Печаль в Крипипасте

POV.Автор Бывают дни, когда тебе просто сносит голову, и ты весёлый без видимой на то причины. Но, когда это продолжается несколько месяцев, лучше обратиться к врачу за помощью… POV.Аня Гав-гав! Я собачка! Что… Что? Что это за костюм на мне? Я одета как собачка. Черные шорты с прикрепленным хвостом, который виляет в разные стороны. Спортивный черный топ с белыми отпечатками лап на груди и ободок с ушками… Как я очутилась в комнате Оффа? Я попала в его сон… Мне конец. А сам Офф лежит в постели, и, кажется, ему плохо. Я с опаской подошла ближе. — Эй, — сказала я и потрясла его. Он положил свою руку мне на плечо и сказал: — Это мой последний день… Я умираю, можешь сделать для меня кое-что? — А что именно сделать? — Возьми розу… — совсем забыв, что будет, если я ее возьму, я ее взяла. А он ожил и схватил меня за руки, при этом прижав к стене. Силён, мразь, я даже не могу вырваться! Это бесит, когда все пытаются выебать тебя! — Вот ты и попалась, любовь моя… — Ты ведь в курсе, что это всего лишь сон, и в реальном мире тебе просто не светит? У него появились белые вектора, которыми он пытался снять с меня одежду. — Прекрати! Я тебя не прощу, даже смотреть на тебя не буду, — всю комнату заполонил дым, а когда рассеялся, то я увидела на полу Оффа в виде ребенка лет пяти. Отвратительно, терпеть не могу детей! Я проснулась! Никого нет. Пустота. Тупой сон какой-то! Прислушавшись, я услышала звук пианино. Интересно… Я поднялась на второй этаж. Затем по небольшой лестнице на чердак, но остановилась. Я стояла на лестнице и смотрела на Оффа, который играл очень красивую мелодию, а рядом с ним стояла красивая девушка, которая обнимала его со спины. Стало очень грустно, и я заплакала. Он повернул голову в мою сторону, и я спрыгнула с деревянной лестницы и побежала в комнату, а он за мной. Только я закрыла дверь, он начал стучатся. — Открой! Давай поговорим? — я вспомнила эту мелодию и заплакала сильнее. Она такая грустная! — Ты плачешь? Ну открой мне! Ну как хочешь! — он сломал дверь, и она открылась. — Че тебе тут надо? Я занята, я грущу! — после этих слов я упала на кровать и зарыдала в подушку. — Не плачь, прошу тебя… — че ему надо? Зачем он обнял меня? Что вообще происходит в данный момент? — Может, фильмы посмотрим? — Отстань от меня со своими фильмами. Я умираю от грусти, сейчас не до фильмов, — не целуй меня в шею, вампир проклятый! Но он ведь не вампир… Точняк, надо ведь сопротивляться! — Отстань. Не смей целовать меня! — он улыбнулся. — Ты такая милая, когда злишься! Меня это заводит, продолжай! — значит, это его заводит? Хмм… Я полностью расслабилась и стала пельменем. Он остановился. — Почему ты злишься на меня? Что я такого сделал? Та девка - просто очередная жертва! — Не ори на меня! Почему ты всегда кричишь на меня? Проваливай из комнаты, это мое личное пространство, и не смей нарушать мой покой! — он ушел и хлопнул дверью. А он-то че злится? — Великолепная идея для моего нового романа! — мать моя Якубович! Леха что тут делает? — Ты пишешь романы? — он посмотрел на меня с улыбкой. — Совершенно верно! Я очень знаменит в вашем внутреннем мире! — он знаменитость? — А тот гопарь, который меня убить пытался? — Ой… Он какой-то там мафиози или что-то вроде того… — Жизнь дерьмо, — выпалила я. — Надо радоваться! Не надо напрягаться! — я заметила, что у него голос как у чувака из Галилео… — Ты не писатель, епт! — Валера пришел… — Сам ты не писатель! И