Семья

Лукас увлечённо рассматривал книгу об искусстве, переворачивая очередную страницу эпохи Ренессанса. Его любовь к знаниям отныне лишь радовала омегу. Как рассказал мальчик, ему всегда было просто учиться, и отец это прекрасно знал. Он старался дать своему сыну возможность всесторонне развиваться, оплачивая все его увлечения и помогая в начинаниях. Лукас не злился на то, что родителя долго не бывало дома, так как время рядом с ним было самым счастливым. Тему младшего папы они старались не поднимать, однако, уже услышанного было достаточно, чтоб понять, насколько неприятным человеком является этот омега. - А ты можешь сделать такую картину на торте? – спросил мальчик, протягивая Алену книжку с изображением картины и отвлекаясь на проплывавший за окном автобуса пейзаж. - Дорогой, это весьма сложная работа, - улыбнулся парень. - Но я видел, как на тортах рисуют, - растерялся альфа. - Это делается не человеческими руками, - пояснил Ален. – Машины. - Никакой души, значит? Улыбнувшись, омега ушёл от ответа. Как только Лукас начал учиться готовить, парень сказал ему, что делать это нужно с добротой и лучшими мыслями, иначе всё пойдёт из рук вон плохо, да и хорошее настроение тоже улучшит блюдо. Важно любить своё дело. После этого мальчик принялся за работу ещё усерднее, наполнял любое своё дело мыслями и пожеланиями, учился пропускать всё через себя. Пусть Рави и назвал этот способ слишком омежьим и неподходящим для будущего мужчины, однако его очень радовали подарки, которые делал ему Лукас. Дела омеги с его мужчиной пошли вверх и парень чаще радовался мелочам, меньше задумывался о будущем или ступоре своих принципов. Проводить время с мальчиком, не смотря на свою нелюбовь к детям, Рави нравилось. Он и сам многому его учил, забирал к себе, если Ален задерживался на работе, и проводил выходные вместе с ребёнком. В один из таких дней Лукас и познакомился с Климом. Как после говорил альфочка, это очень серьёзный и надёжный мужчина, который выбрал себе в спутники слепого омегу, не желавшего признать очевидное. За прошедший месяц Лукас полностью привык к новой обстановке и признал в Алене свою семью. Однажды он признался, что был бы рад иметь такого папу, как он, но не в состоянии изменить прошлое. Пусть это и не было таким желанным «папа», прозвучавшим из уст ребёнка, но они уже были ближе и роднее, чем с его биологическим родителем. - Приготовим сегодня лимонный пирог? – улыбнулся юноше альфа. Не спеша соглашаться, парень вернулся в тот день, когда по возвращению с работы, застал Лукаса совершенно одного дома и во всеоружии. Кухня больше не напоминала себя, превратившись в припорошенное белым помещение, на полу лежала разбитая тарелка, а сам альфа пугал красными пятнами по всему лицу и на руках. Одежда мальчика перестала быть узнаваемой, как и сам мальчик, откровенно говоря. - Я решил сделать лимонный пирог к твоему возвращению, но что-то пошло не так, - стыдливо опустил взгляд в пол Лукас. - Ты почему красный весь? – с лёгким шоком поинтересовался омега, переступая по островкам чистого пола. - Лимон не нашёл, но зато увидел вишню, - улыбнулся ребёнок. – Но с готовкой без тебя у меня всё плохо. Сморгнув всё не отступающий шок, омега ещё раз оценил разрушения, после чего прикинул, сколько придётся приводить кухню в изначальный вид. Цифры были неутешительными. - Отменяется наш пирог, - покачал головой Ален и, оставив все свои вещи на ближайшем стуле, надел фартук и выудил из шкафчика ведро и тряпки. - Может, я хоть убраться помогу? – негромко произнёс Лукас. Эти воспоминания выхвали у омеги усмешку. Тогда ему весело не было, зато после, начав прибираться, они разговорились, и все неудобства словно отошли на задний план. - Но на этот раз ты сидишь рядом и ничего не трогаешь! – предупредил парень. Сидевший напротив