Розовая заноза в заднице.

В жизни бывают минуты, когда в глазах нет слез, а в сердце- целое море Мужчина сидел возле операционной и нервно перебирал пальцами. Черт, да почему он так волнуется за эту девчонку? Именно с ней он вечно улыбается и ведет себя как мальчишка! Из кожи вон лезет что бы отмазать в ее шалостях, да еще и у себя дома поселил! Абсурд! Однако так и есть… Его жизнь меняется. Этот грозный брюнет со своей шикарной шевелюрой не скоро признает что любит ее. Она его маленькая слабость. Прошел час, два, три, пять. Учиха уже посапывал на железной скамье. Дверь распахнулись, от туда вышла блондинка с довольно уставшим видом. Когда она заметила полицейского, ей невольно захотелось улыбнуться. Как бы сильно ей не хотелось его будить, это сделать придется. - Эй, отсыпаться дома будешь. — не слабо толкнув в бок сказала кареглазая. Мадара открыл свои сонные глаза, вначале не понимая что он тут делает. Но через секунду к нему вернулась память. - Как она? — эти черные бусины в его глазах сверкали надеждой. - Перелом ноги, гематомы на лице, трещина в тазовой кости, сотрясение мозга. Операция была по случаю сильного внутреннего кровотечения в брюшной полости. — считая по пальцам перечисляла Цунаде. — Если сильно жить захочет — выкарабкается. - К ней можно? — это был единственный вопрос. Слишком много мыслей. Слишком. - Она без сознания и по идее нельзя, но в твоем случае можно. — Цунаде никогда бы его не пустила, но у него слишком обеспокоенный вид. «Кто ему эта девчонка?» — Когда переведут в палату меня оповестят, я тебя провожу. А сейчас пройдем ко мне в кабинет, тебе требуется успокоительное, иначе твои руки не перестанут биться в конвульсии. Свет. «Слишком светло» — пронеслось в голове. Приподняв веки, омуты разглядывали белые стены. «Больница» — снова пробежало в голове. Момент, в голову ударил запах лекарств. Невольно поморщившись, глаза упали на черную капну волос, а под ней безмятежное лицо господина полицейского. Его рука грела ее бледную и холодную. Вся боль сейчас была ничем, она углубилась в изучение внешности мужчины. Пройдясь своим тонким пальчиком по носу, розоволосая улыбнулась. Тишина… Она придает странную атмосферу, которая плавит разум. Пройдясь так по губам до подбородка ее губы сжались в трубочку. Кажется на долго ее губы запомнили тот поцелуй. Пройдясь по темной макушке густых волос, ненароком проснулся и тот самый Мадара. Это так мило, наблюдать как он невольно морщиться от света, протирает глаза, а потом какое-то время смотрит на проснувшуюся зеленоглазку. - Давно проснулась? — хриплым голосом спросил ее гость. Он явно не выспался, его взгляд был на столько рассеян, что казалось его черные бусины в глазах приобрели матовый оттенок. - Минут пять назад. — теперь Сакура морщилась от боли. Голова гудела от резких поворотов, нога подвязана и напоминает о себе ноющей болью. После неудачной попытки приподняться, в брюшной зоне отдавало режущей болью, словно нож воткнули, ей богу. От этого розоволосая зажмурилась еще сильнее. - Не шевелись, тебе нельзя. Я врача позову. — Мадара за доли секунды рванул из палаты. Не прошло и минут десяти, он вернулся с взрослой дамой, у которой был довольно серьезный вид. - Здрасте. Я Цунаде, ваш лечащий врач. — перебирая бумаги объявила блондинка. — Ну начнём осмотр. — наконец отложив документы в сторону сказала женщина. Розоволосая немного приподняла брови и бросила взгляд на Учиху. — А он будет присутствовать? — Кто он? — Цунаде непонятливо взглянула на девушку. - Мадара — взвизгнула