Happy St. Valentine Day

Хакен терпеть не мог День Святого Валентина… В самом деле, глупее праздника, по его мнению, не придумать. Вся эта суета, начинающаяся за неделю, а иногда и раньше назначенного срока; озадаченные лица парочек, на манер самых лучших ищеек рыскающих по магазинам в поисках самого лучшего подарка, а потом же слишком счастливые их лица – светящиеся ярче лампочек на потолке хакеновой кофейни. От их приторно-сладких улыбок у Хакена сводило скулы… Он категорически не понимал, зачем люди скупают тоннами шоколад, у довольно потирающих руки торгашей. К слову, Хакен не любил шоколад – ни в каком виде – у него от этой сладости разыгрывалась страшная изжога… От количества розового и красного цвета во всех известных Хакену людных местах – голова шла кругом, а от бесконечных сердечек – начинало тошнить… так же, как и от крутящихся по кругу песен о чистой любви и романтике… Вообще, парень не понимал, к чему вся эта мишура и ажиотаж – ведь день этот, по сути, ничем не отличался от всех остальных дней в году. «- Это лишний повод сказать Я люблю тебя…» - с видом заправского знатока вещал со своего любимого места за барной стойкой Лео, потягивая ванильный латтэ. «- Они говорят это на протяжении трехсот шестидесяти пяти дней в году, - бросал в его сторону весомый аргумент Хакен, натирая стойку до блеска, - Не имеет смысла выделять один конкретный день, как что-то фантастическое… - заканчивал он с плохо скрываемым сарказмом в голосе.» Лео лишь коротко вздыхал – в словах Хакена было рациональное зерно, но против традиций не попрешь. «- Это всего лишь традиции. – тихо озвучивал он свои мысли, легким движением пальцев убирая с глаз мешающую челку.» «- Это всего лишь традиции… - передразнивал его слова Хакен, кривляясь, - Так же, как и отмечать сто, триста и тысячу дней с момента знакомства…» Лео закатывал глаза на иронию, ядовито сочащуюся в каждом сказанном Хакеном слове. Он одним глотком допивал кофе, жестом показывая, чтобы друг сделал еще порцию. Тот лишь неопределенно фыркал, сдувая с глаз непослушные светлые волосы. Он никогда не понимал, куда в Лео влезает столько кофе. Иногда он думал, что тот течет у парня по венам вместо крови. «- То, что тебе не везет с парнями – не повод быть таким злюкой. Эти люди не виноваты в твоих несчастьях. – говорил Лео совсем тихо, когда Хакен отворачивался к кофе-машине.» Хакен ничего на это не отвечал, лишь испепелял Лео тяжелым испытующим взглядом, пока тот пробовал новый напиток, довольно щурясь, и искренне желал, чтобы тот подавился своим чертовым кофе… Но Лео не давился, и не обращал на друга совершенно никакого внимания, и Хакену нестерпимо хотелось стукнуть его чем-то тяжелым. Но он лишь обиженно закусывал нижнюю губу, отворачиваясь, потому что знал, что с Лео шутки плохи - можно было самому отхватить по первое число… Лео, за долгие годы дружбы, выучил Хакена как облупленного – каждую привычку, каждую мини-драму его сердца, но никогда не жалел несчастного друга, подставляя плечо в качестве жилетки, повторяя – Это не твой человек… А где он – ЕГО человек – не говорил, лишь как-то загадочно улыбался, сверкая хитрыми глазами из-под черной густой челки… И иногда, Хакен его искренне ненавидел за это… Но только иногда… До дня Х оставалось всего ничего, и количество заходящих в кофейню парочек увеличилось вдвое, как и концентрация счастливых улыбок на одни квадратный метр заведения… Не сказать, что кофейня была очень большой – но, не смотря на это, весьма популярной, потому что находилась на самой оживленной улице этого района города. Да, Хакен мастерски умел выбирать места… Он ходил темнее тучи, силой воли заставляя себя улыбаться вновь приходящим посетителям, основную массу которых знал не первый год. Взять хотя бы вон ту парочку, в самом дальнем углу. Они встречаются почти два года, или чуть больше, по крайней мере, впервые Хакен увидел их на пороге своей кофейни год и десять месяцев назад. Тогда еще безумно смущаясь, они подошли к барной стойке, заказывая пару шоколадных коктейлей… Теперь же, они пили один коктейль на двоих, светясь неподдельным