Моя невидимая...

Unus dies gradus est vitae. Один день — ступень жизни.

— Здравствуйте… — раздался откуда-то сзади голос Майи. Повисла неловкая тишина. Ярослава только скрипнула зубами, а затем послышался легкий шум ее усиленно работающих извилин. — Здравствуйте, здравствуйте, мама. Видишь, насколько я переволновалась на этом жутком экзамене, раз уже даже к родной маме обращаюсь так официально. Наверное, это от голода, так что смотри, корми меня хорошо, а то совсем память потеряю, — с неимоверной скоростью тараторя всякую чепуху, Ярослава надеялась отвлечь женщину, а сама, жутко выпучив глаза, посмотрела назад на предполагаемое месторасположение Майи, говоря тем самым: «Ты что, совсем оголодала? Какого телепузика ты здороваешься с моей мамой?!» Ответом зеленоглазой послужила гробовая тишина. Если бы Ярослава могла сейчас видеть Майю, то стала бы свидетелем прекрасной картины: девушка виновато и смущенно смотрела на Ярославу, при этом попеременно то краснея, то бледнея, а своей невидимой рукой она в то же время стучала себя по голове, приговаривая: «Вот идиотина, а… и кто меня за язык тянул?» — Славочка, а мне показалось, что это не ты сказала. С тобой кто-то еще пришел? — мама выглянула из-за плеча Ярославы и посмотрела в пустой коридор. — Ой, мам, да брось, кто еще со мной может прийти, кроме моих верных друзей: красоты, ума и остроумия?! Конечно же, никто. Видимо, ты тоже устала пока тут все в духоте готовила, пойдем отдохнем, приляжешь на мой царский диванчик, — Ярослава нежно, но настойчиво обняла маму одной рукой, при этом не забыв второй захватить аппетитную курочку, и потянула женщину в комнату. Не переставая думать об оплошности Майи, зеленоглазая старалась побыстрее выпроводить маму восвояси, однако это никак не помешало девушке наесться от пуза. Благо, мама тоже не засиживалась, ей еще и отца надо было чем-то кормить. Поэтому, захлопнув за женщиной дверь, Ярослава облегченно вздохнула и облокотилась на стену. — Так, ну и где ты, а? Как объясняться будем? Ты что, приколоться так решила? У меня чуть инфаркт не случился, и вообще я могла остаться калекой на всю жизнь, может, моя детская психика пострадала, кто знает… Тишина. — Ну, и чего это мы молчим, а? Не делай из меня сумасшедшую, говорящую с самой собой. Молчание. — Так… я жду. А то… а то… не знаю, что, но мстя моя страшна. Я вообще страшна… То есть я хотела сказать, что я страшна в гневе. Тьфу ты… Мимо Ярославы неторопливо пролетела муха, которая, как показалось девушке, тихонько похихикивала и издевательски жужжала крылышками. — Майя!!! — Ярослава не выдержала и выкрикнула имя девушки. — Да здесь я! Чего ты орешь, а… Просто ты какое-то время не могла меня слышать. И, знаешь, кажется, я поняла, после чего ты вновь начинаешь меня слышать, — голос Майи неожиданно громко и близко раздался возле самого уха Ярославы, отчего девушка слегка подпрыгнула и недовольно уставилась в пустое пространство. — Правда? Отчего? — Все элементарно, Ватсон. И если бы кто-то был чуточку внимательнее, мы бы давно это поняли. Тебе надо просто назвать меня по имени, и ты начнешь меня слышать, — речь Майи прозвучала спокойно и немного нравоучительно. — Да что ты говоришь… Как же я раньше тебя слышала, раз твое имя узнала всего несколько часов назад, а? Что ты на это скажешь, Шерлок ты наш недоделанный? — М-м-м… Насколько я помню, в этом нет ничего удивительного. Вспомни все то, что ты говорила перед тем, как вновь слышала меня. Судя по всему, скажи спасибо за это своей привычке говорить сама с собой. Помнишь, «о май Гад», «сыр майский», «май 182..», во всех этих фразах есть корень «май», видимо, даже этого хватает, чтобы ты начала меня слышать. — Видишь ли, какая умная. Я и без тебя давно догадалась, просто не хотела раскрывать все карты, — Ярослава надулась и показала невидимой девушке язык. — Да-да, я так и поняла. Ты и про битву при Ватерлоо все знала, просто стеснялась поразить преподавателя своими глубокими знаниями, — в голосе Майи прозвучала легкая издевка. — Ай, ну тебя, что я, буду спорить с невидимой девушкой? Ты лучше скажи, каким образом ты так облажалась с моей мамой, а? — Прости… я сама не знаю, как так получилось. Просто как-то на автомате вырвалось. Видимо, не только ты, но и я сама не привыкла еще к тому, что меня как бы и нет в этом мире, — это прозвучало настолько грустно, что зеленоглазая вмиг позабыла про все обиды и решила вновь вернуть Майе хорошее настроение. — Ой, да ничего страшного, я теперь, как вспомню твое «Здравствуйте», так мне очень даже смешно становится. Хорошо, что мы все выяснили. Теперь, чтобы избежать подобных ошибок в будущем, я просто не буду говорить слов с корнем «май», вот и все. Нет ничего проще, я справлюсь. Я, конечно, могу не брать с собой кольцо, но вдруг мне захочется с тобой поболтать? А теперь давай поговорим о том, как сделать тебя видимой, и вообще, разве о тебе никто не волнуется? Ты пропала несколько месяцев назад, как же твои родственники? Они, наверное, волнуются очень, может, даже думают, что ты умерла. Нам надо найти ту