Победитель Времени (рабочее)

Вам знакомо это чувство, будто жизнь начинает понемногу налаживаться. Ты нашел человека, которому готов помочь, обрел цель жизни и, вроде бы, начинаешь забывать события многовековой давности, но внезапно все наваливается… Резко, как камень на голову, и ты в какой-то момент понимаешь, что от прошлого никуда не сбежишь – оно догонит. Внезапно все становится на свои места, ты понимаешь, как был слеп и, возможно, эгоистичен. Когда находятся люди, которые помогут забыть… *** Снова раздался взрыв. Мерлин изо всех сил спешил к воротам Хогвартса – эпицентру битвы. Юным ученикам и учителям пока удается сдерживать натиск Пожирателей Смерти, но что-то подсказывало, что это не надолго… А интуиции, как известно, надо доверять. Число черных магов стремительно росло – они все прибывали и прибывали. Но все понимали, что настоящее сражение еще не началось… Не появился Темный Лорд. Мерлин был не глуп. Он понимал, что шансы на их победу по прибытию Волан-де-Морта падали до нуля. Слишком сильный маг, а Пожирателей слишком много. А потому чародей направлялся в самый центр сражения. Но в возрасте восьмидесяти летнего старика с посохом в правой руке это оказалось проблематично. Безусловно, по пути он избавлялся от прорвавшихся в замок Пожирателей Смерти, хотя и старался не растрачивать магию на тех, кто не представляет особой угрозы. Мерлин не хотел, чтобы кто-то пострадал, поэтому еще пару недель назад решил, что противостоять Темному Лорду должен именно он. За все проведенное в Хогвартсе время он разрабатывал стратегию для победы над сильнейшим темным магом этого времени. Только одна вещь предоставляла угрозу: он давно понял, что Гарри Поттер и Волан-де-Морт как-то связаны, а учитывая происхождению магии мальчика может оказаться, что Темный Лорд намного сильнее, чем кажется. Но это только вселяло в чародея уверенность, что сразится с ним должен именно он, чтобы никто больше не пострадал. Волшебник как раз достиг главного входа в школу, но резко пошатнулся от пронзившей его магической волны. «Он прибыл» - билось в мозгу Мерлина мысль пока он быстро осматривал поле боя, высматривая своего противника и оценивая обстановку. Было видно, что учителя, ровно как и ученики, отдают все свои силы, чтобы противостоять Пожирателям Смерти, в то время как последние, казалось, совсем не напрягаются. Но тут он увидел Его. Он просто стоял и смотрел, как люди погибают. Мерлин направился к нему и, увидев, что он прошел основную гущу сражающихся, сбросил заклятие старения. Это был первый раз, когда он осмелился на территории школы снять чары при всех. Он понимал, что его вряд ли кто сейчас заметит, но все же… - Ты глупец, если считаешь, что сможешь противостоять мне. – сказал Лорд, медленно переводя взгляд на мага. - Может я и глупец, но уж точно умнее тебя. Я не отважился нападать на Хогвартс с кучкой темных магов, которых даже ученики побеждают. Это глупо. – он понимал, что явно преуменьшает способности Пожирателей Смерти, но просто не мог признать всю плачевность ситуации. - Не будем тратить слова впустую. Лучше приступим к дуэли. Тут еще много людей, которых можно убить. Внезапно, Мерлин почувствовал злость. Разъедающую изнутри, всепоглощающую злость. На всех волшебников, которые привели этот мир к такому состоянию. К магу, стоящему перед ним, который убивает ни в чем не повинных детей, ко всем. Он был уверен, что в его время такой ситуации никогда бы не произошло! Сейчас все изменилось. Постепенно, он начал чувствовать, что эта злость, этот гнев, спровоцировали выброс магии. Его тело волнами прошивало волшебство. Древняя, всеми забытая магия, которую он хранил в себе со дня смерти Артура. Которую не выпускал на волю, но теперь настал и ее черед. Мерлин начал ощущать это необыкновенное могущество в тот же момент, когда Темный Лорд атаковал. Чародея даже посмешил тот факт, что «сильнейший черный маг этого времени» решил начать с такого простенького заклинания, как «Осталбеней». - Слабо! – едко сказал Мерлин, взмахнув рукой, устанавливая магический щит. В следующую секунду он выкрикнул заклинание, тем самым отбрасывая противника. «Черный балахон, удар об часть