Прошлое и жизнь Фриск.

      Фриск весь день провела в своих мыслях и мало на кого обращала внимания, думая о чем-то. Взвешивая все за и против, она как будто готовилась к чему-то.       День выдался жарким. Мало кто выходил из своих домов, только если они небыли самоубийцами желавшие получить солнечный удар или поджариться как бекон на асфальте. Даже в доме было спокойно. Никто не кричал как потерпевший, не бегал по дому как ненормальный, а тихо и спокойно сидели в зале. Даже как то странно…       Санс лежал на ковре наслаждаясь прохладой, но мучаясь бездельем…,хотя, ему не привыкать. Фриск лежала за компанию с Сансом, но только на диване, при этом свесив голову вниз. Папирус же вообще не чувствовал, что ему жарко, он весь был увлечен передачей про омаров. - …Во время приготовления омаров важно следить за уровнем огня в конфорке. Если ваша квартира сгорит, омарами насладиться не получится… - сказала девушка, пожав плечами. А Эмили жадно читала книгу, боясь пропустить строчку. Все бы ничего, но Фриск надоело лежать и ничего не делать, так что она повернулась к Эмили и начала за ней наблюдать. Было весело смотреть на ее реакции, даже Санс заинтересовался. Она, то смеялась, злилась, а иногда даже краснела как помидор, вдыхала тяжело воздух и продолжала читать дальше уже с усмешкой.       Фриск тихо и не заметно пододвинулась к ней. Приблизилась к уху и спросила: - Что читаешь?       Та вскрикнула, уже привлекая внимание Папса. Быстро закрыв книгу с хлопком, она подняла голову и посмотрела в потолок пунцовыми щеками. Почувствовав на себе взгляд трех персон, она медленно повернула голову в их сторону, при этом улыбаясь, как будто ничего не произошло.       Фриск заинтересованно посмотрела на нее, Санс был в удивлении, а Папирус не понимал, что только что произошло. - Да так…эм…книгу читаю, – cказала она, пытаясь не показывать волнение. - Правда? – с неверием спросил Санс. - Да, а разве не видно? – сказала она, быстро показав книгу и снова ее спрятав. - Ну, не знаю. Такое ощущение, что ты не читала долгое время, а потом резко ушла в книжный запой, – сказал он, уже садясь на ковер. - Ну, у меня странные отношения с книгами. То читаю, то резко забрасываю.       В разговор вмешалась Фриск. -Ну, ладно, для начала расскажи, что ты читала, – сказала она и все с интересом посмотрели на нее. -Нууу…я читаю про девушку Джулию, которая нашла в недрах пещер камень, с помощью которого можно путешествовать во времени… - О, это же здорово! И она им воспользовалась?! – спросил Папирус, понимая, что пересказ книги намного интересней, чем передача про омаров. - Да, а точнее камень, он ее забрасывал во всякие временные события. - «Хех, пахнет жаренным.» - подумал Санс и снова продолжил ее слушать.       Она глубоко вздохнула и начала тараторить так быстро, как только могла. -И в одном из этих временных событий она встретила Михаэля, он стал ее другом, но глубоко в душе она понимает, что он должен рано или поздно умереть и теперь она разрывается и не может решить. Либо она его отпускает и принимает его судьбу, какой она есть, либо она его спасает и готовится к непоправимым последствиям, так как вмешиваться во временную линию нельзя, даже если это дорогой для тебя человек.       Эмили рассказала это на одном дыхании, как будто бежала два круга, вокруг стадиона не останавливаясь. - Воу, ну и как? До какого момента дошла? – спросила Фриск с детским любопытством. - Ээ…до того как они пили чай, – с неуверенностью ответила она и напряглась. - Эх, - она тяжело вздохнула. - Думала, что что-то интересное будет, как например его спасение, – сказала она и упала на диван лицом вниз. - Ну, вот!       Папс тоже был разочарован и упал на диван следом за Фриск.       А у Санса было странное выражение лица. Вот правда, если бы у него были брови, то одна из них была бы изогнутой. - Чай? Серьезно? – спросил он шепотом. - Ну, все! Я пошла! – сказала она, при этом подняв руки вверх, как будто сдаваясь, и направилась к выходу быстрыми шагами. Фриск слегка привстала. - Эмили, только не говори, что книгу пошла сжигать, она ведь интересная, – сказала она с улыбкой на губах.       