Демон или вампир?

Прошло около недели, как новые жители обжилось в новом доме. Вот только Сонику быстрее становилось скучно, что он Один. Кроме брата и сестры у него нет больше никого — Нет друзей и кого-либо. Он просто ходил в свою смену два дня с семи до восьми и возвращался домой с братом и сестрой, отстраненно думая о своих планах. Шедоу он больше не встречал, видимо дела в солнечные дни, а он, небось, деньги печатает по ночам. Ну, доброжелательный и целеустремленный, как думал Соник, когда он задумался о строительстве такого богатого дома, в котором он живет, но это было излишне его мнение. Он даже рассказал о нём, когда вернулся в тот вечер домой все брату и сестре. Они искренне обрадовались такому заявлению (в частности Соня, Маник был своенравен), но вот Соник не сказал о том, сколько на вид ему было лет. Столько лет прошло, а он не изменился, плевать, что это фотографии. Сколько лет там прошло? Лет пять? Шесть? А может восемь? Ну, где-то так, но это не меняет решение, то есть мнения ежа. Интересно, а и впрямь, сколько ему лет? Лет сорок? Тридцать пять? Он делал операции для «вечной молодости» или и впрямь его кожа такая особенная, гладкая, молодая? Так молод… и так изменил своим видом подростка. Хорошо, не об этом. Соник стоял около могилы отца. Это даже красиво — похоронен под берёзой; ветки красиво лежали на холодном камне. Но краски сгущались: перед этой могилой стоит сын и смотрит на надгробный камень, как на живого ежа, который раньше прощал грехи людям, которые приходили к нему. Даже мурашки бегают по коже. Соник никак не мог удержаться, чтобы в какой-нибудь ясный день сходить к умершему родственнику. Но. Это разве нормально — стоять над могилой собственного отца, который много чем помог и не плакать? Этот вопрос его сейчас и доконал, заставляя стыдиться и с грустью вздыхать. Повернув голову, Соник посмотрел на смеющуюся девочку, которая бегала по лужайке меж могил и кричала «папа». Отец, который вышел из листвы, поспешил подхватить свою дочь на руки, закружить её в воздухе и уйти, откуда пришли. «Разве так можно — резвиться на кладбище меж мёртвых?» — думал Соник, смотря пристально на место их игр. На какой-то момент это показалось ему очень омерзительным и неправильным, но при всем этом он спешил себя отговорить, чтобы не думать о людях ничего плохого. Всё же — зачем? Хотя, кто-то из умерших родственников и сказал бы, наверное: «Они живые, пусть радуются жизни». Через всю свою серьёзность, Соник тихо посмеялся даже, представив такую картинку, если быть немного юмористом. Именно сейчас он почувствовал себя хорошо и даже легче за весь день. -Надеюсь, тебе там хорошо, пап, — Соник взял три лилии, отрезанные с клумбы и положил на могилу. До этого он прибрался на ней, выкинув завявшие цветы и выдернул сорняки. В конце концов — эту могилу где-то два месяца не навещали, если приглядеться к завядшим цветам. — Сейчас у нас всё хорошо, даже слишком идеально: мы быстро ужились в новом доме, сдружились с соседями, так же быстро нашли работу… это меня даже настораживает… может ли быть в самом деле, чтобы начинать новую жизнь и с такими успехами? Хех, я даже не знаю, правильно ли я говорю, но… я не понял твоё последнее письмо. Что с тобой произошло во время последних дней твоей жизни? Я не до конца понял, что это были за просьбы «быть аккуратней здесь»? Я изучил тебя и заметил, что ты не пишешь просто так те вещи, которые не о чем. Вот только зачем я это говорю? Я этого не понимаю. Соник запнулся в своих же словах, прижав ладонь ко лбу, издав нервный смешок. «И что я говорю?» — он закатил глаза, но после посмотрел на портрет отца, стоящий у каменного надгробья. -Уж прости… — Соник виновато опустил ушки, вздохнув. — Я люблю тебя, но понятия не имею, почему не плачу. Надеюсь, ты бы меня понял. Цветы от всех нас, но у Маника и Сони сегодня их смена. Сказали, что обязательно придут в выходной. Соник встал, не сводя глаз с земли, в которой был похоронен отец. -До свидания, папа, — Соник повернулся, но «что за напасть?». Он чуть не вскликнул от испуга, увидав лисёнка. Отстранившись на два шага влево, ещё находясь в сознании, что сзади могила. Это действительно