First to Outlast

Заметка 23 17.09.2013 (19:39)       Не всё потеряно!       Только что заходил пациент, разумный. Одет был как священник, только на рясе болтались ремни. Несмотря на это, буйным не выглядел. Сообщил, что дальше по коридору находится безопасная комната. Ляпнул что-то про какую-то религиозную ерунду и что ему пора бежать... Смылся быстрее, чем я бы успела задать все накопившиеся вопросы. А их, само собой, немало!!       Похоже, он в курсе здешних событий. Или хотя бы имеет представление. Уж точно ориентируется в пространстве!! Не факт, что этот захочет общаться, но попытка не пытка.       Пожалуй, отыщу эту комнату – в ней наверняка можно запереться и попробовать вызвать помощь. Персонал, очевидно, вырезали раньше, чем кто-либо успел что-то предпринять.       Страшно выходить. Всё ещё не могу поверить в то, что случилось с Лукасом… Заметка 24 17.09.2013 (19:42)       Половина камер не работает. Где-то вырублен свет. Где-то фиксируются подозрительные шевеления. Попробую снять, но через объектив будет видно ещё хуже. Покрутила какие-то рычажки и кнопочки, но ни радио, ни телефонной связи нет. Скорее всего, все сигналы всё-таки здесь блокируются.       Раз этот Вейлон Парк смог чудом отправить мне мейл, то какой-то канал тут, всё-таки, проходит. В технике разбираюсь, как свинья в апельсинах, это как раз по части Люка...       Остаётся надеяться, что Парк успел оповестить кого-то ещё, и очередной наряд на подходе. Заметка 25 17.09.2013 (19:45)       Если выйду из этой комнаты, пути обратно не будет. Внутри есть кнопка, чтобы открыться, но снаружи нужен электронный пропуск. На первый взгляд, тут безопасно. Дверь железная, а стёкла, судя по толщине, пуленепробиваемые.       Бежать куда глаза глядят, искать этого Парка, погнаться за этим сумасшедшим, или бросить всё и ждать помощи… Или найти способ связаться хоть с кем-нибудь…       Никогда не думала, что подобная херня может случиться именно со мной!! [Видеозапись 4]       Объектив направлен на матрицу мониторов, демонстрирующих вид с камер по всему зданию. Большинство черны, либо выдают помехи.       Обзор переводится в сторону стёкол, выходящих на коридор. Внезапно камера сильно сотрясается: снаружи слышны вопли и многократный металлический звон. Нечленораздельные ругательства. Знакомый искажённый фиксаторами голос. Вопль прекращается.       Камера приближается к двери по мере того, как Шелли вскрикивает и бежит запираться. На электронном замке загорается красная лампочка. Журналистка опрокидывается на спину (объектив несколько мгновений смотрит в потолок).       За стеклом вырастает фигура великана. Он хрипит и колотит в окно. С каждым ударом Кинг вскрикивает всё громче. Однако бронебойное стекло не трескается.       Громила начинает бродить из стороны в сторону, как сторожевой пёс. Пара ударов в дверь. Пока магниты работают, дверь не поддаётся. Подходит к другому окну. Камера следует за ним. Убийца Люка наклоняется, его голос звучит отчётливее. Объектив медленно приближается – Шелли подползает, борясь со страхом. Громила молчит, пока объектив не фиксируется на его отвратительном лице. За стеклом его голос едва слышен.       - Щёлка… Тебе уготована быстрая смерть… Я доберусь, и ты попляшешь у меня…       - К-кто ты? За-за..чем?       - Нарушаешь порядок… Убирайся, Щёлка! Во-он! Во-о-о-он отсюда-а-а!!!       Шелли с камерой падает в сторону. Великан вскакивает и со всей силы барабанит. Он багровеет, но не может попасть внутрь.       Камера показывает, как толстяк опускается на колено и снова манит Шелли указательным пальцем.       Объектив дрожит, Шелли всё-таки подкрадывается, но не сразу; и теперь сидит дальше, вслушивается.       - Крыска в норке? Погоди-погоди, я снесу эту стену, пролезу к тебе в норку, и тогда… Ты, щёлка, пожалеешь, что пришла сюда…       - Я уже жалею! Нас позвали – меня и моего напарника, которого ты… Нам писали… Здесь ставят опыты… Послушай меня, ты пациент?! Кто ты?! Над тобой издевались? «Мёркофф» тебя держали насильно?!       - В следующий раз, со сломанной спинкой, крыска далеко не уползёт! – игнорируя её, произносит чудовище.       Дверь содрогается от очередного пинка, и сумасшедший уходит в темноту.       