Превыше всего.

      Часы давно пробили полночь, но Крыловой не спалось. Более того, ей совершенно не хотелось даже подниматься в спальню. Блондинка не могла понять своего теперешнего отношения к Морозову. Елена устала от подозрений коллег, косых взглядов учеников и не хотела видеть Петр. Женщина целый день избегала его, находя себе различные занятия, а теперь, под покровом ночи, она мучительно искала причину не идти наверх.       Елена тяжело опустилась на ступеньки лестницы и плотнее закуталась в легкую вязаную кофту. Воспоминания о потерянном сыне вновь настигли историка, спрятав лицо в ладонях, Крылова расплакалась.       Поглощенная своим горем, женщина не услышала легких шагов за спиной. На ее плечо легла чья-то рука, заставив вздрогнуть. Оглянувшись, Крылова увидела стоявшую рядом Веру. Она была в черном топе и синих пижамных штанах, длинные волосы были заплетены в небрежную косу. -Елена Сергеевна… Лена, перестань уже себя винить. – мягко проговорила Назарова, сжав плечо коллеги. – Это не твоя вина. Такая ситуация могла случиться с любым. Слышишь, с любым человеком! Мы же не можем знать будущее, иначе бед и несчастий бы не происходило. - Но он же был таким маленьким… - всхлипнула Лена, стерев слезинку, и посмотрела на Назарову – Он нуждался во мне, а я не смогла его защитить. Видимо, не зря я лишилась возможности иметь детей. Я ужасная мать! -Это не так. Я видела вас с Игорьком и всегда считала, что ему повезло с мамой. – Вера говорила искренне, хоть и знала, чьим на самом деле сыном был Игорь, знала, что ребенок жив и здоров. – Поверь мне! - Ты ничего не понимаешь… - мысленно проговорила блондинка, но, посмотрев в глаза Вере, передумала озвучивать эту мысль. Что-то в ее глазах говорила о том, что коллега Крыловой знает, что такое потеря родного ребенка. - Пойдем-ка, выпьем чая. – вдруг предложила Назарова – Нам обеим надо успокоится.       Возвратившись после беседы с Еленой в спальню, Вера уселась на кровати и погрузилась в воспоминания. В комнате было очень-очень тихо, тусклая лампа слабо освещала помещение. К кровати подошел высокий мужчина в белом халате. -Вера… Вера Дмитриевна? – мужской голос доносился словно через вату. Лежащая на белых больничных простынях молодая женщина поморщилась и открыла глаза. Она с трудом понимала, где она находится. Чувствуя жуткую жажду, Вера постаралась сфокусироваться на враче. - Где… Где я? – еле слышно проговорила блондинка – Что с моим ребенком? - Вы в больнице. Вера Дмитриевна, мне очень жаль, но мы не смогли спасти вашу дочь. -Что?? Что случилось? – Вере хотелось закричать, но голос предательски пропадал. - Ваша дочь погибла в момент родов. Простите. – мужчина в белом халате грустно улыбнулся, а потом принялся приводить в чувство потерявшую сознание пациентку.       Максим и Андрей стояли в коридоре перед кабинетом литературы и ждали начала урока. В противоположном конце коридора мыла пол Маша Вершинина, заметив парней, уборщица улыбнулась и помахала им рукой. - Ты так и не сказал ей, что знаешь всю правду? – Авдеев перевел взгляд с Марии на друга. Прошло уже несколько дней с момента обыска кабинета Морозова Максимом и Ветой. Благодаря найденным документам, Максим теперь узнал, кем является для него Маша. -Нет, пусть она сама скажет. – задумчиво произнес Морозов-младший – Я хочу услышать это от нее. - Ну, я думаю, это сложно. – возразил однокласснику Андрей – Она же раньше говорила тебе об этом, а ты не верил. Не думаю, что Маша быстро решиться повторить попытку разговора. - Но…- начал говорить Макс, но был прерван подошедшей Крайновой.       - Ты серьезно думаешь, что это так легко? – строго проговорила Виолетта – Ты ведь отвергал ее заботу. Не спорь, мы видели все это. Маша биться, что ты ее возненавидишь. Пойми, она итак всю жизнь винит себя за ошибки и свои поступки. Если бы она не хотела все исправить, она не приехала бы в Логос. - Почему ты ее защищаешь? – внимательно глядя в глаза девушке, спросил брюнет. – Не подумай ничего, просто хочу понять. -Все просто, Максим. – улыбнулась рыжая, но глаза ее остались печальными – У меня нет родителей. И, наверное, все время, как я стала осознавать жизнь, я хотела их вернуть. - Максим, Виолетта, Андрей! – окрикнул троицу Поляков – Вы на урок собираетесь. Ребята кивнули и поспешили в класс, Максим опустился на свое место глубоко задумавшись над словами Ви.       Надя и Алиса вошли в класс и заметили одиноко стоящего у окна Воронцова. -Митя, что случилось? – поинтересовалась Надежда, подходя к другу. – Ты такой грустный. -Ничего не случилось. – безразлично проговорил Митя, не отрывая взгляда от пейзажа за окном. -Митя, ну мы же видим, что что-то не так. – отозвалась Ткаченко, положив руку на плечо мальчику. - Правда, Мить. – улыбнулась Надя – Расскажи нам, мы же друзья! -Мой папа больше не любит мою маму. – грустно произнес Дмитрий – Похоже, он влюбился заново. - А в кого? – воскликнула Алиса. - Почему ты так решил? – поинтересовалась Авдеева – Может быть, ты ошибаешься? - В Веру Дмитриевну. – Митя вздохнул – Он во сне ее по имени называл, да и почти все время с ней проводит… - Ну, Вера Дмитриевна намного лучше Фифы с силиконовыми буферами! – резонно заметила Алиса. -Даааа…- одновременно сказали Митя и Надежда.