Не остыл...

POV Билан. Вылетев из лифта, я ударил по звонку одной из квартир, желая поскорее высказать ее хозяйке всё, что думаю. Не зря же я через весь город ехал. — О, Димон! — на пороге стояла Поля в милой домашней пижаме и улыбалась. — Это что? — чуть ли не тыкая ей в лицо телефоном и толкая её в квартиру, спросил я. На экране красовалась фотография, на которой была сама девушка и двое каких-то мужиков. — Воу! Билан, полегче! Синяк же будет, — потирая руку, сказала она. — Пелагея, это что? — повторил я. — С каких пор у тебя кретинизм? Это телефон, а в нём фотография. Нужно к врачу сходить, — посоветовала блондинка. — Ты самая умная что - ли? — фыркнул я, снова толкнув её к стене. Она смеялась. Ей было смешно. — Если ты решил меня покалечить, то давай не головой об стену, — спокойствие Поли меня просто выводило. — Какого хрена ты здесь… да ещё и с какими-то мужиками… — орал я. — Димочка, давай я для особо непонятливых мальчиков объясню? Это друзья мои, видишь, да? А эта девочка посередине — эт я, ага. Так вот, эта девочка свободная и, как ни странно, не маленькая. Сама решает, что ей делать и как жить. Если что, у девочки есть мама, которая мозги промывать любит очень, так что не беспокойся, — ответила Пелагея, — А у тебя есть девушка, Дим. И что ты вообще тут делаешь? Я снова сделал шаг к ней. — Если ты снова хочешь размазать меня по стене, то не стоит, — она отступила назад, опасаясь моих действий. — Ханова, ты со всеми друзьями спишь? — поинтересовался я. — Да не, ты чё? Только с избранными, — скрестив руки на груди, засмеялась девушка. — Хватит разыгрывать этот спектакль, Поль… — Остыл? — усмехнулась блондинка, — Пошли чай пить… Раздевшись, я прошёл на кухню и плюхнулся на то место, где обычно сидел. Поля уже налила чай и достала какие-то конфеты. — Ты снова по клубам начала гулять? — спросил я. — Можно вопрос? — спросила она, и я кивнул, — Дим, ты чего пристал-то ко мне? Второй месяц какие-то двусмысленные сообщения. Зачем? Ты же сам сказал, что за лето всё обдумал, что мы правильно сделали, и распинался про влюблённость, забыл что - ли? — А я и остыл. Всё лето тебя не видел и подумал, что всё. Забыл. А на «Голосе» увидел тебя опять. Такую красивую, домашнюю, мою… — Так, с последним поосторожнее давай! — прервала меня Пелагея. — И понял, что нифига не остыл. Как любил, так и люблю. — Только что об стену меня шарахнул, а сейчас в любви признаёшься… Смешной ты, Билан! — Ну прости… — проговорил я, беря её руки в свои, — Обнимашки? — глупо улыбнувшись, спросил я. Неуверенно кивнув, Поля перебралась с табуретки на мои колени. — Мы с тобой так весь июнь просидели, помнишь? — прошептала она. — Помнишь… — кивнул я, смахнув с её лица прядь волос, выпавшую из хвоста. — Дим, а как же девушка? — вдруг спросила Пелагея. — А я её выдумал… — ответил я. — Выдумал? — Выдумал…- я осторожно приблизился к её губам. Наши губы почти соприкоснулись, но я вдруг вспомнил причину своего столь позднего визита. — А что это за друзья такие? — возмутился я. — Ну, теперь, я так понимаю, уже бывшие друзья, да? — усмехнулась Поля. — Правильно понимаешь. Чтоб я таких друзей рядом с тобой не видел… — заявил я. — Ты неисправим, Билан! — уже сама касаясь своими губами моих, пробубнила она, — Но мы будем над этим работать… Крепче обнимая блондинку и отвечая на её поцелуй, я мог лишь согласиться с этим. И пускай у нас будет ещё множество ссор по этому поводу, я никого к ней не подпущу. Она же такая красивая, такая домашняя…. И теперь не оставалось сомнений — моя…