Вирус

- Хули ты скулишь? - насмешливый голос брата вывел меня из оцепенения.       Я с трудом оторвал голову от жёсткой ткани рубашки Локи и посмотрел ему в глаза, вложив во взгляд всю злость на судьбу и обиду на беспечное поведение младшего. Мальчишка только усмехнулся в ответ и, ни слова не говоря, бодро вскочил на ноги. Он быстро схватил чёрную сумку и пошёл вперёд. Я еле успевал за ним, оставаясь позади на несколько шагов, хотя считал себя сильнее и выносливее хилого младшего брата. Локи направился в чащу леса, сверяясь с координатами по электронному компасу на правом запястье. Брат бормотал что-то непонятное себе под нос, трогал подушечками пальцев шершавую кору деревьев, рассматривал зелёный мох под ногами. - Локи, куда мы идём? - спросил я, задыхаясь от быстрой ходьбы. - Будь добр, заткни свою пасть! - процедил младший сквозь зубы, одновременно нюхая сырую землю и растирая её пальцами. - Но я должен знать наш...твой план. Без доверия мы не сможем помочь друг другу в трудную минуту. По словам солдат, здесь обитают полчища зомби. Говорят, они даже организовали собственные боевые отряды. Помнишь, мы работали вместе и ты... - Отвали!- рявкнул младший, напряжённо присматриваясь и прислушиваясь к жизни и шорохам старого леса.       Вечером, когда в сгущающихся сумерках мы едва различали соседние деревья, брат, наконец, смилостивился и решил искать место для ночлега. Мы медленно продвигались вперёд, прячась за стволами деревьев из опасения встретиться с зомби. Локи остановился за огромным дубом и застыл роботом из железа, знаком приказывая мне молчать. Я последовал его примеру и встал за соседним деревом, наблюдая за братом. В таком положении мы простояли долго, словно солдаты на Каменной Стене и моё нетерпение начал выдавать треск сухих листьев и невнятное возмущённое бормотание. Наконец, мелькая между деревьями, на горизонте показалась расплывчатая фигура. Выглядело существо как маленький человечек или зомби в поисках добычи. Брат медленно вытащил лазерный пистолет и приготовился к нападению. Существо неслышно приближалось к нам, крадучись, словно дикое животное. Вскоре оно добралось до дерева, за которым стоял Локи. Моё сердце бешено колотилось в груди и я приготовился помочь брату. Младший неожиданно вышел из-за дерева, направив на чужака фонарь и лазерный пистолет. Существо оказалось маленьким человечком. На нём красовалась форма японских лётчиков: комбинезон из плотной ткани тёмно-коричневого цвета, свитер с воротником до подбородка, сделанный из тонкой шерсти и до такой степени заношенный, что из белого превратился в чёрно-жёлто серый; перчатки на руках выцвели до светлого коричневого. Короткие сапоги из чёрной кожи были сморщенные, с налипшей на них чёрной грязью и глиной. Я обратил внимание на рукава его куртки: на правом виднелась полустёртая опознавательная эмблема в виде маленького японского флага, а на левом красовалась огромная дыра - след от сорванных знаков различия, поэтому определить кто именно стоял перед нами, мы не имели возможности.       Японец поднял руки вверх и сказал, дрожа всем телом и заикаясь: - Я-я безоружен! Всего лишь ч-человек! Н-не убивайте! - Кто ты? - спросил Локи властным голосом, не убирая пистолет. - меня зовут Кэтсуо Игараси. Я-я лётчик. Не зомби, уважаемый господин. Вы можете убедиться, на моём теле нет следов вируса.       Японец принялся судорожно искать молнию на комбинезоне, чтобы доказать нам правдивость своих слов. - Довольно! - произнёс мой брат сухо с оттенком ледяной суровости, которой я не замечал за ним прежде. - Я - Локи, это - мой брат Тор ( младший кивнул в мою сторону). Мы - учёные, занимаемся исследованием вируса, породившего эпидемию зомби. А ты...(Локи с презрением ткнул пистолетом в сторону чужака) один из тех ублюдков... - Уважаемый господин... - пролепетал японец. - Прошу вас.. я не виноват. Я... только выполнял приказ, как и большинство из нас. Мы с напарником в тот день летели к городу, чтобы сбросить партию осколочных снарядов с вирусом. Но вертолёт потерпел крушение. Мы успели катапультироваться. Один из осколков ранил моего напарника и он заразился. Я был вынужден убить его. Уважаемый господин, прошу, оставьте меня. Я ничего больше не знаю и ничем не смогу помочь вам. - Погоди, сволочь! - прошипел Локи. - Ты поможешь нам пережить эту ночь в лесу. - Слушаюсь, уважаемый господин! Только не убивайте меня!       