Золочёные лилии

Тиана

      Кто бы мог подумать, что семейные ужины могут стать такими напряжёнными. Тиана без воодушевления взирала на кролика, фаршированного грибами, перепелов с яблоками, сдобренную мёдом ветчину, варёных крабов и улиток под острым соусом. Продовольствие в столицу почти не поступало из-за того, что Тиреллы перекрыли Дорогу Роз, но Джоффри не желал себя ограничивать, приказав готовить блюда в тех же количествах для королевской семьи. Принцесса пригубила лёгкое фруктовое вино, ожидая, когда подадут десерт.       Сидящая почти напротив Санса также явно чувствовала себя неважно. Тиана почти ощущала, с каким напряжением северянка заталкивает в себя каждый кусочек крольчатины. Впрочем, винить её в этом едва ли стоило: сидеть за одним столом с убийцей отца и его семьёй – удовольствие, должно быть, сомнительное. Один вид девицы Старк вызывал жалость, а ещё желание обнять и прошептать, что всё будет хорошо. Мягкосердечная Джеллиса так бы и поступила, но Тиана понимала: хорошо для Сансы едва ли теперь будет, а кормить её пустыми обещаниями – непорядочно. Впрочем, стоит поговорить с ней, наконец. Северянка напугана, сломлена и совершенно одинока. А с будущей невесткой стоит иметь доверительные отношения: птицы с отрезанными крыльями склонны больно клеваться.       – Тия, а на ваши именины будет турнир? — подал голос сидящий справа от старшей сестры Томмен, который вот уже несколько минут раскладывал по тарелке косточки в ожидании своих любимых вишнёвых пирожных.       – Конечно, милый, — кивнула она. — Только он будет меньше, чем прошлый.       – А можно мне тоже участвовать? — у мальчика загорелись глаза.       – Это как решит наша мать…       – Вздор! Ты и на коне едва держишься — какой же из тебя рыцарь! — Джоффри скривился. Он сегодня недостатком аппетита не страдал, чувством вины не мучился и вообще чувствовал себя прекрасно. Ещё бы не прибыли несколько дней назад вести с Севера о коронации Робба Старка, и братец не был бы так раздражителен, а у Сансы не появились бы новые синяки. Всё же хорошо, что Тиана решила не дарить брату кинжал. Не дай Семеро, испробовал бы его на невесте…       – А я думаю, что Томмен вполне может оседлать пони и наделать копьём дырок в соломенном чучеле. С этого начинали все прославленные рыцари, — девушка ободряюще улыбнулась младшему брату.       – Матушка, позволь участвовать! Пожалуйста! — мальчик нетерпеливо заёрзал на стуле, умоляюще глядя на королеву.       – Ну хорошо, — сдалась женщина, под умильными взглядами трёх своих детей, — только сядь спокойно.       – Это прекрасно! Я подарю тебе свой платок и стану твоей дамой, — Мирцелла расплылась в улыбке, на что Джоффри только фыркнул.       – Я буду болеть за тебя, мой маленький принц! — Тиана подняла кубок, ободряюще подмигнув счастливому Томмену. — Да и леди Санса, я уверена, тоже. Не правда ли? — обратилась она к молчавшей до этого момента северянке. Та подняла голову, испуганно пробежала взглядом по присутствующим и тихо выдавила из себя:       – Без сомнения, Его Высочество достойно проявит себя. Я всем сердцем буду поддерживать его на турнире, - по её губам скользнула бледная улыбка в ответ на одобрительный кивок Тианы и забавно-воинственный выпад вилкой в исполнении Томмена.       – Так значит, твоё сердце верно не только мне, но и находит время волноваться за моего брата, да ещё и на празднике в мою честь? — медленно произнёс Джоффри, откидываясь на высокую спинку стула и пристально разглядывая невесту. В его зелёных глазах пока не было злости, и всё зависело от удачности ответа Сансы. Тиана чуть нахмурилась, поражаясь способности близнеца найти даже в невинных словах подтекст. Вероятно, ужин без поддевания северянки показался ему слишком скучным. Да и праздник будет не только в его честь! Как это похоже на брата: считать их совместные именины только своими. Несколько лет назад он поплатился за это купанием в пруду из-за якобы нечаянной подножки сестрицы. Ох, и кричала тогда на Тиану королева-мать! Но лишение подарка с лихвой окупалось плачевным видом близнеца, вылезшего из воды в испорченном новом дублете.       – Моё сердце принадлежит лишь вам, светлейший государь, — кротко отозвалась Санса. — Я верная ваша подданная.       – Так-то лучше, — кивнул король, довольный ответом. Тиане показалось, что Санса выдохнула от облегчения и вновь опустила взгляд в тарелку.       Внесли десерт, и все на некоторое время умолкли, лакомясь маленькими пирожками со всевозможными начинками, слоёными пирожными с вишней и запечёнными в карамели яблоками. Тиана потянулась за пирожным для Томмена, блюдо с которыми нерасторопные слуги поставили слишком далеко от маленького принца. Длинный рукав тёмно-коричневого платья, без вышивки с одним лишь кружевом, пришлось поддерживать, чтобы не задеть блюда на столе.       – Твои наряды слишком тёмные, — голос Джоффри заставил вздрогнуть и перевести взгляд на брата, следящего за её движениями со странным выражением. Она протянула пирожное Томмену и с вызовом произнесла:       – Я ношу траур по отцу так же, как и матушка. Мы любили его.       Мы… Тиана слишком хорошо помнила, что близнец не потрудился даже формально почтить умершего отца, нарядившись на коронацию как павлин. Алая парча, роскошная золотая вышивка и драгоценные камни и сейчас были на нём. А ведь юноша рыдал навзрыд у постели умирающего… чтобы потом выйти и холодно произнести: «Теперь король я».       – Чёрный цвет никак не поможет покойнику, а я желаю видеть тебя в ярких платьях. Они идут тебе намного больше. А матушка, так и быть, может носить свой траур. Всё равно после смерти мужа на неё никто не посмотрит.       За столом воцарилось молчание. Пирожок замер в руке Тианы, и девушка поражённо взглянула на брата. Это он сейчас на полном серьёзе сказал?! Принцесса не знала, что и ответить на эту реплику, и матушка, похоже, тоже. Женщина выглядела так, словно проглотила кол. Нестерпимое желание что-нибудь кинуть в лицо близнеца возникло резко и заставило сжать пирожок так, что начинка закапала на тарелку.       Это слишком, Джоффри, даже для тебя.       – А ты, брат мой, участвуешь в турнире? — сменила тему Тиана, заставив его вскинуть брови.       – Я король, и подобное занятие не для меня.       – Жаль. Наш покойный отец-король всегда был не прочь поучаствовать в состязаниях. Слава о его храбрости и силе будет жить века. Я надеялась, что ты покажешь Томмену, как следует держать копьё и выбивать соперников из сёдел, если, конечно, не забыл сам, как это делать, — елейным голоском пропела Тиана, с мстительным удовольствием наблюдая, как разгораются щёки и шея брата-близнеца.       – Его противником будет соломенное чучело, а не рыцарь.       – Я уверена, второе чучело найдут без труда, — девушка отправила в рот ягодку вишни, сладкую как месть. – Или боишься по нему не попасть? Да, это было бы весьма прискорбно.       – Ты вздумала посмеяться надо мной?! — гневно воскликнул Джоффри, вскакивая и едва не роняя стул. Его глаза прожигали невозмутимую сестру.       Мирцелла и Томмен испуганно переводили взгляды со старшей сестры к брату. Санса ещё ниже склонилась над своей тарелкой, явно желая стать незаметнее. Тиана изучала нож, стиснутый в руке брата. Это было даже забавно. Их перепалки были делом обычным. Близнецы всегда находили, о чём поспорить, и периоды затишья сменялись взаимными подначками. Но за нож Джоффри хватался впервые. Поднабрался храбрости с бессловесной Сансой и решил попугать сестру? Не ту он выбрал себе жертву в этот раз…       – Джоффри, Тиана… — примиряюще начала было матушка, но девушка перебила её:       – Прошу прощения, если мой брат усмотрел в моих речах нечто оскорбительное. У меня и в мыслях такого не было. Неужели он всерьёз воспринял мои слова о своём воинском умении? — за сладким тоном угадывалась издевка, и Джоффри её уловил. Жаль дядюшки Тириона нет в столице — уж его бы эта ситуация позабавила, и он не пытался бы потушить дикий огонь ведром воды, как это делала королева-мать.       – Пойду, пожалуй, в свои покои. Доброго вечера всем, — Тиана поднялась из-за стола, поклонилась, и направилась к выходу.       – Я тебя не отпускал! Вернись сейчас же! Я твой король! — зарычал Джоффри.       – Ты мой брат, — небрежно отозвалась принцесса и, сверкнув лукаво глазами, исчезла за дверью.