них через проход омега с ребёнком улыбнулся парню. На вид ему было около сорока лет, но малыш на его руках вряд ли достиг годовалого возраста. Наверное, у этого мужчины уже не один взрослый ребёнок, а теперь он вновь проходит через радости и тяготы первых месяцев отцовства. Может, все эти дети от одного человека? Тогда они прожили долгую жизнь вместе и сотворил крепкую семью. Если же это не первый брак, то он окажется намного надёжнее предыдущего, ведь ветер в голове давно не гуляет, и молодость ушла. Единственное, что держит и привязывает – душа и сердце. Эти мысли вихрем пронеслись в голове омеги и стали причиной его ответной улыбки. - Но нужно скушать что-то до него, верно? – повернулся к альфе Ален. - Сделаем суши с рыбой и мисо суп? – неуверенно предложил мальчик, но расслабился, как только его собеседник согласно кивнул. Такой серьёзный и ответственный Лукас оказался любителем детских игр, как и все в его возрасте. С удовольствием качаясь на качелях и спускаясь с горки, он смеялся со всеми и знакомился с детьми, которые посещали площадки вместе с ним. Сейчас же они ехали в парк, где развлечения не ограничиваются песочницей и качелями. Альфа лишь однажды намекнул, что был бы рад поехать туда вместе с Аленом, и больше не капризничал по этому поводу и не выпрашивал прогулку детскими способами. Отыскав время в своём графике, омега сразу сказал себе, что проведёт его с сыном, и ничто этого изменить не сможет. Прокатиться на общественном транспорте пожелал сам Лукас. Как он говорил, его папа не очень любил такие места, потому тратил огромные деньги, которые зарабатывались не им, на такси. Или же просил своих друзей подвезти его одного или с сыном в нужное им место. Те никогда не отказывали. И для ребёнка до сих пор оставалось тайной, чем же таким благодарил этих альф его папа и почему каждый раз те прихлопывали насекомых на его мягком месте. У Лукаса складывалось ощущение, что с ним в доме не считаются. Папа творил всё, что только желал, будто и не думая, что сын не слеп и может в любой момент спросит у отца, приехавшего из очередной поездки, почему у них в гостях постоянно чужие люди и отчего же именно в эти моменты его папе становится слишком плохо? Несколько раз став свидетелем того, как младший родитель прыгает на разных дядях, мальчик выработал привычку закрываться в своей комнате и слушать классическую музыку, сосредотачиваясь на книгах или заданиях для подготовки к школе. Ему уже сто раз стоило бы рассказать обо всём отцу, но что-то останавливало. Лукас знал, что поступил бы неправильно, сделав это. Ален нравился ему не только тем, что хорошо готовил и не ругал, но и свой честностью, открытостью и бескорыстностью. Как только в доме появлялся неизвестный мальчику альфа, что случалось лишь дважды, омега спокойно объяснял Лукасу, кто это и почему они здесь были, если он спрашивал. Парень много работал, как и его отец, но дома бывал всяко чаще. Утром на столе уже стояла накрытая тарелка с завтраком, а к холодильнику был прикреплён листочек, на котором омега писал время своего возвращения, с кем до него останется Лукас и что ему стоит сделать. Так же под всеми рекомендациями неизменно были ласковые пожелания и слова, которые вызывали у мальчика улыбку. Он бы и сам был рад хоть раз сделать такое, но буквы на листочке были некрасивыми, потому последнюю неделю Лукас много тренировался, исписывая бумагу случайными словами или просто переписывая книги. Вечером они вместе читали, рисовали или смотрели научные программы, выдвигая свои предположения по поводу эволюции, перемещения во времени или возникновения планет и видов. Хоть размышления обоих и были одинаково наивны, но им было интересно вдвоём. Личной жизни у Алена не было, и часто Лукас задавался вопросом, а почему же? Ему казалось, встреться они с его