Ищущий

Тихий цокот копыт по брусчатке был, казалось, единственным звуком, который он мог слышать. Сидя в повозке спиной к вознице, он рассматривал пейзажи вокруг и, несмотря на то, что то там, то тут виднелись деревья, не было слышно щебета птиц или шуршания листвы, хоть кроны заметно покачивались под несильным ветром. Возможно, дело было в тумане, который поднимался до уровня колёс повозки… и этот туман тревожил путника. Будучи хоббитом, он привык к зелёным лугам и яркому солнцу. Сейчас же небо было затянуто сероватыми облаками, отчего трава казалась тёмной и какой-то неживой. Впрочем, он и сам был мёртв. Хоббит понял это, едва только оказался перед возницей. Не из-за того, что тот выглядел как-то по-особенному, совсем нет. Это был эльф преклонных лет, тёмноволосый с украшающей виски сединой. Он выглядел величественно, но смотрел мягко и помог забраться в повозку. Но хоббит сразу понял, что это Проводник. И вместе с этой мыслью пришло смутное воспоминание о молодом юноше по имени… хм, он не мог вспомнить имени, но знал, что это его племянник. Тот склонился над ним и, поцеловав в лоб, прошептал: «Прощай, дядя». Очевидно же, что он умер. И, как ему казалось, от старости, раз у него такой взрослый племянник. Хотя, вот странность, кожа была гладкая, мягкая, как лет в пятьдесят, движения не сковывала старческая дряхлость и усталости не было и в помине! Только путь начал слегка утомлять, на сердце было тревожно. И это плохо, неясно сколько ещё ехать. Едва последняя мысль мелькнула в его голове, Проводник заговорил: — Ехать ещё долго. Большинство не замечают пути, однако я чувствую, вам неспокойно. — Вы правы. Мне всё кажется, что я что-то забыл…  « — Всем стоять! Мы должны вернуться, — крикнул он, и тут же тринадцать пони встали на месте, повинуясь своим хозяевам-гномам. — Я носовой платок забыл.» Это воспоминание вернуло улыбку хоббита. И, кажется, позабавило Проводника. — В этот раз платок вам не понадобится, мистер Взломщик. — Тогда мне тоже так говорили. Обращение эльфа всколыхнуло множество мыслей в голове… Взломщика. Так его называли. Очень давно и недолго, но это имя согревало маленького хоббита. Всё равно настоящее своё имя он, к сожалению, забыл. — Вы вспомните, — вновь ответил его мыслям эльф. Ну ничего не скрыть от этих созданий! — О да, вы правы, я многое о вас знаю и сказал бы, но вам предстоит самому разобраться во всём. — А можете сказать, куда мы едем? — В Тихую гавань. Вы чуть-чуть не дождались отправки туда в земном мире. Однако право жить там даровано вам и не отнималось. Хоббит не ответил. Его внимание привлекли фигуры вдалеке. Повозка как раз переезжала через каменный мост, когда он заметил их. Множество фигур были рассеяны по берегу и дальше. Одинокие, по двое или большими группами, они или скитались, или неподвижно сидели на земле. Чуть дальше виделись развалины, на обрушившихся стенах крепости тоже мелькали фигуры. В их позах не было горя, вины или печали. Лишь ожидание. Тревога, мучившая хоббита ранее, усилилась. — Господин Проводник, кто они? — Ждущие. Они оставили кого-то дорогого в той жизни и не захотели уходить дальше. Здесь они ожидают их прихода. — Мне кажется… — Чувствуете, что должны к ним присоединиться? — Нет, мне просто нужно… — Найти, — эльф улыбнулся. — Кто-то там ожидает вас, Ищущего. — Я могу сойти? — хоббит очень боялся, что ему не позволят. — Конечно. И потом, когда вы найдёте своего Ждущего, приведите его к тропе. Вы сможете вместе отправиться дальше. Повозка остановилась, и хоббит живо спрыгнул с неё, туман вокруг него рассеялся, и ему показалось, что он стоит в круге. Не слишком большом, радиусом всего в пару шагов. — Благодарю вас, господин Проводник! — искренне поблагодарил хоббит. Эльф лишь кивнул и тронул лошадь, продолжая путь. Взломщик огляделся. Тревога слегка улеглась, но ему предстояли поиски в тумане. Он прошелся равнодушным взглядом