Жизнь продолжается

После аппарации, когда Гарри и Северус появились возле дома, гриффиндорец чуть не свалился в сугроб. Но Мастер Зелий вовремя подхватил Поттера, чем и спас его от падения. Снейп вместе с Гарри вошли в дом. Вещи он переместили через камин еще днем, когда Северус решил отправиться сегодня же домой. В доме на удивление оказалось холодно. Снейп сразу же наложил согревающие чары на здание и зажег камин. Так, как сейчас был уже вечер, Снейп приказал домовику Крэмпи, которого им подарил Дамблдор, приготовить ужин. Крэмпи появился в их доме совсем недавно. Альбус Дамблдор подарил его Северусу без повода. Директор Хогвартса решил, что зельевару будет нужна помощь и, в свете недавних событий. Мужчина принял этот «подарок» с благодарностью. Ему и вправду нужен был домовик, ведь не оставлять же дом без присмотра. Крэмпи сразу же признал в Северусе Снейпе своего истинного хозяина. Именно поэтому он относился к своему нынешнему хозяину с опаской, в общем, как и все домовики к своим хозяевам. Домовик Крэмпи сразу же понравился Гарри. К молодому хозяину он относился не с такой опаской как с Снейпу, но все равно уважал его и всегда выручал. В Хогвартсе, когда Гарри чуть не попался Северусу, Крэмпи его выручил. Дело было в том, что когда Снейп был занят и работал в лаборатории, со стола профессора пропала контрольная работа некоторых гриффиндорцев и две работы слизеринцев. Мальчику нужно было лишь взять пару работ и дописать решение. Он не хотел брать у Снейпа без разрешения, но другого выхода не было. Поттер видел, как переживала Гермиона, потому что не успела сделать задания. Девочка знала решения, но Рон отвлек ее тем, что вечно старался позвать ее в надежде, что она ему поможет. Конечно же, на Рона Гермиона выплеснула свой пар, но от этого оценка не измениться. Гарри не говорил ей, что задумал, хотел сделать сюрприз. Так и получилось. Правда, работу слизеринцев он взял для того, чтобы Северус в случае чего не подумал на него сразу. Но когда Северус вернулся из лаборатории, пропажу обнаружил не сразу. Лишь когда снова стал пересматривать работы, понял что отсутствует работа Грейнджер, Дина Томаса, Поттера и Малфоя с Крэббом. Когда Гарри вернулся в кабинет Снейпа, то обнаружил домовика вместо него. Поттер уже клал работы на стол, когда Северус вернулся в кабинет. Тогда-то домовик и спас его шкуру. Крэмпи со страхом в глазах сказал хозяину, что это он взял работы, дабы отнести бумаги профессору Дамблдору. Домовик-то не знал, что это работы учеников, а не отчет. Пока Крэмпи готовил ужин для Снейпа и Гарри, сам же Северус наложил дополнительные согревающие чары на дом. А Гарри отправился в свою комнату, чтобы посадить свою сову, которая уже явно прилетела, в клетку. Когда Гарри вошел в свою спальню, Букля действительно была уже там. Она ухнула в знак приветствия, когда Гарри подошел к ней. Поттер прекрасно знал, что его сова не любила тесные клетки и вообще не любила сидеть взаперти. Это же сова. Ей нужна свобода и постоянные полеты. Поэтому пока никто не видел, мальчик раньше частенько выпускал сову полетать. Он всегда знал, что она вернется, поэтому не боялся за нее. Поттер только открыл дверца клетки, как Букля начала неодобрительно ухать и перелетела на другое место. — Я знаю, что ты не хочешь в клетку. Но я не могу выпустить тебя в доме. — пожал плечами Гарри. В ответ ему была тишина. Гарри последний раз взглянул на окно и открыл его, жестом показывая, что сова может вылететь. Букля подлетела к окну и вылетела из него, наслаждаясь этим моментом. Гарри с завистью посмотрел на нее, и у него появилась замечательная мысль. Почему бы ему самому не полетать сегодня перед ужином? Ведь ужин еще не готов, верно? Это было бы замечательно, но была проблема. Ему этого не позволит Северус. Но кто сказал, что не стоит попробовать? Когда ужин был готов, домовик оповестил об этом своих хозяев. Снейп и Гарри спустились вниз и принялись есть. Ужин прошел бы в тишине, если бы не вопрос Снейпа. — Что у тебя произошло с профессором Трелони? Гарри слегка напрягся от такого внезапного вопроса. Он ожидал немного другой разговор, но не как не про Хогвартс. За несколько дней, до того как Гарри и Снейп решили вернуться на Рождество