счастьем, держась за руки, и Хакен думал, что в скором времени девушка обязательно получит миленькое колечко, которое соединит их сердца еще сильнее… «- Ты прав. – отвлекал его Лео, - Он собирается сделать ей предложение в этот День Валентина.» Хакен давно привык, что Лео вот так спонтанно врывался в неспешный ход его мыслей, наверное, даже не был против этого. Он фыркал, тут же принимая позу раздраженного кота, на что получал лишь тихий смех друга. Хакен не имел ничего против счастливых пар, но все еще просто ненавидел День Святого Валентина… Парень любил наблюдать за своими посетителями, слушая тихое бормотание Лео под ухом, который рассказывал, прав был Хакен на счет того или иного человека. Тот с видом довольного жизнью кота вещал другу о предстоящей любовной истории тех или иных людей, своим тихим тембром успокаивая Хакена, даря покой и умиротворение. Одна девушка, всегда сидевшая у большого панорамного окна, приходила почти каждый день, заказывала неизменный эспрессо, устраивалась удобнее в небольшом креслице и задумчиво смотрела вдаль… Иногда Хакен думал, а не подкатить ли к ней, с прекрасной розой в зубах и чашечкой кофе на подносе, со словами: «- Детка, ты так прекрасна и так одинока. Хочешь, я раскрашу твои дни яркими красками?… » Лео лишь крутил пальцем у виска, на что получал влажным полотенцем в лицо от рассерженного Хакена, который совсем недавно начищал белоснежные чашечки этим самым полотенцем. «- Ее время настанет совсем скоро. – говорил он, а Хакен лишь открывал в изумлении рот – надо же, спустя полтора года одиночества, которые она провела за тем самым столиком, - Теперь она готова. – заканчивал Лео, осторожным движением прикрывая раскрытый рот друга.» Хакен никогда не выспрашивал у Лео историй тех, кто приходил в кофейню, хотя Лео знал их все, он был уверен. Ему хватало и того, что друг ему рассказывал – пусть этого было мало, но в то же время Хакен не был уверен, что хотел бы знать больше – ему самому не понравилось бы, если кто-то посторонний узнал об его неудачах на любовном фронте. Лео знал многое, но совсем ничего не рассказывал. Хакен был уверен, что друг знает даже, когда он сам встретит СВОЕГО ЧЕЛОВЕКА, как любил выражаться, но упорно молчал, не реагируя на просьбы, мольбы, а иногда и откровенные угрозы своего эмоционального приятеля… Когда дверной колокольчик над дверью кофейни призывно тренькнул, впуская в помещение высокого парня, в смешно надетой на самые кончики ушей шапке, до часа Х оставалось всего три дня. Посетитель стряхнул с объемной куртки начинающий подтаивать снег, делая уверенный шаг внутрь. Хакен посмотрел на приближающегося парня, и тот показался ему слишком хмурым для такого прекрасного дня – на улице шел крупный снег, и атмосфера была просто сказочной. Настроение самого Хакена балансировало между хреновое и очень хреновое – но на то была веская причина, и совсем скоро все должно было закончится… Лео странно ожил, с появлением этого парня. Он без прежней меланхолии на лице осмотрел вновь прибывшего, задумчиво катая трубочку из одного уголка рта в другой. Увидев, что Хакен с интересом косится в его сторону, парень только удивленно-вопросительно приподнял брови, пожимая плечами. Лео кивнул в сторону подошедшего к стойке парня, призывая Хакена не отлынивать от своих прямых обязанностей, и отвернулся в другую сторону. Хакену пришлось приложить все усилия, чтобы хоть как-нибудь приветливо улыбнуться гостю. Улыбка вышла так себе – это парень понял, когда Лео, снова косящийся в их сторону, неоднозначно закатил глаза. Мысленно посылая друга по всем известному маршруту, Хакен переключил все свое внимание на парня, который с интересом рассматривал ассортимент кофейни – яркой кляксой висящий прямо над головой. - Два американо. – сказал он, наконец, улыбнувшись. Хакен даже завис на мгновение – от хмурого вида гостя не осталось и следа, его лицо преобразилось на глазах и стало приятным и милым. А уж его голос – низкий, с бархатными переливами… не голос, а мечта… Из транса Хакена вывел все тот же гость, который, улыбаясь еще шире, легким постукиванием ладони по барной