отцом, то сразу полюбили бы друг друга, ведь оба интересные и добрые, понимают его мир и идеально дополняют друг друга: отец не шикарен в готовке, зато этим может похвастаться Ален, который, в свою очередь, не любит заниматься хозяйством, однако делает это каждый день, зато его отец принимается за уборку с удовольствием. У них разные вкусы, но оба очень интересно рассказывают. Они смогли бы стать отличной семьёй. Но отец его не искал. Выйдя из автобуса на своей остановке, омега помог Лукасу спуститься и, взяв его за руку, пошёл в сторону парка, который был совсем недалеко. Хоть мальчик и засматривался на витрины магазинов или людей в фургончиках, продающих мороженое, не смотря на начавшиеся холода, но ничего не просил. Ален и рад бы побаловать паренька, но не проявляющий инициативы ребёнок сбивал его с толку. - Хочешь что-нибудь? – наконец поинтересовался омега, когда они вышли на дорогу, ведущую прямо к воротам парка. Подняв взгляд на юношу, альфа прижал к груди книгу и задумался, заставив старшего остановиться. Глазами Лукас бегал от одного магазина к другому, выискивал игрушки в руках людей и, придя к одному ему известному выводу, отрицательно помотал головой: - Сейчас мне хватает игрушек. Лучше мы позже купим сладкую вату или мороженое, а потом я попрошу тебя о новой книге. Только эту для начала дочитаю, - улыбнулся мальчик. Одобрительно кивнув, омега направился дальше. Огромные аттракционы были заняты отдыхающими людьми разных возрастов. Забавнее всего было наблюдать за визжащими на горках и башнях свободного падения. Разные эмоции и тональности смешивались в один шум, а люди снизу смеялись над слишком впечатлительными альфами, которые до того храбрились перед друзьями и совершенно смело садились в сидения. Ален с Лукасом тоже на время остановились и понаблюдали за ними, а после отправились на бесплатную детскую площадку, которая всегда была полна не только из-за отсутствия цены, но и благодаря тому, что инженеры не поскупились на разнообразие развлечений. - Будь аккуратным, - строго произнёс омега, присаживаясь на скамейку и доставая книгу из сумки, которая должна была скрасить его досуг. - Обещаю, - кивнул Лукас. – Но ты не ругайся, если я вдруг приду грязным. Это не специально. И я помогу тебе стирать вечером, хорошо? - Иди уже! – улыбнулся парень. Внимательно проследив, чтоб Лукас без проблем влился в компанию играющих вместе детей, омега позволил себе отвлечься на заинтересовавшую его историю. Сегодня выдался в самом деле солнечный и приятный день с лёгким тёплым ветерком и безоблачным небом. В выходной многие родители проводили время с детьми или супругами, и Ален находил это возможностью сблизиться со своим, хоть и не родным, сыном. Ему казалось, что они установили вполне приятные отношения между собой, и это стоило бы развивать. Мальчик совершенно просто знакомился с друзьями своего опекуна, интересовался ими и заинтересовывал их самих. Наверное, не было бы ни одного человека, который не был бы в восторге от него. Время от времени омега проводил контроль и с удовольствием отмечал, что Лукас оставался таким же чистым и весёлым, как и в самом начале прогулки. Как бы то ни было, а доверие со стороны омеги альфа получил. Парню не приходилось трижды проверять, начал ли Лукас заниматься заданиями из подготовительной книги или выполнил ли он поручение, подготовился ли ко сну. Наверное, парень сам понимал важность или своевременность этих событий и совершенно не противился следовать указам старшего в семье. В своё время Лукас насмотрелся на то, как родители не досыпали из-за работы или других дел, а потому решил, что он сможет распределить выделенные ему часы. Изначально было очень сложно, так как по телевизору постоянно крутили красочные мультики, ближе к ночи хотелось играть и кушать, но с помощью отца