заприте ее в подвале, — отдал приказ Фред огромным бугаям. — И приберите тело моей жены, — и вышел из комнаты. Малышка даже не сопротивлялась, ее как тряпичную куклу подняли на ноги, схватили за волосы, чтобы она не вырывалась и повели вниз. *** — Нет! Папа! Папа, пожалуйста! — девочка заливалась слезами, зовя отца. — Не отдавай меня им! — она вырывалась из рук рунных рыцарей, которые как только прослышали, что Женевский созрел и все-таки решился отдать Вккири Совету, сразу же пришли. — Прости, Фури, — мужчина наигранно грустно взглянул на дочь, — но они как-то узнали, что ты убила Мико. Я ничего не могу сделать, — Фред пожал плечами и с улыбкой повернулся к главному. — Итак, сколько мы вам должны? — Ну мы договаривались на пять миллионов драгоценных, — Фред серьезно посмотрел на члена Совета. Тот от такой суммы шумно сглотнул. — Хорошо, — сквозь зубы произнес он. — Деньги будут вечером, — Женевский кивнул. — Забирайте малявку и уходим. — Нет! Папа, пожалуйста, помоги мне! Не отдавай меня им. Я буду послушной и больше никогда не подойду к тебе! Только не отдавай меня! Папа! — Фури срывала голос, пытаясь докричаться до отца. Но тот безразлично смотрел на нее: — Сколько раз тебе повторять: у меня нет дочери, забудь меня. Фури не могла поверить, ее продал собственный отец. Из глаз брызнули слезы с еще большей силой, и она сильнее начала вырываться, пытаясь освободить магию. Но члены совета нажали на какую-то точку на ее теле, и она отключилась.
***
Мэми резко проснулась. Она тяжело дышала, а холодные капельки пота скатывались по лицу. «Что это было? Мои воспоминания? Они возвращаются?» — мысли лихорадочно бились в ее голове. Она, конечно, рада, что это ее воспоминания, и теперь у нее на месте детства в памяти не будет пустоты. Но она никак не ожидала, что они вернуться так скоро, она вообще не думала, что они вернуться. Ведь это могли сделать только в Совете, но, видимо, люди из прошлого могут восстановить память. Лучше бы она никогда не знала, что было в детстве. Ее не любила даже родная мать. Отец-то сразу было понятно. Она никак не ожидала, что родной отец убил ее мать. Его жену и возлюбленную. А потом убийство повесил на нее. Нагло врал членам Совета. Но почему он так? Она же его родная дочь. Неужели не было никаких родственных чувств? Мэми тяжело вздохнула и села на кровати. Со лба упала сухая тряпка, которая до этого охлаждала ее. Кири оглянулась. Где это она? Это не ее номер, и даже не номера «братьев». У Руфуса, Орги и Генмы тоже другие номера. Похоже это даже не их гостиница. Кири огляделась: номер, конечно, был роскошней ее. Спальня огромна с громадным шкафом-купе и с выходом в ванну. Потом выходит дверь в гостиную, а с нее на кухню и уже в коридор. Люкс он всегда очень большой и роскошный, видимо, здесь очень важная личность живет. Но как она здесь оказалась? В комнате никого кроме нее не было. Мэми заметила на себе огромную мужскую футболку, которую носит такой же шкаф, как Орга, а может даже больше. Она просто сваливалась с ее хрупких плечиков, и Мэми пришлось ее придерживать руками. Подняв футболку, она обнаружила туго перевязанную рану, которая по ощущениям, наконец-то, начала заживать. Девушка прислушалась к своим чувствам и поняла, что чувствует себя намного лучше. Синяки и ссадины почти все зажили. Она хорошо ощущает, как регенерация Виккири работает, и ее волшебный запас почти достиг своего пика. Мэми облегченно вздохнула. С ней все хорошо. Теперь только остается смотаться отсюда. В кресле Кири заметила свой рюкзак и сладости. Свесив ноги с кровати, она ясно ощутила, что и вправду чувствует себя прекрасно. Остались только совсем слабая боль и