по фигурам ближайших Ждущих и понял, что ищет не их. Развалины вдалеке заинтересовали хоббита почти сразу, что-то было близкое ему в каменных постройках, крепких и надёжных. Странно для того, кто привык жить в уютной норке под землёй. И всё же Ищущий всматривался во всех, проходя мимо. Некоторые оборачивались при его приближении, но он не узнавал лиц, а они тут же отводили взгляд. Скольких он увидел, хоббит перестал считать, дойдя до двух сотен. Упорство вело его дальше и дальше. Фигур становилось всё больше. Ищущему подумалось, что чем больше расстояние от дороги, тем дольше ждут эти несчастные. Он не хотел думать о том, как долго ждут его. Хотя пытался угадать, кто бы это мог быть. Кто-то, кто ушёл из мира раньше него. Кто-то, не пожелавший идти дальше без него. Хоббиту было сложно вспоминать прошлое. Лица выглядели нечёткими тем больше, чем старее были воспоминания о них. Но хоббит знал, что где-то в самых тайных закромах памяти есть ответ. А найти его так непросто оттого, что он когда-то хотел забыть всё, связанное с ним. Было слишком больно. И всё же он не забыл. Каждый день он думал-думал-думал. Хотя бы пару слов. Будто пытался общаться с тем, кто ушёл, оставив хоббита наедине с его болью и горем. Он смог вспомнить, что давно не обращался в мыслях к тому ушедшему по имени. До самой последней минуты своей жизни. Его имя было последним, что произнёс хоббит. И всё же он не мог сейчас заставить память помочь ему. А ведь можно было просто крикнуть в туман, позвать и увести прочь. Ищущий сцепил зубы и решил, что несмотря на усталость, которая давно преследует его, он не остановится и продолжит вглядываться в лица, пытаться узнать фигуры. Через время — кажется, прошла вечность — он дошёл до крепости. Она оказалась больше, чем ему представлялось издалека. Стены из белого камня смотрелись величественно несмотря на зияющие в них дыры. Хоббит зашёл внутрь и осмотрелся. Туман здесь стелился по полу, и он мог свободно оглядеться. Казалось, даже дышать стало легче, хотя усталость не отпустила. Широкая лестница вела на верхние этажи, и Взломщик решил забраться на самый последний, чтобы оттуда осмотреть окрестности. На некоторых уровнях хоббит всё ещё замечал Ждущих, но те отворачивались от него так же, как и все другие. Напряжение сковывало тело, тяжесть в мышцах делала каждый следующий шаг сложным препятствием. Сил придавало лишь ясное небо, виднеющееся над последней ступенькой — значит, верхний этаж уже близко. Там он сможет отдохнуть, перед тем как продолжит путь. Преодолев последний лестничный пролёт, хоббит в изнеможении привалился к ближайшей стене, прикрыв глаза. Поэтому не сразу заметил, что здесь был не один. Ждущий пристально рассматривал его, стоя на самом краю. Он был первым, кто не отворачивался, не уходил прочь от него. Возможно, подумалось хоббиту, этот гном мог бы ему помочь. Ждущий был выше на полголовы, черноволосый с серебряными прядками. В отличие от всех прочих, он выглядел почти счастливым. Лёгкая улыбка смягчала черты лица, блеск в глазах завораживал. Хоббит рассматривал красивое лицо, подвергаясь не менее тщательному и заинтересованному осмотру. Отчего-то Взломщик смутился и, не желая это показывать, приблизился к гному. — Здравствуйте, — не забыл он о хороших манерах. — Приветствую. Посидите со мной? — Ждущий указал на край стены и, подавая пример, сел и свесил ноги. Хоббит поспешил присоединиться. Смотреть вниз было страшновато, поэтому он сразу повернулся к гному. — Как вас зовут? — Мало кто здесь помнит своё имя, — тихо рассмеявшись, ответил тот. — Ищущие забывают сразу, а ждущие знают лишь в течение короткого времени. Вы ведь тоже не помните, верно? — Вы можете звать меня Взломщиком. Лицо гнома вдруг изменилось, да так стремительно, что у Ищущего перехватило дыхание. На него смотрели пристально, вглядывались в каждую черточку. Опомнившись, Ждущий отвел взгляд. — Боюсь