Пророчество о наследнице

      В точности как и предрекал Дэмиан, Кейтлин появилась из-за щитов спустя пару часов. Уныло опустив голову, она брела по мраморному полу вдоль книжных полок, а взгляд ее без интереса следовал за витым рисунком на камне. Никиас украдкой проследил, как его госпожа в растерянности остановилась возле одной из полок, проведя пальцем по корешкам книг, а затем рассеянно коснулась собственных губ, что-то неслышно бормоча себе под нос. Судя по ее угрюмому виду, можно было догадаться, что Кейтлин не добилась успехов в своих поисках.       — Госпожа, я могу вам помочь? — вежливым голосом предложил Никиас, видя ее такой расстроенной. Однако резкий взгляд сощуренных глаз в его сторону окатил такой волной ярости, что у Никиаса перехватило дыхание.       — Выпрыгни из окна, — от ее спокойного тона стало жутко, словно она попросила передать книгу. Один лишь взгляд в его сторону — и в серых глазах вспыхивал неконтролируемый гнев, черными искрами рассыпающийся в стальной радужке. Кейтлин и правда ненавидела его больше всех на свете.       — Ты совсем как ребенок, — вздохнул Дэмиан. Ответом ему стал уничтожающий взор наследницы, однако тот даже не обернулся. Вытащив с полки толстую книгу, Грей опустился на мраморный пол, поджал ноги под себя и уткнулся взглядом в пожелтевшие страницы. Черные буквы мягкими завитками струились по бумаге, словно тонкие змеи рисовали изящные буквы на песке. Однако содержание их не было таким же приятным.       — Почему я ребенок? — насупилась Кейтлин и подошла ближе. Дэмиан сидел возле одной из полок и с интересом просматривал содержание старинной книги. Кожаный переплет ее в прошлом, должно быть, был весьма богатым, однако с течением времени цвет поблек, а мягка кожа покрылась заломами и потертостями.       — Твое поведение, — невозмутимо констатировал колдун и на мгновение поднял голову, пересекаясь с Кейт взглядами. — Разозлилась, хоть и не можешь выразить словами на что, а теперь огрызаешься на каждое слово. Чисто детское поведение.       — Не твое дело, — проворчала Кейтлин и повернулась к книгам, перебирая пальцами по корешкам. Никиас приблизился к ней и замер в нескольких шагах, тревожась за ее самочувствие. Даже издалека он заметил, как плечи ее непроизвольно опустились, демонстрируя величину подавленности. Ей сейчас так тяжело переживать все трудности в одиночку, и все же тот единственный человек, кто мог ее поддержать, является сейчас причиной ее беспокойства.       — И что за глупость? — вздохнул Дэмиан, не отрываясь от чтения. Кейтлин опустила глаза на него. — Отказываться от единственной помощи.       — Да ты же сам одиночка! — фыркнула Кейт и отвернулась. — Не слишком лицемерно говорить мне такое?       Дэмиан прыснул в кулак, а следом громко рассмеялся в голос. Кейтлин непроизвольно вздрогнула и обернулась на него, не ожидая подобной реакции. Наверное она впервые видит его такой открытый смех. Колдун лениво взглянул на нее, продолжая весело смеяться. Вот только глаза его, казалось, потемневшие до угля, по-прежнему сохраняли холодность.       — Да, это так. Я попрекаю тебя тем, от чего сам не желаю отказываться, — кивнул он, резко сменившись в лице. Улыбка на его губах рассыпалась так резко, словно ее никогда и не было, а на смену пришел грозный оскал.       Кейтлин отшатнулась. Дэмиан был неимоверно зол, и в последний раз она видела его таким еще в том мире, когда заикнулась про птиц. Как же давно это было. Словно возвращая ее в тот день, вязкая холодная аура его гнева тонкими струйками магии потекла по полу, заполняя собой каждый дюйм свободного пространства. Кейтлин испуганно попятилась, боясь встречаться с его силой. Впервые после столь долгого путешествия вместе с ним Кейтлин на самом деле испугалась его исполненного гневом взгляда.       — Дэмиан? — осторожно позвала она и закусила губу, чтобы не закричать. — Извини меня…       — Страшно? Ты слаба, так же как и в день нашей встречи, — усмехнулся колдун, и голос его внезапно понизился до угрожающего, окатив волной презрения. — И даже за этими щитами, куда я не могу пройти, ты все равно дрожишь от страха.       — Нет… я… — Кейтлин отвернулась, не в силах больше выдерживать его тяжелый взгляд и удушающую ауру. На груди словно лежал камень, дыхание сбивалось, горло сжималось, словно его сдавливали тисками. Что бы они ни говорили, от их слов всегда исходит столько власти. Дэмиан, как и Никиас, одним лишь взглядом способен поставить любого на место, настолько сильна их сила воли.       «Я никогда не обладала такой волей. И даже сейчас, приняв магию медальона, я все еще так слаба, что Дэмиан полностью завладел моими страхами…»       — Кейтлин, я снова предлагаю помощь, — Никиас подошел к щиту и осторожно коснулся его поверхности, предупредительно замерцавшей красным светом. Но ему совсем не было дела до той опасности, которой он сам себя подвергал. Взволнованный взгляд и болезненные мысли его госпожи разжигали огонь в душе, и никакие угрозы не могли остановить его от безумств, только бы хоть капельку поддержать возлюбленную.       Однако опасность была по-настоящему реальна. Магические щиты — они были созданы много тысячелетий назад величайшими магами того времени с целью не допустить посторонних к тем предметам, которые они скрывали. Словно идеальный стражник, они могли защитить что угодно, были несокрушимы и неподкупны, их невозможно обмануть или проскользнуть мимо незамеченным. Каждый щит был предназначен для своих целей. Многие из них были вполне безобидными — за такими обычно прятали не самые опасные или ценные вещи. Через такие мог пройти любой маг, а для остальных такой щит был вроде прозрачной стены.       А вот другие, пропускающие лишь тех, кто обладает требуемой магией, могли быть в различной степени опасны для любого, кто решит нарушить правила. Для прохода через одни была нужна магия созидания, для других — разрушения, были и те, которые пропускали лишь владельцев обеих сил, а некоторые впускали лишь колдунов или пророков. При приближении неподходящего человека все эти щиты предупреждали о себе мерцанием, вибрацией, треском либо шумом, а нарушители могли даже поплатиться жизнью за вторжение.       — Госпожа! — крикнул Никиас, приблизившись почти вплотную к щиту. Угрожающий красный цвет стал в разы интенсивнее, послышался пронзительный писк. Воздух в комнате начал потихоньку нагреваться, словно щит охватывает пламя. Никиас стиснул зубы и ударил кулаком по невидимой стене. Кейтлин даже не смотрела в его сторону, а так хотелось схватить ее за руку и поклясться, что в ее жизни больше никогда не останется места сомнениям.       — Никиас! Уходи! — вскрикнул Дэмиан, тут же бросившись к нему и с силой отталкивая в сторону. Писк резко усилился, колдун медленно поднял руки, мелкими шагами отступая назад. Едва ощутимая магия сорвалась с его пальцев и коснулась щита. Температура вокруг него тут же начала падать, а ослепляющий красный начал понемногу рассеиваться.       Никиас отошел в сторону и прижал руку к губам, не в силах смотреть на щит. Проклятье, неужели он действительно так рвался к Кейтлин, что чуть не пожертвовал их жизнями? Ведь никто не знает, каким образом поведет себя тот или иной барьер, если нарушить его границы. И нет гарантий, что взрыв не затронул бы и его возлюбленную, если вообще не разнес в щепки весь дворец.       — Что за?.. — Кейтлин обернулась на странный шум и буквально застыла на месте. Пронзительный писк бил по ушам, а красный туман напоминал стену пламени, от которой исходил опаляющий жар. Он не сможет пройти! Только пророки… Кейтлин бросилась вперед: — Дэмиан!       — Не подходи! — тут же закричал он, продолжая отступать. Кейтлин замерла в паре футов от щита, однако дыхание ее продолжало вырываться из груди рваными выдохами. — Это твоя глупость привела к такому! Твое желание довериться медальону!       — Твоя любовь… иллюзия… ты же хотела… вернуть свою жизнь…       Магия вновь нашептывала слова, идущие из глубины подсознания. Голова раскалывалась на части. Решение, казалось, лежало прямо на поверхности, но все никак не удавалось его схватить. Кейтлин обхватила голову руками и рухнула на колени. Сердце обливалось слезами, и хотелось вторить ему безудержными рыданиями. Почему… ну почему всякий раз так больно?       — Госпожа, умоляю вас! — Никиас протянул к ней ладонь, не осмеливаясь больше подходить к щиту. Кейтлин открыла глаза, и взгляд ее вонзился в Никиаса подобно ядовитой стреле. Писк понемногу исчез, а красный свет и жар начали меркнуть. Дэмиан облегченно выдохнул, спокойно возвращаясь к прерванному занятию. Ему больше нечего было добавить сверх того, что он уже сказал.       Кейтлин не могла оторвать глаз от Никиаса, околдованная голосом магии. Это они были виноваты в том, что ей пришлось терпеть всю эту боль и отчаяние. По их вине сердце замирает в томлении и страдает от одиночества. Никиас, он заставил ее влюбиться, украл душу, а затем заявил, что она его госпожа, и вместе им никогда не быть. Он показал ей, как сильно можно нуждаться в чьих-то прикосновениях, заставил жаждать чужого тепла. Разрушил такой привычный уклад жизни, возникнув, как гром среди ясного неба.       — Ненавижу тебя, — прошептала Кейтлин, яростно сверкнув глазами. — Дай мне насладиться твоей смертью.       — Простите, госпожа, но этот приказ не может быть исполнен, — невозмутимо пояснил Никиас и склонил голову в почтении. Холодный взгляд, так похожий на сталь, обрушился на плечи подобно тяжеленной металлической плите. — Ваш отец будет недоволен.       Сжав зубы до хруста, Кейтлин поднялась с колен, медленно двинулась вперед, с легкостью преодолевая щиты. Ее уникальная магия позволяла свободно перемещаться там, где никто больше не мог. К величайшему сожалению, она оказалась единственным за последние сотни лет пророком, и лишь появление последнего дракона позволило ее магии проявиться. Внезапный дар стал для нее же проклятием, закрывшим все пути к ее будущему с любимым человеком. Ни сбежать, ни отказаться. Она навсегда погребена под сводом регламента и собственной магии.       Отыскав глазами цель, Кейтлин бесстрастно прошла мимо Никиаса, даже не взглянув в его сторону, и плавным движением села около колдуна, без интереса заглянув в книгу, которую он так долго рассматривал. Дэмиан тут же захлопнул ее, окатив наследницу холодным взглядом. Тратить на нее время сверх положенного он больше не планировал.       — Что тебе? — рыкнул Грей. Кейтлин тихо выдохнула и опустила голову, закусив губу. Мысли крутились в голове ураганом, и во все почти вмешивалась магия, искажая их до неузнаваемости. Однако как бы сильно Кейтлин ни надеялась на ее влияние, даже ее возможностей не хватало, чтобы преодолеть барьеры.       — Ты сейчас сказал то, о чем я совсем позабыла, — Кейтлин сцепила пальцы на коленях, с повышенным вниманием их рассматривая. Голос магии стоял в ушах и, будто проклятие, нашептывал слова, ржавым кинжалом терзающие сердце. — Медальон сводит меня с ума. Я не могу с ним бороться.       — Если не справляешься одна, попроси о помощи, — наставительным тоном ответил колдун, вновь распахнув книгу. Не стоит эта бессмыслица его внимания более, чем он уже выразил.       Кейтлин стиснула зубы и сжала кулаки. Липкая холодная магия твердила ни в коем случае не соглашаться, однако раненная душа жаждала покоя, и Кейтлин не могла ей противиться.       — Я прошу твоей помощи, — едва слышно проворчала она, отвернувшись. Дэмиан украдкой взглянул в ее сторону и хмыкнул. Еще бы он не смеялся! Кейтлин чувствовала себя безумно унизительно в эту секунду, и от легкой улыбки на чужих губах только сильнее спирало дыхание. Было ли это проявлением магии медальона или ее собственного характера — в любом случае, это невероятно противное чувство.       — А я не хочу тебе помогать, — невозмутимо бросил Дэмиан, небрежно водя пальцем по строкам. На колкий взгляд серых глаз в свою сторону он благополучно не отреагировал, однако чужеродное действие медальона почувствовал.       — Могла бы и догадаться, — Кейтлин резко вскочила на ноги, скрестив руки на груди, и небрежно смахнула почти незаметную слезинку с глаз. Позволив магии руководить собой, она открыла сердце для обжигающей темноты, не оставившей ни одного светлого участка. И главной мишенью этой тени явился Никиас… — Забудь, я сама со всем справлюсь!       