Не бросай меня, молю

      После недолгой погони, отец и сын все же поймали Хартфелию. Повалив ее на пол, они дружно смеялись, щекотали кто кого, не стеснялись показывать своего настроения. За чтением книги и играми, волшебники не заметили как быстро пролетели несколько часов. Отослав Бикслоу на кухню, разогреть перед сном молока, девушка отвела Дикстона в ванную комнату. Просто всполоснув его теплой водой, волшебница обещала ему, что завтра они обязательно дочитают книгу и узнают наконец о всех приключениях капитана.       После горячего пара, мальчик стал сонно массировать глаза. Попросившись спать сегодня с Люси, Заклинательница не могла отказать ему в такой незначительной просьбе. Справившись с водными процедурами меньше, чем за час, пара вышла из комнаты с улыбками. Послушно выпив стакан молока, Дикстон робко попросился на руки к папе.       Со стороны казалось, что они были настоящей, кровной семьей. Войдя в спальню, Хартфелия быстро поправила постельное белье, подготовив спальное место для малыша. Бережно положив сына на середину, Громовержец удобно лег с правой стороны, дав возможность Люси лечь слева. Тепло укрыв мальчика, взрослые окружили его добрыми улыбками. Планируя на завтра много интересного, они не переставали радовать измученное сердце Дикстона знанием, что старая жизнь ушла. Впереди его ждет светлое время, счастливое детство. Теперь рядом с ним есть те, кто любит его больше себя. И это не было ложью. Все в гильдии поставят на кон свою жизнь, в его защиту.       Пожелав доброй ночи, волшебники поочередно поцеловали мальчугана. Перед тем как уйти, Люси крепко обняла его, поблагодарив за звездочки, которые сыграли самую важную роль в ее выздоровлении. Счастливо улыбаясь, мальчишка покрылся румянцем, коротко кивнув головой. Еще раз поцеловав ребенка в щеку, девушка приглушила свет лампы. Возле двери ее ждал Бикслоу. Нежно поцеловав любимую в лоб, он предложил выпить немного вина. — Ты в курсе, что не на шутку напугала меня, — уже сидя во второй комнате, возле дивана, прошептал Громовержец. Он поднял голову вверх, положив тем самым ее на сиденье дивана. — Прости, я же не виновата, что так все получилось, — прикусив губу, девушка стыдливо опустила взгляд. Будто борясь сама с собой, она все же поставила свой бокал рядом с мужчиной. Робко пересев на пол, она стащила со спинки дивана плед. Словно так и надо, она, не говоря и слова, села между ног волшебника, прислоняясь спиной к его груди. Как тогда, когда она читала сегодня историю. — Так намного лучше, — тихо прошептал маг, обняв свою девушку. — Просто молчи, — шикнула Хвостатая в ответ. Покраснев еще гуще. Укрыв их ноги пледом, она вновь взяла свой бокал вина. — Лучше расскажи, что вы оба делали, пока я прохлаждалась, — положив голову на плечо мужчины, ключница робко улыбнулась. — Как самокритично, — хмыкнул Бикслоу. — Знаешь, вот говорят, — чуть погодя, начал свой рассказ Громовержец, — что дети, используя фантазию, могут творить удивительные вещи. При условии полной свободы в творчестве, — мужчина почувствовал слабый кивок головы. — Так вот вчера я в этом убедился. Дикстон поразителен! Он сделал почти невозможное. Вот смотри, — направив руку в сторону стола, прошептал маг, — я вселяю душу в твердый предмет, предпочтительнее в куклу. Я не могу изменять форму предмета. Это невозможно, как я думал. А он может! Те звездочки, он не лепил их руками, а создал с помощью магии. Он вселил душу и заставил ее измениться. Ты понимаешь о чем я? — Кажется, да. Я не сомневалась в нем. А теперь и