Дух несвятого Валентина

  В городе, как бы тебе этого ни хотелось, совершенно невозможно окунуться в тишину, за окном всегда будут шуметь машины, сосед сверху глухо топать, а откуда-то сбоку будет доноситься музыка, которую никак не удастся узнать. Но иногда, при должном упорстве, удаётся отключиться от этого, полностью утонув в своих мыслях.   Где-то в этой глубине и плавал парень, бессмысленным взглядом гипнотизируя потолок. Несмотря на все его достоинства, ему совершенно не везло в любви, словно проклял кто. Когда тебя в первом классе трижды бросают девочки после чмока в щёчку, убегая к новой великой любви, это немного странно, но не более, но когда та же история повторятся и в следующие пятнадцать лет, то это становится очевидной закономерностью. Разочаровавшись во всём прекрасном поле, парень решил переключиться на свой, но столкнулся с той же проблемой. Самое элементарное решение — избегать поцелуев, с треском провалилось уже в который раз. Правда последняя попытка оказалась удачней, он поставил рекорд — три месяца, очень уж не хотелось встречать завтрашний праздник пусть и с друзьями, но, как и обычно, без пары. И всё же вчера его благие начинания с треском провалились, а сегодня, прощаясь, девушка слёзно молила о прощении и рассказывала о своей счастливой и взаимной любви с первого столкновения тел и взглядов.   Пиликнул телефон, разгоняя тьму. Даже не смотря на экран, парень точно знал, от кого пришла смска. Лучший друг, в своём извечном стремлении быть первым, имел привычку присылать поздравления ровно в полночь. Парень потянулся к телефону, собираясь проверить свою догадку. «С ДНЁМ РОЖДЕНЬЯ, САШКА!!! Рад, что в этот Валентинов день ты НАКОНЕЦ-ТО будешь не один)))» — Глаза, привыкшие к темноте, заслезились, и разобрать послание удалось не сразу.   Тяжело вздохнув, парень откинул телефон в сторону и, перевернувшись, уткнулся носом в подушку. Сказать другу об очередном расставании он не успел, поэтому Егорка искренне радовался за него, и от этого становилось ещё грустней и противней.   По полуоткрытой спине прошлось лёгкое холодное дуновение, Саша чуть передёрнул плечами, но шевелиться и накидывать одеяло совершенно не хотелось. А уж вставать и закрывать окно, про которое он опять, похоже, забыл, и подавно.   Вновь появившийся ветерок растрепал шоколадные пряди. Тёплая струйка воздуха вплелась в прохладный поток, ласково коснувшись шеи. Странная нежность уносила всё дальше, глубже, затягивала в полубыль-полуявь, где так легко заблудиться невинной душе, оставшись там до скончания веков. Невесомая ласка теплом разливалась по телу, погружая в негу. Лишь проваливаясь в сон, он наконец заметил, что прикосновения стали казаться более материальными, словно кто-то невесомо касался его так и не согревшимися руками и до странности горячими, сухими губами. Покрывало успело соскользнуть со спины и продолжало потихоньку уползать, повинуясь чужой воле. Бледная искра страха — в доме же никого нет и быть не может! — окончательно погасла в сладком дурмане, окружившим словно пар от горячего шоколада. Любопытство оказалось сильнее страха и не спешило таять. Сашке захотелось развернуться, проверить, если кто за спиной, но уже определённо материальные руки, надавив на плечи, не позволили обернуться. Сил сопротивляться не было, вернее — даже не возникло такого желания.   Хотелось поддаться, довериться, раствориться в такой незнакомой, но до невозможности родной ласке. Плыть по течению наслаждения оказалось так просто, а чуткие руки легко контролировали его продвижение дальше и дальше, принося с собой новые ни с чем не сравнимые ощущения, потихоньку теряющие свою невинность. Мурашки, разбегающиеся по телу, были отнюдь не от холода. Наоборот, с ними приходил жар, распалявший всё сильнее. Кончики пальцев перебирались ниже, словно на спине танцевали крохотные создания, едва успевающие наступить и тут же спешащие дальше. Подобравшись к ягодицам, они прибавили вес, утратив свою волшебность. В ответ Сашка лишь прогнулся в спине, стремясь отчётливей ощутить чужие руки. От движения член потёрся о простынь, от чего его обладатель возблагодарил всех богов за привычку спать обнажённым. Нематериальный дух снова обрёл большую плотность, и Сашка почувствовал, как прогнулся матрас под весом незнакомца. Его колени оказались по бокам от Саши, рука плавно скользнула на живот, чуть приподнимая, и ниже, впервые касаясь давно жаждущего этого члена.   Горячий язык, оставляя за собой быстро леденеющую влажную полосу, медленно прошёлся вверх по позвоночнику. От контраста температур дыхание окончательно сбилось, выдох больше напоминал беззвучный стон. Он целовал шею всё более страстно — наверняка останутся засосы! Оторвался от этого удовольствия незнакомец лишь чтобы приказать:   — Не открывай глаз, не смотри!   — Да… — на более развёрнутый ответ не было сил. Саша готов был обещать всё, что тому будет угодно, лишь бы только он не останавливался. Да и эта неизвестность лишь сильнее разжигала в нём интерес и желание, заставляла кровь бежать быстрей, окончательно туманя рассудок.   Незнакомец ловко помог Саше перевернуться, его пальцы прошлись по губам, чуть оттягивая нижнюю, соскользнули на подбородок, вновь потянув его вниз, мягко заставляя приоткрыть рот. Шоколад? Нет, просто губы, дарящие самый незабываемый и сладкий, словно их обладатель только что съел горсть конфет, поцелуй.   К его члену прикоснулся горячий член любовника и холодные руки сжали их вместе. От умелых движений хотелось кричать, срывая голос, но вырывался лишь хрип, оглушающий в окружающей тишине. Толкаясь в держащую его руку сильнее и резче, Сашка подбирался к краю наслаждения. Толчок, ещё один и он излился, пачкая свой живот. Прокатившаяся волна удовольствия смела последние крохи ещё держащегося сознания, и Саша, забывшись, открыл глаза.   Он успел заметить только, что любовник имел длинные кудри, почти доходившие до плеч, как тот растаял в воздухе, словно дым, сдутый свежим ветром с запахом шоколада.   — Опять!

***

  Сашка сидел в одиночестве у барной стойки. Друзья, отдавая дань уважения его мрачности и сочувствуя потере очередной девушки, отправились на танцпол, ненадолго оставив его в покое.   — Позвольте присоединиться.   Этот голос невозможно было не узнать, хоть тот и сказал ночью всего пять слов. Сашка резко, чуть не упав, обернулся. Обладатель шикарной кудрявой черноволосой шевелюры улыбнулся, придерживая его.   — Валентин, можно просто Валь.   Слушать дальше Сашка не стал: совпадение, галлюцинации или реальность то что было и то что есть — неважно! Главное, он здесь и можно срочно кинуться его обнимать, а потом и потонуть в захватывающем поцелуе.