Я не отпущу завтрашний день...

Отступление. Восточный Анклав №6, тренировочный зал для покемонов №2. — Бульбазавр, вперёд! — крикнул Эш, выпуская своего подопечного. Как он и опасался, битва шла отнюдь не в его пользу: Снорлакс оказался выведен из строя менее чем за двадцать секунд — ещё до того, как сумел бы произвести первую атаку, система заземления позволяла бронекостюму не сильно опасаться электроатак Пикачу, масса и герметичная броня защищали его от водных атак Сквиртла, а то, как офицер сумел зафутболить неудачливого стартера Эша и последовавшего за ним водного покемона в стенку двумя лёгкими ударами ног машины, серьёзно ограничило возможности парня. — Бульбазавр — Лианы, обездвижь бронекостюм! — скомандовал Кетчум ещё не до конца материализовавшемуся покемону. Тот, впрочем, отреагировал мгновенно и сразу же постарался захватить и обездвижить ноги бронекостюма, но офицер как будто этого и ждал — он внезапно наклонился, подставляя руки под атаку, и, стоило только лианам коснуться запястий, как он тут же мгновенно схватил их и намотал на ладони, а затем резко дёрнул руками, срывая Бульбазавра с места и подтягивая его к себе, после чего одним шагом дошёл до не до конца отошедшего от короткого, но неприятного полёта покемона и поставил, не опираясь, ему ногу на спину. — Хрусть — и ещё минус один, — раздался какой-то кровожадный голос из динамиков бронекостюма. Эш, понимая, что в реальном бою Бульбазавр уже бы оказался раздавленным тяжёлой машиной, отозвал травяного покемона. Осознавая, что из двух оставшихся у него только один был реально способен противостоять бронекостюму, Кетчум громко заявил: — Я пропускаю Лапраса. Чаризард — я выбираю тебя! В красноватой вспышке света перед Эшем появился один из его наименее послушных подопечных, регулярно пытавшийся поджарить своего тренера. Похоже, Джекилсон об этом знал, потому как после появления Чаризарда на поле бронекостюм только развёл в стороны руки, а из его динамиков раздалось: — Ну давай, большая ты непослушная ящерица, попробуй победить меня! Или ты, хе-хе, струсил? — последнее слово офицер выделил столь едким тоном, что им можно растворить металл. Чаризард, до этого собиравшийся забить на происходящее и поваляться на полу, взбесился и выдал огромной мощности поток пламени в сторону машины. Как ни странно, но бронекостюм, с практически невозможными для такой машины скоростью и грацией, уклонился, чем ещё сильнее вывел покемона из себя. Эш, понимая, что сейчас он практически неспособен повлиять на ход битвы, быстро отошёл за один из поднятых прозрачных барьеров и взял лежавший там микрофон, подключённый к динамикам зала, надеясь хоть как-то докричаться до своего подопечного. Тем временем страсти накалялись. Чаризард, вошедший в до этого не наблюдавшийся у него режим берсерка, отчаянно носился по залу, пытаясь накрыть оказавшийся чудовищно ловким бронекостюм потоком пламени или ударить по нему в полёте, но тот лишь уворачивался, причём каждый уворот сопровождался ехидным смехом оператора и подначиваниями, ещё сильнее выводившими огненного покемона из себя. В конце-концов, после очередной попытки Эша докричаться до своего ослеплённого яростью подопечного, бронекостюм уклонился от очередной воздушной атаки Чаризарда, резко схватил того за хвост, с силой приложил об пол, после чего перевернул на спину, плотно зафиксировав голову покемона пастью от себя и попутно прижав остальные конечности, а затем достал из ножен нож, который он медленно поднёс к шее отчаянно сопротивлявшегося Чаризарда. — НЕ НАДО!!! — отчаянно проорал в микрофон Эш, кидаясь на спасение не слишком благодарного, но всё-таки практически родного ему Чаризарда и покрываясь чуть заметной голубоватой пеленой. — Чик — и всё, — сказал Джекилсон, проводя