ты сомневаться не будешь. Он с первой минуты поразил меня, а теперь и тебя, — поежившись в объятиях, волшебница плотнее прижалась к Бикслоу, нежно улыбаясь его словам, и своим. — Всегда знал, что ты достаточно умна, — ухмыльнулся маг. Наклонив голову он коротко, но чувственно поцеловал плечико любимой. — Неужели? Всегда? — наигранно-удивилась Люси. — Даже тогда, когда я надрала тебе зад? — Ты мне всегда будешь припоминать, да? — негромко посмеялся волшебник. — Помни, я победила тебя два раза, — поддержала его Заклинательница. — Эй, в последний раз мы нарочито поддались, — встрепенулся маг. — Ой, оправдывайся теперь, — хихикнула девушка. — Какой же ты бываешь наглой, — устало выдохнул Бикслоу, будто обречен. Просто дернув плечами, ключница сделала короткий глоток вина.       «Сейчас, кажется, все таким правильным. Все идет именно так, как должно быть. Так здорово», — чувствуя жаркое тепло любимого, Хартфелия нежно улыбнулась. Ей всегда комфортно, когда он так трепетно ее обнимал. С самого первого дня спора, когда он вломился в ее квартиру и бесцеремонно разбудил ее, уже тогда, хоть она и ворчала, ей это нравилось. Мягко откинув волосы любимой, мужчина вновь поцеловал ее плечо. Поднимаясь выше к шеи. «Кажется, сейчас не хватало только этого», — прикрыв веки, волшебница повернула голову, открывая кожу поцелуям Громовержца. — О чем ты думаешь? — прошептал он ей в самое ухо. — Именно этого сейчас и не хватало, для полного комплекта счастья, — ласково улыбнулась девушка. Подняв голову, она невинно поцеловала волшебника в губы. — У дураков мысли схожи, — саркастично выдохнул он, вновь целуя ее, более увереннее, напористей. Бикслоу вынуждал Люси шире открывать рот и плотнее прижиматься к нему, когда они были вместе. Он медленно делался ее привычкой, перед которой она была не в силах устоять. И у него чертовски отлично это получалось. Ее кожа буквально везде горела от настойчивых ласк Громовержца, Заклинательница действительно желала его. А учитывая обстоятельства и то, как резко волшебник изменил своим привычкам, и то, как он нежен с сыном, добавляли сотни плюсов к его привлекательности в глазах ключницы. Чувствуя растущее напряжение внизу живота, мужчина медленно прекратил поцелуй. Ему хотелось куда большего сейчас, всегда. Но зная о невинности Хартфелии, он не желал принуждать ее. Глубоко дыша, он прислонился губами к ее виску. — Бикслоу… — с любовью прошептала она. Они не раз уже целовались. Пару раз дело дошло до того, что Громовержцу понадобился срочный холодный душ. Но ранее она не чувствовала такого сильного возбуждения. Вроде, все было как обычно, но многое изменилось. Прикусив нижнюю губу зубами, она робко посмотрела на любимого. Выравнивая дыхание, он усмирял свои чувства, чтобы не пугать девушку. Тихо шурша пледом, Заклинательница медленно положила его в сторону. Она хотела поступить правильно, повиноваться своему сердцу, мыслям, желанием. Что она и сделала. Не зная, как сказать об этом слух. Люси робко взяла ладонь Бикслоу. Проведя ею по своему телу вниз, она дошла до оголенного участка ноги. — Что ты делаешь? — хрипло прошептал мужчина. Но она не ответила. Лишь направила его руку вверх, поднимая за ней край платья. Шумно выдохнув, она прильнула губами к нему, полностью уничтожая поток глупых вопросов. Подняв обе руки вверх, блондинка крепко обняла шею своего Громовержца. Его ладони томительно очертили контур ее талии, поднимаясь медленно выше. Остановившись у груди, волшебник уговаривал себя не торопиться и сделать все достойно, хоть это и было