домой, у мальчика с профессором прорицаний произошёл конфликт. Трелони на очередном уроке по Порицанию сказала ему и его друзьям, что у них нет ни единого шанса стать профессионалами в этой сфере. Рон не сдержался и сказал профессору, что она ничего не понимает. Как сказал Рональд, может быть сама Трелони не ясновидящая, а мы этого не знаем наверняка. После этого профессор Трелони выгнала всех троих из кабинета и пригрозила рассказать все на совете преподавателей. Видимо она все-таки не забыла об этом и сдержала свое обещание. — А что у меня с ней произошло? — Гарри решил не подавать виду. — Гарри, не прикидывайся. — сдержано сказал Северус. — Я знаю, что что-то произошло. Но я хочу услышать это от тебя. — Разве она тебе не рассказала сама? — лениво протянул Поттер-Снейп. — Я хочу услышать это от тебя. — отец отставил от себя тарелку с едой и выжидающе посмотрел на Гарри. — Ну, может быть, она сказала, что у нас нет таланта. И может быть, мы ей что-то ответили, — уклончиво произнес Гарри. — Что вы ей ответили? — опасно протянул Снейп. — Что может быть у нее тоже нет таланта, а она не знает об этом. — тихо сказал Гарри. — Может быть, у нее третий глаз затуманился. Северусу потребовался весь свой потенциал, чтобы скрыть свои истинные эмоции и держать на лице беспристрастную маску. Если бы не это, то мужчина бы рассмеялся. Он и сам считал, что у Трелони нет особого дара, но кого это интересовало? Северус так же ненавидел Прорицания в свое время, но Гарри об этом знать не обязательно. Если гриффиндорец поймет, что Северус с ним согласен, то потом это хорошим не кончится. Нужно чтобы мальчик уяснил, что относиться к профессорам, ко всем, нужно с уважением. И такие шутки как на Прорицаниях неприемлемы. — Профессор Трелони сказала, что не допустит вас к урокам, пока не услышит извинений, — сказал Снейп. — А может она освободит нас от занятий? — с надеждой в голосе спросил мальчик. — Даже не думай об этом. — приказным тоном сказал отец. — Занятия никто не отменял. И если вы не подойдете к ней с извинениями, то у вас будут большие неприятности, молодой человек. — Ладно. — Я проверю, Гарри. — предупредил Снейп. — И я не хотел бы, чтобы это больше повторялось. Я не испытываю радостных эмоций, когда на тебя жалуются профессора. — Я понял, — уставшим голосом ответил Гарри. Ему сейчас никак не хотелось выслушивать речь о правилах хорошего тона. Почему Северус всегда начинает эту тему, когда мальчик настроен совершенно на другое? Почему просто не поговорить о чем-то приятном? К примеру, о том, что Гриффиндор выиграл финальную игру по квиддичу. — Нет, ты не понял. — тоном не терпящих возражений сказал Северус. — В этом году ты совсем забросил учебу. — Не совсем. — Гарри мысленно застонал. — Просто почти все время уходило на то… — …чтобы подготовить команду к соревнования по квиддичу? — закончил за него отец. — Именно поэтому. Гарри, я не буду разрешать тратить твое время, которое должно было быть отведено на эссе по предметам, на квиддич. Ты слишком много уделяешь времени этому бесполезному виду спорта. — хмыкнул Снейп. — «Бесполезному виду спорта»? — переспросил Гарри. Северус конечно знал, как Гарри любит квиддич и насколько он хороший ловец. Все это время он понимал, что в мальчике проявляются гены биологического отца, это то и не давало покоя зельевару. Он понимал и ничего не говорил про увлечения гриффиндорца, но когда это переходит за грань нужно что-то делать. И то, что Поттер соревнования ставит выше, чем занятия, его отнюдь не радовало. — Тебе стоит больше уделять времени школьным предметам. — Северус жестом приказал Крэмпи убрать со стола. — Но квиддич не бесполезный вид спорта! — Тогда может быть квиддич поможет тебе сдать СОВ? — резко спросил Снейп. — Я планировал стать профессиональным игроком в квиддич, — возразил сын. — Квиддич может быть увлечением, но не способом зарабатыванием на жизнь. — Ты не понимаешь. — Еще раз повторяю, — более жестко сказал отец. — что я настаиваю на том, чтобы ты занялся своими мозгами, пока они не заржавели. — Я не забросил учебу, я просто… — Да? Тогда может быть профессор Трелони, Стебль и Бинс все выдумали? — изумился Северус. — Нет, но по другим предметам у меня все нормально. — сказал