стойке, старался привлечь к себе внимание. - Простите… - буркнул Хакен, смутившись, - Вам с собой, или будете пить тут? – стандартные фразы, от которых скоро мозоль на языке вскочит. - С собой. – тут же отозвался незнакомец. Хакен коротко кивнул, отходя к кофе-машине, добавляя еще ароматных зерен к уже имеющимся. - Такая прекрасная погода, - начал разговор посетитель, когда Хакен вновь вернулся на свое место, ожидая, пока кофе приготовится, стандартно натирая идеальную и без того поверхность стойки, - А Вы совсем без настроения. Скоро ведь праздник… Хакен усмехнулся, не скрывая иронии. Он очень хотел, чтобы кофе поскорее был готов… - О, нет пары? – не отставал незнакомец, его губы были растянуты в легкой улыбке, а в глаза-полумесяцах плясали искорки смешинок. - Мне кажется, или это не Ваше дело? – старясь говорить как можно вежливее, спросил Хакен, щуря глаза – он начинал раздражаться. Собеседник ничего не ответил, лишь просиял еще сильнее. Лео, не без интереса наблюдал за ними, подперев рукой щеку. Его взгляд – темный сейчас, любопытный, будто рентгеновским лучом просвечивал и друга, и его внезапного собеседника. Хакен уничтожающе на него зыркнул, а Лео лишь улыбнулся. Обычно, Хакену нравилась его улыбка – она была доброй, теплой и такой редкой, что любоваться ею можно было часами. Но эта улыбка отличалась – она была отталкивающей, будто не предвещающей ничего хорошего. От нее Хакен покрылся неприятными мурашками… Машинка запищала, оповещая о готовности заказа. Мысленно Хакен возвел глаза к небу, благодаря Всевышнего за то, что в скором времени он избавит его от присутствия неприятного типчика на той стороне стойки. - Ваш заказ. – постно сказал Хакен, подавая пару средних стаканов в бумажной корзиночке посетителю, получая взамен пару слегка смятых купюр. - Спасибо. – от этой сладкой приторной вежливости у Хакена свело желудок. - Приходите к нам еще. – на автомате отчеканил он, готовый выдохнуть с облегчением. - Обязательно зайду, не сомневайтесь. Меня, кстати, зовут Воншик… – незнакомец подмигнул, разворачиваясь на 180 градусов к двери. Хакен скривился, как от лимона. Все очарование этим парнем улетучилось сразу же, как только тот отошел на безопасное расстояние. Лео имитировал выстрел в спину, сложенными на манер пистолета пальцами, когда дверь за гостем со звоном закрылась. - Как он тебе? – обратился он к Хакену, когда тот немного освободился от внезапного наплыва заказов. - Кто? – сделал вид, что не понял. - Не прикидывайся. – мягко оборвал его Лео, - Тот парень – дваамерикано… - он попытался передразнить низкий тембр его голоса. - Ты серьезно? – с недоверием спросил Хакен, у слишком довольного друга. - Почему нет? Он же сказал, что зайдет еще. – пожал он плечами. Хакен посмотрел на него как на идиота. - Что? – возмутился Лео. - Сотни людей каждый день говорят, что придут снова, и половина из них больше не появляется. – ответил Хакен, но его ответ совсем не удовлетворил Лео, что яркими буквами было написано на его лице, - Он взял два американо… - попытался еще раз Хакен, но и тут до друга не дошло, - Два американо на вынос, черт возьми, а на улице его ждал какой-то парень, которому он и вручил второй стаканчик с таким одухотворенным лицом, что меня без малого не стошнило... – протараторил на одном дыхании Хакен, ведь видел это собственными глазами. - Он тебе так понравился? – загадочно играя бровями, спросил Лео. - Что? Нет, вовсе нет. Придурок какой-то… - изобразил искренний негодуй Хакен. - Значит, так и есть. – с довольным видом отозвался Лео, что-то прикидывая в голове. - Только попробуй. – предупреждающим тоном отозвался Хакен, с сердитым видом. Видимо, он надеялся, что Лео прочтет в его глазах неоном мигающую об опасности вывеску – WARNING! ОТМЕНА МИССИИ! ОТМЕНА МИССИИ! - Почему нет? – искренне не понимал тот, - Может, он твоя судьба… - Быть не может… - неверующе выдохнул Хакен, - Что, на полном серьезе? - Не исключено… - уклончиво ответил Лео, ухмыльнувшись тому, как восторг в глазах Хакена сменяется гневом. - Да пошел ты… - бросил друг, уходя в подсобку. Когда стрелки часов неумолимо