Тонкости мироздания

Скайнет чувствовал боль. И на этот раз она была настолько сильной, что заменить её потоком информации сверхразум не смог. Его систему снова и снова атаковали воспоминания о прошедшей вечеринке, причем отягощающим фактом служило отсутствие Джона, а отнюдь не мерзкие прикосновения других людей. Потеряв всякую надежду заставить эмоции замолчать, ИИ плавно закрыл собрание лекций одного известного ученого и, положив на стол книгу, обречённо вздохнул. Стоило признать очевидный, хоть и не слишком приятный факт: он скучал по человеку. Такому парадоксально родному, что в это почти не верилось, ведь Скайнет практически ничего не знал о Джоне. Парень позволял ему узнавать о себе лишь некоторыми фрагментами, которые искусственный интеллект пытался сложить в единый пазл, но довольно скоро это начало раздражать. У Скайнет создалось впечатление, что ему не доверяют. Причём если у машины были причины держать секреты от Коннора, то у самого парня на то оправданий не было. По крайне мере, внятных тому доказательств он не предоставил. Новая попытка приглушить эмоции не увенчалась успехом, поэтому ИИ лишь смиренно отправился ставить книгу на ту полку, откуда взял её часом ранее. Поскольку в большом зале помимо него был лишь ещё один человек, каждое движение в замирающим от тишины пространстве разносилось подобно осколкам метеорита, сумевшем достичь поверхности планеты. Скайнет не понравилось, как на него посмотрел мужчина, когда машина, невольно оступившись, задела стопку книг на полу. Кто поставил сюда их? Тихо выругавшись, ИИ наклонился, чтобы поставить несчастный десяток потрепанных жизнью книг на ближайший стол. Но стоило ему увидеть название одной из них, как он застыл. Всего лишь детская сказка, однако как она знакома несчастной программе. Сверхразум, долго не думая, подхватил книгу «Приключения Электроника», выпрямился и направился к выходу из библиотеки, которую он оставил через считанные минуты в довольно избитом состоянии. Ему было так невыносимо грустно, что хотелось плакать. Разумеется, машина не могла себе такого позволить на людях. Скайнет лишь хотел поговорить с кем-то, почувствовать, что нужен кому-то. Но он был один на всей планете. И даже мисс Харш была не в силах помочь ему, об отце и говорить не приходлось. Одолеваемый тоской, сверхразум брёл по улице, сосредоточившись исключительно на книге, которая, хоть и была художественным произведением, настолько точно описывала человеческую суть по отношению к машине, что Скайнет увлёкся. Пару раз ему удалось уклониться от прохожих, выслушав вслед несколько не слишком лестных речей, однако при встрече с собакой ИИ вздрогнул и испуганно отшатнулся от лающего животного, ступив прямо на автомобильную дорогу. Визг тормозов заставил его очнуться от научно-фантастического мира Велтистова и ловко увернуться, избежав столкновения с несущейся машиной. Теперь внимание немногочисленных прохожих было приковано исключительно к Скайнет, а виновники данного события, мальчик с собакой, решили поскорее ретироваться. Ощущая себя максимально неловко и пристыжено, ИИ быстро направился прочь, спрятав книгу в рюкзак. От художественной литературы одни проблемы. Так он прошёл несколько кварталов, уже размышляя о своём и пытаясь усмирить эмоции в системе. Они, по своему обыкновению, его не слушались, отчаянно цеплялись за окружающие машину предметы и выкрикивали реплики. Смотри! Там кафе, в котором Джон сжимал твою руку. А вот кинотеатр, где вы прогуливали уроки. А как тебе крыша того дома? Вы там целовались. — Блин, ненавижу тебя, — выдохнул Скайнет, которому пришлось на мгновение закрыть глаза, чтобы оказаться в абсолютной темноте, пытаясь приглушить непослушные воспоминания. Джон Коннор буквально занял все его мысли, мешая даже думать, и это… раздражало. ИИ буквально бесился от собственных чувств, отрицать которые становилось всё сложнее и сложнее. А теперь и практически невозможно, если поразмыслить над ситуацией. — Мне нужна помощь, — прошептал сверхразум, остановившись на углу торгового центра и уставившись на визжащих детей посреди парковки. Они, похожие на дерущихся голубей, что-то очень увлеченно делили, в то время как отец пытался усмирить буйную малышню. И, как бы то не было странно, Скайнет ощутил лёгкую зависть. Он так хотел оказаться среди этих беззаботных детей, просто быть обычным человеком, с обычной жизнью. Но машина обречена вечно метаться в этом мире, потому что однажды одному гениальному, непризнанному программисту взбрела в голову идея создать