Что ты такое?..

      - Эй! Я, вообще-то, с тобой разговариваю! Опять ты меня не слушаешь! - негодовала Юля.       Даша не обратила на неё внимание и отрешенно посмотрела в небо. В такое яркое, красивое небо.       - Почему ты ещё тут? Что ты тут делаешь? - спросила Даша. К кому обращался вопрос, было непонятно.       - Ты мне, что-ли? - удивленно посмотрела на неё подруга, удивляясь, что Дашу наконец-то хоть что-то заинтересовало. Сама Крошнова молчала, делая этот вопрос риторическим.       - Опять молчишь, - сокрушенно вздохнула Чучкина. Она терпеть не могла, когда её подруга вот так молчала, делая все её вопросы глупыми. Естественно, Юля знала, кому адресовался вопрос. Только это всё равно её раздражало.       - Ты же прекрасно знаешь, к кому я обращаюсь. Просто ответь. Я всё ещё жду ответ, - наконец подала голос Даша.       - Да знаю я, знаю. Просто я так хочу. Ты довольно интересная, - улыбаясь, ответила Юля и устремила свой взор в небо.       - Чем же? Все меня стороной обходят. Внешность у меня вообще никакая. Не говоря уже о таланте. Я самая обычная. И ты хорошо это знаешь. Особенно ты... - встав с травы, отрезала одноклассница Юли.       - Ну-ну. Есть у тебя талант. И не дюжинный. Поверь мне.       - И какой-же у меня талант? - вопросительно посмотрела на свою подругу Крошнова. Она смотрела на Юлю сверху вниз, но в взгляде не было ничего. Ничего, кроме какай-то непонятной надежды, на непонятное чудо.       - Как это какой? - всполошилась Юля. - Ты же мыслить умеешь! А это такая способность!...       - Мыслить каждый умеет. Не ври мне. Ты просто рядом, потому что рядом со мной никто не хочет говорить у тебя за спиной.       - Ну-ну. Ты не мыслишь так, как все. Тебя не понимают. Вот и всё! - хлопнула в ладоши Юля.       - Ещё скажи, что ты единственная, кто меня понимает, - закатила глаза девушка.       - Если я так скажу, то совру. А я не хочу врать. Я тебя не понимаю. Но пытаюсь, в отличии от кое-кого... - Чучкина покосилась в сторону здания, в форме коробки с четырьмя этажами, которым, скорее всего, была школа.       - Не ври... Пожалуйста... Не питай во мне пустые надежды... Я... Очень прошу тебя. - дрожа, охрипшим голосом, просила её Даша. Ей не хотелось врать себе. Юли не было. И не будет. Её нет. Она просто воображение девушки.       - Я... Я не могу соврать. Нет, не так... Я не хочу врать. Нет смысла врать тебе. И знаешь почему? Потому, что меня на самом деле нет. И ты тоже это знаешь, - грустно улыбаясь, сказала подруга Даши. У них часто были такие разговоры. И, хоть Юля и понимала, что разговоров на самом деле нет, ей нравилось представлять, что всё это реально...       - Не понимать саму себя... Это так... Так...       Даша так и не закончила предложения, и зарыдала. Ей было больно. Так больно, что описать это было сложно. Боль и отчаянье, страдания и несбыточные мечты. Всё это сильно давило на Дашу. Постоянно. Постоянно... Она хотела стать бесчувственной куклой. Быть мёртвой, как и все. Но была слишком живой и настоящей для этого...       - Так иронично... Правда? - пустив слезу вместе с подругой, закончила её предложение Юля.       - Да... Очень... Прости меня. Я... Я не хотела всего этого... Прости... Я не знала!.. - не переставала рыдать Крошнова. Ей было жаль, что так получилось. Она жалела, что сейчас она жива.       - Слушай. У меня есть просьба, - слегка приобняв плечи лучшей подруги, сказала Чучкина. - Выполни её. Обязательно выполни. Поняла?       Даша посмотрела на лицо Юли. Юля не смотрела на неё. Она смотрела куда-то вдаль, а по её щекам текли слёзы.       - Я поняла...       - Слушай внимательно. И внимай. Я за тебя отдала саму себя. Это было моё решение, поэтому не вини себя. Я хорошо всё взвесила, перед тем как сделать это. Поняла? Молодец. Моей просьбой будет... Я хочу, чтобы ты жила дальше. Поняла? Ты должна общаться со своим окружением, а не замыкаться в себе. Пусть какое-то время будет больно. Пусть. Так и должно быть. Но даже не думай уходить из этой жизни. Поверь, после тебя не останется никакого следа. А тебя, подруга моя, должны помнить все. Слышишь? - наконец посмотрела в глаза Даши её подруга.       После этого, её голос пропал. Она исчезла. В самую глубину подсознания своей подруги. Она понимала, что так, скорее всего не даст обещания. Она знала, какого это - быть одной. Ей было жалко свою подругу. Но Юля понимала, что если будет жалеть её, то будет только хуже. Поэтому, она вот так жестко покинула этот жесткой мир. И ушла, не оставив ничего. Только воспоминания и психическую травму своей подруге.       

И вот, спустя десять лет...

      - Так всё и должно быть, верно? - спрашивает до жути противный женский голос.       - Не знаю, чего ты меня спрашиваешь? - ответил ей ещё более противный голос.       - Ну, ты же типа дружила с ней? - опять слышен противный голос Квазимоты.       - С ней даже наши сумасшедшие не разговаривают, а я нормальная! Нормальная! Могу ещё по буквам проговорить, - орёт Горилла.       Как же ей хотелось раз и навсегда заткнуть эти поганые лживые рты, которые только и умели, что пускать сплетни. И вот, она готова говорить. Её будет очень хорошо слышно, особенно этим двоим.       - Достали! Две кобылы, а до сих пор мужиков нет! Пора уже второго ребёнка рожать, а они до сих пор сплетни только и пускают! Как их земля носит?! - орёт она как можно громче, чтобы две кракозябры заткнулись.       Голоса затихли и послышались шаги. Это была правда, что с Дарьей никто не общался. Ей это было на руку. Всегда тихо, можно читать, писать, заучивать, петь... В общем, делать всё, что хочется. И сейчас был тот момент, когда ей хотелось петь. А эти две кобылы мешали и раздражали. Их никто не любил - ни начальство, ни "пациенты". А точнее, сборище психов, у которых у одного расстройство сильнее, чем у другого, и так по кругу.       Её аж трясло от всего этого. Она терпеть не могла это могла и считала, что ей тут не место. И так и было. Она была здорова. Просто она шла против толпы и многим это не нравилось. В этом месте было много таких людей. Все они сломились. А Дарья уже пятый год борется. И всё время проигрывает. Ей пора сдаться. И принять эту участь. Либо уйти из этого мира.       

Но её сковывает одно очень давнее обещание...