Я просто хочу помочь...

Эта ночь выдалась непростой для каждого. После таких новостей и встреч трудно уснуть спокойно. Особенно Килгрейву. Не стоит быть гением, чтобы понять, что убить себя — единственный выход. На Земле ещё нет таких технологий, которые могли бы как-то скрыть способности мужчины хотя бы на время. Конечно, Доктор умён и мог бы что-нибудь придумать, но вряд ли бы только идея могла бы помочь. Очевидно, чтобы воплотить идею в жизнь нужны ресурсы, но вряд ли на этой ничтожной планете есть хоть что-то, что может помочь. Время и так истекает. К тому же, видеть любимую девушку с кем-то другим, кто ей нравится, невыносимо. От таких мыслей становится как-то грустно. Сегодня, вместо мягкой тёплой кровати, Килгрейву пришлось спать на твёрдом неудобном диване, совсем одному. Он понимал, что несмотря на свою симпатию к Роуз, она любит Доктора и никогда не ответит ему взаимностью. Ему ничего не оставалось делать, кроме как принять этот факт. Он забрал постель и направился на первый этаж. Он не думал. В голове не было ни одной мысли, только пустота. Возможно, он просто не хотел думать или всё же не мог. Всё же не каждый день ты осознаёшь, что скоро придётся умереть. Спустившись вниз и зайдя в зал, Килгрейв сел на диван. В голове начали зарождаться мысли. Их трудно было назвать адекватными. Будто это были просто какие-то хаотичные и не связанные между собой слова. Уже было довольно поздно и ему хотелось спать не меньше, чем обычным людям. Все те вещи, которые он принёс, были скомканы в кучу. Его не волновала мятая постель. Возможно, ему было лень её стелить, а может, просто не видел в этом необходимости. «К чёрту!» — прозвучала мысль в его голове, прежде чем он рухнул на диван. Несмотря на то, что глаза уже слипались, а движения были более плавными и непонятными, заснуть он не мог. В его мозгу проносились сотни воспоминаний. Одно хуже другого. Лаборатория, родители, боль, вина, одиночество, предательство. Только мысли о Джессике Джонс и Роуз Тайлер могли хоть на мгновение вызвать у него улыбку. А ведь действительно, эти девушки — лучшее, что с ним случалось. Вспоминая всю свою жизнь в хронологическом порядке, мужчина около часа провалялся, пялясь в потолок. Решив, что пора всё же дать мозгу отдохнуть, он, перевернувшись набок, попытался уснуть.

