Shake it off

It's like I got this music in my mind sayin' it's gonna be alright* С самого первого дня для Пенни этот ботан был той еще занозой в заднице. И почему именно его примитивные мыслишки он может слышать лучше всего? Мысли остальных были бессвязным клубком, который он порой часами с удовольствием кропотливо распутывал, с большим интересом и осторожностью исследуя чье-то сознание. Кто-то раскрывался почти сразу, стоило лишь легко дернуть за нить, а кто-то был закрыт настолько, что порой уходило много часов, чтобы хотя бы найти начальную нить. И Пенни это нравилось, в этом был спортивный интерес, здесь нужно было стараться, тяжело работать. Но не с Квентином. В его сознание он проникал настолько легко, что не всегда даже это замечал. Лишь поймав себя на мысли о какой-то фэнтезийной чепухе, почти немого преклонения перед волшебством или, что самое ужасное, напеванием это жуткой песни: Потому что игроки будут играть, Играть, играть, играть, играть, А ненавидящие будут ненавидеть, Ненавидеть, ненавидеть, ненавидеть, ненавидеть… О, как же сильно он ее ненавидел! Почти, так же как и этого неудачника, который никак не поймет, как важно уметь закрывать свои мысли. Возможно, лишь возможно, что Колдуотер раздражал бы меньше, если в его голове зазвучал вдруг рок или еще что потяжелее. Вот и сейчас, когда Пенни изо всех сил старался расслабиться, чтобы попытаться пробраться в мысли той хорошенькой медсестрички из лазарета, что пока ему никак не удается, слишком уж у нее мощные щиты, а значит, есть что скрывать, и узнать, что именно, для Пенни уже делом принципа. И только ему показалось, что он почти нащупал ту самую нить, что выведет в ее сознание, как его собственные мысли вдруг очутились совершенно в другом месте. Какого черта он сейчас думает об этой очкастой, разве есть в ней что-то привлекательное, кроме сисек, конечно… Твою мать! Колдуотер! Опять! На этот раз одним предупреждением он не отделается. Если придется, то Пенни самолично впихнет в его примитивную головенку такой щит, что ни сам Квентин, ни директор, ни кто покруче не смогут туда пробиться. Зато Пенни наконец-то сможет поразмыслить спокойно. Но для начала этого кретина надо найти. Ни в Коттедже, ни в библиотеке, ни в саду его не оказалось. Пенни начал злиться еще больше, мало ему слышать это мяуканье в голове, так еще и тратить силы на поиск приходится. Просто подумай, пока ты подавлен и выбит из колеи… Хоть какой-то толк от этого набора звуков по недоумению называемых песней. Пенни остановился и прислушался к себе и к мыслям Квентина. Помимо чтения какой-то особо занудной книги, тот в подсознании наслаждался журчанием воды и тенью от низких веток дерева, свисающих к самой воде и спасающих от палящего солнца. Пенни знал это место. И по мере приближения к нему громкость чужих мыслей заставляла ускориться. — Эй, ты! Крикнул он, едва рассмотрев паренька поглощенного книгой, тот резко встрепенулся, узнав голос, и собрался было удрать, но Пенни оказался быстрее. Он вновь прижал к дереву безропотного паренька и, глядя на то, как тот весь съежился, нет, не из-за страха, скорее от усталости, как вся злость вмиг куда-то пропала. — Пожалуйста, научись ты уже ставить этот долбанный барьер, — почти по слогам произнес он прямо в лицо парня, и хоть на словах он просил, на самом деле звучало это скорее как приказ. — Пытаюсь, ты же знаешь. Вот, — он указал на отброшенную книгу, — в ней как раз об этом и говорится. — Тогда не медли. Твои мысли, они раздражают. Почему ты такой скучный? — Ну, уж какой есть. И это ты постоянно врываешься в мою голову, я не навязываюсь. Остальные вообще не могут сломать мои щиты. — Слабаки просто… — фыркнул Пенни, в очередной раз убедившись, что вокруг одни идиоты. — Есть один способ навсегда закрыть от тебя мои мысли, но тебе он не понравится, — Квентин почему-то засмущался, и в голове у Пенни тут же появилось описание этого самого способа. — Какого хрена?! Почему я должен тебя целовать? От того, что это было произнесено вслух, Квентин слегка покраснел:  — Потому что именно поцелуй дает самый простой способ залезть в чужие мысли и заблокировать свои. Хотя самый надежный способ, конечно, другой. — Какой? — Пенни готов был на все, лишь бы это прекратилось, но одного выражения лица Колдуотера хватило, чтобы понять, что ответ ему лучше не слышать. — Я понял, молчи. — Но для блока хватит и поцелуя. — Тогда не будем медлить. — Что, прямо сейчас? Пенни лишь пожал плечами. Он приблизился к застывшему вдруг парню и почти уже коснулся его губ, как тот заговорил: — Ты ведь понимаешь, что в этот момент я проникну в твои мысли? — Плевать, главное, что я перестану слышать твои. И он быстро прижался к губам Квентина своими. От неожиданности Квентин ахнул, и губы его раскрылись, Пенни же неожиданно даже для самого себя мгновенно скользнул меж ними своим языком, захватывая им язык парня. Он слышал удивление в голове Квентина, наслаждение от поцелуя и даже легкое возбуждение. Как в один момент это прекратилось. Он резко разорвал поцелуй и с сомнением посмотрел на раскрасневшегося парня. — Получилось? — Квентин не ответил, но судя по лицу, о чем-то сосредоточено думал. — Ты напеваешь эту песню? — Да. — Тогда получилось, — он собрался было уходить, раз дело сделано, и вроде нужно что-то сказать, вот только он далеко не мастер подбирать слова. — Надеюсь, ты понимаешь, что не нужно распространяться об этом… эм, инциденте. — Вполне, — кажется, Квентин ничего другого и не ждал. — Что ж, тогда пока. Пенни развернулся и ушел. Одному богу известно, что мог прочесть в его мыслях Колдуотер, но Пенни было плевать, он навсегда избавился от раздражающих мыслишек этого ботана. И всего лишь на секунду в его голове пронеслось сожаление по этому поводу, но скорее всего, действительно, это лишь показалось.