легкий голод, но это она сейчас быстренько исправит. Мэми подошла к креслу, использовала заклинание для восстановления лямки и снова заколдовала рюкзак, теперь там появилось место. Она взяла правой рукой сладости, но тут же отбросила его. Правая рука еще не зажила и как будто снова загорелась. «Что же это за огонь такой был у того розовенького паренька» — Мэми подула на свою руку и уже волосами начала собирать все в рюкзак. Быстренько все собрав, она закинула рюкзак на левое плечо и обтянула одну прядь вокруг шеи, прикрывая шрам, хотя там, наверно, и так все видели. Видели все ее изуродованное тело. Она прекрасно помнила, как на несколько минут пришла в себя от боли и помнила, что была голая, ни чем не прикрытая, выставляя напоказ все свои шрамы. Мэми подошла к окну. На улице уже стемнело, и «братья» наверняка волнуются. Третий этаж — не проблема. Мэми уже приготовила волосы, чтобы зацепиться, как услышала ехидный голос сзади: — Далеко собралась?***
Pov Лексус Старая карга ушла. Я очень плохо слышал сердцебиение девчонки. Надеюсь, она поправится. Да уж, и когда я стал такой размазней. Наверно, тогда, когда увидел эти гетерохромные глаза в ночи. Я просто с ума схожу по ним. Никогда таких не видел, это ведь большая редкость. А эти редкие скромные взгляды на следующий день не давали мне покоя. Она думала, я не замечу, но я все видел и тихонько смеялся про себя. А в свадебном платье она была просто неотразима. Она так мило покраснела, что еле сдержал себя, чтобы не рассмеяться в голос. Было очень неожиданно увидеть ее полуживой в компании каких-то темных магов. Хорошо, что мы тогда мимо проходили, и Фрид прочувствовал темную энергию. — Я пригляжу за ней, — Эвергин вызвалась первой. — А вам лучше выйти, не тратьте кислород в комнате, — Эва фыркнула и смочила тряпку со лба Кири. А что это она распоряжается? Хотя она лучший вариант для присмотра. Бикслоу и Фрид вышли, не сказав ни слова. — А почему именно ты? — все же решился спросить я. — Потому что я девушка и, если ты не заметил, она почти голая лежит здесь. Включи совесть, Лексус, она и так много сегодня пережила, — Эвергин уселась рядом с девушкой на кровать. Никогда не видел ее такой серьезной, тем более по отношении к девушкам. Она недолюбливает их, так как считает себя королевой, и ни одна девушка не достойна этого звания. Что ж, ее слова звучали убедительно. Я взглянул на Мэми, он спала. Грудь вздымается при дыхании, ротик слегка приоткрыт, а руки сильно сжимают одеяло. Боюсь ее оставлять одну, хоть и с Эвой. Вдруг она уйдет, и я так и не услышу больше ее голоса. Она такая маленькая, и, похоже, не безразлична мне. — Не волнуйся, Лексус, все будет хорошо, — Эва провела ладонью по лицу Мэми и убрала челку с него. Она такая красивая. — В смысле? — я недоуменно посмотрел на нее. — Я видела, как ты все игры смотрел на нее, — Эвергин хитро посмотрела на меня. — Думаю, парни не заметили твоих мечтающих взглядов, я им пока ничего не сказала. Но, думаю, ты и сам скоро все расскажешь, когда добьешься своего, — девушка мне подмигнула и снова сменила тряпку на лбу Мэми. Я ошарашено глядел на нее. Чего она заметила? Мои взгляды? Неужто я так часто смотрел на нее. «Да почти каждую минуту» — шепнул мне внутренний голос. Я и не заметил. Эта девчонка просто с ума меня сводит. Как хочется к ней прикоснуться, к ее необычным волосам, и услышать ее звонкий голосок. Кивнув Эве, которая скорее всего этого не заметила, я вышел из комнаты в гостиную. Там никого не было, наверно, и Фрид, и Бикслоу ушли в свои номера. Я прилег на диван, так как устал за сегодняшний день, и сам не заметил как задремал.***