Гарри. — Я не говорю про ЗОТИ, хотя ты мог бы и не выводить Амбидж каждое занятие, — Снейп протянул только что поданный горячий шоколад. — Она ненавидит всех гриффиндорцев, — зло произнес Поттер. — Наверное, я должен выразить ей благодарность, — Мастеру Зелий надоело все это. — Эй! — Что? Ты со мной не согласен? — театрально прикинулся Снейп. — Да, не согласен. Она несправедлива ко всем кроме тех, кто ей доносит на остальных, — высказал Поттер. — Как это ужасно. — с нотками сарказма в голосе сказал Северус. — Наверное стоит сказать профессору Дамблдору об этом. — Именно! — оживился Гарри. — Стоит ее уволить? — продолжал играть Снейп. — А есть возможность? — Прекращай, Гарри. — оборвал его Северус. — Директор сам взял ее на место преподавателя ЗОТИ. Поэтому вам не стоит лезть не в свое дело. — А так хорошо начинал… — Так, сейчас ты заканчиваешь с горячим шоколадом и идешь наверх. — распорядился Снейп. — Но еще рано! Всего лишь девять вечера, — насупился Поттер. — И что ты намерен делать до десяти? — До десяти? — переспросил Гарри. Нет, так рано он не ложился никогда. В гостиной факультета они засыпали обычно не так рано. — Нравится тебе это или нет, но ты должен быть в своей комнате. — терпеливо сказал зельевар. — Мне нужно посетить кабинет директора по кое-каким вопросам. И я рассчитываю на то, что ты предположительно будешь хотя бы читать книгу в это время. — А зачем тебе к Дамблдору? — Во-первых: к профессору Дамблдору. — поправил его отец. — А во-вторых, это не твоего ума дело. — Может быть мне интересно? — спросил Гарри. — Допивай свой горячий шоколад и иди наверх, Гарри. Возражения не принимаются, — добавил он, как только увидел, что Гарри хотел что-то сказать. Мастер Зелий сам не хотел идти к директору, но таков приказ. Дамблдор всегда распоряжался так, что ему никто не мог возразить (на то он и директор). Северуса раздражало то, что Альбус пользовался свои званием директора, и каждый раз просил, нет, не просил, приказывал посетить его кабинет. Казалось бы, если тебя вызывает директор, то это должно быть что-то значимое. Так было в нормальном коллективе, но не у Альбуса Дамблдора. Каждый раз, когда директор говорил, что им с Северусом нужно поговорить, ничего дельного на самом деле он не говорил. Дамблдору нужна компания, и именно поэтому Снейпу приходилось выслушивать от директора весьма «важные» речи во время чаепития. За чашкой ароматного чая и лимонными дольками Альбус Дамблдор мог не спеша размышлять о том или ином деле. Но, а зельевару приходилось это терпеть. Гарри направился наверх, в свою комнату. Такой приказной тон отца его слегка напряг. Гриффиндорец надеялся на то, что это рождественские каникулы пройдут хорошо, но его планы видимо не осуществляться. Гарри был благодарен за то, что Снейп не вспомнил ему контрольную по зельям, которую он, между прочим, завалил. Если бы он это вспомнил, то заставил бы помогать в лаборатории. А этого мальчику совсем не хотелось. Гарри зашел в свою комнату и громко хлопнул дверью. Его брала злость из-за того, что даже в первый день каникул Снейп не может побыть нормальным человеком. Нет, ну почему нужно вспоминать все его недостатки в учебе? Если бы у Гарри был ребенок, он бы ему так не компостировал мозги. Поттер сам понимал, что нужно улучшать свои оценки и подтягиваться по некоторым предметам. Но когда это именно заставляют делать, то желание пропадает насовсем. В том году он активно пользовался помощью Гермионы, которая давала ему списывать. Это происходило как раз потому, что Гарри был занят разработкой новой тактике в квиддиче. Гарри сел на кровать и откинулся назад. Сейчас было бы глупо лечь спать, если учитывать то, что сейчас только начало десятого вечера. Гарри думал над тем, чем ему заняться, но его внезапно выдернули из мыслей. Странный звук стучания в стекло раздался в комнате. Поттер понял, что это Букля. Она всегда, когда прилетала, ждала, пока ей откроют окно с другой стороны. Гарри подошел к окну и впустил сову. В комнате сразу же повеяло холодом. Мальчик сразу же закрыл окно и понял, что идеи на счет того, чтобы полетать перед сном будут глупыми при такой погоде. Да и Снейп будет, мягко говоря, недоволен тем, что Гарри задумал полетать.