Жажда крови, желание убить объект своей ненависти, разрушивший всю жизнь. Если бы его не было, ничего бы ни случилось. Без него она бы смогла продолжить тихую жизнь собирательницы трав. Только его вина, что все ее существование перевернулось с ног на голову. Его смерть станет избавлением от всего, что ее тревожит. Это ответ на все…       Кейтлин даже не заметила, как подошла почти вплотную к Никиасу и положила руку на эфес меча. Он смотрел на нее с невозмутимым спокойствием, словно заранее знал каждый ее поступок. Однако теплый ласковый взгляд таких любимых изумрудных глаз именно сегодня буквально разрывал на части, будто когти огромного чудища.       — Госпожа, прошу Вас…       Кейтлин оскалилась, выдернув меч из ножен. За доли секунд она смогла прокрутить рукоять в ладони, и с силой прижала острие к его горлу, предплечьем до боли надавливая на клинок. Горло сжалось от едва сдерживаемого крика. До боли знакомый запах тронул обоняние. В непозволительной близости от него сердце зашлось гулким стуком, и лишь острое лезвие стало единственной преградой между ними.       — Ты держишь меч, как кинжал, — мягко поправил ее Никиас, не сделав ни единого шага назад. Не взирая на ту боль, что она ему причиняла, он лишь мягко улыбнулся и вскинул голову. — Тебе стоит его развернуть, тогда будет намного удобнее.       — Твои подсказки мне не нужны! — злобно прошипела Кейтлин.       Никиас плавным движением поднял левую руку и осторожно коснулся ее щеки, следя за любой реакцией. Кейтлин обожгла его озлобленным взглядом, словно и впрямь была готова убить прямо на месте. И все же пальцы успели ощутить колебание в мелкой дрожи похолодевшей кожи.       — Дрожишь, значит, тебе страшно, — ласково улыбнулся Никиас. Кейтлин отвернулась от его прикосновения, и он медленно отнял руку от ее лица. — Я могу помочь, если ты примешь мою помощь.       Он схватился за самый кончик лезвия, до крови сжимая в кулаке. Кейтлин дернула меч на себя, но Никиас лишь сильнее прижал его к собственному горлу, прорезая глубже. Тонкие, едва заметные капельки крови выступили на светлой коже, медленно стекая вниз. Кейтлин судорожно сглотнула.       — Я сама справлюсь! — она потянула меч на себя, однако Никиас лишь крепче сжал кулак, опасно вжимая острие в глотку. Бордовые дорожки крови тонкими змеями потянулись по его запястью и горлу вниз, впитываясь в одежду. Кейтлин задрожала и с трудом отступила на полшага назад.       — Нет, никогда и ни с чем ты не справишься одна, — гулкий голос Никиаса отдавался в голове звоном. Кейтлин замотала головой и дернула мечом, тут же почувствовав, как холодный металл вонзается в плоть. — Каждому нужна помощь. О чем ты хочешь попросить больше всего? Моя жизнь — служение вам, госпожа.       На глазах выступили слезы, Кейтлин непроизвольно закусила губу, чуть не выпустив рукоять из рук. Желанные слова так легко срывались с его губ, что сердце раненой пташкой ныло в груди. Хотелось приказать Никиасу сделать все то, что она всегда старалась скрыть в глубинах своей души. Опасаясь гнева отца и подчиненного народа, прячась за собственными страхами, Кейтлин изо всех сил искала обходные пути. А в результате она лишь разрушила свою жизнь, доверившись тьме.       — Презренный лжец, — Кейтлин выпустила меч из рук и отступила. Никиас в ту же секунду перехватил рукоять и вернул оружие в ножны. — Мне не нужны слуги вроде тебя.       Даже магия не помогла ей быть честнее в собственных чувствах. Никиас коснулся пальцами окровавленной ладони, и боль тут же отступила под натиском целебной магии. Как жаль, что он не может точно так же залечить и ее раны. Если бы она только приказала, Никиас бы стал для нее кем угодно. Игрушкой, слугой, даже преступником. Однако пока она не произнесет это своими губами, Никиас никогда не сможет удовлетворить все ее желания, даже прочитав их в ее же мыслях.       — Госпожа желает того, что я не в силах ей дать, — Никиас огорченно опустил голову и шагнул чуть ближе, но ее взгляд был прикован к мраморному полу. — Страстно желает, но безумно боится. Я бессилен перед вами, госпожа.       