это у тебя самого фантазии нет! — Ну что, испугался Лысого? — Валера обиделся. — Ты сама-то его видела? Он совсем чокнулся! Наверняка сама кирпичей наложила? — Нет, я его не боюсь… — Здорова, пацаны… — сказал тот тип в капюшоне. — А это кто такой? — спросила я. — А он наемник! Убивает людей за деньги! — ясно. — А что вы все тут забыли? — Ты открыла портал, и мы решили затусить тут, епт! — Почему вас не видят другие? Мне вот это интересно. И почему ты все время говоришь "епт"? — Мы твои личные демоны, епт! Ты выпустила нас из своего сознания, епт! Можно сказать, мы твои личности, епт! А "епт" я говорю, потому что это привычка, епт! — понятно теперь все. — А почему мои личности парни? Я, вроде как, девушка… — В прошлой жизни ты была мужиком, епт, хороший был чувак. Его все любили и уважали! — а причем тут это? Ну ладно… — Меня Ваня зовут… — сказал наемник. Буду знать. Дверь открылась, и в комнату уверенно зашел Тим. — Тебя Слендер зовет. На чердак. Сейчас. Удачи тебе! — он все еще стоял в комнате. — Вы со мной или тут останетесь? — С тобой, епт! Мы ведь твои личности, епт! — они пошли за мной. — Спасибо за информацию, Наркоман! — сказала я, за что он дал мне подзатыльник. — Гав! — мило сказала я и укусила его за нос. Он вскрикнул и толкнул меня, но я устояла на своих ногах. Я пошла на чердак, а Леха, Валера и Ванек молча шли за мной. Я чихнула. — Будь здорова, епт! — сказал Валера, а он почти нормальный. Я поднялась на чердак. Сленд стоял ко мне спиной и смотрел в маленькое окошко, через которое в комнату вливался теплый свет. — Садись и начинай играть «Турецкий Марш», — отдал он мне приказ, и я, как послушная собачка, начала играть. Трудно смотреть на эту бумажку и одновременно играть. Я забыла, как называется эта бумажка! Может, ноты? Наверное… Из-за этих мыслей я сбилась. Он подошел ко мне с указкой. — Вытяни руки, — сказал он, и я подчинилась. А он меня указкой ударил! После этого я начала играть намного лучше. Но все равно сбилась, и он вновь ударил меня. За час он ударил меня раз пятнадцать. Кисти рук были красные, а вот тут даже кровь есть. Голова резко заболела, и я снова сбилась, при этом схватилась за голову. Тут появился еще один парень. Он был в белой рубашке с бабочкой, во фраке, черных брюках и туфлях. — Здравствуйте, господа! Моё имя Леонард! — сказал он и поклонился. — А ты, наверное, музыкант? Или дворецкий? — Вы правы, я музыкант! Буду рад сыграть что-нибудь для вас! — он надел какие-то перчатки. — Ты опять их видишь? Не отвлекайся и начинай играть. — Ты мне никто, поэтому я не буду играть. Обломись, красивый монстр, — а вот про красоту это я зря… Надо же было выпалить такое. Теперь он знает, что я считаю его привлекательным… — Я сказал играй! Сейчас же! — Я не собираюсь подчиняться тебе, можешь пойти нахер! — заявила я. Валера смеялся. — Перестань выпендриваться и делай, что я скажу! — ой, какие мы злые! Он схватил меня за руку и ударил по ней указкой. — Не бей меня! Я маме все расскажу! А… Точно… — Твоя мать мертва. Она попала в аварию, — э… В смысле? — Не обманывай меня. Это не смешно. — Это не шутки. Я все не мог тебе это сказать. — Когда это произошло? — слезы текли сами по себе. — Две недели назад. Поэтому я и пытался хоть как-то позаботится о тебе, — позаботится? Как о бедном щенке, который остался совсем один? Теперь у меня даже матери нет. Я посмотрела на парней. Леонардо еле сдерживал слезы. Ване было плевать. А Валера плакал