Золотое наказание

После их удачной поездки Голден сидел дома, а точнее лежал на одной старой кровати, что стояла в горнице. Его лицо было спокойным, даже больше равнодушным, но мыслей в его голове крутилось уйма. Он всё думал об этом кроле и о пиццерии в общем, но ещё ему не давало покоя странное ощущение слежки. Как и ожидалось, даже здесь Голден не мог побыть наедине, вскоре дверь в горницу скрипнула, и раздались тихие женские шаги. Девушка медленно подошла к нему и так же беззвучно села на краешек кровати. Парень, даже закрыв глаза, чувствовал её изучающий взгляд. Она никогда не спрашивала его о прошлом, но он прекрасно догадался, что ей бы хотелось знать о нем гораздо больше, чем просто имя. И вот спустя несколько минут Хелен осторожно положила голову ему на грудь и затихла. — Хм, уже высохли, — игриво заметил Золотой, гладя её длинные волосы. На это замечание девушка что-то неразборчивое прошептала, но потом поднялась, вновь приняв сидячее положение. — Прости меня, — проскулила она, нервно теребя подол от платья. На данное заявление Голден так же сел и с непонимание уставился на неё. — Со мной одни проблемы, — добавила девушка, увидев его взгляд. — Хелен, не говори глупостей, ты просто поскользнулась. — Да, но я не хочу, чтоб ты чувствовал себя нянькой, находясь рядом со мной, — так же тихо проскулила она, шмыгая своим остреньким носиком; Голден только закатил глаза и, схватив её за талию, вновь посадил себе на ноги. Девушка опустила голову, до сих пор не отпуская легкую ткань сарафана. Тогда парень, мягко взяв её за подбородок, заставил посмотреть на него. — Если я скажу, что всё то, что относится к тебе, меня устраивает, ты выкинешь эти глупости из головы? — задал вопрос в серьёзном тоне. Хелен только молча смотрела на него, пытаясь уловить каждую его эмоцию, но всё же приняв тот факт, что её капризы ни к чему хорошему не приведут, она обняла его, спокойно положив голову ему на плечо. Всё же девушка решила смолчать, но на самом деле ей было стыдно перед ним, конечно, вся эта помощь, что он ей оказывал, была приятной, но больше она боялась, что ему в конец надоест, и он просто уйдет. Так вот они просидели ещё некое время, и пока Хелен мирно дремала у него на плече, Голден, гладя её по волосам, загадочно смотрел куда-то вперед. Так-то он всерьез не принимал тот факт, что за ним кто-то следит, но всё же и успокоиться не мог. Парень знал, что это была ни Мари, ни Спринг, но тогда кто? Это он и пытался понять, но как-то всё тщетно. Конечно, у него была одна идея о личности этого незнакомца, но она была настолько нелепой, что вызывала лишь улыбку. И вот, когда его голова вновь начала ныть от всех этих раздумий, тогда Голден перевёл взгляд на девушку. Он вспоминал, когда в первый раз её увидел, она была такой бледной и исхудавшей, в глазах была только боль и слезы, теперь же, она стала такой бодрой и румяной, конечно, слезы остались, но они были такими не долгими, ведь их быстро скрывала улыбка счастья, которая оставалась с ней, даже когда она спала. Откинув очередную прядку «непослушных» волос с её лица, Золотой наклонился к ней и стал тихонько нашептывать её имя, чтоб разбудить. И вскоре девушка открыла глаза и тут же взглянула на него, и, увидев, что парень пока что в хорошем настроении, она вновь обняла его за шею и продолжила молча сидеть. И тут их затишье прерывает тихий, но настойчивый стук в деревянную дверь. Тогда Хелен, тяжело выдохнув, спрыгнула с кровати и пошла открывать, а Голден усмехнулся и проследовал за ней, чтобы не пропустить ничего интересного. И как только дверь открылась, стоящий на пороге Марк вбежал на крыльцо и стал в быстром темпе рассказывать о причине своего визита. И после долгой и почти бессмысленной болтовни, он, наконец, перешёл к сути и по просьбе своей матери пригласил их в гости. Хелен эта идея понравилась, ведь она давно знала эту семью, но стоило ей взглянуть на Голдена, как сразу поняла его мнения на счет этого, и поэтому ей пришлось отказаться. Но мальчик не отступал, он стал носиться вокруг них и продолжал просить, а иногда даже переходил на крик и визг. Золотой долго терпел, но всё же под его криками и под просящим взглядом девушки парень сдался. — Ну, ладно, хорошо! Мы идем, — услышав это, Марк хитро улыбнулся и тотчас выбежал на улицу, а Хелен стояла и не могла поверить, что он