было неожиданно, но подобраться так бесшумно среди гробовой тишины — невозможно. -П… простите, — замешкался Соник, сглатывая ком в горле. -Ваш папа? — спросил тихо лисенок, смотря на него полузакрытыми и вялыми глазами. -Как вы узнали? -Он был священником на весь городок, редко рассказывал о себе и своей жизни. Но я стал исключением. Не знаю, имею ли право так говорить, но он доверял мне все, даже о вашей личной жизни. -Серьёзно? — не верил ушам Соник, уже успокив себя. — Ушам не могу поверить… может быть… расскажите всё мне? -Надеюсь, вы доверяете мне? -У меня нет почти и выбора, у меня есть некоторое вопросы, а вы… даже… ну, моложе меня. -Так давай на «ты», Соник? -Хорошо. Если ты знаешь мое имя, то как тебя зовут? -Тейлз. Прошу пройти за мной, — он направился к дороге, чтобы не топтать траву, чтобы срезать. Соник посмотрел в последний раз на могилу и пошел за лисенком. Для него было удивительно, что он не пошел в сторону выхода из кладбища, а на оборот, углублялся среди могильных плит с идеально ухоженным газоном. Да и сам паренек был по внешности странным: под глазами были темные круги, будто бы от долгого недосыпа, он сутулился и говорил очень тихо, будто он болел ангиной. Да и его такая особенность во внешности выделяла — два хвоста, которые были опущены. Хотя даже можно было сказать, что они прижаты, словно у зверька, который загнать в угол. Даже было страшно представить, что такое произошло с пареньком, раз уж он… такой. Вскоре он привел Соника к своему дому. Он стоял отдаленный от кладбища, около огромной сколы. Забор был не высоким, а дом простеньким, двухэтажным и из бревен. В принципе, наверняка здесь невозможны головные боли из-за такой тишины по утрам. Если бы они переехали сюда, то все трое думали, что лучше просыпаться под шум цоканья копыт, визга, криков под окнами, но зато с нормальным видом на улицы города. А здесь лишь каменные надгробья, полуголые деревья и трава. И вот, можно снова повторится, что к счастью то, что здесь все цветёт, а не страшное кладбище домашних животных или людское, как показывают в старинных фильмах ужасов. Соник держался, чтобы ничего не спросить. Дом изнутри был уютен и очень приятен теплом и обстановкой. Пахло приятно деревом и корицей. -Чай? Кофе? -Воды, если можно. -Может, березовый сок? -Не откажусь, — Соник присел по жесту руки, а хозяин взял графин, похожий на чайник, но только с березовой корой и подыскал стакан. — У тебя разнообразен выбор, я думал, что у простолюдинов все по-иному, что у них только коровье молоко, но чай и кофе… я не хочу задеть, нет, просто интересно. -Ну… так я смог позволить себе купить что-нибудь новое за копленные на что-то деньги . -Деловито... - задумчиво ответил он, глядя лисенку в спину. - Ты здесь один живешь? -Да, - кинул он и поставил перед ним стакан с соком, сев перед ним напротив. - Знаю, необычное место проживания, но это мой дом. Не так недавно здесь построили кладбище, до этого в самом низу склона было несколько могил, но это место было живым. Соник слушал его, кивая. Ему было даже интересно слушать историю Тэйлза. -Ох... а почему бы ты не перебрался в город? Там около моего дома стоит пустующий дом, совершенно ничей и никем не засеянный. -Зачем? - уж больно резко ответил он, но успел провернуть ситуацию. - Уж лучше я буду здесь, дома, заниматься хозяйством и зарабатывать на хлеб. Здесь и проблем не бывает - все нынче хорошо. -Хорошо-хорошо, тогда на заметку, запомни, - Соник рассеянно улыбнулся и посмотрел на сок, взяв стакан и сделал глоток, поддерживая тишину, нависшую пеленой над ними. Тейлз о чём-то думал, смотря пристально вниз. Сонику нравились его глаза - два проницательных алмаза, а под глазами темные круги. Могло создаваться такое впечатление, что он не знает сна, пускай он очень милый и молодой. -Можно вопрос о моем отце? - прошептал он, глядя исподлобья на Тейлза. -Да, конечно. -Какой он был? -Святым ежом, который трудился на благо людей, поэтому он был уважаемым. Даже памятник в честь него хотели поставить, но печально, что не было ресурсов. Но в основном, он не с кем не путался, а лишь отдался служении церкви, а денег он не требовал, лишь ему люди помогали