Кейтлин вдруг зажала рот рукой и поперхнулась, испуганно осматриваясь по сторонам. Черная словно смоль и удушливая, как угарный газ, магическая аура потянулась вдоль полок, заполняя собой весь воздух в библиотеке. Никиас повернул голову в сторону источника и инстинктивно закрыл Кейтлин собой. Совсем как в день их первой встречи. Тот же испепеляющий гнев. Та же невыносимая боль.       — Это уже давно перестало быть смешным, — Дэмиан отбросил книгу в сторону, поднимаясь на ноги и надвигаясь на правительницу, сжавшуюся под его гневным взором. — Если проблема только в этом, я за несколько секунд прямо сейчас решу этот вопрос. Если лишь девственность мешает тебе быть с ним, тогда мне стоит просто убрать это ненужное звено из цепи ваших отношений.       — Дэмиан! — в панике вскрикнул Никиас, выступив вперед. Жгучая аура давила на него совсем как в том лесу, и все же инстинкт защитить госпожу не давал ему отступиться. — Ты что такое говоришь?       — Это же так просто, — Грей приблизился к ней и погладил костяшками пальцев по щеке, продвигаясь вниз по шее. Кейтлин настолько оторопела от его внезапно изменившегося поведения, что не смогла даже оттолкнуть. Просто стояла и с немым ужасом смотрела, как он проявляет к ней совсем не тот интерес, который она бы хотела. — Раз не можешь решиться, я смогу сделать это силой. И тогда вмиг решится бóльшая часть наших проблем, а в лучшем раскладе даже разрушится действие магии медальона. Все в выигрыше.       Кейтлин не успела ответить. Дэмиан резко схватил ее за локоть и грубо поволок за собой вперед за щиты. За те самые, куда мог пройти лишь он. Опасная магия вмиг замерцала красным при приближении пророка, однако колдун крепко обнял ее и протащил через щит. Именно там никто не сможет им помешать, и никто не сможет остановить. Пришло время покончить с этим спектаклем.       — Дэмиан, стой! Не надо! — закричал Никиас, попытавшись его хоть как-то отговорить. Но магический щит скрыл их до того, как тот успел отреагировать на происходящее.       Дэмиан затащил Кейтлин за поворот, и там с силой прижал к полкам, подняв голову за подбородок. Клубящаяся у его ног сила окутала их обоих словно веревки, не позволяя жертве шелохнуться без ведома хозяина. Кейтлин застыла каменной статуей, не чувствуя даже собственных рук и ног.       — Слушай меня внимательно, — понизив голос почти до шепота, произнес Грей таким тоном, что Кейт мелко вздрогнула. — Все эти детские игры на примитивных страхах стали понемногу выводить меня из себя. Слушать каждый раз, как ты стонешь под ним, а через минуту сворачиваешь, доводит до белого каления. И если ты даже после того, как Сафира сказала тебе о назначенной цене, не смогла найти в себе храбрость открыться любимому человеку, тогда с прискорбием сообщаю тебе, что это был всего-навсего обман.       — В каком смысле? — пискнула Кейт, не осмеливаясь противоречить ему сейчас. Скованная его магией будто цепями, она едва могла дышать, пока залитый угольными чернилами взгляд готов был испепелить ее на месте. Никиас не соврал: колдун в гневе — ужасный ночной кошмар.       — Магия требует совершенно другую цену, — злобно разъяснил он. Сжатый кулак уперся в деревянную полку возле ее головы, и Дэмиан неторопливым движением согнул руку, оказываясь в непозволительном расстоянии от ее лица. Кейтлин судорожно сглотнула. — И если ты вспомнишь свои самые страшные кошмары, ты сама поймешь. Я же не стану тебе говорить, во всяком случае, пока не решу насущные проблемы.       — Не надо, — умоляюще прошептала она. В животе скрутило узлом от ужаса, но плотно удерживающая ее магия не давала двинуться с места. — Я понимаю тебя… Но так сильно люблю его, что хочется прямо сейчас убить. Не могу сдержать жажду крови.       — К черту эти жалкие оправдания! — Дэмиан приблизился к ней, ядовито улыбаясь, и едва различимо прошептал прямо возле лица. — Желание и любовь — столь не связанные между собой понятия. Все проблемы от этого.       