Эмили медленно вылезла из дверного проема, со смешно надутым лицом и красными щеками. Санс и Папирус держались изо всех сил, чтобы не засмеяться. Она только вопросительно посмотрела на них и плавно повернулась к Фриск, она тоже была готова рассмеяться на весь дом, но умела не подавать виду. - Ну, подумаешь СЛУЧАЙНО, сожгла твою любимую книгу. Это ведь было не специально! – она начала оправдываться. -Ага, – Фриск слегка кивнула.       Если бы Эмили не знала свою "сестру", она подумала бы, что Фриск с ней соглашается. - Это было четыре года тому назад! Пора бы уже забыть злопамятный ты человек! – сказала она, скрестив руки на груди. - Я не злопамятная просто у меня хорошая память, – сказала она и пожала плечами.       Эмили резко повернулась и пошла в коридор. Было слышно, как захлопнулась входная дверь. Папирус с изумлением посмотрел на Фриск и спросил: - Сожгла книгу? Как так получилось? - Нууу… - она закатила глаза, вспоминая прошлые события. – Мы тогда отдыхали в лесу, и папа разжег костер, ну Эмили и решила достать мою книгу и почитать. Не самая лучшая была идея. Когда она подходила к палатке, то споткнулась о корень дерева и книга полетела в костер. Она смогла достать ее, но…она уже не была пригодна к чтению. Папируса осенило, почему Эмили себя так вела. - А может она чувствует вину? – предположил он.       Фриск лишь пожала плечами. - Может быть и такое, – подтвердила она. - Ну, как мой знакомый говорил: «Если напакостил, а чувство вины так и не пришло – значит все правильно сделал», – Санс посмотрел на недоумевающие взгляды собеседников. – Ноо, у нее другой диагноз… -У МЕНЯ ЕСТЬ ИДЕЯ! – Папс резко вскочил с дивана. – А может ей сделать вкусный сюрприз? - Костьличная идея бро.       Это, правда было хорошая идея, иногда только еда может поднять настроение,…а особенно если от нее не помрешь. - Хорошая идея, но у нас плита не работает.       Если сказать, что Фриск была расстроена своим же заявлением - это ничего не сказать. - Я знаю, что нам нужно! – заявил Папс и поднял руку вверх, как будто отвечая, возле доски.       Фриск напряглась, так как иногда то, что предлагал Папирус, были не самые лучшие идеи. - У меня есть огненный камень! Благодаря ему, мы сможем приготовить что-нибудь! «Когда ты успел?»       Фриск была в замешательстве и самое главное она не могла ответить на свой вопрос. В поисках ответа она повернулась к Сансу, тот лишь пожал плечами и ответил: - Андайн.       Одно слово, а точнее имя рассеял все вопросы моментально, ведь она его учила готовке и она могла посоветовать взять с cобой этот камень.       Пока Папирус приделывал этот камень к плите, Санс параллельно рассказывал об особенностях магии в их подземелье. По его словам магия не может содержаться вне какого-либо сосуда, так как она начинает рассеиваться в пространстве как запах. Чем тяжелее магия, тем дольше она будет рассеиваться и тем быстрее можно собрать ее обратно в сосуд, но такая магия слишком непредсказуема, так что монстры большую часть используют легкую магию как вода, огонь и т.д. Сосуды могут быть разными, начиная от самых сложных, как монстр или человек и заканчивая самыми простейшими как камнями или теми же ручками, чтобы паста не кончалась. Так же монстры научились направлять магию, в человеческое оборудование и это намного облегчило жизнь, теперь даже самый маленький монстр знает по школьной программе как использовать магию с нужной ему вещью.       К этому времени Папс закончил свою работу, а Фриск находилась в изумлении того что она не все знает, о их мире она еще и еще расспрашивала бы Санса о том чего не знает, но решила этого не делать, так как Папс закончил и надо было приниматься к готовке. Она надеялась, что это будет не отрава. Папс включил газовую плиту, и огонь хлынул с неимоверной силой. В последний раз такой огонь она видела у Андайн,…пока ее дом горел. - ПРИСТУПАЕМ! - Нам пипец, – только и смогла сказать Фриск, представляя, что сейчас будет. А Санс спокойно смотрел на огонь, который практически доставал до потолка. - Я пошел за водой.       