альфа преодолел этот период и смог начать себя воспитывать. Как оказалось позже, далеко не все взрослые способны на это, и потому ребёнок был невероятно горд собой, глядя на старшее поколение с меньшим восхищением, чем другие дети. В садик его не отдавали именно потому, что отец вовремя обнаружил более высокие интеллектуальные способности своего сына и подумал, что общаться с детьми он может и на улице, а вот в группе будет неудобно не только ему, но и другим детям, которые так быстро усваивать информацию не могут. Мужчина делал лишь лучшее для Лукаса, а тот благодарил его за это всеми способами, которые были ему доступны. Однажды он отправил письмо родителю, пока тот был в отъезде, и, не умея понятно писать, использовал вырезанные из газет и журналов буквы. Папа тогда очень долго ругался, аргументируя свою злость тем, что поговорить можно и с помощью телефона, а журнал был очень дорогой, из ограниченной серии! Да только важнее было то, что отец был рад. И всё равно, что там кричит этот человек. Насмотревшись на своего папу, Лукас особо на мальчиков противоположного пола не засматривался, общался с ними без особого тепла или обожания и никогда не страдал от детских влюблённостей. Но природа человека непостоянна, и ты никогда не знаешь, что произойдёт с тобой завтра или же на протяжении этого дня. Лукас знал много, наверное, даже понимал больше, чем другие, но этого урока жизнь ему ещё не преподносила. Рядом с Аленом сел достаточно хорошо выглядевший омега лет тридцати. Он поправил штаны на своём сыне, распустил ему волосы, обновив причёску и, сменив тёплую курточку на более лёгкий свитер, отпустил гулять. Волнение незнакомца можно было потрогать руками, и в такой обстановке наслаждаться чтением дальше Ален просто не смог. - Плохо сходится с детьми? – поинтересовался он. Мужчина повернулся к внезапному собеседнику и как-то натянуто улыбнулся. - У него проблемы со связками, - тяжело вздохнул омега. – Говорить не может. Дети очень жестоки, и я боюсь, что они не примут его из-за недуга. Он может испугаться внешнего мира после стольких месяцев в больницах. - Думаю, опасаться ничего не стоит. Мне кажется, что Ваш сын заинтересовал моего, - многозначительно улыбнулся Ален, наблюдя, как Лукас осторожно подходит к маленькому омеге и заводит разговор. Его совсем не напрягает то, что мальчик не отвечает ему, ведь тот выглядит заинтересованным собеседником. Оставив свою компанию, альфа, не обращая внимания на возмущения, отвёл нового знакомого подальше от основной толпы детей и, забрав у Алена свою книгу, присел на качели рядом с Вильямом, как звали мальчика. - Вы даже не представляете, насколько мне стало легче, - засмеялся мужчина. То, что они наблюдали дальше, зародило в головах обоих омег мысли о грядущей свадьбе. Альфа рассказывал мальчику то, о чём прочитал, знакомил его со звёздами и песнями, вспоминал интересные факты, кружился вокруг него и всячески смешил, хоть голоса Вилли и не подал. Тем не менее, в его глазах было больше эмоций, чем можно выразить, и Лукас быстро понял, где нужно искать одобрение своих действий. Постепенно солнце клонилось к земле, а дети словно и не показывали усталости. Никто из них не просил есть, и даже не замечал, как площадка пустела. Сами омеги тоже нашли много общих тем для разговора. Мужчина рассказывал о своём сыне, даже поведал о сложностях последнего года, который был наполнен только мыслями о лечении ребёнка и возможности заработать на него. Ален искренне сочувствовал, однако старался этого не показать, так как считал, что от этого люди чувствуют себя более ущербными. Их увлекательный диалог был прерван громким свистом и недовольным голосом полицейского, который спешил в их сторону. Кинув взгляд в сторону детей, омега заметил, что коленки Лукаса были в земле, а сам он держал