Слышны всхлипы и рыдания за кадром. Заметка 26 17.09.2013 (19:51)       Не могу остановиться… Слёз уже не осталось... Этот мясник только что был так близко… Слава богу стены слишком прочные. Слышала, как он убил ещё и того несчастного аута в коляске. И снова возник из ниоткуда! Такая туша, а перемещается без звуков!       Если бы в этот момент выключили электричество, мне настал бы конец. Магнит бы слетел, и дверь хлопнулась… Но это может произойти в любую минуту, судя по тому, кто здесь обитает… А ведь монстр знает, где я!!       Видимо, поговорить с ним по-человечески невозможно. Смертная казнь ему приговор!! Как таких вообще держат живыми??       Он может ждать за поворотом. Как же мне страшно… Заметка 27 17.09.2013 (19:53)       В окно стучит тот самый одетый в священника! Он не похож на убийцу, хотя чёрт его знает, как он очутился в «Мёркофф». Машет руками и озирается. Значит, того верзилы поблизости нет (?) Пожалуй, открою ему. [Видеозапись 5]       Объектив с того же ракурса наблюдает фигуру человека, одетого в робу с нашитыми смирительными ремнями в форме креста. Истощённый, бледный пожилой человек с юношеской ловкостью заскакивает в помещение охраны.       - Благодарю, дочь моя, – полушёпотом произносит старик. – Я не причиню тебе вреда, не бойся.       - К… кто Вы?       При пристальном взгляде можно заметить, что на самом деле мужчине не больше сорока лет.       - Зови меня Отец Мартин… Единственный, кто несёт слово Его этому бренному миру. Но ты вовремя явилась, дитя: тебя ждёт множество испытаний. Тяжкие испытания, но тебе предстоит выстоять... Другого пути нет.       - О чём Вы? Моего напарника убили!!! Огромный человек с растянутым ртом…       - Убийство есть смертный грех. Искупить его можно только через покаяние. Идём же со мной, дочь моя.       Человек в рясе выводит Шелли за руку, захлопывает дверь. Шелли одёргивает его и требует объяснений, но тот успокаивает её жестом. Прикладывая палец к губам, «Отец Мартин» уходит в тёмный коридор и велит следовать.       Включается режим ночного видения.       Медленное перемещение камеры вдоль коридора. Те же обшарпанные стены, поцарапанные и измазанные кровью двери.       - Так Вам известно, что здесь творится?       - Тише, тише, дитя. Тебя могут услышать те, кого нам видеть совсем не желательно. Скоро ты всё увидишь.       За следующим поворотом показываются ноги в ботинках. Объектив застывает, возвращается за угол, но «Отец Мартин» шагает, словно не замечая препятствий. Через несколько секунд камера выглядывает вновь. Ботинки остаются на своём месте. Идёт приближение. Шелли подкрадывается к объекту и тихо комментирует: охранник мёртв. Слышится шумное дыхание за кадром. Голос «священника» сверху спокойно подтверждает.       - Отец Мартин… Вы должны мне объяснить… Нас с напарником срочно вызвали провести расследование об ужасающих экспериментах. Но Люка убили! Убили, слышите!!! И меня пытались прикончить!       - Пути Господни неисповедимы. Скоро Волрайдер снизойдёт до тебя, и ты всё поймёшь. А пока… крепись духом и сердцем. И не позволяй демонам сбить тебя с праведного пути.       За кадром тянется изнурённый вздох.       Продолжается движение за сумасшедшим. Иногда он оборачивается и делает пригласительные жесты.       - Может быть, Вы поговорите со мной?! – с отчаянием в голосе шепчет Шелли. – Вы знаете, где выход? Мне нужно уехать, умоляю!       - Господь милостив, – отвечает «священник». – Вера укажет тебе путь, дочь моя. Но не сейчас. Не сейчас.       - Так направьте меня к выходу! Двери на первом этаже заблокированы, мой напарник погиб… неужели Вам самому не страшно?!       - Страх – это то, что движет нами, когда разум теряется в заблуждениях. Уверуй во Властителя нашего, и страх уйдёт. Молись усердно, дочь моя, ибо когда придёт Волрайдер, ни одно слово покаяния не убережёт тебя от гнева Его! Ты узришь Его. Я сделаю так, чтобы ты Его увидела.       - Да ты псих! – кричит Шелли в истерике. – Я не сдвинусь с этого места, пока не получу хоть один вразумительный ответ!       В не двигающемся объективе маячит лицо пациента, одетого в робу священника. В ночном видении его глаза блестят демоническим огнём. Морщины на лице старика проступают вместе с улыбкой.       - Видит Бог, я не хотел этого делать, но ты вынуждаешь…       Пациент молниеносно хватает Шелли, в кадре мелькает шприц. Укол приходится в область плеча. Борьба продолжается пару секунд, затем камера падает.