таинственную бабулю, которая тебя околдовала. — Да, найти ее не помешает, может, и выйдет что-нибудь путное из этого. Правда, после того, как я стану видимой, все вновь вернется на свои места… Я бы не сказала, что мне этого очень хочется. И отвечая на твой следующий вопрос: нет, никто обо мне не волнуется. Я детдомовская, и никаких родственников у меня нет. Да и друзьями я как-то не обзавелась, а квартиру снимала, значит, и там меня никто искать не будет, у меня был оплачен только месяц. — М-да… как-то это невесело все… Ну ничего, не кисни. Теперь у тебя есть мое величество Я, так что можешь наслаждаться жизнью в моих скромных хоромах. Квартира эта мне досталась от бабушки, поэтому я и решила жить в ней одна, а родителей оставила наслаждаться жизнью вдвоем в трехкомнатной. Так что будем жить не тужить и со всем этим постепенно разберемся, — Ярослава хотела поддержать невидимку, поэтому старалась говорить как можно более ласково и ободряюще. — Спасибо большое тебе за все. А теперь, раз уж мы почти официально живем вместе, может ты наконец уберешь весь этот срач, разберешь свой шкаф и выкинешь мусор? Мне ведь тоже здесь жить, — Майя была сама любезность и тактичность. Улыбка вмиг слетела с губ Ярославы, она как раз хотела начать возмущаться, но тут раздался телефонный звонок. Торжественные мелодии марша Мендельсона отвлекли девушку. Это была Вика. Быстро протараторив что-то про то, что у нее дома буквально через два часа начнется грандиозная вечеринка, Вика приказала зеленоглазой немедленно начинать собираться и предупредила, что если та не явится, то потом будет долго и мучительно соскребать себя со стеночки. Поверив старой подруге на слово, Ярослава решила не полагаться на судьбу-злодейку и пошла собираться. Кроме того эта вечеринка стала отличным поводом, чтобы отложить уборку квартиры на некоторое время. Такую возможность Ярослава не могла упустить. Решив принять душ, зеленоглазая уже стояла в ванной и начинала медленно раздеваться. — О боже, я не хочу это видеть, тем более вряд ли там появилось что-то новое, чего я там уже не видела… — задумчивый голос Майи разорвал тишину. Ярослава, в очередной раз испугавшись, резко дернула рукой, которой как раз расстегивала ширинку, вследствие чего сильно ударилась об умывальник и тихонько застонала. — Блин, а… Вот интересно, я хоть когда-нибудь привыкну к твоим внезапным комментариям? И вообще, что это за намеки, а? С этими словами зеленоглазая демонстративно сняла с пальца кольцо и, по-прежнему в одном лишь лифчике и расстегнутых штанах, гордо прошествовала к тумбочке, на которую и положила украшение. — Я надеюсь, ты сквозь стены не проходишь? — Ярослава подозрительно уставилась на кольцо, вопросительно изогнув бровь. — Нет, через стены я не прохожу, как ни грустно это признавать. Если бы могла, мне было бы намно-о-о-го веселее, — голос Майи был немного расстроенным, но на этот раз он не вызвал сочувствия у Ярославы. — Ну и прекрасно! Нечего подглядывать, — зеленоглазая, немного улыбаясь, закрыла за собой дверь и, сама не зная зачем и почему, задвинула щеколду — для надежности. Для начала девушка решила еще и в туалет сходить. И вот, когда ее тело начало постепенно освобождаться от лишней жидкости, из-за двери раздался гаденький голосок: — А я все слышу! — А чтоб тебя, — зеленоглазая только рукой махнула, смирившись со своей ролью мученика. Даже в туалете не дадут одной побыть. *** Наконец-то расслабившись после долгого жаркого и трудного дня, Ярослава вытянулась в ванне, где ее тело покоилось в приятной теплой водичке, в которую девушка предварительно насыпала специальную морскую соль. Зеленоглазая медленно терла себя губкой, а окружающую пену раздувала в разные стороны или вымазывала ею кончик носа. В общем, девушка вовсю наслаждалась мгновениями спокойствия и полного уединения. Абсолютно расслабившись, зеленоглазая немного позабыла про время. Поэтому в какой-то момент вспомнив про убегающие минуты, Ярослава спохватилась и начала выбираться из ванны. Как ни странно, это прошло вполне благополучно, хотя девушка спешила как могла. Быстро высушив и уложив волосы в простую, но очень милую прическу, Ярослава понеслась за шмотками к любимому шкафу, а затем уже и к запасам штукатурки и всяких женских мелочей. Собравшись практически в рекордные для себя сроки, зеленоглазая засунула ноги в босоножки и понеслась на остановку. И только сев в автобус, Ярослава неожиданно вспомнила, что совсем забыла про колечко, которое так и осталось дома на тумбочке. *** Майя недовольно бурчала что-то себе под нос. Но это «что-то» подозрительно напоминало затаенную обиду на то, что про нее так быстро забыли. Однако эта обида была не слишком серьезной, так как девушка была благодарна Ярославе. С первого взгляда Майе показалось, что зеленоглазая не только неряшливая, но и легкомысленная. Но с течением времени мнение о Ярославе кардинально изменилось. А теперь Майя постепенно осознавала, что Ярослава начинает ей нравиться и, быть может, она станет ее первым настоящим другом, которого девушке так не хватало.