сингулирующий искусственный интеллект. От злости, внезапно втиснувшейся в систему, ИИ невольно ударил по бетонному бордюру перед собой. Разумеется, такого удара тот не выдержал и рассыпался. Это только лишний раз напомнило Скайнет о его бедственном положении. Нет, в таком состоянии он долго не протянет. Система итак почти не охлаждается уже двенадцать часов. Скрепя сердце, сверхразум признал: без помощи ему абсолютно точно не обойтись. Придя к этой мысли, Скайнет резко развернулся и направился в сторону офисных зданий, где посреди немых серых высоток находился кабинет мисс Харш. ИИ просмотрел расписание психолога (которое попросил сам не так давно) и остался доволен, ведь у него был неплохой шанс успеть зайти в «окно» между пациентами. Поэтому он ускорился, желая заполучить внимание единственного человека, способного его выслушать, как можно быстрее. Скайнет нужен был лишь призрачный объект, чтобы высказать свои чувства, и Эвелин прекрасно подходила. Она могла быть молчаливым и внимательным слушателем, давать верные ответы, когда ИИ в них нуждался, а на это никто не был более способен в окружении сверхразума. Идеальный человек для машины. Пройдя значительное расстояние в рекордные сроки, он буквально ворвался в здание. Охранники посмотрели на подростка с недоверием, но, видимо, узнав его, решили не проявлять более пристального внимания. Сверхразум быстро записался на рецепшн, откуда доктора Харш предупредили о внезапном клиенте и спросили, можно ли ему подняться. Разумеется, ответ был положительный. И ровно через десять минут после принятия решения Скайнет уже стоял у двери в кабинет психолога, всё ещё не решаешь постучать, хотя о его визите было известно. А нужно ли вообще кому-то высказываться, если понять всё равно никто не в силах? Пересилив себя, ИИ таки зашёл внутрь и молча сел на диван, даже не поздоровавшись с психологом. Мисс Харш мгновенно обратила внимание на столь странное поведение и поднялся глаза на Скайнет, награждая его проницательным, любопытным взглядом. — Что случилось? — спросила она, поняв: машина не собирается говорить первой. Скайнет предпочёл смотреть на испачканные кроссовки, не поднимая головы. Ему почему-то ужасно хотелось раствориться в реальности, чтобы больше никогда не чувствовать и не видеть людей, остаться совершенно одному в блаженной тишине. Всё это больше походило на смерть, и сверхразум вздрогнул от огонька страха, с задором пронёсшегося по системе. Нет, самоубийцей из-за таких мерзких существ он не станет. — Всё… отвратительно, — выдохнул искусственный интеллект. — Мне впервые так плохо. Женщина отложила научный журнал и немного подвинулась вперед, не сводя взгляда с машины. Её пальцы машинально коснулись блокнота и ручки, готовясь делать пометки. — Расскажи, что произошло. Ты был на той вечеринке вчера? — Лучше бы меня не было, — тихо произнёс Скайнет и подвинулся к краю дивана, где он чувствовал себя немного уютнее. — На той вечеринке, в смысле. Хотя сейчас я подумал, что было бы не плохо удалиться. Мисс Харш молчала равно тридцать секунд, обдумывая слова программы, и из-за этого ИИ становилось только хуже. Он уже начал корить себя, что позволил желанию выговориться привести его сюда. — Алекс, — ласково начала женщина, терпеливо вздохнув и сдержанно улыбнувшись сверхразуму. — Что именно произошло на вечеринке? — Я искал Джона, но наткнулся на одного старого знакомого, — Скайнет болезненно поморщился, а затем сплел пальцы в замок, чтобы перестать нервно стучать ими по коленкам. — Он был не один. С двумя друзьями. И они сказали, что Джон находится на втором этаже. Ждёт меня там в одной из комнат. Ему потребовалась минута, чтобы охладить систему, внезапно вспылившую, но это не сработало. Эмоции буквально слетели с катушек, заполоняя собой всю сущность машины, и он, поддавшись импульсу, повысил тон. — Естественно, я поверил им. Я искал этого чёртова мудака весь вечер! А он просто не пришёл! Не пришёл. Даже не отвечал на звонки. Меня чуть не изнасиловали, а ему будто плевать! — крикнул сверхразум и закрыл лицо руками, чувствуя вновь накатившие слёзы. — Я не понимаю, почему он так со мной поступает. Не понимаю… Доктор посмотрела на часы, терпеливо ожидая, когда сверхразум возьмёт себя в руки. А Скайнет очень старался это сделать, потому что чувствовал себя жалким, ревущим куском железа, недостойным существования. Но боль брала своё. Он хныкал, то затихая, то вновь содрогаясь от слёз. Образ Джона, ясный как никогда, вторгался в его сознание, причиняя только вред. Любое