Солянка

Заявка : 1 Аомине/Куроко 2 Слэш (яой), Драма, Фэнтези, Фантастика, PWP, ну тут на ваш вкус 3 NC-17 4 После матча встретится с Куроко чувства и эмоции со стороны Дайки Отвести Куроко в ближайшую раздевалку поцелуи и ели различимый шепот ''Я не могу без тебя Тетсу '' http://imm.io/FTv0 Заказчик: тсуна От автора: приятного прочтения. Жду вашей критики. Иногда, увидев человека в первый раз, мы уже можем определить, будет с ним что-то или нет, не важно дружба это, приятельские отношения или любовь... Странно и предельно глупо полагаться на сердце и другие чувства, поэтому мы просто откидываем это подальше и прибегаем к помощи разума, который, увы, не всегда способен нам помочь. Всегда достаточно трудно уловить тот единственный момент, то самое время, когда внутри что-то екнет, и подобно импульсу пройдется по всему телу, оставляя что-то неуловимое, что-то едва ощутимое, что-то, что потом только спустя долгое время общения с человеком мы сможем обнаружить внутри себя. Жаль, но чаще мы больше выбираем умение трезво оценивать ситуацию, а не идти на поводу у собственных чувств. В жизни Аомине Дайки всегда полагался на инстинкты. Еще в недалеком детстве он твердо уяснил такие понятия, как закрытость, маски и роль. Да, может кто-то и считал его наивным дурачком, влюбленным в баскетбол, привыкшим переть на прямую, вместо того, чтобы подумать. Да, люди, к сожалению, чаще всего воспринимают все так, как оно есть, так как должно быть. Сложившийся образ разгильдяя-баскетболиста людям намного проще воспринять, чем попытаться рассмотреть за красивой счастливой улыбкой плотно сжатые в полоску тонкие губы. Им не хочется усложнять себе жизнь и всматриваться в светящиеся счастьем темные радужки, чтобы в их глубине найти одиночество и боль от непонимания. Действительно, намного проще делать вид, что все отлично. А если никому не нужно видеть его настоящего, то и нечего им это демонстрировать. Так было всегда, и Аомине не пытался сломать эту стену, ему и так было хорошо. Он так думал, верил, но все изменилось. Он встретил того, кто сдернул маску с него. При первой встрече Дайки испугался его. Конечно, это выглядело смешно, когда вполне высокий, взрослый юноша трясется, сидя на корточках в углу, испугавшись маленького, хрупкого и почти незаметного мальчика. Только вот не испугался Аомине внезапного появления Тецуи, а испугался его глаз. Когда он повернул голову и встретился с двумя глубокими голубыми озерами, он четко услышал на границе сознания треск. Там внутри что-то ломалось, и стена, которой себя окружил когда-то давно еще маленький Дайки, пошла трещинами. Брюнет почти чувствовал, как фарфоровая улыбающаяся маска осыпается с его лица. И это почему-то не пугало, тогда не пугало, а потом все было, как в тумане. Совместные тренировки, развитие таланта, быстрый рост в плане опыта, череда побед, признание, появление Поколения Чудес. И в этой череде, которая буквально закружила его, он пропустил тот момент, когда тонкая ниточка между ним и Куроко порвалась. Просто исчезла, оставляя лишь красивые, счастливые воспоминания, которые были отсняты на старенький фотоаппарат и вклеены аккуратными пальчиками Сатсуки на желтые странички альбома с забавным голубым слоником на обложке. Там, внутри этой маленькой книжечки жили они, еще не поколение чудес, а простые ребята: вечно уминающий за обе щеки Атсуши, с хвостиком на боку, который был завязан оранжевой резинкой с двумя разноцветными шариками. Редко улыбающийся Шинтаро, склонившийся над книгой, делая очередную пометку с заколотой назад челкой, рядом с ним на столе сидел плюшевый заяц, а на щеках красовался румянец, когда он заметил, что его снимают. Жизнерадостный Рета, выглядывающий из-за угла на карачках с двумя ветками на голове, маскировавшийся от своих фанаток. Строгий Сейджуро, удивленно смотрящий прямо на снимающего его человека через