Не по-детски

Ирука-сенсей сломал ногу – об этом им сообщил огорченный директор Сарутоби. Ируку-сенсея любили, он был прекрасным педагогом. Разумеется, класс расстроился и не особо порадовался известию об учителе на замену. Саске на всеобщее недовольство смотрел равнодушно, с некоторой ноткой превосходства и презрения. Учиха все были такими. Учиха Саске с достоинством носил звание лучшего ученика параллели и старосты класса, он не мог себе позволить меньшего. Учителя на замену нашли уже на следующий день. В классе первоначально возникла было идея устроить новому преподавателю «теплый прием», но Саске сказал только одно слово: «Глупо», – чтобы сразу пресечь эту затею. В коридоре сначала раздался веселый смех, а потом радостный звонкий голос уверенно заявил: – Не надо меня представлять, Сарутоби-сенсей, я и сам справлюсь. Что я, по-вашему, никогда не видел тринадцатилетних детей? Жив буду, не помру. Дверь распахнулась, и на пороге появился их новый учитель. Среди женской половины класса раздался восхищенный вздох. Новый педагог был невероятно красив и ко всему прочему очень молод. Уверенной ритмичной походкой он зашел в класс, сияя широкой искренней улыбкой. – Здравствуйте! Я ваш новый преподаватель вместо Ируки-сенсея. Меня зовут Узумаки Наруто. Приятно познакомиться. Ирука-сенсей был прекрасным учителем и хорошим человеком. Он преподавал им историю и, казалось, что лучше него это сделать невозможно, однако Наруто-сенсею подобное удалось. Новый преподаватель был человеком очень добрым, жизнерадостным и энергичным. Свой предмет он знал досконально, далеко за рамками школьной программы. Ко всему прочему, у Наруто-сенсея были явные актерские способности. Он никогда не опускался до банального лекционного изложения темы, рассказывая красочно и азартно, зачастую разыгрывая целые сценки. После его занятий не требовалось даже повторять пройденный материал, поскольку с такой подачей он хорошо запоминался и, более того, уроки Наруто-сенсея всегда поднимали у них настроение. Не прошло и двух недель, как класс просто боготворил своего нового учителя. Наруто-сенсей действительно оказался талантливым педагогом, а еще, как сразу заметили девочки, он был очень красив. Его золотистые пряди всегда лежали в творческом беспорядке, широкая улыбка не сходила с лица. Стройное, подтянутое, загорелое тело нравилось многим. Но самое красивое, что у него было – это глаза: в необыкновенной синеве всегда плясал огонь. При совокупности всех этих данных становилось ясным, почему все девчонки из их класса влюбились в нового преподавателя. Саске не был девочкой, но он тоже влюбился. Когда и как это случилось, Саске не понял, но он все принял как свершившийся факт. Осознание не было стремительным: постепенным и даже поступательным. Наруто-сенсей старался быть объективным и относиться ко всем одинаково. Саске стал замечать, что ему не нравится, когда преподаватель всех хвалит одинаково, хотя его ответы – лучшие. Быть лучшим всегда являлось нормальным для него, но именно для Наруто-сенсея он прилагал больше усилий, стремясь к тому, чтобы его выделили и отметили. Ему не нравились восторженные перешептывания девчонок, которые все никак не могли нахвалить их историка. Однажды Саске увидел, как Наруто-сенсей уезжает из школы вместе с Карин-сенсей, их учителем биологии. Это вызвало у него крайне неприятные эмоции. Ночью, лежа в кровати, Саске никак не мог заснуть. Ему постоянно рисовался образ Наруто-сенсея, который целовался с «биологичкой». Эта картинка сильно взволновала и раздосадовала его. Он поймал себя на мысли о том, что сам бы хотел поцеловаться с учителем. Эта идея почему-то его нисколько не напугала – наоборот, он наконец-то понял, чего хочет, и больше в себе не сомневался. Он впервые испытывал подобное к другому человеку, а значит, это не случайно, ведь у Учиха никогда не бывает