зеленоглазая. Сенжу обернулась. Взгляд изменился, она злобно смотрела на мужчину. - Я кажется сказала тебе не заходить. - Ну должен же я убедится во всем са… — полицейскому на дал договориться туфель прилетевший из неоткуда в плече. - Молчать жертва пьяной акушерки! Я сказала выйти, значит выйди! Иначе в тебя второй туфель полетит! — уже кричала на всю палату доктор. — Ухожу… — буркнул брюнет. Сакура же все сидела с приподнятыми бровями. -Не обращай внимание, я просто училась с ним вместе. — устало вздохнула блондинка. — Нус… Начнём! Через минут пятнадцать Мадару все же запустили в палату. Надувшись он уселся на стул. Ребёнок, вот честно! -В общем, ты чудом осталась в сознании. Могла быть глубокая кома, но тебе очень повезло. — записывая что-то в карту, она то и дело поглядывала на Сакуру.Она же сидела в сидячем положении. Было больно, но терпимо — в больнице ты будешь лежать месяца два. После будишь восстанавливать силы, на это уйдёт около месяца. Ну, а там все своим чередом. — поняв глаза и закрыв карту сказала женщина. — Из еды только бульоны. Пить можно только воду, в данный момент только через час. Тяжелое не поднимай, швы могут разойтись. В данный момент даже одеяло поднимать нельзя. — после всего сказанного она покинула палату. Взгляд Харуно упал на капельницу, потом на ногу, а потом на мужчину. Тот опираясь о стенку, с сожалеющим и в то же время злым видом смотрел на пострадавшую. Скользнула какая-то искра. Молчание, а в голове бардак, завал мыслей, стоп! Эй, стоп! -Я понимаю что ты неудачница, но не на столько… — подходя к кровати шипел Учиха. -Не то что бы неудачница… — В голове картинки тех гадких касаний и грубых губ. Розоволосая закрыла ладонями лицо, слишком противно. По телу пробежала дрожь. -А что тогда? — сев рядом на стул, мужчина откинулся назад и как обычно скрестил руки. Молчание, долгое. — Сакура, почему ты вечно влезаешь в какие-то передряги? — причитая спросил он. В ответ он получил всхлип. В грудь кольнуло. «Она плачет?» — Эй, ты чего? Может тебе обидно, но это правда. Ты понимаешь сколько раз я прикрывал твой зад? А сейчас ты и вовсе в больнице, я не могу порваться. — после этих слов он взял ее миниатюрную руку в совою довольно-таки крупную. Холодная, слишком холодная. Поднеся ее к губам он закрыл глаза. «Не могла она просто броситься под машину.» -Меня хотели изнасиловать. — видала наконец Харуно. Не хотелось ей этого говорить, не потому что она не хотела рассказывать, она не хотела это признавать. Но как не крути давка в голове, которая казалось заставляла ее рассказать взяла вверх. В голове Мадары же, эхом отдавало эти слова. Изнасиловали? Руки тряслись, в вески начало долбить болью, казалось на затылке волосы встали дыбом. Черные бусины блестели, а глаза немного сузились. О, да, это ярость переполняла его. -Кто? — твердо, но сдержанно спросил брюнет. Он сжал руку девушки, но не сильно, не хватало ей еще руку сломать. -Я не знаю. Он был во всем черном, на лице была маска. Только глаза. И черная прядь которая выбилась из капюшона. — Сакура делала глубокие вздохи что бы не разреветься. Однако это ей не помогло. Никак. Слезы водопадом скатывались с ее щек, всхлипы и словно вой. Сердце Мадары сжалось, он не мог ее видеть в таком состоянии. -Перестань реветь. — вставая, он приблизился к девушке. Снова присев, но уже на кровать левую руку запустил в ее волосы, а правой прижал за талию к себе. Она тоже обхватила его под руками. Рубашка мокла от слез, но она уже не ревела так как раньше. Просто слезы. На