***

      Тиана не пошла в свои покои, а свернула в садик Мирцеллы. Илана сегодня с раннего утра была не в настроении, а Джелл гоняла служанок и портниху, которые перешивали для неё нелюбимое платье принцессы, поэтому составить компанию Тиане было некому. Вендаи не хватало особенно остро. Как наяву дочь Серсеи видела проницательные тёмные глаза подруги. Уж та бы верно покачала головой и укорила за недостойное принцессы поведение. Послушная дочь, она отправилась с родителями, оставив лишь клочок бумаги потерянной принцессе, а те уехали с Ренли… Вполне возможно, что это решение было единственно правильным, и, глядя на братьев Редвин, Тиана не могла не думать о том, что останься Вендая в столице, непременно бы оказалась в положении пленницы, гаранта, что Эстермонты не наделают глупостей. Но сердце отказывалось слушать доводы разума, и обида, совершенно детская и не достойная принцессы Вестероса, скреблась в душе. Скучает ли Вендая так же, как скучает Тиана, или забыла обо всём при дворе полном Роз с тщеславной Маргери во главе? А, может, и вовсе стала фрейлиной жены Ренли? Принцесса понимала, что всё это глупости, но остановиться не могла.       Просидев на скамейке около часа наедине с воспоминаниями и тревогами, девушка решила пойти в свои покои. Раскланялась со встречными придворными и едва не была сбита с ног перепуганной горничной. Своей собственной горничной.       – Ваше Высочество, Ваше Высочество, прошу скорее! Там, у ваших покоев… — затараторила бледная как полотно девка, таща растерянную принцессу за собой. Что могло случиться? Что?! Прислуга указала пальцем за поворот, останавливаясь и прикладывая руки к приоткрытым губам. Тиана ускорила шаг. Сердце колотилось в груди, в голове били барабаны. Услышав за поворотом голоса и сдавленные женские всхлипывания, она похолодела. Голоса были ей знакомы. От того чтобы броситься бежать её удерживало лишь воспитание. Девушка завернула за угол и упёрла руки в бока:       – Что здесь происходит?       Джоффри повернулся к ней и довольно осклабился, ничуть не удивлённый и не встревоженный её появлением. Тиане даже показалось, что он её ждал. Джеллиса, завидев подругу, дёрнулась было к ней, но король рывком за руку вернул её к себе. Фрейлина всхлипнула и закусила и без того кровоточащую губу. По её щекам катились слёзы, а глаза глядели умоляюще.       – А вот и ты, сестрица. Эта девка посмела оскорбить меня, — торжествующий вид короля никак не вязался с его словами, и принцесса совсем запуталась, переводя потерянный взгляд с близнеца к перепуганной подруге.       – Нет-нет, Ваша Светлость… — отчаянно залепетала Джеллиса, мотая головой, — я не…       – Заткнись! — звонкая пощёчина заставила Тиану вздрогнуть, а голову фрейлины дёрнуться в сторону.       – Сир Меррин, проявила она ко мне неуважение? — Джоффри покосился на одного из стоявших за его спиной белогвардейцев.       – Да, светлейший государь.       – Джоффри, отпусти её… — осторожно начала Тиана, пытаясь удержать растущий в груди гнев. Ей уже приходилось видеть правосудие брата, а о его легко уязвимой гордости она знала с детских лет. Что, Семерых ради, Джеллиса умудрилась сказать королю?! И как её теперь вытащить из пасти льва?       – Отпустить? И почему же? Неуважение к королю — это преступление, а за ним должно следовать наказание, — глаза Джоффри загорелись в предвкушении, самодовольная улыбка искривила красивые черты. — Ей следовало бы отрезать язык.       – Нет! — воскликнула Тиана. Даже брат не смел трогать её подруг! — Я… я сама накажу её… Только отпусти Джелл, Джоффри, прошу!       – Слова твоей… Джелл, — почти ласково произнёс имя близнец, — так дерзки были… И откуда только дочка мелкого лордика набралась их?.. А, может, это её госпожа не питает ко мне должного уважения? — прищурился король, и Тиане стало очевидно, что всё это представление — лишь месть за её дерзкие слова за обедом. Она сжала руку в кулак, но глаз не отвела. Если она покажет слабость, Джеллисе не жить. К счастью, брат решил, что на этот раз достаточно.       – Что ж, она твоя! Но я не буду более так милосерден, если впредь она не станет почтительнее. Всё ради тебя, моя милая сестра, — произнёс Джоффри, глядя прямо в глаза Тиане, а затем брезгливо оттолкнул от себя Джеллису. Та упала на колени, сдавленно всхлипывая. — Я надеюсь, нам не придётся видеться ещё раз при таких прискорбных обстоятельствах.       Принцесса, с сердцем, бьющимся у горла, проследила за удаляющимися братом и королевскими гвардейцами, а затем склонилась к подруге:       – Джелл, вставай. Всё хорошо, всё закончилось…       Голос не выдал внутренней дрожи, чему оставалось лишь радоваться. Джеллиса повисла на принцессе, уткнувшись той в плечо и трясясь от пережитого.       – Я ничего ему такого не говорила, клянусь! — рыдала она.       – Я знаю, милая, знаю, — гладила её по голове Тиана. Тяжкие мысли вертелись в голове. Намёки Джоффри были более чем прозрачны: если она позволит себе лишнее, пострадают её фрейлины.       «А ты поумнел, Джофф, — с ожесточением подумала девушка. — Мой любимый братец. Мой ненавистный король».