ножом менее чем в миллиметре от шеи покемона, после чего лёгким движением убирая своё оружие в ножны, отпуская потерявшего сознание от усталости и страха Чаризарда, выпрямляясь и чуть не сталкиваясь с пронёсшимся за считанные секунды через весь зал тренером. — Чаризард — назад, — произнёс Эш, отзывая своего покемона. — Мистер, мы же вроде договаривались! — Я договор исполнил — никаких серьёзных травм и ни одной смерти, — ответил Кетчуму Джекилсон, неспешно отводя бронекостюм на его изначальное место. — Припугнуть ножом — припугнул, но не использовал — я всё-таки знаю, что такое армированное монокерамическое лезвие и как прекрасно оно режет большинство материалов. Нужно сказать тебе, парень, что у твоей команды потенциал неплох, но вот подготовка… Конечно, Пикачу выше всяких похвал — у меня сенсоры выдавали такие показатели, что и опытный Райчу обзавидуется, — но… Кстати, а почему он у тебя всё ещё Пикачу, а не Райчу? — Не хочет, — сказал Эш, — потому что боится потерять себя — у него есть живой пример в виде Чаризарда. Раньше, на стадии Чармандера, у него был намного лучше характер, но уже на Чармилионе начал портиться, а уж на Чаризарде… Вы сами видели. — Да, Лигу Индиго я тоже смотрел, — подтвердил догадку парня офицер. — Знаешь, если у него такой поганый характер стал — нужно бы из него эту дурь повыбить. Нет, я не говорю о том, что надо над ним издеваться или типа того, но наказание за проступки должно быть в обязательном порядке, тем более, когда у тебя есть такой замечательный Пикачу под рукой. Забьёт на команду — лишение пайка, попытается атаковать — Ударом Молнии его, чтобы он понял, что ты — его тренер, а не груша для битья. — Я не уверен, что так смогу, — грустно ответил Кетчум, свесив голову. — Сможешь-сможешь, уж я тебе в этом помогу, — сказал Джекилсон голосом, не предвещающим ничего хорошего, попутно «положив» ладонь бронекостюма на плечо Эшу. — Поверь мне — я и не таких придурков, пусть и человеческого вида, наставлял на путь истинный в своё время, а тут я, в кои-то веки, смогу не только развеяться и вспомнить хорошие времена, но и потренироваться приструнивать покемонов — заодно и тебе пару уроков преподам. — Ну… я попробую, — ответил офицеру Эш. Тот показал ему большой палец, после чего подошёл к автопушке, поднял её и направился ко второму выходу из зала. — До следующего раза, Кетчум! Придёшь завтра на, хе-хе, «экспресс-курс обучения управлению бронекостюмом для начинающих»? — спросил парня Джекилсон. — Конечно! — радостно сказал ему Эш, ещё толком не понимая, что его ожидает. Возвращение к основной линии повествования. — Так, асинхронно-фазный конвертер должен работать нормально, но он опять начинает идти вразнос, стоит только активировать генератор циклического потока. Джорси, как ты думаешь — в чём может быть причина? — спросил я птенца, осознавая, что он, скорее всего, ничего не понял из сказанного мной. Как и следует ожидать, малыш-Ивелтал посмотрел на меня откровенно недоумевающим взглядом, так что я ему слегка улыбнулся и вновь погрузился в работу. Как и следовало ожидать, до приведения моей телепортационной системы, работающей по принципу замены «вырезанных» кусков пространства-времени, в действие было ещё, мягко говоря, далеко, но продвижение в этом направлении явно намечалось. Главным же моментом, ради чего я так над этим работал, была возможность аккуратно выгрузить Птиц и Лугию, в нужных мне точках и не подвергнуть при этом Летающий Дворец опасности. — В любом случае, до готовности этой установки мне ещё придется работать и работать, а пока что неплохо бы сделать перерыв, — сказал я, поднимая свой взгляд от рабочего терминала и незаметно потягиваясь. — Джорси, хочешь посмотреть на моё новое приобретение? Птенец, уже начавший