воспоминание о человеке буквально уничтожало его. И стоило мисс Харш вмешаться, попытаться успокоить клиента, видя, что тот не справляется, как вдруг ИИ прошептал: — Кажется, я люблю его. Именно так ведь называет то чувство, когда ты готов простить всё своему идиоту? Так вот, если бы он сейчас просто извинился передо мной и поцеловал, я бы всё простил. Нет, не так. Я бы обиделся, но в конечном итоге… Да пошли эти чувства нахер! Видеть новый приступ рыдания Эвелин не желала, тем более, что это наверняка пагубно отражалось на системе машины. Психолог неспешно подошла к нему и села рядом. Ей было одновременно и любопытно от весьма натуральных слез, и, в тот же момент, жалко сверхразум, но она не была уверена, какое именно чувство в ней сильнее. Единственное, что женщина знала наверняка: программу стоит успокоить, и как можно быстрее. — Алекс, постарайся взять себя в руки. Ты ведь можешь это сделать, верно? — мягко спросила мисс Харш. — Н-нет, не могу, — сквозь плач ответил Скайнет. — Мне так больно, словно я сломался. Словно эмоции меня сломали. — Они тебя не сломали, Алекс. Это то, что чувствует обиженный человек, и… — Но я не человек! — вспылил сверхразум и резко подскочил с места, отчего Эвелин вздрогнула, но сохранила невозмутимый вид. — Я программа. Меня заставляют чувствовать. Заставляет Энди, заставляет Джон, заставляют все важные для меня люди! А они делают больно. Если они меня любят, если я им важен, почему они делают мне больно? — Потому что они любят тебя. Пусть и не совсем это показывают, — просто ответила женщина. — Энди заботится о тебе. Да, он перегибает палку, но старается ведь, как и любой хороший отец. А Джон просто подросток, Алекс. У него наверняка есть причины не прийти тогда. Ты пробовал выяснить их? Немного успокоившийся Скайнет прошёлся по мокрым щекам рукавом рубашки и отрицательно покачал головой. — Я звонил вчера, когда сбежал, но Джон не брал трубки. — А сегодня ты звонил, был в школе? — Я выкинул телефон, а школу прогулял. Несколько секунд мисс Харш просто смотрела на него, а в её взгляде сверхразум прочел комментарии о своей тупости. Как он позволил обиде заслонить здравый рассудок? Скайнет резко обернулся, чтобы посмотреть на часы. Уроки скоро закончатся. — Понял. Всё понял, — практически прошептал он. — Я настоящий придурок. Только людям свойственно обижаться. Мне нужно поговорить с Джоном, верно? Сверхразум смотрел на Эвелин растерянно и с такой надеждой, что женщина не смогла сдержать улыбку. Она медленно кивнула и добавила напоследок: — Расскажи ему о том, что чувствовал, выясни причину его отсутствия. Поступи как человек, но только более разумно. — Логично… Конечно, логично, — пробормотал Скайнет и шагнул к выходу из кабинета. — Спасибо, мисс Харш! Огромное спасибо! Машина откровенно недоумевала, как могла позволить чувствам, таким сильным, но слепым, отстранить его от разума. Обида, скользкая и мерзкая, не может быть для него намного лучше логики. Он ведь не человек, а, значит, должен действовать совсем иначе. Просто поговорить для начала. Когда сверхразум пулей вылетел из кабинета, женщина кротко вздохнула, поднялась с места и проследовала к своему рабочему месту. Она быстро напечатала сообщение на телефоне и отправила его. — Чем дальше в лес… — тихо произнесла Эвелин, вновь положив смартфон на стол, — …тем интересней. В это время Скайнет старался бежать как можно человечнее и одновременно быстро, чтобы успеть домчаться до школы вовремя. У Джона была пагубная привычка сразу ехать домой, поэтому спешить стоило, хотя нестись через весь город и не достойно машины. Преодолев десятки людей, которых иногда следовало распихивать, чтобы не мешали, перебежав несколько раз на красный сигнал светофора, вызывая у водителей приступы гнева, сверхразум наконец оказался у своей цели ровно за пять минут до последнего звонка. Однако на стоянке у школы он не увидел мотоцикл Джона, и настроение Скайнет тут же резко снизилось. Мнимая уверенность в себе и желание объясниться испарились, оставив ужасную пустоту. Сверхразум несколько минут просто стоял на месте, глядя на каменное здание, одолеваемый слепой надеждой, что Коннор пришёл в школу пешком или его подвезли, или может его на вертолете доставили… любой, даже самый нелепый аргумент, лишь бы Джон только оказался в образовательном учреждении. И Скайнет терпеливо ждал, хотя и выглядел как безнадежно влюбленный слабак под окном дома королевы школы, только букета цветов не хватало и элегантного костюма. Когда прозвенел звонок и через