Тем временем Эмили решила прогуляться в лесу…в обнимку с металлоискателем. Походила по заброшенной деревне, пытаясь себя развлечь, но успехом это не увенчалось. Находила, либо банки, либо серебряные пули, которые уже успели заржаветь и потеряться в земле.       Раньше очень часто эту деревню называли проклятой, теперь уже никто не знает почему. Но ходили слухи, что путешественники встречали души несчастных людей, что они плакали и отгоняли от деревни всех, кто имел наглость туда зайти, наводя на них холодный ужас.       Эмили не то, чтобы верила всем этим рассказам, а просто интересовалась этим местом. Ее вовсе не пугали все те ужасы про людские души, а на оборот, интересовали ее. Для нее это было своего рода хобби приходить сюда. Но как бы она не старалась, как бы она не пыталась, но так никого и не находила. Эмили уже знала всю деревню наизусть. Знала, какие люди здесь жили и даже чем они увлекались. Но гадать по спиритической доске смысла не было,…так как эта штука всегда показывала всякую нерязицу.       Но как бы все это красиво не звучало, Эмили пришлось возвращаться домой, так как ее искатель сломался и были нужны инструменты, а их здесь не было, а если и были, то уже о-очень давно не пригодные к работе.       Тем временем эта троица все сделала, но не обошлось без порчи вещей,…а точнее разрушения всей кухни…мда.       Фриск как можно плотнее закрыла дверь в кухню и в этот момент как раз зашла Эмили, уже успев положить металлоискатель в маленький сарай на улице, где они держали все приборы для распашки земли и зашла в дом. Зайдя домой она мягко говоря удивилась взлохмаченному виду подруги. - Эмили, - обратилась к ней подруга. - Мы здесь хотели развеселить тебя и приготовили спагетти. Мы подумали, что из-за меня ты расстроилась, – она говорила слегка тихо с ноткой мольбы ее простить.       Папирус гордо стаял, а Санс только улыбался, засунув руки в карманы куртки. Эмили же в свою готова была расплакаться от счастья. Она была очень благодарна за проделанную ими работу. - Ох, спасибо вам!       Фриск протянула тарелку со спагетти, которые выглядели очень даже хорошо и опетитно пахли. Она предложила попробовать и та согласилась… Эмили резко почувствовала, что спагетти были пересолены ОЧЕНЬ пересолены, горькими, острыми и еще множество всего от чего ей хотелось стошнить. Она ели как проглотила это, надеясь, что у нее не будет пищевого отравления. И с поддергивающей улыбкой сказала: -О-очень в-в-вкусно.       Даже само слово «вкусно» она проговорила с титаническими усилиями. Травма на всю жизнь!       Эмили посмотрела на них и медленно перевела свой взгляд на плотно закрытую дверь кухни. - Я пожалуй пойду на кухню и выпью водички, а то что-то во рту пересохло, – сказала она с натянутой улыбкой и подошла к двери.       И только хотела открыть дверь, как вся троица хором закричали: - НЕ ОТКРЫВАЙ!       Но уже было поздно. Эмили стояла к ним спиной, так что они не могли увидеть ее выражения лица.       Кухня была на половину разрушена. Бедная расплавленная кастрюля. Практически весь обожженный потолок. Разбросанная сухая лапша и чем-то темным покрытые кухонные тумбочки. -«Я спокойна, я спокойна,» - повторяла она себе, уже царапая ногтями по двери. - «Я как одуванчик на ветру. Спокойна…,черт с два, я НЕ СПОКОЙНА!»       Над ней нависла темная аура, а вся троица начала пятиться назад, как можно медленнее и не заметней. Эмили это заметила, глубоко вздохнула и повернулась к ним, из-за всей силы держа дружелюбную улыбку. - А вы куда пошлиии? – спросила она с улыбкой, которая уже начала трескаться по швам, напоминая жуткий оскал, который обычно бывает в фильмах ужасов. - А мы… - начал было Папс, но Фриск его перебила ради его же, безопасности. - А мы хотели убрать там, но ты резко пришла, так что нам пришлось это отложить.       Эмили серьезно посмотрела на нее, а та на мгновении задержала дыхание, ведя себя предельно спокойно. -Ладно. Поверю на слово, – сказала она и пошла в кладовую за тряпкой и краской. Фриск резко выдохнула и расслабилась. - Что это было? – только и смог спросить Папс. - Это был самый страшный момент, от которого мы спаслись, – ответила она. - Теперь у меня новая фобофобофобия — опасение боязни испуга от страха, – вмешался Санс. -СААНС!       