почти невыполнимо. Бикслоу чувственно пустил одну руку на бедро Заклинательницы, незаметно поднимая ее платье выше. Второй же рукой, он медленно провел по ее груди, остановив пальчики на ее нежной шеи. Заставив ее открыть ротик шире, волшебник развратно прикусил ее губу, чуть оттянув зубами. — Стоит тебе только сказать и я тут же остановлюсь, хорошо? — мягко целуя ее шею, маг провел по тонкой венке языком. — Не скажу, — пропищала ключница, вызвав у любимого улыбку. Чуть отстранив от себя девушку, он рывком снял свою свободную футболку. Отбросив ее в сторону, Громовержец вновь притянул к себе Хартфелию, возобновляя ласки с новой силой. Все его мышцы были напряжены, они плавно перекатывались под смуглой кожей. Волшебник, еле касаясь, очертил ее декольте подушечкой пальца, нежно положив ладонь на ее грудь. Мужчина стал сжимать пальцы в такт их поцелуям, вызывая несознательные стоны. Полностью подняв подол платья, маг осторожно провел рукой по оголенной коже внутренней стороны бедра, забираясь ладонью под розовую ткань, он нежно водил пальчиками по животу Заклинательницы, не сильно сжимая ее бока. Она чувствовала как быстро стучит его сердце. Как сильно он желал ее сейчас. И, насколько был возможен, сдерживал свою страсть. И все это только ради нее. Слишком резко прервав поцелуй, Люси неловко повернулась к нему лицом. Даже в полумраке было отлично видно ее стыдливое смущение. Поставив колени возле его бедер, оседлав тем самым Громовержца, она робко опустила взгляд, рывком снимая свое платье. — Не смотри, — прикрыв ладонями грудь, тихо попросила девушка. — Ага, так я тебя и послушал, — хрипло усмехнулся Бикслоу. Обняв лицо блондинки он притянул ее к себе, вынуждая полностью на него сесть. Прижаться к нему. Волшебник, россыпью поцелуев, спустился с ее губ на шею, а после еще ниже. Расположив руку на пояснице Заклинательницы, он так же медленно спускался ею вниз. А дойдя до ягодицы, сильно сжал, прижимая к себе еще плотнее. Второй ладонью он не сильно сжал волосы Хартфелии, заставляя выгибаться в спине, прижимаясь грудью к нему. Каждым движением он будто учил ее, старался доставить непередаваемые ощущения. Донести до нее свою любовь и благодарность, что доверилась именно ему. Наклоняясь вперед, он, сквозь лифчик, покусывал грудь волшебницы. Закрывая рот ладонью, Люси глухо глотала свои стоны. — Любимая… — нежно спустив лямки лифчика, прошептал мужчина. После, опустив обе ладони на ягодицы, он игрался с ними. Сжимал. Мял. В такт своим движениям разводил в стороны. В то время, как прильнул губами к груди Заклинательницы. — Держись крепче, — поняв, что в комнату может зайти Дикстон и увидеть то, что ему не положено, в голове Громовержца созрел план о перемене места дислокации. Робко кивнув головой, ключница обняла шею мага двумя руками, крепче ухватившись ногами за его бедра. Неуклюже встав на колени, а после ровно на ноги, он и на секунду не хотел отпускать девушку из таких интересных объятий. Швырнув ногой снятые вещи под диван, Бикслоу осторожно понес Хартфелию в ванну, не переставая рассеянно целовать ее. Не осторожно хлопнув дверью, мужчина прижал Люси спиной к холодному кафелю. — Мы собираемся принять душ? — хихикнула волшебница. — Почему бы и да, — ухмыльнулся он в ответ. Девушка отчетливо чувствовала, насколько сильно Громовержец возбужден. Это смущало и одновременно возбуждало еще больше. Дыхание перехватывало от его ласк и кружилась голова. Его спортивные штаны неудобно зажимали бедра, ущипнув пальцами ног одну штанину, он резко дернул ногу