погружаться в сон от тех терминов, которыми я его регулярно осыпал, приподнял голову и кивнул, так что мне пришлось снова пройти вместе с ним в выставочный зал. Не столь давно я начал собирать коллекцию синноских скульптур Трио Созидания, созданных более тысячи лет назад, так что скрытного дрона-разведчика Макмертри и экраноплан Таннера вместе со шлемом пришлось отправить в ангар, дабы освободить место и не нарушать гармонию новой композиции. Впрочем, оно и к лучшему — несколько раз мне этот дрон-невидимка очень пригодился и именно он помог мне заполучить первую скульптуру из этого набора. Пока что у меня имелись небольшая платиновая скульптура Гиратины и Диалга, состоявшая из цельного голубого алмаза в стальной оправе. Для полного же комплекта не хватало лишь Палкии и ключевой скульптуры композиции — Арсеуса Изначального. Отступление. Восточный Анклав №6, группа Эша Кетчума, неподалёку от аэропорта. — Сколько воздушных судов… — произнёс Эш, смотря на одно из взлётно-посадочных полей, практически полностью занятое машинами сомнительной даже для тренера аэродинамики. Впрочем, эти машины были настоящими шедеврами авиаконструирования по сравнению с тем летающим кораблём, на котором трио тренеров немного попутешествовало ближе к концу Оранжевой Лиги. — Это да, — ответил Трейси, рефлекторно потянувшийся за альбомом. В этот самый момент неподалёку пролетело ещё одно воздушное судно, обвешанное характерными блоками ракетных контейнеров и имевшее на себе множество орудий. Как ни странно, но шума оно издавало не слишком много, хотя всё ещё на порядки больше Летающего Дворца. — А это что такое-то? — удивилась Мисти, глядя вслед машине, полетевшей в сторону военной базы. — Не знаю, — сказал Кетчум, направляясь и ведя за собой своих спутников к станции автоматического транспорта. Как ни странно, но в автоматическом электробусе оказалось практически пусто, если не считать одинокого офицера, служившего, судя по знакам отличия, в ВВС и одетого в крупный странный шлем. Все трое тренеров сели в электробус, после чего тот тронулся, а в салоне воцарилось неловкое молчание, лишь изредка прерываемое Тогепи Мисти. — Да, жалко, что с авиабилетами ничего не вышло, — нарушил молчание Эш. — Согласна, — ответила ему Мисти, после чего, задумавшись, добавила, — Эш, а вот скажи мне — куда ты планировал пойти дальше, после того, как отдохнул бы в Канто? — Ну… вообще-то, в Джото. А что? — Да ничего, — смутилась девушка. Трейси же увлечённо зарисовывал не столь давно увиденное им, включая как битву покемонов Эша с бронекостюмом под управлением офицера Джекилсона, так и встреченный ими воздушный корабль с множеством вооружения. — А похоже получилось, — сказал Эш, взглянув на рисунок Скетчита. — Интересно, что же это всё-таки за машина? — Воздушный боевой корабль СаЛ-12 «Чаризард», средний ганшип-аэродайн, — внезапно произнёс офицер, увидевший нарисованное Трейси. — Судя по форме зарисованных сопел — чистая реактивная модель первого с половиной поколения, обводы фюзеляжа выдают штурмовую версию, несущую у себя на борту десять бронекостюмов. Полный комплект ракетных блоков, гибридная загрузка третьим стандартизированным набором. Я так понимаю, что зарисован тот самый «Чаризард», что сегодня прибыл к нам в Анклав? — Так, вот сейчас я поняла только то, что этот воздушный корабль предназначен для сражений, называется «Чаризард» и что он несёт у себя на борту десять бронекостюмов, — сказала Мисти спустя несколько секунд молчания. — Государственница? Тогда ничего удивительного, — хмыкнул военный. — Я так понимаю, что у вас там о военной технике предпочитают вообще ничего не рассказывать? Эш, чувствуя закипающий внутри гнев, вновь начал покрываться дымкой, пока что неразличимой для человеческого глаза. Офицер, заметив