согласился, хотя, пожалуй, сам Голден этому верить не хотел. И вот решив свои разногласия, они шли по дороге туда, куда их вел Марк. Этот ребенок был очень энергичный, он без передыху носился там и тут, прыгал на каждой кочке, да и падал не меньше, но в отличии от него, взрослые не казались уж такими счастливыми. — В чем дело? Ты так недоволен из-за этого? — тихо поинтересовалась Хелен, не выдержав этот озлобленный взгляд парня. — Не только, что-то мне подсказывает, что это не обернется ничем хорошим, только руганью, — на полном пессимизме ответил он. — Но ты ведь сам говорил, что без ссор было бы скучно. — Иногда да, но без слез это было бы ещё лучше, — не менее злобно проворчал медведь; тогда девушка, поняв намек, тоже замолчала и перевела взгляд в сторону. Участок, к которому они пришли, был огорожен зеленым металлическим забором, а за ним выглядывал небольшой каменный двухэтажный дом, отделанный сайдингом. Внутри двор был обустроен красиво: тропинка из резных каменных плит, местами из гальки, на клумбах разных размеров насажены цветы и декоративные зверушки, раскрашенный гараж, что слева, и довольно-таки привлекательная белая беседка в конце сада — из всего этого можно сделать вывод, что семья, проживающая здесь, была достаточно зажиточной. Пройдя по дорожке, они резко остановились, когда на крыльцо буквально вылетает женщина около сорока лет. Какой-то особенной внешностью она не отличалась, но вот её улыбка говорила о её позитивном отношении ко всему происходящему. Увидев своих гостей, женщина не стала ни о чем расспрашивать, только затолкала их в дом, причем буквально. Такое поведение хозяйки ввело Голдена в небольшой испуг, от чего тот даже забыл, что происходило потом, а опомнился уже тогда, когда они все сидели за столом. Хоть народу оказалось меньше, чем он ожидал, однако это ни капельки не добавляло ему уверенности, единственное, что спасало это тишина, все те, кто тут находился, вели себя относительно спокойно и культурно. Золотой сидел, молчал, лишь искоса поглядывал на всех; противоположно ему так же сидел, уткнувшись в газету, мужчина возрастом чуть побольше сорока, он не вел беседу, только слушал и иногда мог сказать что-то колкое в адрес своей жены, которая и сидела по правую руку от него. В отличие от мужа, Ольга была самой общительной, она то и дело расспрашивала Хелен о разных важных и не очень вещах, конечно, некоторые вопросы задавались и Голдену, но, получив в ответ лишь строгий взгляд, женщина вновь обращалась к девушке. А Марк тем временем уже успел посидеть у всех на коленях, наевшись из чужих тарелок. Но, пожалуй, за этим столом больше всего не хотелось сидеть именно Дженнифер. Она сидела, недовольно размазывая еду по тарелке, и смотрела по сторонам, но чаще в сторону парня; а когда ей и это надоедало, то она, недовольно выдыхая, положила голову на стол, но, получая замечание от одного из родителей, ей приходилось вновь подняться. Иногда Дженни, кокетливо улыбаясь, как бы случайно, дотрагивалась до его ноги или руки, причем, эти действия никто не замечал. Золотого сначала бесило всё, что было с ней связано, но теперь ему самому стало интересно, что она ещё там напридумывает, только бы привлечь его внимание. Так же, изредка поддавшись на её действия, он переключал свой взгляд на неё, но ненадолго, а пока парень смотрел, девчонка пыталась угадать его эмоции, но они были скрыты идеально за маской равнодушия с легкой усмешкой. Но один раз, когда Дженни уж слишком откровенно дала намек о своём существовании, Голден тихо зарычал и пнул её по лодыжке, от чего она быстро отодвинулась обратно и закусила свою губу, только бы не закричать. И пока девчонка корчилась от боли, Голден, смеясь про себя, повернулся обратно к остальным. — Так вы помолвлены? — резко нарушил тишину этот вопрос, который задал пожилой, до этого молчащий, мужчина лет семидесяти. Услышав это, Хелен испуганно посмотрела на Голдена, как будто боялась его реакции, но увидев только тоже равнодушие, повернулась обратно, отрицательно мотнув головой. — А что же так? — снова спросил старик. — Па, перестань, это их личное дело, — так же быстро перебила его Ольга, видя в вопросах отца явное неприличие, но на это замечание мужчина лишь хрипло посмеялся и снова посмотрел на гостей. — Да что тут личного? Я Хелен ещё с пеленок помню, такая маленькая озорная