То, о чем квами умолчали

Маринет брела по дороге, обдумывая произошедшее. В голове была путаница, при воспоминаниях о том человеке тело сковывало, а перед глазами все плыло. Чем больше думала девушка о своем видении, тем больше хотелось забиться куда подальше и просто заплакать. А если это произойдет в реальности? Если она окажется беспомощной, в то время как ее родным нужна будет помощь? Думать о таком исходе событий не хотелось. На плече сидела Тикки, глядя на асфальт и думая о своем. О чем именно, Маринет не знала, а спрашивать было бестактно. Зато был один вопрос, который девушку мучил уже довольно долго. — Э, Тикки? — Героиня Парижа окликнула свою квами. — Ась? — Малышка, удивленно хлопая глазами, посмотрела на хозяйку. — Почему мы не смогли превратиться там.… Около того человека? — Эмоциональная нагрузка слишком сильная. Еще и вызвана акумой. — Он под действием акумы? — Не уверена. Я просто чувствую что-то такое. И вновь молчание. Ладно, если быть честной — у Маринет было два вопроса. Над способностями акумы она перестала задумываться уже давно, а вот над своим поведением… Маринет никогда не боялась пауков. Даже Аля частенько пугливо поглядывает на чересчур больших из паукообразных, но для Маринет не было проблемой взять такого в руки и потискать, как котенка. Да и зависимостью от погоды она не страдала. Что же произошло? — Еще один вопрос. — Да? — Почему в последнее время я… Переняла, так скажем, инстинкты божьих коровок? Сонливость в плохую погоду, страх перед пауками. Это все к ним относится, да? — А, ну… Так всегда. Со всеми носителями квами. В какой-то момент жизни они перенимают привычки тех существ, чьими носителями они являются. Ну, то есть ты перенимаешь инстинкты божьих коровок, Хищная Моль — инстинкты мотыльков… Кхм, хотелось бы посмотреть… А Кот Нуар — кошачьи. — На последних словах Маринет вспомнила мурчащего Адриана. — Это происходит один раз в жизни и длится… Ну, около месяца. Максимум два. Прости, что раньше не сказала. — Да ладно, мне тогда еще повезло. Представляю Нуара. Обе громко засмеялись, и Маринет в кои-то веки была благодарна, что улицы пусты, и никто бы не заметил маленькую головастую Тикки у нее на плече. Они шли еще некоторое время, когда, наконец, появился в зоне видимости дом Маринет. Тикки спряталась в рюкзак, а Маринет уже представила, как дома ее ждет вкусный ужин и улыбчивые родители.