в руках собственноручно собранный с парковой клумбы букет. Судя по всему, именно это и стало причиной переполоха. Подорвавшись с места, юноша сразу направился в сторону сына, становясь рядом с ним, обещая защиту только присутствием. - Вы знаете, что это нарушение порядка? – недовольно поинтересовался мужчина в форме. – Не следите за детьми, как я вижу. - Проблема в букете? – вскинул бровь Ален. - В том, что его нельзя рвать с клумб. - Но это подарок! – возразил маленький альфа, грозно посмотрев на полицейского. - Если ты так хочешь подарить цветы, то должен купить их в магазине, а не портить внешний вид социального места, - жёстко проговорил альфа. - Да в этом же души нет, - топнул ногой Лукас, впервые проявляя своё раздражение за всё время, которое прожил с Аленом. Тяжело вздохнув, омега присел на корточки рядом с сыном и, заглянув ему в глаза, ободряюще улыбнулся. - Родной, не всё в этом мире подчиняется понятным нам законам. Часто, для того, чтоб получить что-то, нужно или заплатить за это, или построить самому, с нуля. Никто и слова не скажет, если ты сам вырастишь цветы и подаришь их другому человеку, если купишь их в магазине, попросив собрать букет или спроектировав его самостоятельно, но получить это бесплатно с улицы нельзя. - Это глупое правило, - поджал губы мальчик. - Я знаю, Лукас, - отразил его движение Ален. – Но в этой жизни тебе придётся делать много вещей, которые не нравятся. И, к сожалению, с каждым годом ты будешь терять всё больше возможностей сделать что-то для себя. Я не пугаю, но ты ребёнок во взрослом мире, и тут судят со своей высоты. Они не понимают, почему ты сделал это. Повернувшись к полицейскому, мальчик внимательно осмотрел его и, прищурившись, слегка повернул голову к опекуну, не сводя взгляда со злобного мистера. - Заплати, пожалуйста, я после отработаю, - обратился Лукас к омеге. Оставив взрослых без своего внимания, альфа протянул букет Вилли и широко ему улыбнулся. Омега смутился и зарылся носом в букет, опустив глаза. Ему явно льстило такое внимание после долгого отсутствия на улице среди сверстников. Да и вряд ли он знал, что была возможность остаться без друзей и признания только потому, что болен, и вовсе не по своей вине. Мальчику дали возможность ощутить себя нужным, значимым и интересным. И он ею пользовался, не требуя большего и отдавая столько, сколько мог. Подняв взгляд на внимательно смотревшего на него альфу, Вилли сделал шаг вперёд и неуклюже коснулся губами щеки своего нового друга. Засияв, Лукас повернулся к Алену и улыбнулся ему улыбкой счастливого победителя. Покачав головой, омега открыл свою сумку и, достав оттуда бумажник, поднял глаза на полицейского. - Сколько я должен? - Я… Кхм, думаю, что Вы сумеете объяснить своему сыну, что стоит делать в случае, если он желает сделать приятно другому. Однако предупреждение выпишу! – напустил на себя грозность альфа. Охотно кивнув, Ален внимательно следил за тем, как полицейский быстро пишет что-то на чистом листе и, закончив, сворачивает его, чтоб протянуть родителю маленького нарушителя и удалиться восвояси. - А Вы будете здесь на следующей неделе? – спросил Лукас у мужчины, который безучастно стоял рядом, наблюдая трогательную сцену. - Обязательно придём, - улыбнулся ему омега. - И мы тоже, да? Глаза такого взрослого ребёнка горели надеждой, и разбить её было бы самым жестоким поступком, который мог совершить Ален. Пусть следующие выходные не свободны, но он может сделать работу уже после того, как Лукас ляжет спать, до этого предоставив ему возможность осчастливить ребёнка, самому получив от этого не меньше удовольствия. - Непременно. Печально вздохнув, мальчик опустил голову к земле и произнёс лишь одну фразу: - И всё же, мне очень жаль, что ты не мой настоящий папа. - И мне тоже, солнце, - ответил омега.