была, а сейчас, вон какая деваха вымахала, загляденье, — продолжал, улыбаясь, говорить он, а девушка от этих слов снова разрумянилась и стеснительно опустила голову. И снова хрипло по смеясь, мужчина встал и легонько ударил Золотого по спине, — Смотри, парень, не упусти такой шанс, — сказав, старик снова выпрямился и, одев шапку, сложенную из бумаги, вышел за дверь. От его слов Голден впервые растерялся, но виду не подавал, он никогда не хотел, да и не собирался думать об отношениях с Хелен всерьёз, всё казалось просто мимолетным и быстро забывающимся. Конечно, свою симпатию и привязанность к ней парень и не отрицал, но о чём-то большем не думал. Она, просто, достаточно приятный для него человек, и всё, но почему-то именно сейчас его посетила нотка сомнения и заставила обдумать своё отношение. — Хелен, а вот ваш брат и вы на кого больше похожи, на отца или на мать? — неожиданно спросила Дженнифер, подняв самую больную тему для девушки, при этом, не скрывая своей улыбки. Хелен тут же опустила голову и стала утирать глаза от быстро набегающих слез. И пока Марк пытался её успокоить, не понимая из-за чего она заплакала, Дженни слушала очередные придирки со стороны родителей. И когда аргументы в сторону дочери закончились, Ольга встала из-за стола, взяла Хелен за руку и, наказав мужу отвести ребенка на улицу, увела девушку в ванну умыться. И вот настала тишина, Дженни довольная что-то бубнила, но тут увидев озлобленное лицо парня, она снова затихла. Несколько минут они смотрели друг на друга, как охотник на жертву, девчонке под его взглядом стало как-то не по себе, но убежать она боялась, а он продолжал сверлить её хищным взглядом. И тогда не выдержав этого, Дженнифер быстро срывается с места, но далеко убежать не получилось, Голден быстро перехватил её, отбросил к стенке и расставил руки по обе стороны от неё. Он продолжал смотреть на неё, а она до сих пор не могла понять, что ему нужно. Золотой молча стоял, лишь ухмыляясь, но тут убрав руки он отошел назад, продолжая смеяться на неё. Дженни в душе проклинала его за такую верность, она уже хотела сдаться, но тут у двери послышались шаги, и поняв, что это её последний шанс, девчонка резко оттолкнулась от стены и схватила Голдена за шею. Явно не ожидая такого, парень от такого толчка пошатнулся и, споткнувшись о подлокотник кресла, перелетел через него, ударившись головой о второй подлокотник. Удар был сильный, так что у него на несколько секунд в глазах потемнело, но когда вернулась ясность ума, он понял, что эта девчонка лежит на нём и при этом целует. От этих действий, он в ярости скидывает её с себя на пол, и сам тут же вскакивает. Как же ему хотелось схватить её и вспомнить все свои садистские наклонности, но тут в дверном проходе он увидел Хелен. Девушка стояла ни жива, ни мертва, в глазах удивление и ужасная истерика. Голден стал медленно без резких движений к ней приближаться, и как только он был к ней на расстоянии одного метра, девчонка вдруг ожила и в слезах убежала прочь, а Золотой, чертыхнувшись, побежал за ней немного шатаясь. Оббегав полдома, они наконец-то выбежали на улицу, девушка почти добежала до калитки, но тут парень успел её перехватить и прижал к забору. Он что-то ей говорил, но Хелен совершенно не слышала и не слушала. — Прекрати!!! — наконец не выдержав, заорал Голден, девчонка тут же закрыла рот рукой, попытаюсь унять слезы. — Ты… ты… я не думала, что…ты такой… — простонала она, заикаясь на каждом слове от слез. — Прекрати, я тебе сказал!!! Ты дура, если так легко поверила! — не сдерживаясь, кричал Голден, но девушка даже и не пыталась успокоиться, она продолжала реветь. Тогда поняв, что это бесполезно, парень отпустил её и отошёл чуть назад. — Дура, — сказал он, легонько усмехнувшись. Услышав его оскорбление, её руки затряслись, и, не сдержавшись, она хотела его ударить, но тот успел перехватить её ладонь и без всяких раздумий заломил ей руку за спину. Тогда девушке ничего не оставалось, как успокоиться, и когда это случилось, Голден отпустил её и пошёл к выходу, а она побежала за ним. По дороге Золотой шёл тихо, успевая осмотреть окрестность, а Хелен плелась сзади. Она наконец-то осознала свою ошибку, и ей стало стыдно. Как же хотелось подбежать к нему и извиниться, но она боялась, боялась одного лишь его взгляда, такого равнодушного и поэтому не решилась.

