Темница

      Этот день был солнечным и безветренным. А может и нет. Я уже плохо помню. Мама была одета легко: шортики и майка. Это врезалось в память. Ведь я прятался за ее ногу. Мне не особо нравились большие скопления людей – духота, шум, толкучка. Вспоминая сейчас, я понимаю – это был аэропорт и мы встречали девятого с отцом и матерью, но тогда мне просто было страшно. До дрожи. До головокружения. Это чувство опасности, исходящее от старика заставляло маленького мальчика судорожно хвататься за ногу мамы, ведь в тот момент она была единственным человеком, который мог защитить. Они о чем-то разговаривали, кажется, здоровались, но мое сознание заполняла лишь одна мысль – «Беги! Спасайся!». Однако, в разговоре звучит мое имя и мама просит: - Поздоровайся, Тсунаеши! Старик садиться передо мной на корточки, и я, не выдержав, отшатываюсь назад. Он улыбается и неожиданно все напряжение, все чувство опасности исчезает. У меня находятся силы улыбнуться в ответ. Мне показалось? * * *       Я люблю смотреть как мама готовит: плавные, но быстрые движения, мелодичный голос, напевающий какую-то песню и запахи, постепенно смешивающиеся и заполняющие комнату. Мама никогда не смотрела в бумажки и не пользовалась рецептами. Она сама каким-то образом чувствовала чего и сколько положить. - Тсу, скоро все будет готово! - улыбается мне, не отрываясь от дела. Я не отрываюсь от нее – мне до сих пор неприятно находиться рядом со стариком. – Иди поиграй пока. –Киваю. Беру свой любимый мячик и иду во двор. Я не люблю играть с другими детьми – они слишком много бегают, любят драться. Даже девчонки, когда родители этого не видят. Поэтому я просто сижу на веранде, подбрасываю мяч и смотрю в небо. Я не могу объяснить, почему мне нравится смотреть на небо, возможно мне просто не хватает слов. Просто небо – это небо. Задумавшись, роняю мячик и тут же бросаюсь за ним. Но в этот момент замечаю собаку. Не люблю их. Боюсь. Не хочу. Из глаз сами собой текут слезы. Кажется я уже устал бояться. И тут я чувствую тепло. Оно идет из сердца и греет меня. Как будто обнимает мама. Это тепло охватывает все, и, я чувствую, что это то, чего не хватало все время. Будто мне отдали часть меня. Отец берет меня на руки и тепло исчезает. И я продолжаю плакать, однако, уже по другой причине. - Теперь все в порядке. Не плачь. И приходит понимание, что все и правда в порядке, ведь это тепло, что я почувствовал, продолжает согревать меня уже изнутри. - У этого мальчика есть сила. Но он еще слишком молод. – Это тот старик. Неужели он знает?.. Внезапно я чувствую дикий холод, доходящий до сердца, и застываю. Вы видели когда-нибудь свое тело со стороны? Я вижу. И оно больше не мое. * * *       Время – это одно из измерений, как длинна, высота и ширина. Однако, в этой ловушке изо льда нет ничего. Только вечная тьма. Кажется когда-то меня интересовало, сколько времени прошло, какой сейчас день, час, год, когда я увижу маму? Но сейчас я уже не помню, что такое мама и что значит год. Мое удивление безгранично, когда за стеной моей темницы появляется что-то. Или кто-то. Впервые. И впервые я слышу что-то: - Ку-фу-фу… Так вот ты какой на самом деле, малыш Тсунаеши. Жаль, что ты в этой клетке навсегда.