вниз, чем сильно сдвинул резинку вниз. Повторив движение он полностью освободился от них. Проведя языком по шеи и ниже, он облизал грудь волшебницы, развратно раздвинув и сжав ладонями ягодицы. Подавшись в этот момент вперед бедрами, Бикслоу глухо простонал. Опустив одну девичью ножку, Громовержец согнулся в спине, ведь по сравнению с ним, она не славилась своей высотой. Осторожно, чтобы не напугать, маг накрыл ладонью ее трусики, слабо вращая пальчиками по кругу. О, как же ему хотелось действовать жестче, быстрее. Решив не быть столь пассивной, Хартфелия робко приставила руку к возбужденному члену возлюбленного не сильно сжав ладонь. Рефлекторно мужчина поддался бедрами вперед, наслаждаясь всем. Начиная от запаха конфет и секса в воздухе, заканчивая его личным чувством счастья. Жадно укусив грудь волшебницы, Бикслоу простонал вслед за ней. Чувство, что его любимая намокла от его ласк, вызывала жгучее желание в мужчине. Он, в буквальном смысле, сходил с ума от нее. Аккуратно отодвинув край ткани трусиков, он мягко прикоснулся к ней. Очертив пальцем длину ее губ, он задержался на взмокшей плоти. Массируя ее по кругу, он не уставал узнавать ее каждый день с новой стороны, и никогда не устанет делать это. — Бикслоу, — прислонившись лбом ко лбу, томно прошептала Заклинательница. Стараясь не отставать от любимого, она робко просунула ладонь под резинку его трусов, смыкая пальцы на его головке. — Люси, сейчас будет больно, — хрипя, Громовержец не был в силах сказать что-либо, используя деепричастный оборот. Не давая осознать Хартфелии весь смысл его слов, он резко ввел в нее два пальца, разрывая ее девственною плеву. Заглушив крик боли поцелуем, он крепко прижал ее к стенке, не давая сдвинуться с места. Он чувствовал и знал, что его рука окровавлена, что по ногам ключницы тонкими струйками спадает кровь. Теперь все изменилось и никогда не будет прежним. Вцепившись ногтями в плечи мужчины, девушка отчаянно шипела, глотая ком в горле, она сдерживала рвущиеся слезы. Было невыносимо больно, хотелось биться в истерики, затеять драку, что угодно, лишь бы сбежать от боли. Болезненно хмуря брови, волшебник не спешил вынимать из нее свои пальцы. Медленно, он покручивал ими, давая привыкнуть Заклинательнице. — Прости-прости-прости, — импульсивно шептал он. — Нормально, сейчас пройдет, — пыхтя, спотыкаясь на буквах, прошипела Хартфелия. Спустя несколько долгих минут, боль медленно уступала. Осталось чувство дискомфорта, но острой, пульсирующей боли больше не было. Страстно поцеловав любимую, Бикслоу мягко посадил ее к себе на бедра. Крепко обнимая, мужчина сделал несколько шагов назад. Открыв дверцу душевой, он, не отпускал смущенную ключницу из объятий. Быстро настроив воду, он легко зашел внутрь, закрыв за собой дверь. Их волосы быстро намокали, лихорадочно сняв стягивающую ленточку с волос, Люси ровно встала на ноги. Заглянув в глаза Громовержца, она, немного нервно, нежно улыбнулась. — Я люблю тебя, — невинно прикоснувшись губами к нему, девушка завела руки за спину, легко расстегивая замок лифчика. Бросив ткань к ногам, волшебница робко, трясущимися пальчиками, подцепила резинку трусов Бикслоу. Прилипнув к телу, они совершенно не скрывали внушительные размеры своего хозяина. Опустившись на корточки, ключница стянула с любимого ненужную ткань. — Люблю тебя, — тяжело выдохнул он ей в губы, когда она вновь ровно встала. Мужчина же, не стал тратить время за зря и просто поддев, поочередно, края трусиков Хартфелии разорвал намокшую ткань. Нервно хихикнув такому