в плечо Лехе. — Мне очень жаль! — крикнул Валера и зарыдал еще сильнее. Грустно… Слендер протянул мне черные перчатки, как у Леонардо. — Зачем мне это? — Чтобы ты все в уголь не превратила, — я надела их и просто уставилась в пустоту. Кровавые слезы капали на белые клавиши пианино. — Теперь можешь идти. Как успокоишься, зайди ко мне в кабинет, я должен кое-что тебе рассказать, — я пошла к себе. Ко мне подбежали радостная Салли и Джейн. — Ты чего плачешь? Что-то случилось? — Да так, чет грустно стало. А вы что-то хотели? — Да, нет, ничего мы не хотели, — они ушли. Пойду побегаю, что ли. — На пробежку! — сказала я, а Салли это услышала и крикнула: — А дай соревнования устроим? Я пойду мальчиков позову! — она убежала. Я вернулась в комнату, надела спортивные лосины, кроссовки, толстовку и шапку! Шапка - это очень важно! — Соревнования будут проходить в виде эстафеты! Вы бежите, передаете эстафету и отдыхаете! Набирайте команду! — сказал, на мое удивление, Офф. Было две команды. Моя и Жука. В команде его был Джек, Бен, Тоби. А в моей - я. — Ты побежишь одна, против всех? - спросил любитель роз. Я тем временем разминалась. — Да. Мне не нужна команда, — я закончила разминку и вышла на улицу. — А так даже интереснее. Мы все равно уделаем какую-то там девчонку! — заявил Жук, я усмехнулась и подошла к нему. — Ну, удачи вам, сосунки… — я встала на линию, с которой я и Жук начинали стартовать. Его команда уже ушла и встала на позиции. — Я буду бежать медленнее, чтобы ты не расстраивалась! — идиот… Я чемпионат России выигрывала, а он мне тут еще вякает. Я решила начать с низкого старта. Тим выстрелил, и мы побежали. В крови поднялся адреналин, и у меня, наверное, даже зрачки расширились. Я с легкостью обогнала его, а он что-то крикнул и догнал меня. Мы бежали на одном уровне. Вдалеке виднеется поле, там стоит Эльф. Я словно пушинка! Мне так легко бегать! Жук запнулся и, выкрикивая маты, упал. А я уже пробежала мимо Эльфа. Какое красивое поле! Кажется, я спятила, так как засмеялась… Я засмеялась! Это, скорее всего, безумный смех! Ноги немного устали, но мысль о том, что я выиграю, прогнала усталость и боль. У меня иногда на соревнованиях такое было. Вот и озеро. А тут Джек стоит. Я пробежала мимо него и секунд через пять услышала, как он начал бежать. А он быстрый, но не быстрее меня! Эта мысль заставила меня смеяться, но мне не было весело. Я выдохнула и ускорилась. Я словно молния! Я обежала вокруг озера и увидела Тоби, который улыбался и махал мне рукой. И вот я снова на тропе! А за мной мчится Тоби. Они поставили его на самую длинную дистанцию. Между деревьями стоял Слендер и смотрел на нас. Ноги побаливают. Ну, это естественно, я ведь долго не занималась… Деревья? Почему они поваленные? Не проблема! Прыжок, и еще один прыжок, и еще один. А вот и дом! Я пересекла линию, а секунд через десять прибежал Тоби. Все молчат. — Вас четверых уделала девчонка! Так она еще и младше вас! — Офф начал смеяться, а за ним засмеялись все. Надо еще круга два намотать. Сейчас, отдышусь только… — Быстрая ты. Долго занимаешься? — спросил Джек. — С тринадцати лет. Удачи, — я медленно побежала дальше. Не знаю, что на меня нашло, но я свернула и рванула к старому дубу. Уж сильно он меня притягивал своей красотой. Было в нем что-то такое необычное, что хотелось просто молча сидеть под ним и думать о прекрасном. И вот, когда я вышла на поле, то увидела фонд. Что он тут делает? Надо остальным