***

Весь вечер они «играли» в молчанку, ни один не решился заговорить. И вот поздно вечером, когда они уже собирались спать, девушка наконец-то решилась. Голден уже лежал на кровати, повернувшись к ней спиной, а Хелен стояла рядом и пыталась что-нибудь придумать. — Тебе что, особое приглашение нужно?! — снова прорычал парень, понимая, что она так и продолжит стоять у него над душой. — Можно поговорить? — кратко спросила Хелен. Золотой, конечно, что-то прорычал, но потом всё же поднялся и сел на край постели, ожидая её слов. — Голден, пожалуйста… — Нет! — сразу ответил тот, не давая договорить. — Но, я, вправду, не знаю что на меня нашло… прости, что не поверила, — от этих слов Голден, рыча, опустил голову, как будто был готов начать долгую речь. — Вот это и главное. Честно? Мне плевать, что ты там в своей больной голове надумала, но то, что я уже в который раз ошибаюсь — это волнует меня гораздо больше, — немного посмеявшись над своими воспоминаниями, продолжил. — У меня были друзья, правда, я так думал, но потом все они предали, и вот я нашел тебя, думал, что ты мне будешь другом, но нет, я опять ошибся. — Почему? — Доверие, Хелен. Дружба строится, исключительно, на доверии, если ты не можешь довериться мне, то как я могу доверять тебе? — на это утверждение Хелен промолчала, глубоко задумавшись. Но всё же аккуратно подойдя к кровати, она как обычно легла у стенке, а Голден с краю, спиной к ней. — Хм, а знаешь, мы с тобой похожи, я тоже часто ошибаюсь в людях. Ты для меня уже давно гораздо больше, чем просто друг, и я думала, что ты так же думаешь, но, увы, я ошиблась, — тихо сказала она, устраиваясь поудобней. — Больше, чем просто друг? — непонимающе спросил Золотой, но его вопрос так и остался неотвеченным, только тихие всхлипывания доносились с её стороны.

***

Следующий день «молчанка» продолжалась. Они жили относительно мирно, но всё равно не разговаривали. Голден сидел у сарайки и о чем-то думал, а Хелен вновь везде носилась. Он смотрел на неё и думал над её словами, конечно, у него были предположение, да и Рубен уже заикался на эту тему, но ему как-то не хотелось верить, да и обида за вчерашний день до сих пор не прошла. И вот был четвертый час, девушки уже не было пару часов, Золотой тихо сидел под крышей невысокого сооружения. Куда ушла девчонка, его особо не волновало, но вот плохое предчувствие всё равно оставалось с ним. И тут вскоре на участок в панике вбегает Марк, его лицо красное от бега и запуганное. Он что-то тараторил и, хватая Голдена за элементы одежды, в панике пытался куда-то тащить его, но парень даже с места не сдвинулся. — Прошу, помоги!!! Хелен… она… она упала!!! — эти слова сразу подействовали на Золотого, стоило ему было их только услышать, как в миг Голден вскочил, но тут же ударился макушкой о низкую крышу дровницы. — Где? — как никогда серьёзно спросил он, вся обида мгновенно отошла, оставляя только тот же ужас. Мальчик, радостно улыбнулся, и побежал обратно, говоря старшему следовать за ним. Они бежали не долго, но Голден до сих пор не мог понять, почему постоянно эта девчонка попадает в разные передряги. И вскоре они оказались около крутого обрыва, а внизу расстилался большой водоем, чей противоположный берег еле-еле проглядывался в дали. В одном месте у берега собралось чересчур много народу, поэтому сразу стало понятно, куда надо идти. Аккуратно спустившись по склону, Золотой стал приближаться к толпе, пытаясь откинуть самые худшие идеи в сторону. Девушка лежала на песке, смотря пустым взглядом куда-то вдаль, осторожно била пальцами по водной глади. Одежда, волосы и лицо были в песке. На руках и ногах ссадины. Так же старый шрам на её виске снова стал кровоточить, перекрашивая пряди волос в бордовый. Люди, что толпились здесь, переговаривались между собой, но никто не спешил помочь, просто глазели. Хелен лежала и не могла пошевелиться, боль сковала тело, всё же скатившись с такой высоты, одним синяком, точно, не отделаешься. Легкие прикосновения, и тут её поднимают на руки, она наконец-то увидела того, кого больше всего хотела. Голден снова смотрел на неё обеспокоено и испугано, но так же и с частичкой радости. — Прости за вчерашнее, — кое-как проговорила она. Золотой теперь был удивлен ещё больше тому, что в таком состоянии она ещё и извиняется. — На тебя невозможно обижаться, — услышав это, Хелен улыбнулась и наконец закрыла глаза, а Голден пошёл обратно, проталкиваясь сквозь людей. — Эй, погодите, этой девушке нужно в больницу, — резко остановил его один парень, положив руку ему на плечо. На данные действия Золотой немного повернул голову, искоса посмотря на него. — Если не отвяжешься, то тебя туда же с переломом черепа увезут! — сказал Голден не своим голосом, а его глаза на секунду блеснули алым светом ярости. Молодой человек сразу отошел, а все те, кто стояли у медведя на пути, быстро расступились, освобождая ему путь. А Золотой довольно улыбнулся и, прижав девушку ближе к себе, продолжил путь…