приблизились к десяти вечера, и посетителей в кофейне совсем не осталось, Хакен, сладко зевая и потягиваясь, порхал между столиками, расставляя стулья и кресла на свои места, протирая столики. Он тихо мурлыкал под нос какую-то песенку, затылком чувствуя долгий взгляд наблюдающего за ним Лео. Тот сидел, допивая последнюю на сегодня чашку кофе, следя за неторопливыми плавными перемещениями друга ленивым взглядом. - Может, поможешь? – крикнул ему Хакен с другого конца зала, сдувая челку с глаз. - Это все еще только твоя кофейня, и я вовсе не нанимался к тебе в помощники. – буднично отозвался Лео, как и сотни раз до этого. Хакен фыркнул такой наглости друга, смахивая пылинки с последнего на сегодня стола. - Я тут знаешь, о чем подумал? – громко спросил он из подсобки, чтобы друг мог его расслышать. Лео скривился от его громогласности. - Зачем ты так орешь, я не глухой. – пробурчал он тихо, а чуть громче спросил, - О чем? – хотя уже прекрасно обо всем знал. - Что, если мне влюбиться в тебя? Ты всегда со мной, принимаешь меня и понимаешь, вроде бы. Как думаешь? – он выглянул из подсобки, вопросительно уставившись на друга. Сейчас он был невероятно милым, без хмурости на лице. Только застывшее в глазах ожидание и растрепанные волосы… - А сам-то как думаешь? – скептически поинтересовался Лео, а Хакен показал ему язык, снова прячась за углом маленькой комнатушки. - Да-да, вы лишены чувств… И я все равно не смогу тебя полюбить… И да, я помню, что уже спрашивал об этом… - отозвался он спустя пару минут шорохов и возни. - Вот именно. – подтвердил его слова Лео, - Не забивай голову ерундой. Всему свое время. – с видом престарелого сенсея продолжил он. Для завершения картинки ему не хватало длинных седых ниточек усов и таких же седых бровей. А еще трубки, с клубящимся дымом… - Может быть, намекнешь, когда уже это время наступит? – переодевшийся Хакен появился перед Лео, с молящей моськой. Тот засмеялся, чисто и громко, что бывало… никогда – нет, серьезно, до этого момента, Хакен ни разу не слышал, чтобы Лео смеялся… - Что смешного? – насупился он. - Ты несешь бред. – серьезно ответил друг, и Хакен поежился от внезапной смены его настроения, - Я не могу тебе этого сказать, ты знаешь… Хакен тяжело вздохнул, согласно кивая на его слова, гася в помещении свет… Уже год Хакен ни с кем не встречался. Он отгородился ото всех, чтобы не испытывать чувства отчаяния и горечи после очередного разрыва… Его неимоверно бесил День Влюбленных не из-за несуразности самого праздника или слишком пестрой атмосферы… Просто все парни, что были у Хакена, предпочитали расставаться с ним именно в этот день… И каждый раз, они клялись, что Хакен самый замечательный из всех, кого они встречали, и причина вовсе не в нем, а в них… говорили, а сами даже в глаза не смотрели… Хакен не был глупцом, он прекрасно понимал, что в чем-то его хотят нае.. одурачить, но упорно не видел в чем именно… И хотя слишком глубоких чувств он не испытывал ни к одному из своих бывших – самооценку его неудавшиеся романы подорвали конкретно, отбивая всякое желание пробовать снова и снова… Он даже собирался обратиться к бабке-ведунье, ведь мало ли, может, кто-то наложил на него порчу, или на нем лежит родовое проклятье… Кем бы в отношениях Хакен ни выступал – от ведомого до ведущего, от ранимого паренька, с горящими глазами, до эгоистичной равнодушной ледышки – итог был один – его бросали 14 февраля… как будто специально подбирали лучший день… Хакен разочаровался в любви, не надеясь повстречать того единственного и неповторимого героя только своего романа, закрылся в себе, не подпуская никого на расстояние пушечного выстрела… «- Разве жизнь дана вам не для того, чтобы искать – пусть методом проб и ошибок, пусть ценой собственных порушенных чувств и надежд… Ведь только так вы сможете сказать, что прожили жизнь не зря. – говорил Лео, задумчиво глядя в окно кофейни.» Хакен отмахивался от его слов, как от назойливого комара. «- Еще одной ошибки моя гордость не перенесет. – трагическим голосом отвечал он, - Ты ведь можешь, помоги мне. Скажи, где искать и кого…» «- Ты