показаться заносчивым, однако меня вы можете называть Королём. — Это вам подходит, — широко улыбнулся хоббит. — Только, кажется, чего-то не хватает. Будто незаконченный титул. — Всё может быть. Могу я спросить? — О, конечно. — Кого вы ищете? — Я бы хотел сказать, но это и для меня тайна. Знаю лишь, что он ждёт меня очень долго. Так долго, что мне кажется, мог и не дождаться. — Это вряд ли, раз вы тут. Те, кого забыли в том мире, предпочитают уйти, ведь за ними не придут. — А как вы узнаёте, что о вас не помнят? — Вы удивитесь, господин Взломщик, но сюда приходит почта, — чуть иронично произнёс гном. Хоббит замер. Эта интонация, обращение! Когда его так назвал эльф, не было того щемящего чувства, сжавшего грудь сейчас. Обеспокоенный взгляд собеседника заставил хоббита взять себя в руки и выдавить улыбку. — И часто наведываются почтальоны? — поспешно спросил Ищущий. — Перед закатом прилетают. Хотя я давно уже не получаю такого количества, как в самом начале, одна весточка непременно приходит. Раньше с письмами я вспоминал себя, но последние лет десять лишь Он думает обо мне, а Он никогда не называл меня по имени после моей смерти. — То есть вы помните себя, когда в письмах-мыслях к вам обращаются по имени? — Именно, — Король грустно нахмурился. — Я не знаю, почему Он решил забыть моё имя. Ведь Он помнит меня, так почему… — Я думаю, ему больно думать о вас. Вы были ему слишком дороги. Внимательный тёплый взгляд Короля был как будто знаком хоббиту. — Знаете… — начал он. — Это прозвучит странно… — одновременно с ним произнёс гном. Однако их обоих прервала музыка. Легкая, словно взмах крыла, и красивая, подобно полёту птицы, она привлекла внимание, отвлекая ото всех посторонних мыслей. Хоббит и гном одновременно со всеми, кто был внизу, посмотрели на север. К ним летели огромные птицы, неся на крыльях музыку, а в когтях сжимая мысли и воспоминания. — Это орлы! — воскликнул хоббит. — Орлы летят, Торин! Имя само сорвалось с губ, будто его уже произносили в той же фразе. Да так и было, по сути. Взломщик разом вспомнил всё своё прошлое, жизнь, первая половина которой была посредственной и пресной, а вторая наполнена тоской и сожалениями. Всегда были моменты счастья и удовлетворенности, однако они разбавлялись неизменной горечью потери. Печали по нему. По тому, кого юный глупый хоббит успел полюбить и который погиб почти сразу после того, как он открыл ему свои чувства. От нахлынувших воспоминаний перехватило дыхание. Лёгкий ветер коснулся лица хоббита, принося последнее воспоминание — его собственное имя. Бильбо повернул голову к орлу, сидевшему около них. Из его лапы торчали аккуратные полосы бумаги. Птица клювом достала одну из них и протянула застывшему на месте Торину. Остальные она отдала мистеру Бэггинсу и улетела. — Бильбо, — едва слышно прошептал Торин. — Ты пришёл. Нашёл меня… — Ты ведь ждал. Столько лет… — Шестьдесят два года, — уточнил с улыбкой гном. — Но оно того стоило. Со смехом хоббит привстал и почти налетел на своего Дождавшегося. Тот крепко обнял Бильбо в ответ, вдыхая его запах, пропуская мягкие пряди сквозь пальцы. — Я так люблю тебя, — негромко заговорил хоббит. — Тогда, после битвы, я даже хотел последовать за тобой, но Гэндальф сказал, как ты был бы против — и я жил. Дольше, чем другие хоббиты, намного дольше, чем хотел бы сам. Я ни о чём не жалею. Теперь разве что о том, что не вспоминал твоего имени. Но я не мог. Это заставляло думать о том, что ты слишком далеко. И желать стать ближе… Бильбо говорил и говорил, крепко обнимая Торина. Тот слушал, позволяя хоббиту выговориться, и сильнее прижимал к себе, когда Взломщик сбивался на мысли о смерти. С каждым словом хоббиту становилось легче — накопленные за долгие годы переживания испарялись в предзакатных лучах. Солнце заходило, окрашивая полуразвалившиеся стены в оранжевый, орлы улетели, забрав с собой музыку Памяти. Однако