Кейтлин глубоко вдохнула, стараясь успокоиться, но вместо этого его запах лишь сильнее вскружил ей голову. Так сладко, такие манящие черные глаза… Словно бездна, в которой тонешь. Сердце пропустило удар и застучало как сумасшедшее. Воздуха не хватало, будто ее окунули в прорубь. По всему телу побежали мурашки, а голос его лился в уши сладким медом. Магия… Дэмиан бессердечно соблазнял ее, против воли заставляя подчиняться.       — Желаешь ли ты меня? — хрипло выдохнул Грей, медленно проводя языком по ее верхней губе. Кейтлин вздрогнула и вцепилась негнущимися пальцами в деревянные полки. — Любопытно, так ты и при возбуждении дрожишь. Смешная реакция.       На такой неприличный вопрос ей не хватило силы воли ответить, да и после его недвусмысленных действий у нее совсем язык отнялся. Ужас от осознания того, что задумал колдун, перемешивался с желанием прикоснуться к нему. Темнота шептала призывы, предлагала воспользоваться его странным предложением. Внушала избавление от всех горестей. И все же оставалось что-то, не позволяющее так легко согласиться.       — Решайся, — вкрадчиво нашептывал Дэмиан, гипнотизируя соблазнительным взглядом. Дурманящий аромат сладости окутывал разум, словно он весь облился датурой. Кейтлин сжала зубы и задержала дыхание в попытке избежать этого запаха, однако самым головокружительным в действительности был его соблазнительный голос. — И тебе ничто не помешает быть с тем, кого любишь. Ты не сможешь остановить меня, как его. А регламент всегда можно обойти.       — Дэмиан, твое предложение… — сдавленно выговорила Кейтлин и через силу подняла руку, ладонью упираясь ему в плечо. Однако Грей был настроен более чем серьезно. Сильное тело даже не шелохнулось от очевидной попытки оттолкнуть, а вместо этого Дэмиан одной рукой поймал свою жертву за талию и насильно прижал к себе.       Кейтлин стиснула зубы и сжала черную ткань в кулаке, изо всех сил борясь с наваждением. Голова бессовестно кружилась, а разум нашептывал только одно желание, но даже так Кейтлин старалась оттолкнуть Грея, хотела высвободиться из его плена. Никиас как-то уже говорил о том, что колдуны неосознанно используют магию, чтобы подчинить своим желаниям кого угодно. Однако сейчас Дэмиан намеренно соблазнял ее своей силой. И, возможно, поэтому, стоило ей лишь слегка коснуться его плеч с явным намерением освободиться, как воля к сопротивлению вмиг испарилась. Под тонкой тканью одежды явственно ощущалась притягательная сила крепких мышц. Удушающее желание раздеть его и прикоснуться по-настоящему одолело сознание. Под действием его магии просто невозможно сопротивляться.       — Даже магия медальона не сможет защитить тебя от меня, — хищно улыбнулся Дэмиан, почти касаясь ее губ легким поцелуем. Перед глазами плыло, и только его обжигающий взгляд казался таким четким, словно был вырезан из реальности. — Ты чувствуешь внушаемое мной желание, ты не можешь сопротивляться, твоя воля… теперь моя…       Он коснулся лишь уголка губ почти незаметным поцелуем, будто провоцировал. Жар в тот же миг растекся по телу подобно расплавленному металлу. Дыхание застряло в горле, отчего мозг совершенно отказывал. Что сейчас было целью Грея, накрепко удерживающего ее в грубых объятиях, Кейтлин не могла сообразить. Избавление ли это или, наоборот, новая волна проблем?       — Отпусти! — охрипшим от волнения голосом попросила Кейт, несмело надавливая ладонями на плечи. Она старалась не сосредотачиваться на тех ощущениях, которые испытывала в этот момент, со всех сил игнорируя голос магии.       — Глупая, разве не ты хотела избавиться от всех трудностей, пропустив темноту медальона в свою душу? Я же предлагаю ответы, не требуя ничего взамен.       — Освободи меня от тьмы, — прикрыв глаза, взмолилась Кейтлин. Казалось, не видя его взгляда, она сможет контролировать собственное сознание. — Только об этом я прошу тебя.       — Ты серьезно считаешь, что я стану держать свечку? — рассмеялся Дэмиан, отстранившись от ее лица. Кейтлин несмело подняла веки и закусила губу. Его и без того темные глаза будто окрасились углем. Кейтлин осторожно протянула руку и приложила ладонь к его лбу, почувствовав, как колдун лишь сильнее напрягся. Вот он, его главный страх — чужие прикосновения. Так почему он так уверен, что она сможет побороть свой?       — Будет слишком просить тебя о подобном, — подтверждая его догадку, кивнула Кейт. — Я хотела попросить о магической помощи. Ты ведь не станешь меня не к чему принуждать сейчас, я вижу это в твоих глазах.       — Браво, ты проявила потрясающую наблюдательность сегодня, — усмехнулся Дэмиан, однако отпускать не спешил. Свободная рука скользнула по шее на затылок и резко сжалась в кулак. Кейтлин болезненно вскрикнула, растерянно дернувшись от него. — Ты и сейчас уверена?       — Да, — зажмурившись, пискнула она.       Колдун нестерпимо долго изучал ее взглядом, но Кейт не осмеливалась открыть глаза. Она слышала, как Никиас пытался воззвать его к разуму, просил, нет, умолял его отпустить свою несчастную жертву. В его охрипшем голосе было столько паники и боли, что Кейтлин впервые после заключения связи с тьмой стало его немножечко жаль. Но все же не настолько, чтобы успокоить. Тьма извратила ее душу, заставляя испытывать наслаждение от эгоизма и гнева. И сейчас его горе лишь подогревало радость, прикрытую паникой.       Дэмиан медленно разжал кулак и бережно обнял Кейт, словно тысячу лет не видел старого друга. Та в непонимании распахнула глаза, не до конца осознавая сиюминутные изменения в его поведении. И непонимание это только рождало очередную массу вопросов. Впрочем, загадочность Грея всегда была неотъемлемой частью его характера, а потому не стоит настоящего удивления.       — Ты выиграла, я сдаюсь, — обессилено выдохнул Дэмиан и разжал объятия. — Ты узнаешь о цене, когда придет время ее платить. Возможно, тогда магия будет более благосклонной, чем сейчас.       Колдун резко оттолкнул ее, словно в его душе переключили некий рычаг. За какие-то доли мгновения он снова вернулся к своему обычному холодному образу. И лишь особенно близкие ему люди знали, что это всего маска для непосвященных. Не сказать однозначно, относилась ли сама Кейтлин к его узкому кругу. За все те дни, что они провели втроем, она так и не смогла разобраться, где он откровенен, а где скрывается за холодностью и гневом. Словно разноцветная картина под тушью.       Однако долго размышлять о нем Кейтлин не позволили. Схватив за руку, Дэмиан небрежно вытолкнул ее за щит в руки обезумевшего Никиаса, а сам скрылся между полок с книгами. Кейтлин хотела броситься за ним, но магия опасно зашевелилась, предупреждая болезненной вибрацией и красным свечением. Пришлось отступиться. Кейт несколько раз позвала его, отчаянно выкрикивая имя, но Дэмиан ни разу не откликнулся.       «Замкнулся, значит. В очередной раз», — Кейтлин до безумия желала поговорить с ним, но тот как будто чувствовал это и намеренно скрывался.       — Госпожа, если я могу… — взволнованно затараторил Никиас, но тут же оборвался на полуслове, лишь почувствовав ее состояние. И тут же перед его глазами Кейтлин медленно осела на пол, обхватив голову обеими руками. С губ ее сорвался болезненный стон, и в груди будто сжали тисками. Никиас чуть слышно сглотнул и уже хотел броситься к ней, как услышал исполненный отвращения голос:       — Еще шаг, и я не отвечаю за себя! Ты даже представить себе не можешь, насколько сильно я ненавижу тебя. И настолько же сильно я ненавижу себя за это чувство. Ты отравляешь мою жизнь, стирая в пыль все стремления.       Никиас все же пропустил ее предостережение и осторожно опустился на колени рядом с ней, ласково обнимая за плечи. Вопреки всем его ожиданиям, Кейтлин не постаралась сбросить его руку или вновь одарить гневным замечанием. Вместо этого она лишь беззвучно заплакала, застыв на месте.       — Что бы ты ни говорила, я чувствую правду. Моя магия позволяет мне ощутить твои настоящие чувства. Не обманывай меня, пожалуйста, — тихим голосом прошептал Никиас. — Я люблю тебя, ты до конца жизни будешь для меня единственной. Мне очень жаль, но я заглянул в твои мысли и прочел все то, что тебя тревожит.       — Тогда ты понимаешь, чего я желаю больше всего, — Кейтлин подняла голову и с вызовом прожгла его яростным взглядом.