собирать на храм. Но вскоре ему резко потребовались деньги, на тот момент мне было шесть... нет, семь... я плохо помню мой возраст. Скажем так: это было несколько лет назад, он взял за меня ответственность, так как я лишился родителей в те годы и я пытался выжить, но тот вскоре выяснил обо мне, видя все по глазам и впустил пожить ненадолго. Это ненадолго затянулось на несколько лет, а позже я выяснил, что это, - лисенок взмахнул рукой, осмотря кухню, - мой дом. Выяснил я это, если не вру, за год до его убийства. -Ох... мой папа был и в самом деле очень полезен. Вот почему некоторые так на нас... смотрят, - Соник даже улыбнулся, выпустив усмешку и отпил ещё немного, а затем продолжил расспрос. - Ты ведь знаешь, с кем связывался мой папа? Если да, то скажи... -Хм... - он почесал голову, а большие ушки вздрогнули несколько раз. - Да, бывало. Шедоу, как я припомню - был его левой рукой, до гроба обязан ему. Дом он пытался перестроить, так как знал, что он хочет подарить его твоей семье, именно тебе и брату с сестрой, но а мать не должна появляться на пороге дома. Шедоу был очень настойчив, очень хотел порадовать своих сыновей и дочку, а ещё сильнее хотел увидеть вас. Жаль, что не дотянул... - тут он замолчал, глубоко вздохнув. Соник лишь молчал, смотря пристально на Тейлза, дергая кончиками ушей, переваривая информацию. Здесь он ничего нового так и не узнал, лишь лишний раз убедился в преданности их отца, но как он услышал имя ежа, которого он не мог бы не с кем спутать - до ужаса хотел разузнать о нем. -Можешь рассказать о Шедоу, если ты знаешь о нем? -Сталкивался с ним несколько раз, но вот... я не видел, где он живет, явно не в городе. Ну, поскольку я знаю, у него есть Брат близнец, но это я успел расслышать, когда они ночью разговаривали при перестройке дома. Нынче было поздно, а Джулиус не собирался никого отпускать и отправил в две комнаты, которые имелись у него. Кхм... я лишь узнал, что он был кочевником, искал то место, где он бы мог быть самим собой. Якобы, его семья погибла каким-то мистическим образом, но он имел связи с твоим отцом из-за чего-то другого, совершенно... они стали партнерами, им было о чем поговорить. И, судя по вопросам, которые задавал этот еж, он знал тебя, если судить о том, что он задавал о тебе вопросы, в основном это были расспросы о том, когда ты приедешь, а вот о брате и сестре он редко упоминал, лишь только твое имя. -Знал? Меня? - у него округлились глаза, слегка сжав стакан в ладони. - От куда он мог меня знать вот... так? Это уже мне кажется странным, хотя есть и объяснение, что папа мог рассказать обо мне и Шедоу могла бы понравиться такая история...? -Может быть, друг мой, все может быть, - лисенок закатил глаза и подлил ему еще немного сока, действуя настойчиво, ибо гости бывали у него редкостью. - Иногда он ходит здесь по кладбищу и просто смотрит на надгробья, в розысках одной могилы, судя по всему, но это не так важно. Но он очень интересный. Многое, чего он может рассказать... как-то раз он мне рассказал очень много интересных вещей и фактах о космосе и это оказалось очень интересным, что побудило меня создать новое изобретение... впрочем, я знаю о нем мало, не суди строго. -Хорошо... тогда, я могу даже быть спокойным, - Соник глубоко вздохнул, прикрыв ладонью один глаз, а затем посмотрел в окно, охнув. За окном уже стоял вечер, а солнце медленно садилось, скрываясь медленно за скалой. -Время быстро летит, - вздохнул Тейлз, посмотрев туда же. - Может, я тебя провожу? -Нет-нет, не стоит. Может мы ещё встретимся? -Если свезет, - согласился лисенок, встав со стола и посмотрел на своего гостя, который с неохотой встал с нагретого места. -Я думаю, что да. В конце концов, у меня завтра выходной, может сходим в библиотеку? -В библиотеку? - на секунду глаза Тейлза засветились от капельки счастья. -Да. Мне нужно взять книги о ботанике, может и ещё что-нибудь перепадет. -Тогда я помогу тебе с выбором, может что посоветую. Проводя гостя к двери, он открыл её, выпуская гостя. Соник с улыбкой посмотрел на Тейлза и улыбнулся, показав свои зубки и маленькие клычки, показывая свое радостное состояние. -До завтра! -До встречи.