Нашедший и Дождавшийся не забыли себя. Постепенно хоббит успокоился. Когда Бильбо отстранился, Король-под-Горой посмотрел на него. Его широко распахнутые глаза светились радостью и облегчением, за которыми скрывалась неимоверная усталость того, кто полжизни провел в мечтах о смерти, но жил, не поддаваясь печали. — Я больше не оставлю тебя, — пообещал Торин. — Только попробуй, я снова тебя найду! — смело заявил Бильбо. — Какой, однако, настырный и самоуверенный хоббит мне достался. — В самый раз для такого терпеливого гнома. Оба засмеялись. В это время солнце зашло, мигнуло в последний раз лучами. Однако темно не стало. Туман подсвечивал землю, будто в нём скрывались крошечные светлячки. Тёплый желтоватый свет был особенно ярок около тропинки, ведущей туда, откуда пришёл Бильбо. Хотя тот мог поклясться, что до этого никакой дороги и в помине не было! — По-моему, это место намекает, что мы загостились, — заметил Торин. — И я с ним совершенно согласен, — кивнул хоббит. — Пора двигаться дальше. — Мне кажется, двигаться нам далековато, — задумчиво отметил Торин, когда они отошли уже достаточно далеко от развалин. — Кое-кто обещал подбросить нас до пункта назначения, — беспечно ответил мистер Бэггинс. — С кем это мой хоббит успел так близко познакомиться, что его уже «подбрасывают»? — Не «его», а «нас», это во-первых. А во-вторых, нечего ревновать. Я ни за что не променяю такого замечательного гнома на эльфа-перевозчика. — К тому же, это лишь работа — перевозить души, — раздался голос появившегося из ниоткуда Проводника. — Согласны воспользоваться моими услугами? Чуть насмешливый, однако лишённый любого намека на надменность, взгляд эльфа скрестился с недоверчивым и угрюмым взглядом Торина, чей характер и не думал меняться за годы, проведённые в междумирье. — Будем всецело благодарны вам! — с неизменной улыбкой и учтивостью ответил за обоих хоббит, становясь перед Торином и прекращая зрительную баталию. — В таком случае, поспешим, — весёлость быстро сменилась бесстрастностью. Бильбо вздрогнул от такой быстрой перемены настроения и понял, насколько могущественен их возница. Сглотнув, он забрался в повозку и потянул Торина за собой. Тот всё ещё не спускал внимательного взгляда с эльфа. Он изначально имел представление о силе и возможностях Проводника. — Вам нечего опасаться, господин Дубощит, — не поворачиваясь, невозмутимо произнёс эльф. — Вы под надёжной защитой мистера Бэггинса. Бильбо послышалось одобрение в словах Проводника, поэтому он остановил Короля, который хотел то ли запротестовать, то ли уточнить что-то. Тёплая ладошка на его руке мигом смахнула все мысли гнома, приковав всё внимание к своему владельцу. — Мы ведь теперь будем вместе? — отчего-то неуверенно уточнил Бильбо. — До конца времён, — твёрдо ответил гном. И добавил, внутренне напрягшись: — Или пока ты не захочешь меня прогнать. — Значит, Ваше Величество, вам придётся терпеть меня до скончания веков. — Под напускным нахальством скрылось облегчение хоббита, мигом распознанное Торином. — Уверен, мы найдём способы борьбы с вашим занудством, мистер Бэггинс. — И вашим упрямством? — Со всем, с чем захотим бороться, мой милый Взломщик, — тепло ответил Торин. Хоббит улыбнулся и, привстав, поцеловал любимого. Простое касание было неожиданным, хотя и поистине долгожданным. Спавшие в течение десятилетий чувства расцветали в поцелуе, грозившем разгореться настоящим пожаром, если бы не вмешательство Проводника и его магии — лишь та могла удержать Бильбо и Торина от того, чтобы не забыться прямо в повозке. — Как, однако, много жизни в умерших может быть, — прокомментировал возница. — А ты поезжай ещё медленнее и узнаешь, как мало жизни станет в тебе, — прорычал Торин. Смущенный хоббит не удержался от смешка. Эльф хоть и не ответил, но повозка поехала быстрее. В свете восходящего солнца Нашедший и Дождавшийся мчались к новой жизни.