Это наше время

Как я и думал, Ямато залез на ту же горку следом за мной. Мы сидели в полном молчании. Он давал мне время собраться с мыслями и успокоиться. Я чувствовал прохладный вечерний ветер, который приятно холодил кожу после полуденной жары. Я чувствовал манящие лучи заходящего солнца, которые отбивались от обшарпанных лавочек замысловатыми фигурами. Я чувствовал тепло тела Ямато, слышал его ровное, успевшее успокоиться после бега сердцебиение. Я прислушивался к его тихому дыханию, пытаясь подстроиться под этот умиротворяющий ритм. Мое тело медленно расслаблялось, напряжение отпускало зажавшиеся мышцы. Наконец, я громко выдохнул и, похоже, для Ямато это стало знаком.  — Тайчи, она тебе настолько нравится? — он спросил совершенно обыденным тоном, но мне показалось, что я заметил грустные нотки.  — Я не знаю, — из моих уст вырвался предельно честный ответ. Я действительно мало что понимал. Но, определенно, чувствовал боль. Значит ответ, скорее всего, да. — Ты ведь знал об этом, да? Ему не нужно было разъяснять, о чем я. Он все понимал и так. — Да, знал. — Так, почему же не сказал? — в моем голосе прозвучала обида и злость. Было чувство, как будто меня предали с нескольких сторон одновременно.  — Я не мог. Мне не хотелось тебя ранить, — я слышал искреннее раскаяние. Не часто увидишь Ямато таким.  — Так расскажи теперь.  — Ты уверен? — Ямато был удивлен моим заявлением, но здесь не было ничего странного. Я просто хотел узнать все и успокоиться. — Да.  — Ну… тут нечего рассказывать, — неловко, все еще с сомнением начал он. — Она познакомилась с ним на одном из наших концертов, он участник группы. Они вместе около месяца. Если честно, то я сам мало что знаю об их отношениях. Но, похоже, что они счастливы вместе, — после этой фразы, он с опаской взглянул на меня. Ни один мускул не дрогнул на моем лице. Я сидел, спокойно слушая Ямато. Мои мысли уже отлетали куда-то, оставляя сознание пустым и беззащитным. Я понял, что хотел сказать Ямато последней фразой. Сора не виновата. Я и сам это понимал. Она не виновата в том, что влюбилась в кого-то другого. Не виновата, что не смогла полюбить меня. Она всегда была рядом и поддерживала нас всех как хороший и верный друг. Сора заслуживала счастья. Я все понимал, но боль от этого не проходила. Наоборот, становилась сильнее от осознания собственного эгоизма. Действительно больно.  — Я знаю. Она заслуживает счастья, — едва шевельнув губами, прошептал я. После этих слов Ямато расслабился и выдохнул. Похоже, он был рад, что его голос достиг моих мыслей. Мы помолчали еще некоторое время, не решаясь заговорить. Каждый приводил свои мысли в порядок. Мы часто сидели молча, поэтому для нас не было ничего необычного. Как долго мы так сидели, я сказать не мог. Но мне было спокойно рядом с ним. Ямато первым нарушил возникшую тишину:  — Скажи… что с тобой случилось после поступления в старшую школу? — его вопрос был задан неловко и осторожно, как будто боясь порвать прозрачную нить понимания между нами.  — Что случилось? — этот вопрос я часто задавал сам себе. — Да ничего особенного. Я просто повзрослел, — не без тени иронии добавил я. — Что в твоем понимании значит «повзрослел»? — нахмурившись, спросил друг.  — Принял реальность, — просто ответил я. — Каждый по-своему меняется, когда узнает реальный мир. Мы все, так или иначе, когда-нибудь изменимся. Или уже изменились. А если не сделаем этого, общество с легкостью раздавит нас, как букашек. Мы просто не можем оставаться больше такими, как в детстве.  — Меняться — это не значит отторгать свою истинную сущность. Самая сокровенная часть остается прежней на всю жизнь. Ты не сможешь выбросить её так просто. Меня будто приложили чем-то тяжелым по голове. Вот так просто, всего несколькими фразами, сказанными уверенно и немного грубовато, он снес все мое надуманное затворничество. Буквально вдавил мне в голову все то, что я так упрямо старался не замечать. В моих мыслях царил полный сумбур. Я хаотично бросался от одной идеи к другой, пытаясь выстроить защитную стену для собственных жизненных устоев. Но тщетно… слова Ямато не выходили из головы. Они как будто заставляли меня принять то, что я принимать отказывался. Они засели в голове, и вытащить их оттуда стало практически невозможно. Я почувствовал, как тело рядом со мной пошевелилось и Ямато поднялся. Еще раз внимательно посмотрев на меня, он тихо сказал:  — Ты не должен всё делать в одиночку. Не забывай, что у тебя есть друзья. Все с радостью придут к тебе на помощь, как только ты позовешь. У тебя все еще есть я. Помни об этом. Он по-дружески похлопал меня по плечу, а потом развернулся и ушел, оставляя меня наедине с моими мыслями.