плечо. Счастливая Сатсуки, задумчиво стоящая около скамейки на каком-то матче, прижимающая к груди блокнот. Тихий, спокойный Тецуя, уснувший с положенной на скрещенные руки головой и Дайки, по-настоящему счастливо улыбающийся, сидящий напротив и путающийся пальцами в голубых прядях. «Почему же все так произошло?» «Почему ты ушел?» «Почему?» Дайки снова погрузился в эту боль, которая постепенно нарастала новой маской на его лицо, скрывая его. Когда хрупкая фигурка ушла из его жизни он просто закрылся и снова стал тем Дайки, которым был изначально. Только через вновь выстроенную стену появилась маленькая щель, которая, что бы ни произошло, не исчезала. Матч против Сейрин заставил в сердце Аомине что-то неприятно всколыхнуться, что-то снова начало трещать. Тонкая трещина в стене пропустила в темную клетку разума луч света, который проскользнул к кусочку той оборванной ниточки, ухватившись за этот край. А потом только гнев, который наполнил душу Дайки, когда тот увидел мальчишку. Самое страшное, что он не смог сдержать себя, маска дала трещину под бдительным взглядом голубых, наполненных прохладной водой глаз бывшего напарника. И брюнету стоило огромных сил, удержать себя от опрометчивого поступка. В тот момент он не контролировал себя. Сейрин проиграли, но Дайки не являлся победителем. Растоптанный, загнавший себя в угол тесной клетки, он обнял колени руками, складывая на них голову, в последний момент, дергая рукой и судорожно сматывая обрывок нити в ладонь, стараясь избежать этого губительного луча, который проникал через щель, скользя по полу. Внутри все переворачивалось, а разум снова звякнул большим замком на решетке клетки, стараясь показать, что все хорошо, что спрятанные далеко чувства к Тецуе не проявятся. Но суждено было произойти другому. Второй матч, Аомине уже серьезней отнесся к подготовке, разогрев ему нужен был не только для того, что бы привести тело в боевую готовность, но и для того, что бы заткнуть трепещущее сердце. Свисток. Мяч в игре. Долгие минуты отбиваются ритмом мяча, сопровождаются скрипом кроссовок, отбиваются стуком сердца, скользят по телу капельками пота. Аомине носится по площадке, забирая мячи и уворачиваясь от соперников, отбивая нужный ему темп, создавая ауру спокойствия, исчезая тут и появляясь там, стараясь не встречаться с Куроко, но судьба решает сделать все по-своему. Стук мяча, обманный маневр, Кагами позади, перевести взгляд на кольцо, и увидеть перед собою вблизи серьезные голубые глаза. Дайки выдыхает, отскакивая назад от своей бывшей тени, уходя в право, и натыкаясь на Кагами, но это не проблема, проблема в Тецуе, который теперь около кольца. Глупый проигрыш, бывает и такое. Он проиграл, проиграл Сейрин, нет, неправильно, проиграл Кагами, который увел его Тецую, человека, в котором он нуждается. Что-то щиплет глаза, неприятное освещение, Аомине отворачивается, скользя пустым взглядом по площадке, не замечая удивленного взгляда голубых глаз. Он хочет уйти. Хочет сбежать отсюда, покинуть это место, растворяясь в толпе и снова построив стену, новую, прочную. Он уничтожит свет, свой свет, сожжет себя заживо, что бы выжать из себя эту боль, что бы убить в себе того, кто сидит в клетке, цепляясь пальцами за чертову нить. Он так думает. Виски приятно обжигает горло, проливаясь золотистыми искрами в стакан, покачиваясь в нем под манипуляциями сильных пальцев. За окном проезжает машина, и отсвет от фар прокатывается по комнате, освещая сидящего около стены на полу юношу. Аомине расслабленно вытягивает одну ногу и опирается рукой с зажатым стаканом на второе колено, откидывая голову назад, скользя расфокусированным взглядом по потолку. Горький напиток успокаивает, обжигая и создавая впечатление, что ты глотаешь горячую лаву. Ему не хочется думать, ему вообще ничего не хочется, только вот перед закрытыми веками стоят такие желанные