странные показания от датчиков шлема, тут же пошёл на попятную. — Прошу прощения за то, что я только что сказал, юная леди, просто накипело, — быстро сказал военный, чуть ли не молясь Виктини, чтобы его пронесло. — День сегодня был тяжёлый, теперь ещё и «Чаризард» из Тунгуски притащился, а ведь именно мне пришлось заниматься его дозаправкой в воздухе. Попасть шлангом в небольшое окошко топливоприёмника на большом ганшипе, который, к тому же, летит с не самой удобной для этого скоростью — то ещё веселье. — А что это вообще такое — ганшип? — удивился Скетчит. — Боевая воздушная единица, предназначенная для огневой поддержки наземных войск. Собственно, первые ганшипы представляли из себя самолёты, в один из бортов которых — обычно левый, — монтировали всякое вооружение, а так же иногда ганшипами называли тяжёлые ударные вертолёты огневой поддержки. Работали-то они, конечно, неплохо, но вот у них были большие недостатки — самолёт не мог зависнуть или медленно пролететь сквозь узкую долину, да и на фронтальный обстрел он был неспособен, а вертолёты отлично выводились из строя атакой по лопастям несущего винта. Именно тогда и возникла нужда в ганшипе нового типа — с мощным вооружением, не уступающим самолётному, имеющего маневренность вертолёта, но при этом не имеющего открытых несущих винтов. Общая идея вырисовалась практически мгновенно — этот ганшип должен был быть аэродайном… — А что это такое — аэродайн? — спросил запутавшийся Эш. — Воздушное транспортное средство, передвигающееся исключительно или же большей частью на тяге своих двигателей. Так вот, практически одновременно с ТунгусТехом мы начали разрабатывать ганшипы-аэродайны. Их проект разрабатывался конструкторским бюро СаЛ — по фамилиям главных конструкторов, Саламенко и Лапрова, — и именовался СаЛ-12 «Чаризард», а наш же шёл по общей технической линии и назывался AGS-24 «Драгонэйр». И у них, и у нас были одни и те же проблемы — двигатели потребляли слишком много топлива и, соответственно, полётное время было совершенно никаким. Тем не менее, в итоге именно «Чаризард» стал самым успешным и известным воздушным кораблём этого класса. Кстати, немалая часть известности «Чаризарда» происходит не от непосредственно самого ганшипа, а от его двигателей. — Как же так? — больше для проформы удивилась Мисти, потому как всё равно понимала здесь от силы четверть слов. — А вот так. В ходе предсерийной доработки на «Чаризарда» были установлены разработанные новосозданным КБ «Джетовский-Бейгель» новейшие газотурбинные двигатели ДБ-2 «Векториал», которые оказались тем ещё технопрорывом. Простота изготовления, лёгкость в модификации, прекрасная мощность, высокая эффективность, огромный запас прочности, чудовищная ремонтопригодность — ТунгусТеховцы подшучивают, что эти двигатели всегда можно отремонтировать при помощи чугунного лома и напильника, — а так же то, что они оказались способны работать на практически любом топливе с достаточной калорийностью, не выходя при этом из строя, произвели настоящую революцию на рынке и позволили превратить «Чаризарда» из эксперимента в стоящую машину. — Правда? — спросил Эш, у которого такое до сих пор с трудом укладывалось в голове. — А на каких видах топлива их уже использовали? — Да почти что на любых. Эта серия двигателей — ДБ, то есть, — по-настоящему всетопливна, так что чем их только не питали: и соляркой, и спиртом, и бензином-керосином, и смесью всего вышеперечисленного, газодизель тоже применялся, некоторые отморозки вообще нитрометанолом или гептилом заливали, в полярных регионах их немножко переделали для работы на газе — работают идеально, местами даже желейное топливо используют — и всё равно эти двигатели продолжают исправно генерировать тягу, не выходя при этом из