***

Раймонд не имел особо важных знакомств и связей, так как сам редко появлялся в городе и не мог найти время на достаточное общение со старыми приятелями. Порой они созванивались и даже выбирались к кому-то на день рождения, но последний такой случай был более года назад, и потому мужчины несколько негодовали. Никто из них не работал в органах и не смог бы предоставить необходимые силы для поиска и возврата сына. Во время бракоразводного процесса альфа узнал, что же требуется для того, чтоб забрать ребёнка к себе. Доказать подделку своей подписи он сможет без труда, необходимые документы соберёт и лишит омегу прав на сына. Это займёт время, и следующая поездка, к сожалению, состоится уже без Рэя, но на весах было его будущее, будущее его сына и вероятность их совместного проживания. Если кто-то уже усыновил его мальчика, это могло бы стать огромной проблемой. Никогда не знаешь, в хорошие ли руки попал ребёнок и что с ним происходит за закрытой дверью квартиры. Между походами в суд альфа успел побывать в нескольких детских домах. Изначально все отправляли его в органы опеки, чтоб тот претендовал на ребёнка по закону, как того требует общество, но, стоило им узнать причину срочности, все спокойно отвечали, что такого ребёнка не поступало. Лишь в последнем заведении директор проявил совсем иные эмоции. Он с сочувствием посмотрел на несчастного отца и покачал головой. - Его усыновили полтора месяца назад. Как Вы понимаете, личность является тайной для всех, кто желает просто узнать её. Даже на Вашу ситуацию я не могу сделать скидку и переступить закон. - Но приняли Вы его сюда именно таким способом! – прорычал альфа, стукнув по столу. - Простите, но я ничем не могу помочь, - пожал плечами мужчина. Домой Раймонд вернулся совершенно злым и растерянным. Он не верил, что всё могло обернуться так. Если бы это было похищение, имелась возможность подать в розыск, но сын являлся законным ребёнком другого человека. И нет иного варианта, как пойти на прямой контакт с неизвестным, которого и искать нужно в непонятном месте. Спустя неделю вещей в доме мужчины стало меньше, из ванной пропали тюбики с кремами, а стены казались совсем пустыми без безвкусных картин, которые и искусством назывались с трудом. Почувствовать себя свободным альфе не удалось: с работы пришлось уволиться, объяснив шефу причину, которую тот понял и сообщил, что место для такого высококлассного специалиста всегда будет свободно. Сам он помочь ничем не мог, но и этих слов оказалось достаточно. Что-то должно было отрезвить мысли, дать пищу для ума. За необходимым альфа отправился в городской парк, где гулял около трёх часов, успев покормить уток, съесть мороженое и присмотреть интересную игрушку Лукасу. Покупать её было бы очень глупо, но мужчина достал бумажник и выудил оттуда необходимую сумму. В нём не остывала надежда на лучшее, что бы ни происходило. Отныне Рэй корил себя за такую работу, ведь, бывай он дома, у его супруга не оказалось бы возможности проводить так много времени в чужих компаниях и поддаться чужому влиянию, не хватило бы времени провернуть это дело. Он был бы ближе к сыну и знал бы обо всём заранее, успел бы предотвратить беду. Но его там не было. Громкий смех с детской площадки заинтересовал Рэя. Это не было весельем, даже дружеской насмешкой не являлось. Компания детей травила кого-то, и их забавлял тот факт, что у их жертвы появился защитник. - Только попробуй ещё хоть слово сказать! – выкрикнул бравый герой, обнимая миниатюрного омегу за плечи. Тот не плакал, но выглядел несчастным. - Прошу, хватит! – донёсся до слуха мужчины голос подоспевшего молодого омеги, который отвёл пару детей в сторону, поближе к Рэю, давая ему возможность узнать в защитнике своего сына. Тот был грязным и рассерженным, но оказалось так просто узнать родного тебе человека. Сделав несколько шагов в сторону площадки, мужчина остановил себя. Незнакомый ему омега с длинными пшеничными волосами мочил ткань водой из бутылки и очищал лицо Лукаса, приговаривая что-то. Судя по всему, ситуация оставила парня недовольным, но после очередной его фразы маленький альфа задрал нос и, взяв омежку за руку, гордо произнёс что-то, притягивая тихоню поближе к себе. Вскинув брови, Рэй улыбнулся. Кажется, его книжный червь заинтересовался кем-то. И, судя по тому, что он вступил в конфликт, чего ранее не наблюдалось, всё вполне серьёзно. Однако что можно сказать? Представиться отцом и просто попросить отдать ребёнка? Нет, этот омега является опекуном почти два месяца, он просто не согласится на это, а хватать его и бежать куда подальше - не вариант. Постояв на месте еще несколько минут, Рэй полюбовался сыном и, оценив омегу, отправился домой. Одно он знал: его сын попал не к самому плохому человеку. Да только это не успокаивало.