***

Сегодня я проснулся в хорошем расположении духа. Солнышко светило в окна, обдавая меня живительным светом. Через открытое окно чувствовался запах лета. Все-таки, разобравшись в себе, и жить легче становится. Не то чтобы я сильно изменился после нашего разговора с Ямато. Я все так же не хотел заниматься бесполезными вещами, мне все еще нравилось проводить практически все свободное время в своей комнате. Я все еще любил тишину и покой. Но я отпустил себя. Серости уже не чувствовалось, и это радовало. Хотя, я не думаю, что мой скучающий вид хоть как-то поменяется. Похоже, что, кроме меня и Ямато, перемен так никто и не заметит. Ну, я на это надеюсь. Вчерашнее происшествие с Сорой напоминало о себе легкой саднящей болью в груди. Я немного успокоился и готов был её отпустить. Быстро свои чувства к девушке я забыть, конечно, не сумею, но понемногу попытаюсь от неё отвыкать. Пускай она будет счастлива. Опершись на локти, я поднялся на кровати и посмотрел на освещенный пронзительными ранними лучами циферблат часов. Всего 6 утра. Рановато я проснулся, но спать уже не хотелось. Устало поднявшись, я решил принять неспешный пробуждающий душ. Он избавил меня от лишней сонливости, расслабил мышцы и добавил бодрости. Освежившись, я вышел из душа и подумал, что хоть раз в жизни нужно побыть хорошим сыном и братом. В общем, я захотел приготовить завтрак. Хоть повар из меня ужасный, я подумал, что яичницу с беконом и помидорами я точно не испорчу. Решившись, я поплелся на кухню. Продукты, к моему огромному удивлению, нашлись довольно легко, поэтому, быстро разобравшись с приготовлениями, я принялся готовить завтрак. Похоже, что запах из кухни разбудил Хикари, которая сонно вышла из комнаты и с интересом наблюдала за моими действиями. Конечно, она удивилась. В последнее время я был не лучшим примером для подражания. По дому не помогал, самовольно ничего не делал, только скитался с видом страдальца в бренном мире и практически не выходил из комнаты. Нда-а, я теперь понимаю, почему мама постоянно на меня злилась.  — Ну чего ты там застряла? — не отрываясь от готовки, произнес я. - Иди, что ли, помоги мне. — А? … ладно, — встрепенулась Хикари. — Что мне делать?  — Завари чай, — я начал отдавать распоряжения и немного повеселел от компании любимой младшей сестренки, — и нарежь помидоры.  — Хорошо, — Хикари принялась выполнять свою работу, попутно бросая на меня заинтересованные взгляды. Пока готовилась яичница, я мысленно считал, сколько времени потребуется сестре, чтоб наконец спросить именно то, что ее наиболее интересует. 13 секунд… 14… 15…  — Братик? Бинго! Ей понадобилось всего 16 секунд. Быстро, однако. — Что? — отозвался я.  — Ты сегодня рано поднялся, — ясно, она зашла издалека. — Что-то случилось?  — Да нет, ничего. Просто так проснулся. Было скучно, вот и надумал завтрак приготовить.  — Хмм… — Хикари казалась удивленной. — Точно ничего не случилось?  — Точно, — я широко ей улыбнулся, придавая уверенности своему виду.  — Ну тогда ладно, — она ответила мне такой же улыбкой и продолжила нарезать томаты. Все-таки, Хикари — идеальная сестра. Ей не нужно объяснять, она понимает все без слов и молча поддерживает меня. Чем-то похожа на Ямато. Спасибо, сестренка. Вдвоем мы быстро справились и уже через несколько минут завтрак стоял на столе. Раздосадованные родители спустились на шум, но, увидев нас за готовкой, не могли сдержать улыбки. Похоже, для них это был знак, что я вернулся к жизни. Именно этого я и добивался. Но то, что мое мировоззрение, в принципе, не поменялось — им знать не следует. Для начала, пускай успокоятся и перестанут за меня переживать. Завтрак прошел в поднесенной атмосфере. Родители и сестра были очень рады моей внезапной инициативе, со спокойной душой собирались и больше не беспокоились обо мне. И я был рад, что они успокоились. Больше не хочу тревожить близких мне людей. В общем, день сегодня обещает быть интересным.