***

Северус Снейп как раз отправлялся в кабинет директора. Он переместился через камин в свой кабинет, как раз, потому что ему нужно было взять кое-какие ингредиенты для зелий. Он планировал заставить мальчишку варить зелья в лаборатории на каникулах, поэтому понадобятся некоторые из ингредиентов. А теперь Снейп как раз отправлялся в кабинет Альбуса Дамблдора. «Карамельные сладости» — произнес Северус пароль для входа в кабинет Дамблдора и слегка скривился. Он никогда не понимал, зачем стать на пароль разные наименования сладостей. — Ах, Северус, мой мальчик, — встал с кресла Дамблдор. — я уж тебя заждался. — Я не мог быстрее, директор. — произнес Северус, подходя ближе. — Я хотел поговорить с тобой, Северус, — на удивление серьезно произнес Дамблдор. — Я вас внимательно слушаю, — Снейп сел за стол Дамблдора. — У меня есть для тебя один сюрприз, Северус. — сказал директор. — Но не знаю на сколько ты будешь ему рад. Это слегка насторожило зельевара. Он никогда не любил сюрпризы, особенно от Дамблдора. Альбус встал и подошел к небольшой стойке. Из-за нее он достал большую картину. Что именно было нарисовано, Северус видеть не мог, поэтому выжидающе смотрел на директора. Когда Дамблдор подошел ближе и развернул картину так, чтобы Снейп мог видеть ее, у Северуса чуть не случился припадок. Это был портрет, на котором была нарисована Лили. — Этот портрет я хотел отдать тебе еще до начала каникул, но подумал что еще рано. — сказал Альбус. — Откуда у вас он? — Северус уставился на картину не в состоянии отвести глаз. — О, Северус, ты же знаешь, что портреты не появляться в Хогвартсе просто так. Хогвартс всегда признавал только светлых и достойных волшебников и волшебниц. Не все могут оказаться признаны школой, мой мальчик. — улыбнулся Альбус. — Что вы имеете ввиду? — Мой мальчик, Хогвартс выбрал Лили как признанную волшебницу. Это случается не часто. Последний раз это было с одной из волшебниц, которая окончила Когтевран и погибла при некоторых обстоятельствах. Но это значит, что Лили была светлой волшебницей, достойной этого. Северусу было сейчас тяжело. Многое время он старался скрыть свои чувства и не думать об этом. Но сейчас, когда Дамблдор снова заговорил об этом, он был поглощен воспоминаниями о Лили. Да, он знал, какой волшебницей была его Лили. У нее с самого детства был огромный потенциал. Северус никогда в ней не сомневался. Он знал, какая она замечательная волшебница и просто замечательный человек. Но сейчас говорить об этом с директором было для него тяжело. — Я хотел предложить тебе забрать этот портрет домой, мой мальчик. — посмотрел на него поверх очков Дамблдор. Снейп на мгновение задумался. А стоит ли делать это? Ведь Гарри только недавно перестал страдать от всего, что случилось. Нужно ли мальчику лишний раз напоминать об этом? — Пожалуй, не стоит. Северус не хотел, чтобы Гарри смотрел на портрет мамы, и вспоминал, какой она была. Да и самому не хотелось поддаваться такому искушению. Ведь портрет лишь будет напоминать о том, что ее больше нет рядом. Смотреть на нее и понимать, что возможность увидеть ее снова может представиться лишь глядя на портрет. Нет, это лишь очередное напоминание. — Директор, я ценю ваше предложение, но нет. — вздохнул Снейп. — Я не хочу напоминать Гарри о том, что она больше не с нами. — Смотри сам, мой мальчик. Тебе виднее, — сказал директор. — Это лишь портрет, лишь напоминание, — тихо проговорил Северус. — Ты что-то сказал, Северус? — переспросил Дамблдор. — Нет, директор. Если это все, то я, пожалуй, могу идти? — спросил Снейп, вставая из-за стола. — Да, Северус. Можешь идти…