стены… Что-то мне это напоминает!» - крутилось в мозгу Мерлина. Он как-то не вовремя решил провести параллель с Морганой, от чего с его губ сорвался истерический смешок. В следующее мгновение он будто обезумел. Заклинания стали срываться с его губ, в то время как предыдущие не долетали до цели. Волан-де-Морт, сперва ловко уклонялся, но под таким напором магии ему становилось все труднее оставаться на ногах. Атаки больше походили на бой с безумцем. Чары разлетались во все стороны, как будто чародей потерял контроль. - Eorthe. – атака. - Eorthe ac stanas hiersumie me. – атака. – Obrinde. – зачарованная глыба летит в противника. - Forbaern ypile. – Темный Лорд окружен огненным кольцом. Преимущество явно было на стороне Мерлина: все больше заклятий попадали в Волан-де-Морта, а атаки чародея становились все настойчивее. Он больше не видел ни Темного Лорда, ни Пожирателей Смерти, ни школы… Ничего из этого! Он видел лес… видел колдунью в черном платье… видел золотые глаза… слышал ее голос. - Ты убила его! – резкий крик, огласивший поле боя, от которого вздрогнул даже противник Мерлина. – Ты уничтожила Альбион и теперь я уничтожу тебя! – чары посыпались еще отчаяннее, в то время как Мерлин явно терял контроль над ситуацией. В какой-то момент все изменилось. Несмотря на то, что заклинания все так же попадали в Темного Лорда, он выпрямился и, без каких либо защитных чар, стал подходить к чародею. - Ты не подумал об одной вещи, - сказал Лорд, - чем больше ты меня атакуешь, тем меньше сил у тебя остается, волшебник. – этот тихий, угрожающий голос и последовавший за ним смех подействовали, как пощечина, на Мерлина. Он наконец-то стал понимать, где находится и в какую ситуации угодил. Буквально через несколько секунд, до него дошел простой факт – он ослаб. Слишком много сил он растратил впустую, на заклятия, которые не приносившие особого вреда монстру, стоящему перед ним. Но то, что произошло через несколько секунд, окончательно выбило его из колеи. Влан-де-Морт отбросил палочку в сторону и улыбнулся. Но эта «улыбка» не смогла сбить Мерлина с толку и он успел отпрыгнуть от несущегося в него огненного шара. Быстро повернувшись, он успел заметить золотые глаза соперника, прежде чем его вспышкой света откинуло на камни, больно ударив головой. В первое же мгновение он не понимал, где он находится, из-за тумана в голове. Верх и низ смешались, а он упорно пытался встать на ноги, чтобы попытаться дать отпор, хотя и понимал, что сил у него не много. С трудом поднявшись, он посмотрел в глаза Темному Лорду. Только в это мгновение Мерлин понял, насколько был прав: глаза Лорда светились ярким оранжевым светом беспрерывно, а во всей фигуре соперника читалась такая мощь, что он стал терять какую-либо надежду на победу. - Ты ведь не думал, что один такой особенный? – едко спросил Волан-де-Морт. - Это не твоя магия, ты не сможешь ей управлять. – покачал головой волшебник, хотя тут же пожалел об этом, потому как в глазах все закачалось и ему стоило огромных усилий стоять прямо. - Несколько лет уже, как моя. Я научился с этим жить, я могу ей повелевать и ,уж точно, меня не сможет остановить безумный мальчишка с комплексом героя. Последняя фраза резанула Мерлина не хуже Экскалибура. Он прекрасно понимал, что Темный Лорд прав, но и не мог дать ему уничтожить волшебный мир. «Я не герой, но и не позволю тебе победить» - подумал Мерлин. - ASTRICE. – на последних силах выкрикнул Мерлин. - DASTRICE. – в это же время крикнул Темный Лорд. Вероятно, сторонний наблюдатель сказал бы, что получилось прекрасное зрелище: два потока магии – черной и белой – соприкоснулись, образуя в точке пересечения сферу серого цвета. Во все стороны полетели искры и создавалось ощущение, что еще чуть-чуть - и громыхнет взрыв. Но было видно, что Мерлин проигрывает. Сфера была уже в полуметре от волшебника, руки которого дрожали, а по лбу градом катился пот. Он чувствовал, что долго не выдержит: капля за каплей последняя магия вытекала из него, оставляя за собой безумную слабость и пустоту внутри. За время боя сильнейших магов жителям Хогвартса удавалось отбивать атаки Пожирателей Смерти. Уже давно поднялось солнце