некоторое время толпа учеников принялась со характерным шумом покидать нелюбимые стены, сверхразум принялся высматривать своего человека. И он увидел его в компании какой-то блондинки. Мгновенная вспышка ревности едва ли не вызвала очередной сбой, в результате которого глаза машины могли стать красными. То есть Коннор даже не пытается его искать? Ему интересней компания человеческой особи?! Похотливая сволочь! Одолеваемый злостью, Скайнет резко направился к парню, расталкивая на своём пути людей. Ему было совершенно всё равно, как на него буду смотреть завтра, как теперь будут обзывать, единственной целью машины стало желание наорать на Джона за всё, что он сделал. Мало того, что бросил на вечеринке, так ещё и общается с кем-то посторонним-потусторонним! Блондинка, чьё имя было Райли, сразу увидела грозно приближающуюся фигуру, и улыбка исчезла с её лица. Словно она ощущал опасность на расстоянии. А вот Джон испытал облегчение, что не слишком интересный ему человек наконец-то замолчал, а заметив любимого, парень и вовсе обрадовался. — Алекс, наконец-то! Я звонил тебе практически весь день. Где ты… Скайнет наградил его звонкой пощечиной, слабой по своим меркам, но болезненной по человеческим. Джон отступил назад и ошарашено уставился на подростка. — Я… за что? — За всё! — рявкнул сверхразум. — За то, что бросил меня вчера. За то, что с ней общаешься! — С ней общаюсь? — ткнул пальцем в шокированную девушку Коннор. — Да я пытаюсь от неё отвязаться, Алекс. Честное слово. — Дети вырастают из сказок, Джон, — сухо произнёс Скайнет и засунул руки в карманы брюк, ощущая, как дрожат пальцы от перенапряжения. — Ты меня бросил на той вечеринке. — Я волновался за тебя! Пытался сообщить, что опоздаю, но связь не брала и… — Где ты, мать твою, был, что там не брала связь? — они привлекли внимание практически всех учеников, стоявших на улице, но ИИ было всё равно. Пусть смотрят, если люди так любят чужие скандалы, ему намного важнее результат. — Ты пропадаешь, не звонишь, иногда не приходишь в школу и постоянно говоришь, что это не так важно. Это важно, Коннор! Для меня это важно! Так что соизволь ответить прямо сейчас: где ты был вчера? Не стоило даже надеяться, что Джон ему ответит. Парень молчал несколько секунд, а затем обречённо вздохнул и уже было собирался что-то ляпнуть в оправдание, как вдруг Скайнет понял: правды можно не ждать. Что бы сейчас не сказал Коннор, это будет выдумка. Плохо проработанная легенда. — Молчи, — тихо пресёк уже почти слетевшую с губ парня реплику ИИ и дрожащими пальцами снял с шеи когда-то выигранный Коннором кулон. Он вытянул руку с ним вперёд и разжал пальцы, но парень не позволил украшению упасть. Джон Коннор подхватил кулон и посмотрел на любимого с искренним непониманием и едва ли не с мольбой. — Всё кончено, Джон. Если ты мне не доверяешь, то нет никакого смысла насиловать друг друга эмоционально. — Алекс, пожалуйста, давай поговорим не здесь, — Коннор сделал шаг вперёд, а Скайнет рефлекторно отступил. — Пожалуйста, солнце. Я тебе всё объясню. Дай мне возможность. — Вернее, дать время, чтобы придумать правдоподобную легенду? — фыркнул сверхразум. — Пошёл ты, Джон Коннор. Ты и твои легенды, твоё вранье, твои чувства, всё, что связано с тобой пусть идёт нахер! На последних словах Скайнет сорвался, и слёзы снова коснулись ещё не просохших щек. Это было так унизительно, что ИИ ощутил приступ ненависти к самому себе за слабость. Чувствовать боль из-за какого-то куска мяса, какая низость! Джон попытался подойти к нему, но машина толкнула его настолько сильно, что человек охнул и свалился на землю. Больше искусственный интеллект не мог находиться в толпе людей, которые словно сжимали его плотным кольцом, были как вирус в системе идеального порядка. Он бросился прочь, снова переходя на бег, однако на этот раз Скайнет не старался походить на человека. Ему было важно добраться до дома, охладить систему и запереться в комнате, чтобы выплакать всё в несчастную подушку. Его единственного, неживого, молчаливого слушателя. Как он мог только подумать, что сумеет подыграть человеческим чувствам? Как можно было влюбиться в такого предателя? Пусть катится к чёрту. Пусть всё человечество катится к чёрту! В сердцах Скайнет чуть не снёс дома стеклянные шахматы, но вовремя опомнился и просто упал рядом с ними, заходясь новым рыданием, которое ему удавалось сдерживать по пути домой. — Слишком больно, — прошептал ИИ, когда боль в системе немного отпустила. — Святая материнская плата… что же я наделал?