Тайна одного портрета

Скрюченное существо в наволочке, если верить Карте, звалось Глосси. Прижав огромные уши, почти завязав их в узел под подбородком, оно обвело помещение отчаянным взглядом, и запричитало: - О, бедный Глосси, Глосси не уберег квартиру господина Снейпа, Глосси плохой эльф! Чувства домовика были вполне оправданными, поставив заглушающие щиты, Драко и Гарри устроили посреди гостиной настоящий бой шикарными подушками из спальни. Наследник древнего аристократического рода услышав о плебейской маггловской забаве сначала скривился, потом получил удар по спине и с гиканьем припустил за приятелем со второй подушкой наперевес. Во время дуэли они неизменно попадали не только друг по другу, но и по предметам мебели, выбивая из уже изрядно истощавших подушек последние перья, и вообще малость увлеклись, как мысленно признался себе Малфой, слушая, как хрустят осколки древней вазы под ногами. Теперь гостиная представляла собой довольно жалкое зрелище: часть книг из шкафов высыпались и валялись на ковре изломанными прямоугольными бабочками, все поверхности украшали белые перья из подушек, пол был покрыт неоднородным слоем летучего пороха из банки, осколков и обломков мелких предметов, незакрепленная мебель - перевернута. Домовик в отчаянии всплескивал руками, приседал, вертелся на месте и вообще выражал крайнюю степень невменяемости. И вдруг замер, глядя прямо туда, где прятались заговорщики. Выпуклые глазенки стали еще больше и круглее, эльф отпустил многострадальные уши, вытянул в направлении непрошенных гостей лапы и аж затрясся от ужаса. - Кто это? Кто там? Глосси знает, что вы там! И вот тут Гарри в очередной раз вынужден был признать превосходство Малфоя в общении с эльфами. Длинное зубодробительное заклинание, витиеватое движение палочкой, - и домовик связан самыми настоящими веревками, сидит с кляпом во рту на стуле и таращит на них испуганные глазенки. - Усмиряющее. Действует только на эльфов, - пояснил Драко. - Что ж вы Добби так не припечатывали? Знали же, что он не от мира сего. - Кто же знал, что он настолько чокнутый? – пожал плечами Малфой и подошел к пленнику. Тот переводил взгляд с одного захватчика на другого, страха в глазах уже не было, только недоумение, граничащее с возмущением. - Что теперь? – поинтересовался Гарри. – Будем его пытать? - Что угодно молодым господам? – проскрипел Глосси, метко выплюнув обслюнявленный кляп прямо на светлые брюки аристократа. Тот прошипел что-то, мало вязавшееся с воспитанием наследника древнего рода, и попытался взмахом палочки удалить мокрое пятно. - Магия домовиков, чтоб ее, - выругался он, поняв бесплодность своих усилий. – Чисти! В глазах домовика зажглось нечто похожее на злорадство, тщательно скрытое подобострастием. - Освободите Глосси, Глосси не может прислуживать, когда у него связаны руки. - Если Глосси развязать, он смоется, - передразнил его Драко. Домовик молчал, только улыбался, не подтверждая и не опровергая слова Малфоя. Гарри дернул того за рукав рубашки. - Драко, а почему у него наволочка без герба? - В смысле? - Добби сначала ходил в наволочке с вашим гербом, потом, когда его к школе приписали, получил здесь с гербом Хогвартса, помню, еще приходил к нам с Роном – хвастался. Я думал, они носят символ принадлежности семействам, разве нет? - Мерлин, Поттер, - проговорил Драко, - а ведь ты прав. Пустые, без всего, наряды носят немногие эльфы. Во-первых, это изгнанные, уволенные эльфы, утратившие это право. Домовик не сумел угодить хозяевам, вызвал гнев, этот поступок всячески порицается эльфийским сообществом, и ни одно семейство Магической Британии не возьмет в свой дом провинившегося домовика. Во-вторых, это безработные эльфы. Таковыми становятся после смерти хозяина, не оставившего наследников, или же уволенные по истечению срока действия найма. Как правило, домовик нанимается условно-временно, на испытательный срок, и если по истечению заявленного периода ни одна из сторон не изъявляет желания расторгнуть договор, он становится постоянным и домовик получает право на герб. Если же договор расторгается до перехода в статус бессрочного, домовик не считается опозоренным, даже если инициатива исходила от хозяина. Свободно наняться такой эльф может как в любой богатый род, так и в учреждение, которое может это себе позволить: школу вроде Хогвартса, Министерство, больницу уровня Св.