настроению мага, Заклинательница нежно обняла его за шею одной рукой. Второй же она медленно опустилась на его горячий член. От черной, бесформенной ткани на полу, смывались красные нити крови, утекая далеко в водосточную трубу. — Я так сильно тебя люблю, — вновь прохрипел волшебник. Маг нежно проводил ладонями по всему телу девушки. Очерчивая ее контуры, он запоминал каждый изгиб, каждый выступ родинок. Вновь возбуждая ее, заставляя снова желать, вынуждая выкинуть из головы мысль о последующей боли. Предугадывая, что волшебница не сможет долго стоять на ногах, мужчина подсадил ее на небольшой выступ. Кафельная плита, служившая полочкой, честно скрывала за собой уродливые трубы, шириной и длинной в два квадрата плитки. Широко расставив ноги, Хартфелия обняла ими Бикслоу. Введя в нее указательный палец, маг чуть растягивал ее, из-за чего и ласки Заклинательницы становились настойчивее, быстрее. Встав как можно ближе к Люси, Громовержец вынудил ее поднять голову для чувственного, глубоко поцелуя. Направив член в нее, он крепче обнял ее за талию. Склонившись над ней, он сильнее сжал ее грудь именно в тот момент, как его головка медленно вошла в нее.       Не сдержав дрожащего стона, волшебница сильно вцепилась ногтями в плечи мужчины. Оставляя неглубокие царапины, она придвинула свои бедра к самому краю. Бикслоу был напряжен до предела, он еще ни разу в жизни не вел себя так трепетно с девушкой. Не сдерживался так долго. Не терпел жар, возбуждение, лишь для того, чтобы партнерше доставить удовольствие. Но это не было зря. Стоило ему почувствовать ее влажность, то, какая она была горячая только из-за него, как он потерял себя. Безвозвратно. Сейчас он бессознательно отдавал ей свою душу со всеми бонусами.       Медленно наращивая темп, Громовержец не терял своей нежности, он ласково вел ладонями по мокрому телу любимой. Страстно и жадно целовал ее. Было мало. Казалось, он никогда не сможет насытится ею. Люси была бесподобна.       Повторяя бессчетное количество раз слова о любви, он получал удовольствие произнося ее имя. В данных обстоятельствах оно приобрело новые оттенки. Новый смысл. Томительно выходя из нее и вновь проникая почти на всю свою длину, он не устанет улыбаться даже сейчас. Чувствуя неудобство от положения, Бикслоу, не говоря и слова, резко открыл дверь кабинки. Бросив на пол все имеющиеся полотенца, халаты, он притянул к себе Люси. Вновь увлекая ее в их общую страсть. Решив, что девушке будет непривычно лежать на полу, он лег на спину, уверенно посадив на себя Заклинательницу. Счастливо улыбаясь, Хартфелия послушно выполняла все, училась всему. Крепко обняв ее талию, прижав к себе, Громовержец направил рукой член в нее. Резко войдя, он глубоко поцеловал ее. Положив ладони на ее бедра, он насильно насадил девушку на себя, заставляя двигать бедрами. Вперед. Назад. По кругу. Почувствовав, что ключница поняла свою задачу, одну руку он положил на ее грудь, чувственно сжав ее.       Вновь и вновь вызывая у любимой сладкие стоны удовольствия, Бикслоу уговаривал себя держаться. Да, он ждал этого не одну неделю. Да, он не раз фантазировал об этой ночи. Да, блондинка была самой желанной для него. Но это не повод расслабляться именно сейчас. Сегодня необходимо было показать так много, дать так много.       Действуя на врожденных инстинктах, Люси стала подпрыгивать на Громовержце. Вставая с него, она медленно, томительно, почти мучительно, вновь опускалась, вызывая уже у него глухие стоны, которые обещали быть, через некоторое время, довольно громкими.