голубые глаза. Тихий хриплый смех и «Ненавижу» сопровождается звоном разбитого стекла. Янтарная жидкость каплями стекает со стенки. Дайки поднимается, отпинывая по пути сломанный стул и слегка пошатываясь идет к выходу, он все решит именно сейчас, именно сейчас освободится. Под ногами приветливо шуршат опадающие листья, свет от фонарей создает видимость тепла, отражаясь в лужах после дождя. Дайки запрокидывает голову назад и делает пару кругов вокруг своей оси, раскинув в стороны руки, смотря на водоворот звезд перед глазами. Изо рта вырывается смешок и облачко белого пара. Конец осени не такой теплый, как хотелось. Старшая школа Сейрин встречает Дайки холодным молчанием и отсутствием какого-либо света. Брюнет подумывает уже пойти обратно, как замечает тонкий отсвет, конечно глупо думать, что это именно баскетбольный клуб, но сердце предательски тянет его туда, ноет и стучит, и он идет быстрыми шагами. Повезло, свет именно от баскетбольного клуба. Легко перебравшись через ограду, Аомине, запихав руки в карманы, направляется ко входу, в тайне надеясь, что там нет Тецуи, и в тоже время всем сердцем желая, чтобы именно он, Куроко, оказался там. Сердце не ошиблось, Дайки остановился около входа, с жадностью оглядывая хрупкую фигурку, собирающую мячи. Куроко закинул последний в корзину и повел плечами, разворачиваясь и замечая тень около входа. Но стоило приглядеться, и он тут же понимает кто здесь, и улыбается. Странно так улыбается и делает шаг вперед. - Здравствуй Аомине-кун, - тихо говорит мальчик, но Дайки слышит, читает по губам, на которые так жадно смотрит. - Йо, - произносит он, когда понимает, что молчание стало до неприличия долгим, - «нам надо поговорить.» - читает Тецуя пробегая взглядом по лицу бывшего света и согласно кивает, вздрогнув от внезапного порыва ветра, который врывается в зал. Фантому холодно, ведь он в одной футболке и шортах, поэтому он произносит: – Хорошо, - и направляется в сторону раздевалки, чувствуя, что Аомине следует за ним, как будто на поводке. Дверь закрывается, согревая теплом двоих вошедших. Помещение намного светлее и меньше, что делает его намного уютнее, чем огромный зал. Аомине присаживается на скамью, откидываясь на один из шкафчиков, лениво наблюдая за тем, как Куроко переодевается. А дальше снова тишина, такая уютная и в тоже время внутри что-то настойчиво звенит, говоря о том, что сейчас все должно решиться. Дайки пропускает момент, когда уже переодевшийся Куроко подходит к нему, перекидывая одну ногу через лавку и вставая вплотную к нему, смотря сверху вниз. Брюнет щурится, запрокидывая голову назад, смотря в голубые, ненавистные и одновременно сводящие с ума глаза, и тихо шепчет «ненавижу». А Куроко слышит совершенно другое, он слышит тихую печаль, боль, находит отголоски обиды и разбитости в темных глазах. - Я знаю, - наконец отвечает парнишка. - Боишься? – глупый вопрос, но последующие действия действительно немного пугают. Куроко вздрагивает, когда сильные руки сжимают его бока, а Дайки резко тянет вниз и утыкается носом в его живот, прижимая к себе, обвивая длинными руками тонкую талию. Тецуя улыбается, скользнув пальцами по плечам, аккуратно зарываясь в темные волосы и обнимая в ответ юношу за шею, наклоняясь над ним и тихо вторя. - Я тоже не могу без тебя, - чувствуя движения сильных рук, Тецуя лишь выдыхает, когда оказывается уже сидящим на коленях. Самостоятельно устраиваясь поудобнее в теплых объятьях, он вдыхает аромат дождливой свежести и горького алкоголя. А потом губы встречаются, сталкиваясь, сминаясь, прикусываясь, принося друг другу боль и наслаждение от желанной близости, смешиваясь с солью слез обоих, впитываясь с кровью, запоминаясь теплом. Так странно, но в тоже время правильно, когда мы говорим, что ненавидим, и только те, к кому мы обращаемся, могут услышать в этом слове тихую просьбу остаться рядом.