Лётчик привёл нас на берег реки, покрытой серой сетью тумана. Мы разожгли костёр и поставили палатку. Всё это брат, японец и я проделали молча. Я ощущал почти осязаемо ненависть Локи к солдату. Мне она была непонятна, так как я не считал обычных людей виновными в распространении вируса. Брат, беспрерывно зевая, заявил, что он немного отдохнёт и оставил меня с японцем, которому явно не доверял.       Лётчик был сух и сдержан и его узкие, маленькие глазки смотрели на меня злобно и угрюмо. Мне стало неинтересно наблюдать за неразговорчивым пленником и я обратил свой взор на природу. Было холодно и сырой серый туман, казалось, оседал мелкими каплями росы на моей куртке. Тишина такая, что слышно дыхание реки, не спеша катящей свои коричневые воды в тёмную глубину таинственного леса. Лишь слегка потрескивали сухие сучья в костре, да монотонное жужжание комаров тревожило волшебное безмолвие ночи. Мне захотелось, как в дестве, сидеть спокойно наблюдая за отцом на рыбалке или вот так запросто посидеть с Локи возле огня и рассказывать ему, рассказывать ему обо всём. Но в глубине души моей укоренилась мысль о порочности этой, заражённой смертельным вирусом, природы, которая никогда уже не станет прежней. Мои размышления прервал японец. Он подсел ко мне и начал доверительным полушёпотом: - Уважаемый господин, я знаю, что ваш брат болен и ещё.. то, как вы смотрите на него. Он...дорог вам. Мне известна какого рода болезнь поразила вашего брата (тут лётчик замялся). Мой напарник... я не стал рассказывать вашему брату всего... Да. Джиро заразился, но...если вы думаете, что есть какая-то надежда, то её нет. Сначала он вёл себя как обычный человек и я было подумал, что опасность миновала. Но,спустя несколько дней, при наступлении ночи он уходил, возвращался под утро и не мог объяснить мне где пропадал и что делал. Именно тогда стало ясно, что пути назад уже нет и я должен буду его убить, но страх остаться одному и лишить жизни единственного человека, находящегося рядом, сковывал меня. Началось самое страшное. Руки и ноги Джиро почернели от сухой гангрены. Он смотрел на них и плакал, плакал не переставая. Просил, чтобы я убил его. Во время этих приступов, я предпочитал убегать из нашей общей палатки и сидеть в лесу, пока напарник не засыпал. Через неделю у Джиро начался жар с температурой выше сорока. Он бредил: звал жену и детей, далёкую возлюбленную, принимал меня за своего отца и ... пытался укусить за шею. Его глаза обратились в две красный точки, ногти стали длинными и жёлтыми как у мертвеца, а на теле образовалось множество бубонов. Джиро жаловался на головокружение и головную боль, метался по постели, словно укушенный бешеной собакой и твердил мне о том, что тело его - тело бога и кровь его - живительное вино, очищающее от грехов.Вскоре начался кашель с кровью. Казалось, Джиро выплёвывает вместе с ней свои внутренности. Он смотрел на собственную кровь и смеялся жутко и дико. А я... я боялся подойти к нему, боялся заразиться. Наконец, он стал задыхаться и затих. Мне показалось, что наступил конец и я вздохнул с облегчением и принялся копать яму, чтобы похоронить его по-человечески. Но лишь я приблизился к Джиро, чтобы оттащить его к могиле, как он с необыкновенной лёгкостью вскочил на ноги и, схватив меня за шиворот, с удвоенной силой завалил не землю. Зубы напарника были уже наравне с моей шеей, когда я догадался выхватить пистолет и выстрелить ему в сердце. Но слова, сказанные им перед смертью я не забуду никогда, уважаемый господин! - Что это за слова? - спросил я, всматриваясь в желтеющее в бликах костра лицо собеседника, выражающее дикий восторг язычника, смешанный со страхом и ужасом. - Он сказал:"Я стал твоим богом - ешь, пей, веселись! И в моей власти одарить тебя бессмертием!" Подумайте над моими словами, уважаемый господин. Вы должны позволить... - Тор, съебись отсюда нахуй! - от резкого оклика брата я вздрогнул и вскочил на ноги.       Японец снова отодвинулся от меня и сделал вид. что его чрезвычайно увлекает зрелице горящих веток и невидимой за пеленой тумана реки. Локи подошёл ко мне и грубо оттолкнул к палатке, жестом показывая на неё. Это показалось мне чрезвычайно несправедливым. Злые слёзы выступили на моих глазах и я, ругая брата всеми матерными словами, которые мне удалось вспомнить в эту минуту, накрылся с головой холодной курткой, решившись с утра поговорить с японцем. Он непременно должен рассказать подробнее о средствах спасения Локи, а пока...я провалился в беспробудный сон.