***

Стрелки на часах указывали на второй час ночи. На втором этаже все тихо, все спят. Лишь на первом этаже слышны шорохи. Килгрейв ворочался, будто от какого-то ночного кошмара. Своими действиями он не давал себе шанса уснуть. Невольно в его голове проскакивали идеи, как тихо и незаметно убить себя, но как только он ловил себя на этом, пытался отогнать эти мысли, но понимал, что они вновь настигнут его. Чем дольше он тянул, тем больше этих мыслей у него появлялось. Каждая следующая хуже предыдущей, но абсолютно все из них так и кричали: «Убей себя!». Мужчина больше не мог терпеть. Раз уж ему суждено умереть, так лучше он сделает это сам и в тишине. Килгрейв резко встал с дивана. Его босые ноги коснулись холодного пола, а по телу пробежались мурашки. То ли от холода, то ли от намерений, он и сам толком понять не мог. Каждый шаг он старался сделать как можно больше бесшумным, дабы не побеспокоить кого-нибудь сверху. Шаг за шагом мужчина добрался до коридора. Рядом с лестницей в абсолютной темноте и одиночестве стояла сумка. «Наверное, Джессика забыла» — подумал он. Это было довольно странно, зная её. Сумка так бы осталась незамеченной, если бы из неё не блестело что-то. Даже через весь мрак лучи лунного света смогли пробраться в комнату и осветить предмет, который так привлёк внимание мужчины. Странное желание завладело его разумом, любопытство поглотило его, не давая шанса другим мыслям. Килгрейв подошёл к сумке. Ни разу не задумавшись, он бесстыдно открыл её и достал оттуда блестящий предмет. Его взору предстал пистолет «Desert Eagle» 12-го калибра. Видимо, Джессика уже была готова к его убийству. Всего один патрон. Что ж, похоже, Джонс была очень уверенной в себе женщиной. Оружие только провоцировало мужчину на самоубийство. Не долго думая, он схватил его и быстрым шагом отправился на кухню. Он решил. Отступать нельзя. Под покровом ночи убить себя гораздо проще думал Килгрейв. В душе «монстра» бушевали трудные эмоции, которые он был не в силах контролировать. Трудно всё всегда держать в себе. Рядом никого не было, а это дало шанс впервые за столько лет дать волю своим эмоциям. Одинокая слезинка пересекла его щеку и упала на пол. Такая же одинокая, как и он. Кто бы мог подумать, что когда-нибудь Килгрейв будет стоять на месте своих жертв. Убийца впервые понял, как трудно знать, что ты умрёшь, и у тебя нет ни шанса что-то изменить. Ты не можешь сопротивляться, потому что хорошо знаешь, что это случится. Приставив пистолет с виску, он уже был готов нажать на курок. Последние мысли бушевали в его голове, стараясь отговорить от этой ужасной идеи, но всё было напрасно. Лишь одна мысль заставила мужчину на мгновение перестать думать о смерти. Роуз. Он не мог так просто оставить её. Конечно, Килгрейв не мог знать о её чувствах к нему, или есть ли они вообще, но он не мог уйти, не попрощавшись. Его глаза начали метаться по кухне, ища какой-нибудь огрызок листка и подобие ручки. К счастью, совсем рядом лежала книга с рецептами и карандаш. Лоран порой записывал интересные рецепты в блокнот, дабы потом порадовать хозяина. Килгрейв вырвал листок на последних страницах блокнота, взял карандаш и начал писать. Сосредоточиться на мысли было очень трудно, руки трусили, а чувства и эмоции переполняли его. Через несколько мучительных для него минут, ему всё же удалось нашкрябать что-то типа прощального письма. Дальше руки сами потянулись к лежащёму рядом пистолету. В этот раз ему было труднее настроиться на нужные мысли. Он вспомнил о самом дорогом ему человеке, и теперь покидать этот мир гораздо труднее. И вновь пистолет у его виска. Килгрейв сделал глубокий вдох. Одинокая слеза в последний раз скатилась по его щеке, упав на пол. «Прощай, Роуз…» — последнее, что успел сказать мужчина, прежде чем пуля пронзила его голову. Раздался звук выстрела, который эхом разлетелся на ближайшие 50-100 метров. Бездыханное тело упало на холодную плитку, кровь вмиг окрасила пол рядом с головой трупа. Вот и всё… Громкий звук разбудил всех в доме. Каждый выбежал в коридор, спрашивая остальных о произошедшем. Пустые взгляды людей давали понять, что абсолютно никто не понимает, что это было. Доктору же долго думать не пришлось. Всё было слишком очевидно. Девушки и галлифреец спустились вниз, разыскивая причину их пробуждения. Триш не повезло зайти на кухню и увидеть истёкший кровью труп Килгрейва. Крик Патриши пронзил тишину. Все как один сбежались на звук. Глаза Роуз налились слезами. Доктор подошел к трупу и проверил пульс. Ему нужно было убедиться в том, что мужчина мертв. Результат не заставил долго ждать. Никто и не надеялся, что человек с дыркой в бошке может выжить. Слёзы начали течь по щекам девушки. В данный момент для неё не существовало ничего. Лишь тьма в которой виднелось тело её друга. Подойдя ближе, она опустилась на колени и в последний раз позволила себе дотронуться до него. Волосы Килгрейва были такими же мягкими и приятными на ощупь, как и всегда. «Вот и всё», — прошептала Роуз куда-то в пустоту. Внимательный галлифреец заметил ручку и листок бумаги на кухонном столе. Они хорошо сливались с кучами книг о различных блюдах, заметками и прочей ерундой, которая находилась на том же столе. Письмо в принципе можно было бы счесть за какую-то заметку, но чернила были свежие, а почерк очень корявый. Нетрудно было сделать вывод, что рука у автора сильно дрожала. Доктор взял листок, но, прочитав первые строчки, отложил его. — Думаю, это тебе, Роуз. Мне не стоит его читать. Тайлер резко вскочила с пола, залитого кровью, и принялась читать. Она будто надеялась, что в письме Килгрейв скажет, что всё это шутка и он всё ещё жив. Но…

«Дорогая Роуз, Мы знакомы совсем недавно, но за этот недолгий период ты смогла изменить мою жизнь и стать самым важным для меня человеком. Я не могу выразить то, насколько я благодарен тебе. Большую часть своей сознательной жизни я был ужасным Килгрейвом, но ты смогла разбудить во мне того маленького милого Кевина, которым я был когда-то. Это просто невероятно! Сейчас я стою перед самым трудным выбором в моей жизни, но понимаю, что решение принял уже давно. Роуз, я хочу, чтобы ты была счастлива. Я помню, с какой радостью ты рассказывала мне о Докторе. С какой любовью! Он тот, кто тебе нужен, Роуз. Он — твоя судьба. Я просто хочу, чтобы ты была счастлива с ним. Моя смерть — единственный выход из всей этой ситуации, и Доктор об этом знает. Я совершил достаточно злодеяний за всю свою жизнь и всегда хотел мстить дальше, но сейчас я хочу отплатить добром человеку, который изменил мою жизнь к лучшему. Человеку, который стал мне больше чем друг… Ты невероятна, Роуз Тайлер! Всегда помни об этом. Твой Кевин.»