Самый преданный поклонник

Глава десятая В лаборатории больницы Святого Барта мало что изменилось за то время, пока я отсутствовал. Шерлок, сидя полубоком к столу и нетерпеливо постукивая ногой по полу, неотрывно следил за монитором, на котором отображался процесс поиска соответствия химического состава, насколько я мог судить. Молли заполняла какие-то бумаги чуть поодаль. Услышав звук открываемой двери, она подняла глаза и удивленно приподняла брови. — Уже вернулся? — спросил Шерлок, не удостоив меня даже взглядом. — Эмили. Я боюсь, с ней что-то случилось, — сказал я, одновременно пытаясь отдышаться. — Очередное гениальное умозаключение на основе приснившегося кошмара? Ты сегодня в ударе, — невозмутимо отозвался детектив и посмотрел на меня. Я подошел к столу, поставил свой ноутбук рядом с его, поднял крышку и открыл окошко нашего с Эмили недолгого диалога по скайпу. Шерлок лениво пробежал глазами по строчкам. — И из этого делаешь вывод, что с ней что-то случилось? — спросил он. По тону, которым был задан этот вопрос, я понял, что пал в его глазах даже ниже, чем обычно. — После сегодняшнего утра я лучше двадцать раз перестрахуюсь, — возразил я. — Речь идет о жизни ребенка! И, кстати, сегодня утром я был прав! — Нет, не был, — парировал Шерлок. — Это была случайная догадка, не имеющая никакого отношения к дедуктивному методу. — Пусть так, — сказал я, не желая тратить время на споры. - Но, знаешь, я действительно сегодня в ударе и готов сыграть в рулетку со случайностью еще разок. Поэтому сейчас мы с тобой поедем к Эмили домой и убедимся, что она и правда в порядке. Шерлок закинул ногу на ногу и сложил руки на груди: — Иначе? — Иначе я звоню твоему брату и рассказываю ему все, до единой, детали этого дела. Включая Мориарти. Не сомневаюсь, Майкрофту будет интересно послушать, — я достал телефон и угрожающе поднял его в воздух. Шерлок сверкнул глазами и поджал губы, но, как и я, он понимал, что крыть ему нечем. Если в дело вмешается Майкрофт – а, учитывая фактор Мориарти, так оно и будет — нас отстранят от расследования в пользу спецслужб. То-то Доминик удивится. — Молли, — коротко позвал Шерлок. Молли отложила бумаги и подошла к нам. — Как только поиск будет завершен, немедленно напиши мне сообщение. Не звони, а напиши текстовое сообщение, поняла меня? — Я… Да, конечно, напишу, — Молли неожиданно нахмурилась, глядя на мой ноутбук, где до сих пор был открыт диалог Эмили с Самантой. — Это что, моя фотография? *** Пригород Кройдон, расположенный на юге, мало походил на центр Лондона. Раньше мне не доводилось в нем бывать, хотя в газетах я достаточно часто встречал упоминания о нем, чаще всего в разделе криминальной хроники. Впрочем, сейчас, посреди дня, район выглядел вполне себе благопристойно, разве что напоминал джунгли из стекла и металла. С обеих сторон улицы, достаточно широкой по лондонским меркам, высились многоэтажки, которые, впрочем, вскоре сменились более привычными невысокими кирпичными строениями. Это соседство старого и нового, прошлого и будущего, одновременно и завораживало, и отталкивало. Оно говорило о неотвратимости времени и перемен, о том, что старое будет разрушено, чтобы дать место новому. Все проходит. Пройдем и мы. Я бросил быстрый взгляд на Шерлока, но он уткнулся в свой телефон, не обращая никакого внимания на пролетающие за окном городские пейзажи. Глупо было ожидать чего-то другого. Шерлок всегда был прагматиком, понимающим и принимающим собственную недолговечность. Его не манило и не пугало будущее, и мало интересовало прошлое (кроме тех случаев, когда оно было важно для очередного расследования). Шерлок жил здесь и сейчас, пропуская через себя каждый новый день и выбрасывая его вечером за ненадобностью, предварительно выжав из него все потенциально полезное и