Часть 1
13 февраля 2016 г., 19:28
«Ты разрушаешь меня. Мы — две столкнувшиеся вселенные, которым в последствии суждено взорваться миллионами ярких эмоций.
Твои поцелуи — острые шипы. Мои — нежные лепестки. Покой и буря смешались в бешенном ритме страстей, но так не бывает. Выживет только один. Кто сдастся первым, милый? Ты, раскаявшийся за свой лед во взгляде и холод, или я, что, наконец, устанет это терпеть? Продолжится буря или наступит покой?
Но так же, как они различны, они не могут друг без друга. Ты не сможешь без меня, я знаю. Я дополняю тебя. Ты пылкий и резкий только в своих действиях. Твоя душа спокойна, словно ты вообще не умеешь чувствовать. Твое сердце не билось чаще, когда я тебя целовал. Оно было спокойно, когда ты признавался мне в любви. Было ли это ложью? Нет. Нет, просто ты слишком хладнокровен для таких сентиментов. Мой вампир.
А то до меня… Я эмоционален. Каждый твой холодный взгляд — новый порез на моей коже. Так проще. Так легче. Легче переносить физическую боль, чем медленно умирать от моральной, которую приносишь ты. Ты мое солнце, что каждый раз так больно обжигает меня. Такое до близости далекое и до ожогов холодное.
Мы умрем вместе? Когда-то ты говорил, что да. Но я так не думаю. Я умру, а ты останься. Посмотри, что я чувствовал все эти годы. Ты рядом, о ты хладен ко мне. Попробуй остаться совсем один. Что? Сдашься? Я умру, а ты останься. Я расцвету по-настоящему лишь там, в гробу. Когда все мои шрамы покроются грязью. А ты посади на моей могиле розы. Красно-алые, кровавые розы, что ты так любил. Они, как кровь, которую я пролил из-за слов, которые я так и не услышал. Слов, произнесенных нежным голосом, полным любви, тепла и заботы, а не холодными льдами Арктики. Уже не услышу.
И пусть эти розы острым шипами воспоминаний вонзаются в твою память. Почувствуй мою боль. Я оружие. Я тебя убиваю. Словами, которые я так и не услышал… »
— Я люблю тебя, Джерард. Навсегда, мой милый Фрэнки. Даже после смерти, — прошептал парень, в последний раз бросив взгляд на красные цветы у серого камня. Он больше никогда не увидит их, как не увидит Фрэнка. И пусть это была всего лишь фотография счастливого парня на серой могильной плите.
