Заветные три слова

***

      В тёмной комнате стоял большой круглый стол, который занимал большую половину пространства. Лишь маленький луч солнца смог пробраться через плотные шторы. Благодаря небольшому количеству солнца в помещении, можно разглядеть маленькие глянцевые фотографии на столе. На них были изображены счастливые ребята, будто они и вовсе не знают что такое грусть. Если хорошо приглядеться, то можно заметить знакомые лица: сияющие глаза Маринетт, вечно улыбающаяся Алья, Нино и Адриан, будто братья обнимают друг другу и Мария, облачённая ещё в школьную форму. Вот только, есть одно но. На фотографии с Алей чёрным маркером был помечен крест, будто ее больше нет.

***

      Парень расхаживал по комнате из угла в угол, ладони то сжимались в кулак, то разжимались. Он понимал, что сейчас действовать так, как он делал раньше скорее всего не получится. Конечно, он был в курсе случившегося с его Маринетт, и он, естественно, был невероятно зол. Зол на тех, кто ей не помог. Точнее на того. Этот слащавый блондин постоянно мешался в налаживании отношений с его дорогой Маринетт, находясь в пяти тысячах милях от них. Ему было противно признавать, что этот самый человек был настолько похож на него, что пришлось лишиться своего блестящего блонда и, перекраситься в такой ненавистный, для него, черный. Все, лишь бы не быть похожим на него. Но даже так, Маринетт не осталась с ним. Он понимал, что от "части", это его вина, но свое же самолюбие не давало ему это признать. - Она просто еще не поняла, что все еще любит меня, - он бормотал себе под нос, - вот если бы я мог показать все, на что способен... После этой фразы молодой человек остановился посреди комнаты, будто вспомнил что-то очень важное. Так и было. Брюнет в один шаг пересек комнату и остановился возле небольшого комодика. Он лихорадочно открывал ящики, поднимая клубы залежавшейся пыли, чертыхался под нос, глаза слезились от количества грязи в воздухе. Но в воздухе ли? в последнем ящике было двойное дно, обломанными ногтями он подцепил крышку, не с первого раза, конечно, под деревянной дощечкой лежала шкатулка.       Деревянная шкатулка была украшена красивыми завитками. Проведя указательным пальцем по самому большому завитку в центре, Манто усмехнулся. Давненько он нашел ее, но так и не решился использовать содержимое, боясь, что не сможет остановиться. Но сейчас, другого выбора нет, либо он открывает ее и борется за свое счастье с Маринетт, либо принимает поражение, которое сильно заденет его самооценку. Дрянной Адриан.

***

      Над прекрасным городом любви вставало утреннее солнце. Улицы по-тихоньку заполнялись ароматами цветов и свежего хлеба. доносящихся из парков и только начавших свою работу пекарен. А по крышам Парижа устроил дикий забег кто-то не известный. Оранжевый костюм ярко выделялся на фоне голубого неба, в черных волосах бликами играли розовые краски рассвета. Новый герой? Его не видел никто, его не знал никто. Пока что...       Маринетт встала с постели на удивление свежей и бодрой, будто и не было двух акум за день, будто не было того позора в школе, будто не было ничего. Единственное, что в голове было - Адриан = Кот, Кот = Адриан и она любит их обоих, она любит его. Полностью. Без остатка. Она готова отдавать ему все свои чувства, готова весь мир отдать ему. Она ощущала, что вот-вот взлетит и, вскочив с кровати, закружилась по комнате. Но буквально через пару минут ее-таки вернули с небес на землю. - Маринетт Дюпен-Чен! А ну быстро в постель, ты еще не восстановилась полностью, тебе нельзя перенапрягаться. - грозная Алья поправила очки, сверкнувшие в свете солнца. Вот чего не хватало Мари все эти долгие пять лет - заботы своей лучшей подруги. - И тебе доброе утро, дорогая, - слащавым голосом пропела дизайнер, - Я прекрасно себя чувствую, можешь не волноваться, - подбежав и обняв со спины свою подругу, девушка начала немного покачиваться из стороны в сторону. Беззаботность - вот, что ей сейчас не хватало. - Я удивлена, как быстро ты пришла в себя, - покачиваясь в такт своей подруге, которая находилась довольно в хорошем расположении духа, Алья обхватила ладони девушки своими руками, - Но тебе все же стоит отлежаться, уверена, тебе скоро придется выходить на работу, - усмехнувшись своим же словам, девушка повела брюнетку к кровати, - Именно поэтому тебе стоит отдохнуть. - Поверь, мне больше не нужно постоянно лежать, мне нужно двигаться. - Маринетт по детски надула губы, на что ее подруга лишь закатила глаза, но сдалась. Дизайнер переоделась и быстро спустилась вниз. Порхая между мебелью, она кружилась в своем танце. На столике стояла кружка кофе и пара свежих круассанов. Она уселась на стул и наблюдала, как Ни но ловко справлялся с утварью на их кухне. - Мари! Доброе утро! Смотрю ты уже как огурчик! - Нино приветливо улыбнулся своей подруге. Он был рад, что с ней все в порядке. - Да! - откусывая небольшой кусочек от свежего круассана, Маринетт ответно улыбнулась. Алья спустилась и подошла к ним. Они разговаривали, как в старые добрые. Обо всем и ни о чем. Пока их беседу не прервал маячок на телефоне Альи. - О боже! Кто-то видел какого-то нового героя! - журналистка вскочила со своего места и рванула к сумке, набирая чей-то номер. Маринетт, услышав это, подавилась своим кофе. Она смотрела как ее подруга исчезала в дверях пекарни.

***

      Манто или Ренард стоял на Нотр-даме, он смотрел вниз, чувствовал власть, он знал, что теперь он может все. Теперь, он заберет ту, кто принадлежит ему. Сладкая Маринетт.