поместив выжимку в еще одну безликую папку в одном из ящиков своего чертога разума. А еще у Шерлока дурацкая привычка воспринимать себя слишком серьезно. Чертог разума! Надо же до такого додуматься. Такси остановилось на обочине у пятиэтажного здания из светло-красного выгоревшего на солнце кирпича. Здание девятью этажами возвышалось над уровнем тротуара, и к главному входу вела кирпичная же лестница с коваными перилами. Большие окна отражали голубизну неба, на открытых балконах громоздились велосипеды, коляски, кое-где столики для пикника и деревянные стульчики. На крыше здания угадывался садик, впрочем, не особо презентабельный в это время года. Шерлок со знанием дела направился вверх по кирпичной лестнице. Его пальто, словно зная, что от него ожидается, драматично развевалось на ветру. Я поспешно расплатился с таксистом (как чувствовал, что поездка выйдет золотой), и поспешил за детективом. Несколько секунд Шерлок мрачно созерцал домофон, потом стянул перчатку и быстро набрал четырехзначный код. Дверь противно запищала и открылась. Мы поднялись на третий этаж и подошли к одной из дверей. Шерлок позвонил. Нам открыла девочка лет четырнадцати-пятнадцати, невысокая, худенькая, с тонкими волосами мышиного цвета, забранными в жидкий хвостик на затылке, одетая в вязаный свитер и джинсы в стиле Молли Хупер. Прежде, чем она успела что-либо сказать, детектив начал свою игру. — Эмили Сэндхерст? — грозно произнес Шерлок, глядя на ребенка сверху вниз из-под насупленных бровей. — Детектив-инспектор Холмс, Скотланд-Ярд, — он помахал перед носом Эмили удостоверением, не дав ей, однако, времени, чтобы рассмотреть документ. Впрочем, девочка даже и не пыталась его рассмотреть. Услышав слова «Скотланд-Ярд», да еще произнесенные с таким апломбом, она вздрогнула и затравленно посмотрела на детектива, как кролик на удава. — Эмили! — раздался голос откуда-то из глубины квартиры. — Кто там пришел? — Полиция, мэм, — громко произнес Шерлок. — Позволите войти? За спиной подростка появилась высокая худая женщина с неприятным лицом. Фамильное сходство было очевидно; она явно приходилась Эмили близкой родственницей, скорее всего, матерью, но, в отличие от девочки, женщина сама напоминала удава. Не могу сказать, что заставило меня почувствовать к ней неприязнь: может быть, злое выражение ее лица, а может быть, то, как плечи ребенка напряглись при ее появлении. Женщина оглядела нас, перепуганную Эмили и сложила руки на груди: — Так, мисс Тридцать три несчастья. Что ты на сей раз натворила? Ни тени сочувствия, ни малейшей попытки защитить собственного ребенка, как это сделал бы любой нормальный родитель в подобной ситуации. Я почувствовал, что проникаюсь к женщине еще большим презрением. Эмили беспомощно молчала. — Позволите войти? — повторил Шерлок с каменным выражением лица. Женщина посторонилась, пропуская нас в квартиру. Видя, что Эмили даже не шевелится, она грубо оттащила ее за плечо, освобождая нам путь. Мы прошли в крохотную гостиную. Странно, в комнате было все, с чем обычно ассоциируется гостиная — диван, два кресла, журнальный столик, телевизор (миссис Сэндхерст нажала на кнопку пульта, чтобы выключить его), но общее впечатление от помещения было каким-то удручающим: склеп, а не комната. Ситуацию только усугубляли плотные гардины, которые занавешивали окно, несмотря на то, что на улице ярко светило солнце. Не дожидаясь приглашения, Шерлок плюхнулся на диван. Повинуясь взгляду матери, Эмили присела в кресло, ссутулившись и опустив глаза на пол. Миссис Сэндхерст и я остались стоять. — Итак, мисс Сэндхерст, — начал Шерлок, — догадываетесь ли вы, по какому поводу мы здесь? Эмили подняла на него глаза. По ее лицу было видно, что она колеблется. — Эмили? — резко окрикнула ее мать. Девочка вздрогнула и, по-прежнему