сердце у Учихи так же стало легче. Но злость которую он сдерживал из-за всех сил не угасала. Девушка же была погружена в свои мысли. Но она заметила как ей спокойно с ним. Все отступало на второй план. С ним тепло. Даже боль уже не чувствовалась. Хочется сидеть так вечность. — Ты можешь приходить ко мне почаще? — неожиданно тихо спросила Сакура. Он единственный на данный момент кто ее поддерживает. Конечно придет Рин, ну может парни придут, но он словно горячий источник на северном полюсе. Почему она так близко его подпускает? Сама не понимает. — Я буду заглядывать каждый вечер. А если не приеду то обязательно позвоню и отчитаюсь по какой причине. — хрипловатым голосом сказал брюнет. Ему явно было приятно что ей хочется близости с ним. Когда она вовсе успокоилась, он уже покачивал ее как ребенка, а она засыпала. Они обсуждали все что можно. Ему нужно было ее отвлечь. И вот снова полицейский ляпнул какую-то глупость, а она засмеялась выйдя из оков сна. Наконец то он дождался этого. Ее смех музыка для его ушей. Все что угодно, но не слезы. Не ее. Ни за что. слезы- это слова, которые сердце не может произнести -Иногда я хочу исчезнуть. — Призналась зеленоглазая. — Иногда я просто не могу найти своего места. Кажется что я лишняя в каком-то обществе. Меня всегда осуждали в детстве. Я словно изгой. — девушка явно перевела тему на грустную ноту.Нужно ведь кому-то высказаться? -Живи как хочешь — тебя всё равно будут осуждать до конца жизни. Но исчезнуть я тебе не позволю. — он усмехнулся. — А твое место будет… Пожалуй у меня в сердце. Там ты лишней не будешь никогда. — теперь на лице Учихи была улыбка. Сердце Сакуры билось быстрее. — Это сейчас было типа признание? — подняв голову и немного обернувшись она всматривалась в его черные омуты. -Мечтай дальше — улыбнулся мужчина. -А зачем ты меня тогда поцеловал? — немного приподняв бровь спросила Харуно. Сейчас она прикусила нижнюю губу что бы подавить желание повторить тот поцелуй. -Я не говорил что я тебя люблю, но так же я не отрицаю что ты мне нравишься. — он задумчиво всмотрелся в потолок. Брюнет явно в ступоре. Эта ситуация забавляла Сакуру и ей очень захотелось поиздеваться над ним. Пройдясь своим пальчиком по его нижней губе она улыбнулась. Она прямо ликовала, только вот от чего? -Не за играйся. Я то посильнее тебя буду, а там, то бишь спровоцируешь. — теперь его глаза рассматривали ее. У нее явно изумруды в зрачках. На солнце они словно светились. -Вам не положено господин полицейский. — убрав руку она надулась. -Но целовать по кодексу не запрещено. — Хищно оскалился. После еще долгих разговоров Мадаре снова словно треснули по голове чем-то тяжелым. Пора бы заканчивать этот базар. Ведет себя как ребенок, почему он с ней теряет контроль? Он невольно нахмурился. Вставая, он поправил свою форму. Как бы ему не хотелось уходить, придется. Во-первых надо отоспаться. Во-вторых долг зовет. -Ну мне пора. — с какой-то фальшивой улыбкой сказал он. -Буду ждать тебя завтра. — но Сакура же улыбалась искренно и по детский. Учиха вышел за дверь. А девушка осталась со своими мыслями. Да что с ней было? Почему он так любезничала с ним? Она-де всегда была боевой, а тут распустила нюни из-за какого-то ублюдка! И он увидел ее такую? Но что же она испытывает на самом деле? — Безумие! Он не может мне нравиться! — хотя «второе я» Сакуры говорило что все именно так. Иногда сложно объяснить все что ты чувствуешь. Сейчас у нашей героини такая же проблема. Снова она не хочет осознать то что и есть на самом деле.