Проснулся я от шепотов напарников. Все трое уже были здесь и суетились на кухне. Фрид с Эвой что-то готовили, а Бисклоу им мешал, поэтому периодически получал поварешкой от феи. Я, помятый после сна, вышел к ним. — Утречка, — заметив меня, Бисклоу весело улыбнулся. Посмотрев в окно, я понял, что никакое сейчас не утро, время близилось к вечеру. — Ага, — флегматично ответил я и уселся рядом с напарником, взглянув на Эвергин. — Все хорошо, она еще не просыпалась, температура у нее спала. Удивительно, но синяки и ссадины уже зажили. Полюшка еще не приходила. Никто не заходил. Все так же бухают, — отчиталась мне девушка. — Кто она такая, Лексус? — к удивлению всех поинтересовался Фрид. — С чего вдруг ты стал интересоваться ею? — хмуро спросил маг душ. — Просто… Он не договорил, так как замер на месте. Мы недоуменно уставились на него, но потом я понял, почему он остановился. Я расслышал какие-то звуки из спальни — Мэми проснулась. Мы с Фридом кинулись к двери и тихонько приоткрыли ее, благо отель хороший, и ни одна дверь здесь не скрипит. Виккири, сидя на корточках около кресла, аккуратно собирала все свои сладости в рюкзак волосами. Правой рукой она слегка придерживала мою футболку, та видимо сваливается, а левой держала сумку. Убедившись, что она не заметила нашего присутствия, я широко открыл дверь. Но даже это не отвлекло девушку от собирания сладкого. Хм… А моя футболка ей очень идет, она достает почти до колен, так что ничего выше не видно, а жаль. Мы с интересом смотрели на действия Мэми, и как только она уже собиралась перекинуть ногу через окно, я решил выдать нас. — Далеко собралась? End Pov Лексус Мэми вздрогнула и резко развернулась. Она узнала только блондина, он недавно был ее напарником, и девушку в платье, она накинула на нее полотенце, а другие, должно быть, их товарищи по гильдии. Виккири спокойно разглядывала их и, не обнаружив признаки вражды, немного расслабилась. — «Здравствуйте, — услышали Громовержцы в своих головах. Наступила тишина. Никто не знал, что нужно сказать, Мэми чувствовала себя неловко, ей хотелось побыстрее уйти отсюда, но в лице она не изменилась. Громовержцы заметили ужасный шрам на ключице в виде цифры 205 и пришли в ужас от этого, но тактично решили промолчать. Виккири посильнее прижала футболку к себе, чтобы ничего лишнего не было видно, и низко поклонилась. — Спасибо вам большое за то, что спасли меня. Это вам», — «хвостатые» даже не заметили, как девушка к ним подошла, а затем раздала каждому по конфетке. «Боже, какой она еще наивный ребенок» — улыбнулся Лексус в мыслях. — Одними конфетами ты не отделаешься, — Дреер развернул сладкий шарик и закинул себе в рот, отметив, что конфетка довольно вкусная. — «А что вы хотите?» — Мэми была готова на все, лишь бы побыстрее уйти. Ее друзья будут волноваться, она хоть и гуляет вечерами, но сегодня Генма разозлится, если узнает, что она с такими ранами куда-то пошла. — Для начала, почему ты не говоришь? — Бикслоу включился в разговор и спросил то, что его волновало в первую очередь. — «Не хочу», — легко ответила Мэми, она даже не замялась, показывая этим, что это чистая правда. — А кто были те темные маги, и почему они на тебя напали? — и снова удивил всех Фрид. Может, тогда он просто был не в настроении и поэтому так огрызался в сторону девушки. — «Не знаю», — Виккиири пожала плечами. — Да неужели, — усмехнулся Дреер. — Что-то верится с трудом. Тот мужик вел себя так, будто знал тебя всю жизнь. — «Но я его не знаю. Меня знает пол Фиора, и что, я тоже должна знать каждого?» — стояла на своем Кири. Лексус зло рыкнул и приблизился к девушке. Обычно от такого его противники сразу же трусят и говорят правду, а эта