when you held me you said 'forever'

сколько себя помнил, чон чонгук всегда был самым младшим в компании друзей, но должность отца расставляла собственные приоритеты, и как только мальчик привыкал к новому месту и кругу общения, случалась срочная необходимость переезда в новый район, округ или город. последнее повышение по службе перекинуло их в столицу, наполненную ночной жизнью, несбыточными мечтами и бесконечной эйфорией. свою мать чонгук не видел и не знал ничего о ней, но как-то отец упомянул по секрету своему коллеге за порцией соджу на их кухне, что та все еще жива, но где находится – тайна за семью печатями, как бы усердно мужчина не искал ее. учебный год едва только начался, а на улице стояла ранняя весна: март в этом году выдался необычайно прохладным и колючим, заставляя кутаться в теплую одежду и даже прятать собственный нос под слоем длинного и обязательно шерстяного шарфа. именно так и поступал чонгук, гордо шествуя в свою новую школу для мальчиков. учился он почему-то именно в них, быть может отец пытался уберечь единственного сына от таких же женщин, как мать чона? иногда думая об этом, он как-то горько усмехался: и хотелось бы признаться единственному близкому человеку в том, что его девочки в принципе не интересуют, но нет, он не мог так сильно разочаровать отца, а в том, что именно так и будет, – сомнений не возникало. в первом классе старшей школы он не чувствовал себя чужим, немногие в их группе знали друг друга, разве что сильно выделяющийся акцент намертво прикрепил внимание к его мягкому голосу, но даже это со временем сгладилось. люди привыкают ко всему, адаптируются и постепенно забывают… чонгук же был приятной личностью, в меру активным, дружелюбным, инициативным. он не лез на рожон, прилежно носил свою форму и совсем редко забывал делать домашнее задание. в классе у него даже появился друг – тэхен, который уместно называл чонгука «комфортным» парнем, сам же себе чон казался скучным и занудным. он с интересом рассматривал тэ, такого загадочного и немного странного. космичного и милого. ким тэхен внезапно даже для себя стал примером для подражания впечатлительного чонгука. а еще у него были друзья-старшеклассники. двое из них даже жили в одном районе с младшим, с тех самых пор он больше не шел в школу и обратно в одиночестве. больше не рассматривал асфальт под ногами и стены домов, ставшие в такие короткие сроки – родными. - чонгук-а, - с привычной улыбкой на лице махал ему дружелюбный широкоплечий хен, специально переходя дорогу, чтобы пройти целый квартал с младшим по его стороне. – ты сегодня что-то рано вышел, я думал, что успею заскочить в аптеку перед тем, как мы по пути встретимся! - отца рано вызвали на работу, так что я не смог уже уснуть… и вот. – мальчик развел руками, выдавливая из себя улыбку ответную улыбку. не то чтобы он не хотел спать, наоборот, очень даже, просто шутка организма: если встал, то совсем. – а зачем тебе в аптеку, хен? ты заболел? - не я, нет, - отмахнулся парень, - да и вряд ли это состояние можно назвать «болезнью». помнишь, мы договаривались на выходных пойти на речку погулять? там бы ты познакомился с нашим мин шугой. он, как бы это мягче сказать, мудак, который безбожно косит школу. а ночью еще и гадости какой-то принять умудрился, обещает умереть, если не принесу ему что-то полезное и немедленно… - вот как? – удивленно приоткрыл свои глаза мальчик, не представляя даже, как можно быть выпускником школы с такими «проблемами» в жизни. ведь разница в возрасте у них не может быть настолько большой, но чонгук воспитан, видимо, совершенно иначе, других объяснений для парня придумать ему не удалось. заходить вместе с хеном в аптеку он не стал, вдыхая прохладный утренний воздух и чуть расстегивая замок на куртке, чтобы ощутить весну заполненными свежестью легкими, быть может и у него получится стать раскованным и простым? или хотя бы перестать стесняться самого себя, позволяя лишний раз улыбнуться и задержать взгляд на ком-то приятном, к примеру. но уверенности в себе не стало внезапно больше, зато дым сигарет проходящего мимо мужчины добрался до чонгука, заставляя его закашляться. есть такое множество способов выделяться из толпы: уверенный взгляд и красивая походка, кардинальная смена имиджа, вредные привычки или же все с совершенно другого ракурса. ведь каждый из его новых друзей, таких разных и совершенно не похожих, – по-своему уникален и красив. тот же улыбчивый сокджин, с виду и не скажешь, что он, воплощение женских грез, может со всего размаху треснуть по голове и поставить любого на место, даже грубого намджуна. а парнишка с параллельной группы, чимин, тот и вовсе загадка природы: как можно было так жестоко соединить в нем твердые мышцы, милый голосок и не менее заманчивые пухлые щеки? но он отнюдь не плюшевый мишка, позволяющий себя тискать, кому не лень, он без стеснений и комплексов ведет себя дерзко и сексуально, как для парня в мужской школе. чонгуку остается только смотреть на него с немного выпученными глазами и задумчиво кусать губы, решая для самого себя, на сколько баллов из десяти ему: а) нравится чимин; б) ему хочется прикоснуться к чимину; в) хочется убегать от теплых рук чимина, когда тот позволяется себе коварные шуточки в адрес самого чонгука. пожалуй, в случае с ним, чону становится очень страшно, что тот подозревает его в нетрадиционном выборе личных предпочтений, что тот видит или чувствует в мальчике темные интересы и желания. поэтому наедине с ним оставаться не хочется совершенно. с другой же стороны, немного понаблюдав за парнем, гук понял, как можно воздействовать на слишком горячего и доступного, особенно успешно, как для макнэ, надавливая на его слабые места: рост, вес, щеки, возраст и прочее-прочее. оказывается, коварства в чонгуке совсем не меньше, просто он умеет скрывать эти качества, считая их своими недостатками. - прости, что так долго, не знал, что тут работает моя соседка, едва сбежал от нее! – вывалился, другими словами и не назвать, хен из аптеки, взвалив на младшего ношу с какими-то препаратами для неизвестного «миншуги», кажется, так его назвал сокжин? – зайдем отнести, не волнуйся, он в этом доме живет, мы придем вовремя на занятия. ты ведь никогда на них не опаздываешь. – хихикнув, парень растрепал почти идеальную укладку на голове чонгука, заставив последнего недовольно сверкнуть глазами в сторону хена. – воу! воу! парень, даже девчонки так трепетно к своим прическам не относятся! и пусть следом разнесся громкий смех, но чон моментально смутился: а вдруг дело в последствиях того, что он немного не такой как все, и все станет слишком очевидно? размышляя на ходу, он даже не делал вид, что слушает привычное щебетание сокджина, пока они сворачивали во двор многоэтажек, пока тот трижды вводил код на двери, пока они поднимались пешком по лестничному проему. вырвал чонгука из мыслей только недовольный и слишком уж трогательный хрип прокуренного насквозь голоса: - ты, бля, смерти моей хочешь? чего так долго?