следующего дня, но никто не обращал внимание на это. Большинство Пожирателей были уже либо мертвы, либо сильно ранены, поэтому некоторые уже не сражались, а пытались хоть как-то помочь своим выжившим друзьям и знакомым. И лишь для двух человек время остановилось – для Мерлина и Волан-де-Морта. Вероятно, каждый из них сказал бы, что прошло всего минут двадцать, хотя прошла уже ночь, но эти волшебники сражались до сих пор. Было понятно, что победа Темного Лорда не за горами. Внезапно в небе стали появляться яркие вспышки… одна… вторая... третья… четвертая. Они, одна за другой, стали направляться к сражающимся. Через минуту они приземлились за спиной Мерлина. Из ярких клубков света, в «юному» чародею начали направляться узкие белые щупальца. В тот момент, когда они соприкоснулись с кожей Мерлина, тот почувствовал странный прилив сил. Было такое ощущение, что кто-то делится с ним своей силой… кто-то знакомый… Но он не успел обдумать эту мысль, так как с новыми силами стал атаковать Темного Лорда. Только теперь он почувствовал, что у него есть шанс на победу. Сфера серого цвета, которую теперь отделяли всего несколько сантиметров от лица чародея, стала постепенно приближаться в Волан-де-Морту. Будто ощутив приближение победы, он удвоил усилия и, буквально из последних сил, отправил поток магии к Волан-де-Морту. И поток, в конце концов, достиг цели. Мерлин услышал истошный крик, но уже перестал понимать, кто это кричит и почему. Он истратил всю магию на эту дуэль и теперь совершенно ослаб. Почувствовав, что ноги не держат, он начал заваливаться на спину. Уже теряя сознание от магического истощения и с мыслью, что больше никогда не очнется, он не увидел, как клубки света стали сформировываться в четыре человеческий фигуры… *** Первое, что он почувствовал - это пустоту. Черную пустоту, которая образовалась в том месте, где должна быть магия. После пришла слабость, а уже потом боль… Все тело нещадно ломило, в ушах был песок, а глаза упорно не хотели открываться. Он потерял себя… Он не помнил где он… Даже имени не мог вспомнить! Вскоре он перестал чувствовать что-либо, кроме боли. Он не знал, сколько прошло времени, но смутно осознавал, что иногда он падает в черноту, а в те редкие мгновения, когда поднимается на поверхность, слышит голоса. Знакомые голоса… но мозг никак не хотел идентифицировать их. Так прошло какое-то время и стали появляться образы… Образы и свет из прошлого, которые он упорно принимал за галлюцинацию. Мерлин точно не представлял, сколько он находился в своеобразном вакууме, но спустя, казалось бы, вечность, он почувствовал внутри слабый огонек магии. Он был поистине крошечным, но этого хватило, чтобы подчинить тело, чтобы выплыть из этого водоворота иллюзий и пустоты. Превозмогая боль, он попытался открыть глаза, но ощущения были подобны тем, как если бы из кто-то специально держал их, чтобы не открывались. Но магу слишком хотелось узнать, что происходит и где он, поэтому после нескольких бесплодных попыток он приоткрыл глаза. Он ожидал, что «снаружи» будет слишком ярко и слишком светло, но ошибся. Открыв глаза, он снова оказался в темноте, а потому несколько минут лежал, прислушиваясь к себе и окружающему пространству. Через несколько минут он стал различать предметы, когда глаза привыкли к темноте. Он понял, что лежит на кровати, а спереди, справа и слева висят какие-то занавески. Приглядевшись, Мерлин осознал, что это не занавески, а ширмы, которые бывают в больницах. «Больницах… Но где может быть больница?» - думал Мерлин, уже отчаявшись собрать все мысли воедино. Пока он лежал, в его голове крутилась лишь одна мысль, за которую он никак не мог ухватиться. «Хогвартс!» - резко возникло у Мерлина в мозгу. Медленно, одно за другим, в памяти всплывали события, произошедшие за последние… «А сколько времени прошло?» - внезапно подумал он. Решив, что нужно немедленно узнать, что случилось, пока он был в больничном крыле, он попытался встать, но из-за резкой боли во всем теле упал обратно на кровать, больно ударившись локтем о спинку кровати и застонав. «И где ходит лекарша?» - подумал он, но, осознав, что на дворе ночь, понял, что она спит. Дав себе