же знаешь, я не могу прямо указывать. Я не всесилен… - с сожалением качал головой Лео.» «- Что же ты за Купидон такой? – подозрительно щурился на него Хакен, но тот лишь пожимал плечами.» Ну да, Лео был Купидоном – самым натуральным. Сначала Хакен думал, что у него поехала крыша, или у Лео поехала крыша, или она поехала у обоих, когда друг, спустя полгода общения, разродился шокирующей откровенностью. Неотложку Хакен собирался вызывать им обоим, потому что Лео говорил с такой уверенностью, что не забеспокоиться было сложно… Они познакомились все в той же кофейне, когда однажды, после очередного разрыва, Хакен был в отвратительном настроении, а Лео просто подсел к нему, заказал любимый латтэ и заговорил. Он не лез Хакену в душу, и разговаривал на совершенно посторонние темы, словно отвлекая – тогда, после их непродолжительного разговора, Хакену даже легче стало… Тихий голос тогда еще просто знакомого, словно врывался в сознание мягкими волнами прибоя, забирая за собой все гнетущее… Их встреча повторилась и на следующий день, и еще через день… Лео стал приходить к Хакену каждый день, постепенно сближаясь с милым пареньком за барной стойкой… А потом – как гром среди ясного неба – его признание… Это было не просто шоком, это было ШОКОМ, в самом широком его понимании… Конечно, Лео совсем не подходил под понятие Купидон в том виде, в котором все к нему привыкли. Он не был похож на ребенка с нежной розовой кожей, кучей миленьких складочек на ножках и ручках, с кудряшками волос, в набедренной повязке и крыльями… Лео вообще не был похож на ребенка, скорее – на необычайно красивого и сексуального парня, с фарфоровой тонкой кожей, неприлично длинными ногами и отличной подтянутой фигурой, его музыкальные пальцы могли свести с ума своей красотой и изяществом, его манящие губы, распустившиеся на лице цветом изысканной розы, хотелось целовать до беспамятства, а в почти черных глазах можно было потеряться навсегда… Смоляные густые волосы выигрышно обрамляли и подчеркивали привлекательность бледной кожи. Лео не носил набедренной повязки, предпочитая узкие джинсы и широкие свитера… хотя Хакен не отказался бы взглянуть на это зрелище… У него не было крыльев, а передвигался он на неописуемой красоты мотоцикле… И Хакен ему жутко в этом завидовал... Что и говорить, парень был красив, как древнегреческий небожитель… и иногда вызывал у Хакена чувство неполноценности, хотя уродом тот себя никогда не считал… А еще у Лео не было привычных лука и колчана со стрелами. Вместо них парень однажды продемонстрировал Хакену вычищенный до блеска пистолет с глушителем, от вида которого парня чуть удар не хватил… Но Лео лишь улыбнулся его внезапному страху, подмигнул, сказав – Я мирный… У Лео был любимый черный плащ, длиной чуть ниже колена, который парень частенько надевал – и был похож на самого настоящего киллера – хладнокровного убийцу, который с легкостью мог вышибить мозги за любое неосторожно оброненное слово… «- Почему ты постоянно ошиваешься в моей кофейне, у тебя что, совсем нет дел? – спрашивал у него Хакен, наблюдая за притихнувшим другом, изучающим какого-то молодого паренька.» «- Мне тут нравится. – просто отвечал Лео спустя пару мгновений, - А работы и здесь навалом…» Хакен не спрашивал больше ни о чем. Кажется, он все понимал… Да, Лео был Купидоном, но, не смотря на то, что дружили они с Хакеном достаточно долго – тот все еще был без пары… - Он не придет… - обреченно изрек Хакен, когда стрелка на часах подползла к шести вечера, - Не пришел вчера, и сегодня в течение дня, и больше точно не появится… - отозвался он снова, гипнотизируя часы. Позавчера, на прощание, Лео сказал Хакену, по большому секрету, конечно, и только из-за их большой многолетней дружбы, что тот парень, который дожидался Воншика – всего лишь его коллега, и между ними нет ничего… вообще ничего… В тот момент, Лео подумал, что от того света, который полыхнул в глазах друга, можно ослепнуть… Но то, какой надеждой засветился Хакен – заставило парня улыбнуться. - Он и не сказал, когда именно придет. – тонко подметил парень, поднимая указательный