случайностей. Твои чувства – это одно дело, они никоим образом не могут изменить чувства другого человека. Саске все это понял сразу. Какие бы усилия он ни прилагал, ему так и не удалось привлечь внимание Наруто-сенсея. И здесь все было просто: Саске был тринадцатилетним подростком, а Наруто-сенсей – взрослым человеком. Он относился к Учиха доброжелательно и ровно, никак не выделяя Саске из остальных учеников. Не помогали даже блестящие ответы. Наруто-сенсей, конечно же, его всегда за них хвалил, и в эти минуты Саске чувствовал себя счастливым, но по большому счету это не носило ничего личного и было всего лишь справедливой оценкой его упорной работы. Против Саске играл его возраст и, наверное, пол. Наруто-сенсею нравились женщины. Последнее обстоятельство сильнее всего напрягало Учиха, так как возраст – это не смертельно, а вот пол… Видеть, как человек, в которого ты влюблен, встречается с женщиной, было больно, но поделать с этим он ничего не мог. Саске было тринадцать лет – да, это так – но он в своем интеллектуальном развитии опережал своих сверстников, более того, психологически он казался взрослее. Теперь проснулось и его тело. Утренняя эрекция стала вполне привычным делом. Занимаясь самоудовлетворением, Саске нисколько не смущался, даже больше – он представлял в этот момент своего учителя. Стыдно не было, напротив, все ощущения становились только острее. Именно в такие моменты Саске и определился, что никуда Наруто-сенсей от него не денется. Он обязательно будет с Саске. Учиха знал, что способен добиться того, чего хочет. Время быстротечно. Прошел месяц с тех пор как Наруто-сенсей появился в их жизни. Сегодня его улыбка казалась непривычно грустной, как будто он хотел за что-то извиниться. Все в предчувствии замерли. – У меня для вас очень хорошая новость: Ирука-сенсей поправился и в понедельник приступит к работе. – А как же вы, Наруто-сенсей? – поднялся общий шум. Наруто-сенсей в ответ поднял руку, прося тишины. – Я был всего лишь учителем на замену. Ирука-сенсей – лучший учитель из всех, кого я знаю. Уверен, что вы будете рады его видеть. Мне было интересно работать с вами, это правда. Сегодня наш последний урок. В эти выходные я уезжаю в город Гифу, где мне предложили постоянное место работы. Дальше Саске уже не слышал. Новость его шокировала. Он так привык видеть Наруто-сенсея каждый школьный день, что больше не представлял своей жизни без этого. У него пока ничего с ним не было и не могло быть, но он верил. Саске полагался на время, которое его обмануло. Он был в отчаянии и не знал, что делать. Чем больше он об этом думал, тем страшнее ему становилось. Вдруг Наруто-сенсей встретит там девушку, вдруг он женится, вдруг Саске не успеет вырасти и не допустить этого? Решение пришло внезапно – сознаваться, сознаваться во всем, чтобы учитель знал и понимал, с чем имеет дело. Саске определённо чувствовал страх, решившись на признание, но сумел себя пересилить. Ведь могло случиться и вовсе непоправимое. До конца занятий оставалось два урока, которые Учиха еле высидел. Он знал, что ему обязательно понадобится достаточно времени, чтобы все сделать правильно. Его сначала беспокоила мысль о том, что Наруто-сенсей может уехать до окончания уроков, но такое предположение казалось беспочвенным, поскольку учителю следовало привести все дела в порядок, а это требовало времени. Когда уроки наконец-то закончились, возникло новое препятствие – весь класс захотел попрощаться с Наруто-сенсеем. Саске осталось лишь выжидать. Учитель, и правда, выглядел опечаленным от предстоящей разлуки, но потом взял себя в руки и задорно пообещал, что как только устроится на новом месте, то обязательно им напишет. Саске ухватился за эту мысль с облегчением, но потом подумал, что это не важно: даже если Наруто-сенсей не выполнит своего обещания, Саске его по-любому найдет. Ему