передышку на несколько минут, он снова решил попытаться встать, но сделать это не так резко, как в прошлый раз. Через некоторое время и несколько готовых сорваться с губ стонов волшебник сумел встать, правда, сразу же схватился за карниз ширмы в попытке хоть как-то сохранить равновесие. Ноги были словно ватные, но он, поборов свое тело, двинулся к выходу из помещения, постоянно за что-то хватаясь и останавливаясь. Дойдя до двери он застыл, раздумывая, как бы ему открыть ее и набираясь сил. Но упорство взяло вверх. Уже выйдя из больничного крыла, он увидел «масштаб трагедии». По сравнению с коридорами, больница почти не пострадала. Держась за стену и с трудом преодолевая камни, как делал это месяц назад, он шел и оценивал повреждения школы: стекол абсолютно нигде не осталось, то тут, то там валялись обломки дверей, какие-то другие предметы мебели, которые уже опознать не удалось, в стенах кое-где были видны пробоины. «Замок они будут еще долго восстанавливать…» - думал Мерлин, смотря на то, что осталось от школы. Где-то в мозгу стали появляться тревожные звоночки, которые отчаянно хотели узнать, почему в школе никто не патрулирует коридоры… даже призраков нет!!! С другой стороны он понимал, что если бы они проиграли, в больничное крыло его никто бы помещать не стал. В лучшем случае убили бы, а в худшем - поместили бы в пыточную. Он мысленно содрогнулся, а в голову полезли воспоминания о колодках. А потом все мысли снова вернулись к Артуру. Последнее время он стал вспоминать его намного чаще, думая, как бы он отреагировал на то, что чародей теперь преподает магию… АРТУР! Вот что все это время не давало ему покоя. Смутное ощущение, что что-то случилось, переросло в воспоминание о том, что когда он лежал в бреду. Он слышал его голос! Волшебник осознавал, что это невозможно, что это, скорее все, галлюцинация, но все ощущалось так реально… Раздумывая, правда ли это была иллюзия, он и не заметил, как вышел во внутренний двор школы. Не заметил одинокую фигуру в потрепанной одежде, но такую знакомую… Только когда он остановился, буквально в метре от того самого человека, сидящего на краю фонтана, он осознал,кого видит перед собой и просто замер, не в силах поверить собственным глазам. Фигура, словно почувствовав наконец чье-то присутствие, выныривая из собственных размышлений, обернулась и, встретившись взглядом с ошеломленным чародеем, застыла. Несколько минут они стояли друг напротив друга, пока Мерлин раздумывал, сошел ли он с ума окончательно или все-таки умер, хотя… Все выглядело таким реальным… Те же ярко-голубые глаза, те же волосы, та же прическа, та же мускулистая фигура… Но он просто не позволяя себе поверить в ЕГО возвращение – возвращение Артура! Наконец, мужчина перед ним словно очнулся. Он быстро пересек оставшееся между ними расстояние и обнял чародея. Такого родного, такого близкого… Он уже забыл, какого это, обнимать кого-то, чувствовать чье-то прикосновение, но, самое главное, что он забыл своего ДРУГА. В это самое мгновение он вспоминал все, чего лишился на много столетий. Его затягивало в водоворот эмоций… Он испытывал все чувства сразу: злость на то, что тот так не ценил свою жизнь, что довел до такого состояния, облегчение, что его друг все еще жив, радость от того, что снова может видеть его и желание помочь… Помочь ему забыть все, что довело его до такого состояния. Он так много хотел сказать ему, но сумел лишь, обнимая его и не желая отпускать куда-либо, прошептать: - Мерлин… Я скучал. Чародея трясло от стольких испытываемых эмоций. Он до сих пор думал, что это иллюзия, но все указывало на обратное. У него было много слов, которые он хотел сказать, но чародей просто молчал, наслаждаясь этим мгновением, несмотря на боль, которую чувствовал в теле от этих объятий. Наконец, Артур немного пришел в себя и вспомнив кое о чем, отстранился и сказал: - Пойдем, тебя еще кое-кто хотят видеть.- но он внезапно понял, что стоящего перед ним чародея трясет. - Мерлин? Мерлин. Ну же, я живой, Мерлин, приди в себя! Волшебник едва смог выдавить из себя хриплым голосом, который и сам не узнал, то имя, что не произносил очень долгое время: -Артур... Ты живой.