даже не шелохнулась. Ну да, чего ей бояться. Она показала себя во всей красе на сегодняшнем состязании и выглядела бы сейчас глупо, боясь его. — Кто ты такая? — Эва прошла мимо девушки и уселась в кресло. — «Волшебница „Саблезубого тигра“», — ответила Мэми, ничуть не запнувшись. — А слово Виккири тебе ни о чем не говорит, — Лексус взглянул на реакцию Мэми. — «Абсолютно», — так же спокойно отвечала она. — Почему ты врешь нам? — Бикслоу облокотился на косяк и выжидающе поглядывал на Кири. — «Потому что я не раскрываю секреты незнакомым людям» — Мэми повернулась к магу души, прочувствовав, что ее душу видят, как на ладони, сразу же закрыла ее, твердо смотря в глаза Бикслоу. Тот удивился, что кто-то еще способен закрывать души от волшебников. — Да, мы так и не представились, — Фрид отошел от стены и приблизился к Мэми. — Я — Фрид Джастин. — Бисклоу, — маг душ помахал девушке, улыбаясь. — Эвергин, — фея мягко улыбнулась. — Лексус Дреер, предводитель команды Громовержцы. — «А я — Мэми», — Виккири им искренне улыбнулась так, что дыхание перехватило у всех. Такой улыбки они еще не встречали. — Ну мы как бы знаем, — тихо пробубнил Бикслоу. — А теперь скажешь кто ты? — спросил Фрид, он умирал от любопытства. — «Я же уже сказала, — Мэми пожала плечами и направилась к окну. — Ну раз я ответила на все интересующие вас вопросы, то пойду». — Подожди! — Бикслоу подскочил к Мэми и схватил ту за руку. — Почему ты тогда соврала Драгнилу? — «Кому?» — не поняла Мэми. — Тому парню с розовыми волосами, что вчера ночью ворвался к вам в гостиницу, — пояснил Лексус и со злостью посмотрел на их руки. Эва тихо хихикнула, за что получила грозный взгляд предводителя. — «А надо было с ним драться? Вас же бы тогда исключили с игр, — Мэми странно на них посмотрела. — Я проанализировала его отношения с гильдией и все наши встречи и подумала, что та блондинка-заклинательница дорога ему, и, узнав о ее смерти, он забудет про месть и кинется к ней. Его и убеждать-то долго не пришлось. Мы уже сталкивались в прошлом, да и вы сами, наверно, знаете», — Мэми выдернула свою руку, чем заставила Лексуса вдохнуть полной грудью, и отошла на пару шагов от мага душ. — «Теперь моя очередь, — Громовержцы удивленно уставились на нее. — Почему вы спасли меня?» Этот вопрос застал их врасплох. А действительно, почему они помогли ей и не прошли мимо. У них не было конкретного ответа, но каждого бы замучила потом совесть и чувство вины. А также было больно смотреть на то, как столько наемников нападают на одну девушку, которая сегодня уже сражалась и сильно пострадала. Никто из них не смог пройти мимо. — Потому что не смогли пройти мимо человека, которому нужна помощь, — Лексус улыбнулся и сделал шаг по направлению к девушке. — Мы все из светлых гильдий и должны помогать друг другу, разве не этому нас сегодня учили на играх, — Дреер про себя рассмеялся, вспомнив состязания с наручниками. — «Я же враг всего „Хвоста феи“», — Мэми тихонько отступила назад ближе к окну. — Мы так не считаем, — Эвергин перевела взгляд с предводителя на Мэми, — мастер тоже думает, что… Но Эва не смогла договорить, так как в комнату ворвалась Полюшка. — Вот вы где. Громовержцы повернулись на вошедшую, и Мэми воспользовалась этим, выпрыгнула в окно, опираясь на волосы. — Держите ее! — Полюшка указала на убегающую Виккири. Лексус попытался ее схватить, но та ловко вывернулась и мягко приземлилась на ноги. Встав ровно, Мэми подняла глаза, где встретилась со злым взглядом Дреера. — «Спасибо вам!» — улыбнулась и, помахав ручкой, убежала вперед по улице в гостиницу. — Быстро догоняйте ее! — приказала Полюшка. — Зачем? — Эвергин чуть очки не уронила. — Затем, что то зелье скоро перестанет действовать, и ее скрутит не по-детски. Я уже попросила Венди помочь мне приготовить противоядие. Если не использовать его, то она умрет в течении двух часов, при этом намучается. Если уж взялись помогать, то доводите дело до конца. Громовержцы все как по команде вскочили со своих мест и кинулись на улицу. Они не самоубийцы, чтобы бросаться в окно, где короче.***