не проронив ни слова, отрицательно покачала головой. Шерлок досадливо сжал губы — мимолетное движение, но я успел заметить. Да уж, неудачно. Еще бы немного, и Эмили сама рассказала бы нам о том, что такого ужасного она натворила. Пока что у меня было ни одной зацепки. Возможно, у Шерлока они были. — Очень хорошо, мисс Сэндхерст, — детектив наклонился к ребенку, — в таком случае, я вам расскажу. — Миссис Сэндхерст, — Шерлок обратился к женщине. — Где сейчас ваша машина? — На парковке в конце улицы, — не раздумывая, ответила та, с подозрением глядя на нас. — При чем здесь моя машина? — При том, что на парковке ее нет. А, если вы проверите свою сумочку, то не найдете там и ключей от нее. Женщина вышла на секунду в коридор и вернулась с дамской сумочкой в руках. Она открыла ее, порылась внутри и бросила испепеляющий взгляд на дочь: — Ты маленькая засранка, что ты натворила? Казалось, только наше присутствие не позволяло ей наброситься на ребенка с кулаками. Эмили опустила голову и закрыла лицо руками. Я бросил на Шерлока взгляд, умоляющий его прекратить, но он даже не взглянул в мою сторону. — Что случилось с машиной, мисс Сэндхерст? — спросил Шерлок. — Майк разбил ее, — всхлипнула Эмили, у нее оказался высокий тонкий голосок, — и сам погиб. — Майк Уоррен погиб? — переспросила ее мать, и впервые на ее лице отразилось некое подобие эмоции, не похожей на злость. Потрясение - да, пожалуй, это было оно. Я тоже был потрясен, хотя и по другой причине. Майк. Тот самый водитель, врезавшийся в стену, которого так и не смогли спасти в Святом Томасе, когда мы ждали новостей о состоянии Доминика. Неужели это один и тот же человек? Ничего себе совпадение. И как только Шерлок… а, впрочем, неважно. Он Шерлок чертов Холмс, этим все сказано. Эмили рыдала в голос, не в силах больше сдерживаться. — Почему Майк был за рулем моей машины? — сухо спросила миссис Сэндхерст, опуская сумку на пол. Что ж, по крайней мере, она больше не злилась на дочь. — Он попросил меня дать ему ключи, сказал, что это важно, дело жизни и смерти, — произнесла Эмили между всхлипываниями. — И ты выкрала у меня ключи и отдала их ему, — сказала ее мать. — Почему? Эмили на мгновение замерла и подняла лицо. — Я… Я была в него влюблена, — тихо сказала она, облизнув губы и глядя прямо на мать. Я ожидал, что миссис Сэндхерст снова разозлится и начнет осыпать дочь оскорблениями, но женщина восприняла информацию на удивление спокойно: — Понятно. Что ж, хорошо хоть, машина была застрахована. Поразительная черствость, учитывая что погиб один из ее соседей, человек, которого она знала лично. — Вытри слезы, Эмили, — продолжила, между тем, миссис Сэндхерст. — Слезами горю не поможешь, и Майка уже не вернешь. Пойдем навестим Уорренов, выразим им свои соболезнования. Вы закончили, детективы? — обратилась она к нам. — Вполне, — Шерлок поднялся, — впрочем, с вами еще свяжется детектив-инспектор Лестрад, так что не удивляйтесь. *** В молчании мы спустились по лестнице. Такси ждало нас у обочины, как мы и договаривались. — Итак? — спросил я, устраиваясь на заднем сидении. — Итак, ты оказался неправ, и ей ничего не грозило, — ответил Шерлок. С этим утверждением можно было бы поспорить, хотя, конечно, до утренней катастрофы эта ситуация не дотягивала. К тому же, у меня была пара вопросов к детективу и, если я хотел получить на них ответ, то не стоило его сейчас раздражать. Такси плавно тронулось с места. — Как ты узнал про машину? — спросил я. Шерлок посмотрел на меня и привычной скороговоркой затараторил: — Я знал имя погибшего, знал, что он проживал в одном доме с Эмили Сэндхерст — какое совпадение — и что своей машины у него никогда не было, равно как и водительских прав. Его родители и сестра приехали в больницу на собственной машине, значит, парень