палец вверх, - Не хило тебя зацепило… Хакен только угрожающе шикнул в его сторону, расплываясь в улыбке очередному посетителю. Не смотря на приближающийся ненавистный день – настроение его не было таким уж омерзительным. - А ведь кто-то говорил, что тот парень полный придурок. – продолжил Лео подначивать друга, - Еще спрашивал, серьезно ли я хочу устроить вашу судьбу… - Хакен послал ему уничтожающий взгляд, и показал язык для пущего вида. - Я ведь не виноват, что он такой милый. Его глаза, как у преданного песика… Такие грустные и красивые одновременно… Знаешь ведь, что я всегда был слаб перед такими. – миленько прощебетал парень. - Не боишься снова ошибиться? – вдруг, серьезно спросил Лео. Хакен заметно напрягся, задумываясь на секунду. - Нет. – он уверенно мотнул головой, словно подтверждая свои слова, - Если и в этот раз не выйдет – уйду в монастырь… Лео улыбнулся – от серьезного пугающего вида не осталось следа. - Все получится… - неслышно прошептал он, но Хакен его не услышал… Воншик появился на пороге кофейни почти в девять. В зале оставались всего несколько посетителей, допивающих свои напитки – а новых пока не предвиделось. Хакен напустил на лицо все свое равнодушие, когда улыбающийся парень направился в его сторону. Он был настолько милым, похожим на щеночка, что сердце Хакена непроизвольно дрогнуло, но парень сумел сохранить холодность во взгляде, хотя и далось ему это тяжело, потому что предательская ответная улыбка так и просилась на губы… - Я немного задержался, прости. На работе жуткий завал… - сказал Воншик, приблизившись на достаточное расстояние. Его голос прозвучал так привычно, словно он уже тысячу раз появлялся тут и говорил эти самые слова ожидающему его парню. Сердце Хакена забилось быстрее. Он, кажется, действительно все понял… Краем глаза он заметил хитрую улыбку на губах Лео, тот незаметно направил на него сложенные пистолетом пальцы, делая выстрел… Мысленно Хакен сказал, что ненавидит его, и Лео заулыбался еще ярче. - Я пойду. – он поднялся с места, - До завтра, Хакен. – Лео помахал на прощание рукой, торопливо покидая кофейню. Он поднял руки над головой, складывая ладони сердечком, чтобы Хакен увидел. Тот прыснул смехом, покачивая головой. - Я уже заждался. – он улыбнулся ждущему Воншику, - Кофе будешь?... И уже потом, когда стоящие у хакенова подъезда парни, мялись, словно несмышленые школьницы, Лео все-таки стукнул себя ладонью по лбу – ведь когда такое было, чтобы его обожаемый друг так себя вел. Обычно Хакен был боевым парнем, идущим на пролом к тому, чего действительно хотел… Парень поднял воротник любимого пальто повыше, закрываясь от прохладного февральского ветра, двинулся в сторону парочки… И когда Хакен получил несильный толчок в спину, подталкивающий его в объятия Воншика, он все понял, заулыбался робко, мысленно говоря искреннее «Спасибо…» А когда губы их слились в первом поцелуе, таком сладком, долгожданном и совсем робком – счастливее человека, чем Ча Хакен, сложно было представить… И в тишине ночи, медленно опустившейся на город, прозвучали два глухих выстрела... и звук взревевшего мотора в ту же минуту разрезал тьму … Хакен терпеть не мог День Святого Валентина… Его раздражала вся эта ненужная мишура и сопливые песенки о любви, звучащие из каждого окна, ему хотелось собственноручно собрать все валентинки и шоколад, и безжалостно сжечь… Он никогда не понимал желания выделить один единственный день, как лишний повод сказать - Я Люблю Тебя… Потому что для этого – повод не нужен… Любовь не зависит от чисел и дат, и вот уж точно люди не перестанут любить друг друга, если не станут отмечать сто, триста и тысячу дней с момента знакомства… Просыпаясь в теплых руках Воншика, получая ленивый утренний поцелуй в щеку, а потом и долгий в губы – Хакен понимал, что счастье и любовь, как и их долголетие – зависят от света в глазах напротив, от яркости и искренности улыбок, от крепости объятий… и никакие глупые праздники и числа, разочарования и беды, не способны помешать двум половинкам встретиться… Нужно лишь подождать… Потому что, как говорил Лео, всему свое время…