Мунго или приют, живущий на деньги попечителей. В этом случае на месте герба рода появится эмблема учреждения. И, наконец, в-третьих, одежду без опознавательных знаков носят эльфы, служащие в неродовитых и незнатных семьях, не имеющих герба. Как правило, это выходцы из полукровок и магглорожденных, чьи доходы позволяют им иметь домового эльфа. Договор с такой семьей никогда не переходит в разряд пожизненных, и домовик не передается по наследству вместе с другим имуществом. Эльф, привязавшийся к хозяину, заключает следующий контракт с его потомками и так далее. Все это максимально подробно и с примерами, Драко и объяснил Гарри. Тот с минуту размышлял, разглядывая бестрепетного домовика, потом поднял с пола банку с остатками летучего пороха и пошел к камину. Глосси знал свое дело, сухие дрова зажглись легко, пламя мгновенно разгорелось, заплясало на поленьях. Поттер швырнул в огонь горсть пороха и громко назвал свой адрес. - Вики, это Гарри. - Да, привет, - напряженно отозвалась та, и нахмуренное лицо появилось в зеленоватом свете пламени. - Мы в Хогвартсе, иди к нам. - Зачем? – удивился Драко, до того молча наблюдавший за приготовлениями. - Есть одна мысль, - отозвался Гарри, отступая от огня, чтобы дать место гостье. - Мы сейчас будем, - после паузы сказала та. - Мы? – переспросил Малфой. - Может, с Дадли? – ответил Гарри. Вслед за Викторией из камина шагнула… - Джинни!.. – Гарри кинулся ей навстречу, но был остановлен повелительным взмахом руки. - Что у вас здесь происходит? – гневно начала Джинни, уперев руки в бока. – У тебя дома эта девушка, сам ты непонятно где, и вообще!.. - И вообще, ключевое здесь то, что я у него дома, а его самого там как раз и не было, - фыркнула Виктория, помогая подняться Дадли, который запнулся о каминную решетку. – Именно это я и пыталась ей объяснить, когда ты вызвал меня. Что у вас тут? Мы вообще где? - Это комнаты Северуса, - отозвался Драко. – Личные покои. - С-с-северуса? - Джинни подавилась очередной обвинительной фразой и, наконец огляделась. - Северуса Снейпа, нашего профессора? - гнев ее как дождем смыло, и из почти мегеры она мгновенно превратилась в ту солнечную девчонку, в которую когда-то влюбился Гарри Поттер. - Да что тут у вас происходит в конце концов? - Дадли, ради Мерлина, ничего не трогай!.. Твою ж, Драко, скажи ему! - Дадли обнаружил спеленатого домовика и несильно дернул его за ухо. Глосси отчетливо выругался. Малфой оттащил упирающегося маггла в сторону, сунул ему в руки какую-то безделушку с каминной полки и демонстративно вытер пот, когда тот отвлекся. Гарри застонал: - Джин, мы тут не вполне официально, нас могут в любой момент застукать. Я тебе обязательно все объясню, но не прямо сейчас, ладно? - Не ладно, - уперлась Уизли. - Ну, как знаешь. Отойдем? - не дожидаясь ответа, Гарри оттащил подругу в сторону и начал шепотом обрисовывать ситуацию. Сначала Джинни хихикала, потом обернулась к Вики, снова посмотрела на Поттера и, судя по всему, окончательно зависла. Полюбовавшись на смену лицевыражений младшей Уизли, Драко повернулся к Виктории. - Ей остается только посочувствовать. Ты как? - Нормально, - вздохнула та, тоже отворачиваясь от парочки. Джинни, наконец, поверила Гарри, потому что перестала спорить и потребовала подробностей. - Зачем меня притащили-то? - Без понятия. Поттер что-то удумал, но в ближайшие полчаса нам этого не узнать, Уизли не отпустит. - Поправка, - весело сказала подошедшая Джинни. - Не отпустит, а присоединится. А тебе, родной, я еще припомню, что вы меня с самого начала не позвали. Ладно, Гарри, так что ты там придумал? - Вики, ты хочешь чаю? - Чаю? - переспросила та. - Я хочу! - оживился Дадли. - Ты - и так понятно! Виктория, чаю, с плюшками, хочешь? - Хочу, - медленно ответила Виктория. - И что? - Драко, освободи нашего приятеля. Не смотри на меня так, мы знаем его имя, найдем, если что. Вот так. Вики, это - Глосси, домовик профессора, Глосси, это - Виктория. Вик, проси у него чаю. Домовик отвернулся и пошлепал в дальний угол, игнорируя процесс знакомства, а потом вообще сделал попытку покрутить пальцем у виска, Драко с удовольствием бы последовал его примеру, но тут Виктория вдруг шагнула вперед и четко произнесла: - Глосси, принеси нам чаю, с плюшками. Домовик замер, обернулся, мордочка его скуксилась, скривилась, он весь скукожился и... исчез. Чтобы через пару мгновений появиться рядом с перевернутым столиком с огромным подносом в руках, на котором громоздились чашки, чайник, тарелочки с булочками и розетки с вареньем. Взмахом лапы он привел предмет мебели в вертикальное положение, расставил посуду, придвинул столик к низенькому диванчику, не пострадавшему во время боя подушками, и торжественно склонился в традиционном поклоне. - Прошу, госпожа, чай подан. Не желаете ли, чтобы Глосси навел здесь порядок, пока хозяйка с гостями трапезничают? - Желаю, - царственному величию и осанке Виктории можно было только позавидовать. - Я тоже такого хочу! - восторженно пискнул Дадли. - Не отпускай его, - шепнул ей Драко. - Глосси, когда закончишь с уборкой, вернись сюда, - перевела Виктория. Домовик поклонился и ринулся наводить порядок. Ребята расселись за столом и выжидающе уставились на Гарри. Тот опустился в кресло Снейпа, поерзал, устраиваясь поудобнее, отхлебнул из своей чашки, выбрал булочку поаппетитнее и принялся медленно ее жевать. Драко испытал почти забытое желание придушить гриффиндорца, судя по лицам девушек - он бы не одинок. Один Дадли не стал терять время, хапнул с тарелки самую большую плюшку и только потом изобразил на физиономии подобие интереса. Наконец, выведя всех из себя окончательно, Поттер отставил чашку, откинулся на спинку кресла и, глядя на Викторию, четко произнес: - Все просто. Глосси - не хогвартский домовик и не был представлен в услужение декану Слизерина. Он личный домовой эльф профессора Снейпа. А теперь и твой, в некотором роде.