строя! Теоретически возможно их даже заставить работать на твёрдом топливе — угольной пыли или чём-то вроде этого, — но я пока что о таких извращениях не слышал. Нужно сказать, что эта разработка жутко перекосила несколько рынков в пользу ТунгусТеха, а нам, чтобы не сильно отставать, пришлось выкупить у них лицензию на производство двигателей такой схемы. Стыдно признаться, но самым первым действительно боеспособным ударным ганшипом-аэродайном стал именно СаЛ-12 «Чаризард», а наш AGS-24 «Драгонэйр» так и остался практически невостребованным. — Кстати, насчёт востребованности, — резко сменил ход разговора Кетчум. — Я всегда удивлялся, почему обе эти корпорации — и General Industries, и TungusTech — так не любят использовать покемонов и предпочитают заменять их техникой? Помню, когда-то я видел в новостях то, как отряд спецназа вскрывал штаб-квартиру какой-то там криминальной команды — они там применяли Арканайнов, Мачампов, Магнемайтов и прочих покемонов, а вот на видеозаписях корпоративных операций я видел лишь солдат, бронекостюмы, роботов и… как его там… А, штурмовую экзоброню! — Парень, я и сам не всегда понимаю эту политику обеих корпораций, но, честно сказать, лучше не лезь ты в это дело — целее будешь, — сказал помрачневшим голосом военный. — Кроме того, у этого метода, нужно признать, есть и немалые преимущества — психические покемоны не могут задурить мозги технике, особенно полностью автоматической, а огневая мощь и скорость атаки у машин зачастую гораздо выше того, что могут выдать покемоны. — Отель №4, — раздалось из динамика электробуса, который вскоре после этого объявления затормозил и открыл двери. Трио тренеров, переговариваясь между собой, вышло и направилось в здание, а офицер лишь слегка усмехнулся под шлемом. Отступление. Командный центр «Саффрона». — Так вы говорите, Аура? Очень интересно, — заявил Бугорский, прохаживаясь по помещению. — Так точно, сэр. Согласно показателям сенсоров наблюдения, субъект Кетчум неосознанно использовал Ауру во время рывка к Чаризарду, когда того прижал Джекилсон и достал нож. — А этот паренёк гораздо многограннее, чем кажется. Нужно по-любому заполучить его в агенты-оперативники и заставить развить свои таланты, а не забросить их в пользу этих Лиг… Кстати, а сколько всего ещё сейчас есть людей, способных использовать Ауру? — Известен только один, Райли, но склонить его к сотрудничеству не удалось, а терять уникума нежелательно. — Что правда, то правда. Кстати, разобрались, откуда у старого Сайфера была термоядерная бомба? — Частично. Реакторы-то мы нашли — и снова Юнова, — но вот чьи они — установить не удалось. Работали на них роботы, причём собранные, что называется, «с миру по нитке». Парни даже удивились, откуда там такой шизотех. — И то хорошо. Что там серебрянка наша, не возмущается? Знаю я её характер… — Удивительно, но практически нет. Команду свою она распустила, похоже, даже с радостью, с пушкой расставалась не слишком охотно… — Кстати, насчёт пушки. Что там с реверс-инжинирингом этого изделия? — Плохо, босс, — пригорюнился подчинённый. — С энергосистемой там ещё более-менее понятно, но вот стрелковое ядро — настоящий чёрный ящик, который пока что было решено не трогать — вдруг обратно собрать не получится. В общем и целом, скоро она получит свою пушку обратно, причём даже в усовершенствованном виде! — Ну ладно. Корабль меняет? — Конечно же, только… Сэр, простите за такой вопрос, но зачем вы выдали ей экспериментальное судно? — На это есть свои причины, — ухмыльнулся Главнокомандующий, садясь в кресло и поворачиваясь к тактическому экрану. Судя по тому, что он сейчас видел, Кетчум со своей компанией вернулись в отель и занимались разбором полётов за прошедший день с попутным планированием следующего.