Мэми бежала по темным улицам. Как только она выпрыгнула из окна, то поняла, в какой точке города находится, и сразу же побежала в свою гостиницу. Бег давался ей легко, и она уже почти подбегала к пункту назначения, осталось только пробежать пару улиц, как из-за поворота вышел человек и встал на ее пути. Она попыталась его оббежать, но тот преграждал путь. — Вот мы и встретились снова, — Мэми узнала этот голос. Тот самый Драгнил, который разгромил их гостиницу. Что он здесь забыл? — Я отомщу за Люси и за свою семью, — тихо говорил он, но Кири его услышала. — Ты хочешь мести за то, что я не убивала твою подругу? — Мэми прекрасно помнила, что не могла тогда проникнуть в голову этого парня, и сейчас было точно так же. Благодаря регенерации голос частично восстановился, чему она была несказанно рада. — Я хочу, чтобы тебя не было и ты больше никогда не приближалась к моей семье, поэтому мне надо убрать тебя, — глаза Нацу загорелись ярким пламенем, так же как и весь он. — Только скажи мне одно, почему ты пыталась убить Люси восемь лет назад? Почему так ополчилась на нашу гильдию? Ты же была ребенком, зачем тебе губить свою жизнь с самого детства? Я не понимаю этого, — Драгнил внимательно посмотрел на девушку. Та даже не ожидала такого от мстителя. Обычно никто не интересовался ее мотивами, которых попросту не было. — Молчишь? Даже не хочешь оправдаться? — невесело усмехнулся парень. Мэми пыталась что-то сказать, но голос пропал. Только жалкие хрипы вырывались из горла. — Не молчи же ты! — вспылил Драгнил и отправил рев дракона на нее. Мэми успешно отвернулась. — Прекрати, Саламандр! — Лексус встал перед Мэми и попытался остановить согильдийца. — Почему ты встаешь на ее защиту? — Потому что она не виновата, — рядом с Лексусом пристроилась Эльза, а рядом с ней Макаров. На этой же улице стоял весь «Хвост феи». Кто-то пораженно смотрел на Нацу, другие на троицу-защитников. — А кто тогда виноват?! Это она! Все беды из-за нее! Хеппи! — иксид поднял напарника за плечи в воздух и перенес через живую преграду к Виккири, где Нацу использовал огненный кулак дракона. Но Мэми создала защиту из света. При столкновении их откинуло в разные стороны. — Прекрати, Нацу! Ты нарушаешь закон светлых гильдий! — крикнул Макаров. Но Драгнил не слушал его. Главное уничтожить девчонку. «Почему его огонь такой темный? — Мэми не могла понять. — Маги с красным огнем не должны быть настолько темными. Здесь что-то не так». «Скорость света» — прочитала она заклинание и переместилась к противнику. Пока тот не успел очухаться от удара, приложила руки к его груди. В нем было огромное количество темной энергии. Кто-то потихоньку пожирал Драгнила изнутри. Мэми попыталась забрать всю тьму из него. Вокруг них образовался темный вихрь, Виккири попыталась поглатить его весь. Из-за слишком большого количества она не сможет удержать ее под защитой четок. На ее лице появились маленькие чешуйки темного цвета, а клыки немного удлинились. Забрав всю энергию из парня, Мэми отошла от него. Нацу непонимающими глазами смотрел на все происходящее. «Слишком много энергии, я не могу справится с ней» — Виккири отступала назад, стараясь подавить свою жажду смерти. — Мэми! — на улицу выскочили Дуэт, а за ними Руфус и Орга.