пришлось сначала выйти со всеми из кабинета истории и удостовериться, что одноклассники разошлись. Более того, он прошел по коридору и убедился, что на этаже точно никого больше нет – единственным, кто еще не ушел, оставался Наруто-сенсей. В кабинет истории Саске зашел без стука и плотно закрыл за собой дверь. Наруто-сенсей все еще заполнял бумаги. Он поднял на Саске удивленный взгляд и спросил: – Саске, ты что-то хотел? Учиха, ничего не отвечая, прошел и встал напротив учителя. Сейчас их разделял стол, и такая физическая преграда Саске несколько раздражала, но ему важно было видеть лицо Наруто-сенсея. Еще хорошо было, что преподаватель сидел, Учихе так проще было сказать. Неизвестно, решился бы он на такое, если бы Наруто-сенсей стоял и смотрел на него сверху вниз, таким образом, психологически делая его еще меньше. Учитель не спускал с него внимательного и удивленного взгляда, видимо, предчувствуя что-то. Саске сказал совершено серьезно: – Я люблю вас. На лице сенсея промелькнула целая гамма чувств, но он быстро взял себя в руки. – Ты мне тоже нравишься, Саске, ты хороший и умный парень. – Вы не поняли. Я люблю вас как человека, как мужчину, и я хочу вас, Наруто-сенсей, – говорить это было совсем не страшно, как ни странно, наоборот, естественно, как будто Саске и ранее подобное ему говорил, когда-то давно, не в этой жизни. Учитель громко выдохнул и шокировано покачал головой, не веря в происходящее. Он уставился на Саске, все еще никак не придя в себя. Учиха терпеливо дожидался ответа. – Саске, ты, наверное, ошибаешься… – голос звучал очень неуверенно, даже робко. – Нет, – властно перебил Учиха, а потом с отчаянием вцепился в руки учителя, лежащие на столе. – Возьмите меня, – заговорил он, как безумный. – Возьмите меня, я этого хочу. Никто ничего не узнает, я никому не скажу. Учитель ошеломленно смотрел на него, видимо, потеряв дар речи. Саске наклонился через стол, пытаясь поцеловать сенсея. Это привело преподавателя в чувство. Он шумно выдохнул и поспешно встал, однако не стал убирать руки Саске со своих рук. Он посмотрел на Учиха очень внимательно и серьезно, а, когда заговорил, его голос был полон внутренней силы. – Спасибо. Я уважаю твои чувства, но, Саске, ты… – Я не ребенок! – дерзко перебил Учиха. – Только попробуйте меня так назвать! Я прекрасно понимаю то, что я только что сказал! Наруто-сенсей вздохнул и покачал головой. – Не понимаешь, до конца не понимаешь. Ты уже не ребенок, но еще и не взрослый. Извини, я не могу сделать то, о чём ты просишь, по многим причинам. Первый секс – самый важный. Саске, не спеши, поздно никогда не бывает. Сейчас ты слишком торопишься. Наруто-сенсей мягко высвободил свои ладони из захвата Учиха. Саске стоял и обдумывал сказанное, пытаясь понять, что он сейчас чувствует, получив отказ. Раздражения и обиды не было, недовольство – да. – Когда будет не рано? – спросил он твердо. Наруто-сенсей не нашелся, что ответить. – В шестнадцать лет я буду достаточно взрослым, чтобы вы меня приняли? – Давай отложим этот разговор на потом, – ушел от ответа сенсей. Саске не стал больше настаивать. До шестнадцати не так и далеко. На самом деле он и уже сейчас чувствовал себя готовым, а вот Наруто-сенсей пока нет. Это время требовалось в первую очередь ему, а не Саске. Выходя из кабинета, Саске уже в дверях обернулся. – Вы можете встречаться с женщинами, если так они вам нравятся, хотя я против, но это ничего. Но не вздумайте изменить мне с мужчиной. Я буду у вас первым. В шестнадцать лет я вас обязательно найду, сенсей, помните. Тогда вы мне и ответите. Не дожидаясь учительской реакции, Саске закрыл дверь кабинета и уверено направился к выходу. Жаль, что в этом мире существовали такие глупые условности, но возраст это, к счастью, поправимо. Учиха Саске сам и не заметил, что он ведет и рассуждает уже совсем не по-детски.