сказать. Я побежала обратно, но олень перегородил мне дорогу. Я пыталась обойти его, но он словно не хотел, чтобы я уходила. Он взял в зубы край моей кофты и повел на поляну. — Ты что делаешь? Они же убьют меня! — крикнула я на него, но он только быстрее повел меня. Там было агентов пятьдесят. Трое ученых стояли прямо под деревом, а остальные ходили с автоматами по поляне. Олень жалобно посмотрел на меня и в моей голове раздались голоса. — Отомсти им за нас… — говорили это дети. Они тоже убивали детей? Я запуталась… Но раз они просят помощи, то я им ее дам. Что я несу… На меня напала грусть и несусветная печаль. Я медленно пошла к дубу. Один паренек наставил на меня пушку. — Стоять! Руки вверх! — крикнул он. Я остановилась и подняла руки. Он подошел ближе, положил автомат и начал осматривать меня. Я пнула его в лицо и схватила оружие. — Гитлер капут! — крикнула я и застрелила его. Я стояла и стреляла в остальных, а когда патроны закончились, мне пришлось нападать на них! Они все в шлемах! Не могу дотронуться до их кожи! Но мне ведь и не надо… Стоит мне коснуться даже их костюма, как они превращаются в пепел. Но вот, чтобы они полностью стали пеплом, нужно держать их примерно секунд тридцать. А за это время меня пытались подстрелить. Приходилось использовать некоторых как живой щит. Ай! Дротик в задницу - это всегда больно. Я собрала свои последние силы в кулак, подбежала к ученым и схватила их за горла. Они начали орать от боли, как маленькие девочки. А где третий? На поле валялись кучки пепла, и где-то лежали органы и части тела, которые не успели стать пеплом. Я обернулась и увидела того мужика, который пытал меня. Как его там зовут? Сэм. Ну, это просто на бейджике написано. — Значит, ты не одна из этих монстров? И ты не знаешь, где их логово? — я упала на пятую точку. — Нет, не знаю! Я живу в России и иногда оказываюсь непонятно где. Может, расскажешь, что это за логово? — он улыбнулся и сел рядом на колени. Когда он побреется? Его щетина меня раздражает. — Раз не знаешь, то тебе и не надо, а теперь соизвольте пойти со мной? — я упала на спину, и меня начало клонить в сон… Я сделала все, что могла для них… — Ну же, просыпайся, принцесса! — сказал Сэм, и я еле как открыла глаза. Я сидела за железным столом. На мне была оранжевая тюремная форма. На руках и ногах были железные кандалы. Очень странные кандалы на руках… Я не могу руками шевелить. У Сэма были расстегнуты верхние пуговицы рубашки, и он, откинувшись на спинку стула, начал курить. Я зевнула. — Не спать! — сказал он и тоже зевнул. А я зевнула из-за того, что он зевнул. Мы сидели и, смотря друг другу в глаза, молчали. — Расскажи мне все, и я отпущу тебя, — отпустит он меня, конечно. Посадит в камеру и все. Я молчала и смотрела в его лицо. Красивый парень, зачем на такую работу устроился? Мог бы актером быть. У него усталые глаза. Они сами уже закрываются. Мне его жалко. Он, наверное, работает днями напролет и не спит. — Ляг поспи. Ты устал, — сказала я. Надо позаботиться о нем, а то помрет. Но мне ведь и надо, чтобы он умер… Что со мной происходит. — Не надо о мне заботиться, — строго сказал он. — Но если не я, то кто о тебе тогда позаботится? Поспи, а потом продолжим, — он усмехнулся, взял меня за руку и положил голову на стол. — Ты такая добрая, я бы встречался с тобой, — сказал он немного писклявым голосом и уснул. Его доверие я, кажется, завоевала. Теперь надо думать, как мне отсюда смыться…