***

— Никогда не думал, что можно быть настолько счастливым, — широко улыбаясь, Бикслоу тихо шептал. Волшебники были уверены, что за окном начало светать. — Никогда бы не подумала, что мой первый раз будет в ванной, — хихикнула довольная Хартфелия. Сидя у стены, Громовержец бережно обнимал любимую со спины, еле касаясь, целуя ее плечи, спину, шею. — Неужели было все так плохо? — наигранно расстроился маг. — Ой, нет. Что ты, ты великолепен, — приложив ладошку к его щеке, зашептала Заклинательница. - Но.. Ванна? — Я импровизировал, — дернул плечами мужчина. — Хороша импровизация, ничего не скажешь, — подняв голову вверх, девушка нежно поцеловала волшебника в губы. — Самое лучшее мое достоинство, — с улыбкой прошептал он в ответ. — Не спорю…       Через некоторое время простых разговор не о чем. После того, как влюбленные вдоволь насладились тишиной и уютом друг друга. Они все же решили выйти из ванной комнаты и немного поспать. Через пару часов должен был проснуться Дикстон. Отправив Бикслоу в комнату за вещами, Люси наспех причесалась, одетая в широкий и теплый халат мужчины.       Уставший, но довольный, Громовержец не переставал веселиться. Он обещал отдать сменную одежду девушки только с условием, что сам ее оденет. Смущаясь от данного предложения, Хартфелия смешно кинула в него полотенцем, легко отняв пижаму и нижнее белье. Победоносно хмыкнув, волшебница не спешила расставаться с халатом. Повернувшись спиной к любимому, она торопливо надевала трусики и лифчик. Не забывая о женском изяществе и умении делать такие простые движения будучи одетой в чем-либо. Бикслоу же, в свою очередь, ни капли не стеснялся возлюбленной. Кинув полотенце в корзину, оставаясь полностью голым, он не торопясь надевал трусы, и чистые спортивные штаны. — Тихо ты, чего гремишь? — неосторожно захлопнув дверь ванной, Громовержец почувствовал ощутимый укол локтя под ребра. — Ауч, я же не специально, — шипел он в ответ. — Идиот, — беззлобно хихикнула девушка. Крадучись пробравшись в спальню, волшебники легли по обе стороны от Дикстона. Поправив перед этим на нем одеяло. — Надо сегодня в гильдию заглянуть, мы давно там не были, — еле слышно прошептала Заклинательница. — Посмотрим, когда проснемся, — будучи в курсе, что бывает с женским телом после бурной ночи, особенно первой, Бикслоу язвительно ухмыльнулся. Ведь после пробуждения его любимая будет беспомощнее новорожденного Бэмби. — Сладких снов, — улыбнувшись, нежно посмотрела на мужчину Люси. — Люблю тебя, спи уже, — по-доброму ворчал маг. «Господи, Альберона, хоть ты и бываешь невыносима, но твоя затея поиграть в „Правда или Действие“ обернулась моим счастьем. Надо будет обязательно поставить тебе бочку элитного коньяка, ты это заслужила», — приоткрыв один глаз, Громовержец внимательно осматривал блондинку. Как она слегка поежилась, плотнее укрывшись одеялом. Как она придвинулась ближе к его сыну, бережно обняв его. А в воспоминаниях вновь и вновь всплывали картинки минувшей ночи. «Рядом со мной спят одни из самых дорогих мне людей. Интересно, Арзак и Макао чувствуют тоже самое? Потому что у меня нет слов описать данное ощущение…» — мягко накрыв своей ладонью руку Хартфелии, которая обнимала ребенка, Бикслоу робко улыбнулся. Прикрыв глаза, он медленно отдавался в объятия сна, зная, что наступили светлые времена в его жизни. Пусть неожиданно. Пусть он вообще не планировал всего этого. Сейчас в нем было четкое чувство, что именно так и должно быть.