разбил не семейное авто: семья небогатая, вряд ли там больше двух машин. Итак, разбитый автомобиль явно угнан, и тут возникает интересный вопрос: «Был ли он угнан исключительно для того, чтобы прокатиться с ветерком, либо же все несколько интереснее?» — И как ты понял, что скорее второе? — Любопытный факт: та машина, в которой погиб мистер Уоррен, неделей ранее пыталась сбить мистера Лангенэггера, который, кстати, тоже был неправ: у Лондона везде есть глаза и уши, а теперь еще и цифровые технологии на страже закона и порядка. Происшествие было заснято одной из камер безопасности, пришлось попотеть, чтобы раздобыть файл, не привлекая внимания Майкрофта, но мне это удалось. Номера автомобилей в обоих случаях совпадают, я проверил, и да, этот номер зарегистрирован на имя Оливии Сэндхерст, матери Эмили Сэндхерст. Случайное совпадение? У меня отвисла челюсть: — И ты все это выяснил, пока мы ждали в приемном покое? Шерлок пожал плечами: — Ты сам мне сказал проваливать с глаз твоих. Мне в любом случае нужен был образец крови мистера Лангенэггера, я решил заодно навести справки. Я кивнул. Типично для Шерлока: он хладнокровно искал факты, пока мы переживали за Доминика. — Но подожди, — сказал я, возвращаясь мыслями к кройдонской сцене. — Эмили и Майк были соседями. Наверняка машины Сэндхерстов и Уорренов стояли на одной парковке, возможно даже рядом друг с другом. Откуда ты знал, что Эмили сама дала Майку ключи? Майк мог банально взломать первую попавшуюся ему машину. — Я этого не знал, — ответил Шерлок, —, но мисс Сэндхерст своим поведением выдала себя с потрохами. Я, правда, надеялся, что она скажет больше, это явно не вся история. Удачно, что мы добрались туда быстрее полиции. В общем и целом, поездка в Кройдон оказалась не такой уж бездарной тратой времени, как я ожидал. Хотя ты все равно был неправ. — Есть еще что-то в этом деле, о чем я пока не знаю? — спросил я. — Хм. Посмотрим. Мисс Сэндхерст солгала про свою влюбленность в Майка Уоррена, она все еще по уши влюблена в Мердока — или мистера Лангенэггера, у нее в голове такая каша, что тяжело утверждать что-то с уверенностью. И еще один любопытный факт из полицейского отчета: в разбившейся машине были повреждены тормоза, так что это был не несчастный случай, а спланированное убийство, именно поэтому дело ушло к Лестраду, — Шерлок сделал паузу для эффекта, — каковы будут ваши выводы, детектив-инспектор Ватсон? — Если я правильно тебя понял, — медленно сказал я, — то либо Эмили, либо Майк были за рулем автомобиля, чуть не сбившего Доминика. Причем скорее Майк был за рулем, а Эмили потом с улицы кричала что-то там о ярости отвергнутой женщины. Сегодня Майк погиб, а автокатастрофе, потому что у машины отказали тормоза, а ключи от машины ему дала все та же Эмили. — Которая утверждает, что была в него влюблена, хотя мы знаем, что это не так, — добавил Шерлок, искоса глядя на меня. Я мысленно представил себе Эмили, такой, какой запомнил ее во время нашей сегодняшней встречи: маленькой, напуганной, рыдающей. Говорят, что внешность обманчива. Неужели этот ребенок — убийца? В голове не укладывалось. Как она, в таком случае, умудрилась отравить Доминика? И Мориарти. Давайте не забывать о Мориарти. Оставив свой автограф на колонне, он фактически расписался в том, что бассейн — его рук дело. Я обессилено откинулся на спинку сидения и прикрыл глаза. В этом уравнении было слишком много неизвестных, чтобы решить его вот так, с ходу. А я устал. Я очень сильно устал. По счастью, Шерлок и не ждал от меня каких-либо выводов. Его телефон просигналил о входящем сообщении. — Это от Молли, — сказал детектив, глядя на экран. Несколько секунд он вчитывался в написанное, потом с довольной усмешкой откинулся на спинку сидения рядом со мной: — Даже так? Очень интересно.