Самый важный человек

Холодные деревья окружают поляну со всех сторон. Из чащобы то и дело доносятся вздохи дремлющего леса, редкие, обрывистые звуки, так похожие на человеческий шепот. Но его почти не слышно: на поляне трещит пламя костра, громко спорят драконы. Джи-ха подтрунивает над вспыльчивым Киджей, тот огрызается, Зено пытается их разнять, но по итогу создает только больше шума. Только Шинья сидит в сторонке, кормит Ао с руки, и кажется, что отвлечь его от этого занятия не сможет ничто. Йона с улыбкой смотрит на свою семью, неожиданно ставшую такой большой. Не хватает только одного, самого важного человека. Хак ушел еще полчаса назад. «Меня уже заколебали эти крикливые змейки», — заявил он с непроницаемым лицом, ловко увернулся от сумки, прилетевшей от самой вспыльчивой «змейки», подхватил копье и исчез в чащобе. — Хотя бы мяса нам раздобудь! — крикнул ему вслед практичный целитель и получил в ответ недовольный отклик, который вряд ли означал добровольное согласие. А тем временем неумолимо сгущалась темнота, холодало, и вскоре у принцессы стали мерзнуть руки. Подобравшись поближе к костру, где ее тут же в три пары рук усадили на самое лучшее место, она протянула огню озябшие пальцы. Ветерок шевельнул волосы на затылке, и она передернула плечами. — Йона, тебе холодно? — Возьми мою накидку, пожалуйста! — Тебя согреть, дорогая? Девушка смеется: такие разные с виду, а ведут себя все они одинаково. Хотя… не все… Хак совершенно не такой, как эти милые, забавные драконы. Он бы не стал спрашивать или предлагать помощь. Взгляд ее падает на плащ, небрежно брошенный на краю бревна. Темно-синий, почти черный. Он молчаливо напоминает о носящем его человеке, человеке, присутствие и отсутствие которого никогда не проходит для неё незамеченным. Рука сама собой тянется, пальцы сжимают жесткую, плотную ткань, которая хранит очертания его плеч и спины, их тепло. Она закутывается в него с головы до ног и только тогда замечает, что над костром повисла тишина. — А? В чем дело? — девушка удивленно оглядывает драконов. Киджа отводит глаза, Шинья, напротив, их не спускает. Джи-ха многозначительно ухмыляется, но молчит. — Ни в чем, госпожа, — широко улыбается желтый дракон. — Просто вам очень идет плащ господина. — Больше, чем ему самому? — раздается голос Зверя. Йона, пойманная с поличным, даже подпрыгивает и оборачивается на приближающегося Хака с виноватой улыбкой. Тот приближается с оленьей тушкой на плечах и оглядывает драконье собрание с легким недовольством. — Я тут с ног сбиваюсь, охочусь… — Не ворчи, Зверь, — отзывается Юн, забирая у него ношу и сгибаясь под ее тяжестью. — А еще крупнее не мог принести?! Куда я дену столько мяса?! Девушка тем временем торопливо и не без сожаления снимает  теплый плащ, подбирается к Хаку и сует ему его в руки. — Вот… прости, я просто замерзла. Он переводит взгляд с неё на плащ, с плаща на неё и не говорит ни слова. Йона мнется, краснеет, осознает это и краснеет еще больше. —Ну… я… это…наверное, спать уже пойду, — бормочет девушка себе под нос и поворачивается к нему спиной. И ахает, когда ей на голову падает тяжелая ткань. Накинув плащ на плечи своей принцессы, Хак идет к костру, огрызается на негромкое замечание зеленого дракона, садится и вытягивает ноги. Даже не смотрит больше в её сторону. Хак и правда не такой, как остальные. Он не будет предлагать помощь. Крепко сжав края теплого плаща, она прячет глаза от проницательного Зено и скрывается в своей палатке. Чтобы никто не видел, как она улыбается.