Фриск слегка засмеялась от его шутки, но вдоволь посмеяться не дали, так как пришел мучитель. - Вот вам тряпка, краска и вперед!       Папирус вопросительно посмотрел на Эмили. - А зачем краска? - А кто потолок красить будет? – спросила она и скрестила руки на груди.       Убирались они долго, часа два точно. Папс красил потолок, так как был самым высоким из всей компании,но все равно стоял на стуле. Санс мыл гору посуды от чего Папирус был в удивлении, ведь он даже носок раньше убирать не хотел, а теперь аж посуду моет. Фриск протирала пол и собирала весь мусор, а Эмили контролировала всех, так же приносила воду и наводила краску.       После уборки Фриск решила прогуляться, она точно не знала, чем будут заниматься другие, но она хотела прыгать от счастья, что теперь не задыхается от этих химикатов.       Взяв с собой акварельную бумагу и планшет от мольберта, она пошла на поле. Вблизи виднелись горы, усевшись на поле из желтых цветов, она начала что-то рисовать. Все горы были покрыты, как будто зеленым одеялом. Между двух гор проходила река, и над всем этим зеленым покровом садилось солнце, хоть и казалось, что оно встает.       Все это наслаждение прервал крик…и смех. Санс бегал за Эмили в попытках догнать ее, а она при этом смеялась. Потом до него дошло, что он может левитировать и поднял ее над землей! Забрал ее телефон, что-то ткнул на нем, отдал обратно, сделал ей больной щелбан и ушел довольный. А если бы на ее месте была бы Андайн, то одним щелбаном она не отделалась бы…       Фриск подошла к ней, Эмили лежала на траве, она наклонилась и спросила: - Что ты такого сделала, что он на тебя разозлился?       Она ничего не ответила, а просто подняла большой палец вверх. - Это того стоило! – сказала она и снова залилась смехом.       Когда Фриск зашла в дом, то ее встретил Папс. - Фриск, ты случайно не знаешь, что это за коробка? – спросил он, протягивая ее Фриск. - А где она была? – девчушка была удивлена, что он ее вообще нашел.       И как только Папс хотел ответить, как его снова за сегодняшний день перебили. - Под диваном, – ответил Санс. - Санс! – он снова повернулся к ней. – Под диваном. - А понятно. Это коробка детских вещей. Мы сюда с Эмили складывали все самое не нужное. Начиная с книжек и заканчивая нашими поделками. - Вауи! Это же так интересно! – сказал Папс, уже прыгая на месте от нетерпения туда заглянуть. - Мы можем туда заглянуть. Я честно уже забыла, что там лежит.       Он пулей полетел в зал, а Санс и Фриск пошли за ним. Эмили потом тоже присоединилась, когда узнала об этом.       В коробке не очень много лежало вещей. Там были поделки из глины в виде животных, бисерное плетение и маленькая детская погремушка, с которой Фриск никогда не расставалась в детстве. - Ооо, Фриск, посмотри, - Эмили вытащила из коробки розовые тапочки, с заячьими ушами. – Это твои старые тапочки! - Классные ушандры, – сказал Санс, так как уши выпирали во все стороны. - Какие они милые! – заявил Папс и посмотрел на Фриск, та краснела с каждой минутой. - А помнишь, когда у нас не было игрушек здесь, я тебе делала кукольную сценку с ними! – сказала Эмили и одела их на руки. - Как это забыть. – сказала она, улыбнувшись ей, уже зная, что ее сестра хочет сделать. - Я ей рассказывала анекдоты, - Эмили обратилась к братьям. - Как например этот, – сказала она, готовясь говорить от лиц тапочек. - Молодой заяц, я вам ещё раз повторяю: "Морковное вино после двадцати двух мы не продаём!".       Санс просто упал на диван и смеялся, представляя эту сцену. Папс еще некоторое время сопротивлялся, но тоже не смог сдержаться. Хоть, Фриск и слышала эту шутку миллион раз, но она все равно пробивала на смех. А Эмили просто победно улыбнулась… - Эх, это никогда не устаревает.       Солнце уже давно село. Многие люди давно нежились в своих кроватях, кроме этой четверки. А на небе постепенно появлялись звезды, предвещая сладкие сны.